Любимая чёрная водолазка или как бросить мужа тирана?

…Лайя постучала в дверь квартиры, в которую она так сильно хотела попасть. Девушка знала, что ей там рады. Что её там ждут. Что она там нужна. Что её там любят… Дверь открыли спустя пару секунд. Девушка увидела на пороге высокого мужчину в тёмно-серой футболке и тёмных облегающих шортах. Волосы были небрежно заложены на левый бок, явно давая понять, что Влад недавно был в душе. — Лайя? Что-что ты?.. Её накрыло с головой. Накрыло тоской по объятиям, поцелуям и в конце концов любви, которую она так сильно жаждила… Она перешагнула порог громко и чётко произнося: — Молчи! Рюкзак, что был у нее в руках, упал на пол. Лайя обхватила щёки мужчины и требовательно прикоснулась своими губами к его. Влад сначала ошарашено стоял и не понимал, что происходит. Но когда понял, то ответил на её действия. Их губы касались друг друга в бешеном порыве, боясь отпустить. Большие ладони мужчины скользнули к спине Бёрнелл, притягивая её ближе к себе. А руки Лайи в свою очередь, всё также находились на щеках Влада, сильно цепляясь к ним, боясь отпустить, хоть на мгновение. Когда она уходила от Мехмеда у неё на душе было пусто. Не хотелось, ни плакать, ни кричать, ни злиться. Ничего. Просто хотелось уйти туда, где ей будут рады. И она пришла! Пришла к тому, кто будет всегда ей рад. Будет обнимать… целовать… шептать нежности… любить… И делать всё ради того, чтобы они были вместе! Девушка, всё так же крепко держа Влада за щёки, отпустила его и произнесла: — Я люблю тебя. — Повтори, — чётко, громко и с ноткой возбуждённости, произнёс Влад. — Я. Тебя. Люблю. Их накрыло обоих морской волной и унесло далеко-далеко от берега в бескрайний океан. Но там они не утонут. Их будет держать плот любви, что после превратиться в огромный, прекрасный лайнер. И вот тогда они смогут вернуться на сушу. Но сейчас им было плевать на это. Им хотелось целовать друг друга… изучать друг друга… любить друг друга… и показывать это друг другу. Рука мужчины потянулась и закрыла входную дверь со словами: — Если ты мне это будешь говорить каждый день, я тебя никогда не отпущу. — А если не буду говорить? — То будет худо… — на его лице появилась игривая и страстная улыбка, доказывающая его слова. И что худо будет не как с Мехмедом. По другому. Будет так, как будет нравится ему. И ей тоже. Влад подхватил девушку под ягодицы, усаживая на себя. Как только ноги Лайи обхватили торс мужчины, он пошёл вглубь квартиры, явно намереваясь дойти до спальни. Покрывая лицо обладателя голубых глаз, в перерывах поцелуями, Лайя говорила: — Я могу и сама дойти… — Пока ты моя, от моей любви ты не отделаешься. Дойдя до спальни, Влад открыл дверь, и вошёл в комнату. Пару шагов и Лайя оказалась прижата спиной к кровати. Губы Влада, что до этого целовали губы девушки, теперь оказались на шее. В следующее мгновение на ключицах. Пока губы покрывали открытые участки тела, руки на боку нашли бегунок платья и потянули вниз. Вслед за бегунком, вниз потянулись бретельки платья, оголяя плечи и часть груди. Отдавшись умелым, горячим рукам мужчины, она приподнялась, чтобы Влад, смог полностью стянуть с неё платье. Когда ненужная одежда полетела на пол, руки Влада потянулись к лямкам лифа, чтобы проделать те-же манипуляции, что и с бретельками платья. Когда те оказались на предплечьях, так же при помощи Лайи, Влад расстегнул бюстгальтер и отбросил куда-то назад. Куда? Уже не имело значения. Ведь сейчас два тела, две души, соединялись воедино и не хотели отпускать друг друга. Горячие губы целовали, такое же по температуре, тело девушки. Они были везде и одновременно нигде. Его губы то целовали верх правой груди, то сосок на левой, то ложбинку между ними.

***

В комнате было приоткрыто окно, а на улице уже стемнело. В квартиру пробирался сквознячок, что распалял ещё сильнее двух людей находящихся в ней. Оба уже давно остались без одежды и полностью отдавались друг другу. Сегодня вся инициатива была на мужчине. Всё, от начала и до конца вёл именно Влад. Сегодня главнокомандующий был именно он. Губы мужчины спустились к пульсирующему и ноющему лону девушки, что уже давно хотело, чтобы его наконец-то поласкали, поигрались с ним, потрогали его, принесли удовольствие. Она была уверена, что он умеет это делать. Теперь он касался её ещё более мягко, невесомо, но так же требовательно и решимо. Его губы покрывали каждый открытый, всевозможный участок плоти на лоне. Теперь в их игру присоединился и язык, что начал вырисовывать узоры. Рисунки, что создавались шершавым органом, были уникальны для обоих. Для Лайи, потому что муж. Нет. Бывший муж так не умел делать. Он делал всё только для себя. Ему было плевать на Лайю. А вот Влад всё делал так бережно, нежно, осторожно… любя. А для Влада это было уникальным, потому что он впервые в жизни так влюбился. С первого взгляда и по уши. Когда «рисунки» заполонили всё на том самом участке, его язык пробрался во внутрь. Из Лайи и без того доносились приятные звуки из ушей, но сейчас это увеличилось в сто крат. Сейчас ей было всё равно, что её кто-то услышит. Ведь она отдавалась любимому человеку. Пока Лайя задыхалась от манипуляций Влада. Ведь теперь к его языку присоединились и пальцы, что мягко и нежно массировали клитор. Сейчас она ни о чём не думала. Она просто наслаждалась пальцами и языком, что приносили ей неимоверное удовольствие. Сейчас, ей как никогда было хорошо. Сейчас она чувствовала себя хорошо. Сейчас она поняла, что это один из способов проявления любви. У Влада же в этот момент было в голове всё, но при этом ничего. В голове гудело, ныло, кололо, но при этом он просто не обращал на это внимания, от чего казалось, что там пусто. А вот на душе наоборот. Радость, эйфория, восторг! Он представлял это с самого первой встречи. Возбуждался как мальчишка, у которого бушуют гормоны, и которому срочно была разрядка. Стук сердца. Её. Его. Их. Стон. Нажим. Оргазм. В их душах радость и восторг. У Лайи, потому что она получила оргазм. Самый настоящий. И от человека которого любит. У Влада, потому что это случилось. И явно не конец…

***

Когда девушка только смогла отдышаться, немного прийти в себя и нормально мыслить, то поняла, что ей мало. Что ей ничтожно мало. Она хотела ещё и ещё. Она хотела его. А он в свою очередь хотел её. Лайя повернула голову в надежде, что увидит Влада, но его там не оказалось, и тогда она протяжно промычала, ведь тело жаждало ещё. — Вла-ад?.. Ответа нет. «О, Боги… Где он? — её голова повернулась в другую сторону, где лежали подушки, но его там тоже не было. Она поняла, что тепло и мокро только под ней.» На мгновение ей показалось, что возбуждение отступило, низ живота не так сильно начал ныть… Но это всё ошибка. Иллюзия. Которая развеялась, как только Лайя представила, как Влад был там и ласкал её. Как она хотела. Как она мечтала. Как она представляла. Она блаженно прикрыла глаза и её пальчики машинально легли на то место, где был Влад. Она много раз после секса, если его так можно вообще назвать, запиралась в ванной и пыталась хоть как-то получить желаемую разрядку, но так и не получалось. Либо не хватало возбуждения, либо же её прирывал бывший муж, которому вечно, что-то было нужно. Сейчас же Лайя пыталась сделать тоже самое, что недавно делал её возлюбленный. Её тонкие и изящные пальчики касались своей горячей, до изнеможения, плоти стараясь найти нужный «ракурс», чтобы хоть как-то утихомирить ноющее тело. Глаза всё так же были прикрыты, а губы наоборот разомкнуты. Из них доносились блаженные звуки для Влада. Сам же мужчина стоял в тени комнаты, практически сливаясь с ней. Он всё это время смотрел за Лайей, что сначала искала его глазами, потом звала, а после начала удовлетворять саму себя. Точнее пытаясь. Многие говорят, что самому себе проще приносить удовольствие. Но не в случае Лайи. Она как бы не старалась, всё равно не получалось. Либо её тело не слушалось её, либо же не хватало «опыта». С чем, наоборот, прекрасно справился Влад. Она, как никогда раньше получился разрядку. Быстро. Стремительно. Блаженно… Сейчас она хотела того же эффекта, но у неё явно что-то шло не так. Не получалось. Вторая, свободная рука, прильнула к соску на груди, чтобы помассировать его, стараясь принести самой себе скорее удовольствие. Влад продолжал стоять и наблюдать за всей это картиной. Она ему явно была по нраву. Так как сам еле справлялся с напряжение в органе. Его рука стояла и делала движения вверх-вниз, стараясь хоть как-то успокоится. Но у него тоже ничего не получалось. Как и у Лайи. Когда с её губ сорвался ещё один тихий, едва слышимый стон, Владу «надоело» просто стоять в стороне и наблюдать. Ему захотелось трогать, целовать, пробовать на вкус, входить в неё, помогая себе и ей. Он преодолел расстояние от стены до кровати буквально за два шага. Сделал он это абсолютно беззвучно. Его горячая рука накрыла ладонь Лайи, убирая руку, чтобы та не занималась «ерундой», как ему казалось. — Запомни, — его шёпот, обжигающий, горячий, сладкий как яд искусителя, на самое ушко, — С этого дня мы кончать будем только вместе. Поняла? — эти слова были сказаны мягко и требовательно, отзываясь в голове девушки эхом, оставаясь там навсегда. Лайе казалось, что больше не нужно никаких действий, ведь она может уже провалиться в экстаз только от его бархатного голоса. Девушка убрала руки и дала возможность продолжить мужчине. Пальцы Влада снова прильнули к лону девушки, проникая внутрь. Стон… очередной. Но теперь яркий и более красивый, нежели был, когда девушка ласкала саму себя. Указательный и средние пальцы задвигались быстрее, взывая Лайю показать себя всю. Её пухлые губы, откуда вырывались сладкие звуки. Её грудь, что двигалась то вверх, от выгибания поясницы, то опускались вниз, от поднятия головы. Девушка чаще задышала. Стонов стало меньше, но они были громче. Стенки влагалища начали сокращаться, говоря, о том, что разрядка совсем скоро. Тогда Влад решил остановить её удовольствие. С её губ послышалось протяжное жалобное мычание. Она явно хотела продолжения. Её тело было горячее и чувствительное, как-никогда раньше. Но Влад не вернул пальцы. От пустоты, что образовалась там, внизу, девушка была готова выть, как волчица во время течки, взывая альфа-самца помочь ей с этим периодом. Когда Лайя снова, едва отдышалась, то хотела сказать что-то в роде: «Влад, за что так жестоко?». Но не успела. На её пухлые, искусанные губы лёг указательный палец мужчины, призывая девушку молчать. — Сейчас может быть больно… — это было сказано аккуратно, осторожно, даже с нотками грусти в голосе. Он взял член себе в руку и кончиком органа прикоснулся к горячему лону. Он продолжил свои мягкие слова: — Но это ничего… Всё пройдёт. Быстро-быстро. Я обещаю… — и он вошёл в неё. Первый толчок. Самый желанный и лучший. Сейчас всё, что было в Лайе, перевернулось с ног до головы. Сейчас она летела куда-то далеко-далеко. В другой мир, через океан, в котором они были уже на лодке. Эта пустота продолжалась бы бесконечно, если бы Влад не вытащил её. Из этой морской пучиной. Он спас её. Второй толчок. Чуть более глубокий. На секунду Владу показалось, что девушка вообще девственница, но тогда он понял в чём дело. В какой-то степени они друг для друга девственники. Ведь это их первый раз для друг друга. И первый, самый лучший. Тоже для друг друга. Они наслаждались друг другом. Они наслаждались моментом проведённым вместе. Им ничего не было нужно, кроме как чувствовать друг друга. Слышать друг друга. Любить друг друга. </i>Третий толчок. </i> Он полностью вытащил Лайю из той морской волны, что забрала за собой, и хотела утопить. Сейчас Влад двигался уже чуть быстрее. Внутри, точнее внизу всё горело. Ей казалось, что близости с мужчиной у неё раньше вообще не было. В какой-то степени да. Потому что её бывший муж не мужчина, а просто мудак, которому Влад хотел вцепиться в горло и просто порвать. Четвёртый толчок. Стоны стали громче и насыщеннее. Но теперь они были не только Лайи. К тому мягкому, громкому, звонкому голоску добавился грубоватый, тихий, низкий мужской голос. Это были их звуки. Никто был не в праве их прервать… Пятый толчок. Теперь Влад уже входил в девушку и не боялся сделать ей больно, ведь она сама, своими движениями давала ему понять, что он может быть быстрее, жёстче, грубее, но таким же нежным. Шестой толчок. Оба были уже на пике и невозврате. Ведь это случилось. Соединились их тела. А главное души. Души этих двух людей, которые полюбили друг друга и не хотели больше никогда отпускать… Седьмой толчок. Их накрыло с головой. Теперь уже морская волна намерилась затопить весь корабль, но у неё это не выйдет. Ведь они есть сама по себе защита от всего мира, который мешал им развиваться в бескрайнем океане. Они дошли до точки невозврата. Они дошли до того, чего так оба желали. Они сделали это… А теперь они оба окажутся на кровати, закроют глаза и откроют их только завтра от первых солнечных лучей, что будут светить им в глаза, давая знак, что всё произошедшее реальность… Все напряжение сразу же хлынуло огромной волной, и я упал в небытие, с облегчённым стоном, обессиленный, улёгся рядом с Лайей, которая ускоренно дышала.

***

Спустя долгое время умиротворения в компании очарованной девушкой, я ели как открыл свои глаза и повернулся к Лайе. Девушка лежала лицом ко мне, и пыталась сосредоточить взгляд на мне, что получалось не очень хорошо. Я взял плед, который был скомкан на другом краю кровати, накрыл им Лайю, и тоже лег к ней под тёплую ткань. Опять, несколько минут в экстазе с самой дорогой девушкой мне на свете, знаком я с ней несколько дней, но как-будто эти несколько дней — вечность. За эти несколько дней, она влезла в мою душу и покорила мое сердце. Теперь я не смогу без неё.

***

После этого долгого умиротворения, Лайя заерзала по постели, распахнула глаза и осмотрелась по сторонам, будто бы убеждаясь, что это был не сон. После поднялась и начала искать свою одежду по всей комнате. Я тоже встал и начал одеваться. Вскоре, когда я был собран, а Лайя только начала надевать свой сарафан повернулась ко мне: — Не обязательно было разбрасывать мою одежду по всей комнате, — сказала девушка, а я лишь усмехнулся. — Ну уж прости, так получилось. Лайя подошла ко мне и чмокнула мимолётным касанием в губы, и я сделал тоже самое. — Теперь то ты остаёшься жить у меня? — Да, — радостно взвизгнув, я обнял ее и прижал к себе. Как же я уже привык к ее объятиям… был готов сделать все что угодно, лишь бы обнимать и видеть Лайю каждый день, — Ты не представляешь, насколько же я рад, что ты остаёшься со мной! — и всё же отпустив из кольца своих объятий, я посмотрел на неё, — Тебе же не было больно?.. Лайя явно удивилась этому вопросу, а я ведь за нее и вправду беспокоился. — Влад, конечно нет, наоборот приятно! Давно не испытывала таких чувств… не стоит беспокоиться. — Тогда пойдем прогуляемся, я знаю красивый парк рядом, можем сходить, если конечно хочешь. — Да, конечно, пойдем. — Давай тогда переоденусь, — Лайя кивнула, в знак согласия. Подойдя к шкафу, я достал из него черную водолазку и штаны. — У тебя уже привычка надевать черные водолазки? — Да, напоминает о встрече с тобой. Я улыбнулся и, переодевшись, мы вышли из квартиры и отправились вниз. Радостная пара уже вышла из дома на улицу и открыла дверь. Влад пошёл впереди, чтобы проверить, не следит ли кто за нами. Я же стояла под козырьком парадной и наблюдала за ним. — Влад, да нет там никого, можно уже выходить! — Нет, стой, я ещё проверю, теперь вон та-а-ам… — он указал рукой на место, где пару минут назад уже стоял. Только он отошёл от одного места, и направился в другое, как вдруг, не пойми откуда, полил проливной дождь. Он был настолько неожиданным, что мне на секунду показалось, что это кто-то подстроил. Лайя согнулась пополам и начала громко хохотать. — Ах-ха-ха-ха, Влад, видел бы ты себя со стороны! — говорила она, когда я подошёл ближе, и уже стоял под козырьком, рядом с ней. — Не смешно, Лайя! Я испугался! Да ещё за это, в придачу промок! — Хаха, ну идём назад, не пойдём же мы гулять под дождём, — мило и заботливо улыбаясь она, говорила Лайя со мной. — Хорошо, — ответил я, смотря в её карие глаза, а потом почему-то моё настроение приподнялось, и я спросил у неё, — Тебе там отлично сухой, да?

***

Парень недовольно бурчал, пока шёл со мной, вызывая ещё одну волну смеха. — Угу, хорошо, — улыбалась я, вместе с тем, иногда посмеиваясь. — Так я и понял, — скептически произнес он, когда с его уст сорвался очередной смешок, — Бррр. Холодно… — я уже обернулась, чтобы открыть дверь, как на мою ягодицу пришёлся мокрый и чуть больной шлепок. Громко взвизгнув, я подняла глаза на парня, который уже смеялся вместо меня: — С ума сошёл? Что ты делаешь?! — Теперь моя очередь смеяться, — он улыбался во все тридцать два. — Смешно тебе, да? А моя задница вся мокрая теперь! — А я вообще полностью промок, так что ничего страшного, — улыбка не сползала с его лица. — «Ничего страшного», — передразнила его я, и потом, громко смеясь над друг другом, дошли до уже места назначения. — Давай, беги скорее переодеваться, а то заболеешь, и что я потом делать буду? — Ухаживать за мной будешь, — это он говорил так искрине и ярко, что я сама начала улыбаться, казалось, ещё шире. — Буду, а сейчас марш в ванну! — для большей правоподобности своих слов, сдвинула брови и сложила руки на груди. Парень отдал мне честь и скрылся в ванной. — О! Сегодня же последняя серия Великолепного века! Замоталась уже! Хорошо, что сегодня выходной, никакой начальник не помешает смотреть), — говорила тихо я, проходя в спальню, где стояла моя сумка с вещами, что вчера я забрала с собой из дома. Быстренько переодевшись, я поспешила включить телевизор. Первый канал, который мне попался, был новостной. Уже захотев переключить эту нудятину, как на экране появился мой дом. Ну как дом…то, что от него осталось. Ведущий говорил: — Сегодня утром, в 6:48 по местному времени, — тот назвал улицу, и моё сердце упало, — Произошёл взрыв. Дом был объявлен аварийным, ещё с 2019 года. Предположительно взорвался баллон с газом. Очевидцы говорят, что… Дальше я уже не слушала, а просто хлопала глазами. Пока я смотрела на свой разрушенный дом, сзади подошёл Влад и коснулся моего плеча, своей большой рукой. — Лайя? Что случилось? На тебе нет лица… — я только смогла показала на экран телевизора, на который уже в последствии взглянул парень и раскрыл рот…