Грань

— Отправиться в прошлое просто позвонить? — Недоумевая спросил Чэн Сяоши. — А разве звонок не спровоцирует что-то новое и не изменит будущее?       Лу Гуан внимательно посмотрел на фото. — Нет. Здесь фиксированные события. Даже ты никак на них не повлияешь.       Чэн Сяоши нахмурился. — Ну ладно, звонить — так звонить.

*ХЛОП*

«Эй, Лу Гуан, а почему на фото изображен подарок?» «Сегодня день рождения мамы заказчицы.» «О, так мне ей позвонить?» «Нет, с ней сегодня просто посидите дома, закажете еду. Позвонить надо её дедушке.»        Чэн Сяоши почувствовал что-то неладное. «Что случится? Почему она хотела позвонить?» «Чэн Сяоши, набирай номер.» «Сначала ответь мне, что произойдет? Хватить от меня утаивать половину дела!»       Лу Гуан приложил руку ко лбу, обреченно вздохнув. «Он умрёт. Завтра.»       Чэн Сяоши удивленно посмотрел вокруг. Атмосфера праздника. А завтра этого уже не будет? «Как? Что произойдет?» «Позвони ему уже.» — Настаивает Лу Гуан. — «И говори то, что я скажу.»       Чэн Сяоши набирает номер из контактов. Гудки, гудки… — Да, внуч? — Трубку взяла бабушка. — Алло, привет, бабушка. Как там дедушка? — С грустной улыбкой спрашивает Сяоши. — Ох, лежит, дорогая… — вздохнула она. — Как на днях упал, так уже и сил, говорит, нет подняться. Лежит, глаза раззевает периодически, в стену смотрит. — П…Понятно. — В голове всплыли чужие воспоминания. Видео, где тот самый дедушка лежит на полу. Сообщения про дорогие поездки в город ко врачам. Голосовые о неправильных рецептах и дороге впустую. — Дай бог, дожил бы до дня рождения… — шёпотом добавила она.       Чэн Сяоши замер. Оно через пять дней. — Как там мама? Отдыхает? — спросила бабушка, желая сменить тему. — Ах, да, спит ещё! — смахнул слезинку с глаз клиентки парень. — Мы её день рождения вчера отметили. Сегодня так, посидим немного. Я торт испеку, цветы ей купила. Розы, большие такие. Надеюсь, ей понравится. «Теперь попроси дать ему трубку.»       Чэн Сяоши затих. Трудно собраться с эмоциями. В горле комок. Как начать говорить с кем-то, уже зная, что скоро его не станет? Были случаи, но Сяоши не знал, что люди обречены, и спокойно говорил. Но стоило ему узнать, как всё пошло наперекосяк.       Наверно, именно поэтому Лу Гуан не хотел говорить ему всего. Чтобы он всё не испортил на эмоциях. — Ты, наверно, с ним поговорить хочешь, да? — идя на опережение, спросила бабушка. — А…Ага… — Его голос немного дрожал. — Сейчас…- Затем слышится шорох телефона и мутные переговоры рядом с ним. — О, внуча дедова!       Хриплый голос, слабый, донёсся из телефона, и из глаз Чэн Сяоши снова потекли слёзы. Воспоминания о всём времени, проведенном вместе, об уроках вождения, за которые мама и бабушка наказывали обоих, поездки по магазинам… Затем переезд с матерью и братом в большой город. «Она его…больше не увидит…» — внезапно понял он. «Да. Этот звонок — её последняя возможность поговорить с ним. Которую она упустила из-за праздника.» «Он умрёт сразу после дня рождения мамы…?» «Чэн Сяоши, он ждёт ответа.»       Тот проглотил огромный ком, что подкрался к горлу и попытался говорить как можно спокойнее. — Привет, дедушка. Как ты там, лечишься? — с позитивом спросил он, стараясь не вызывать подозрений. — Лечусь, лечусь… — слабо усмехнулся он. — С кровати не встаю, как лечусь! — Тебе хотя бы лучше становится? — заботливо спрашивает он. — Ну чуть-чуть получше… — говорит он, словно сейчас рядом и пожимает плечами. «Врёт же.» «Продолжай говорить.» — А мы тут мамин день рождения встретили, вчера её подруги приходили. А сегодня только семьёй посидим… — с натянутой улыбкой смотрит он куда-то вдаль. — Ну молодцы… — послышался лёгкий кашель. — Ну ладно, золотая моя, там бабушка обед приготовила. — Пока дедушка, береги себя! — с таким же оптимизмом он и положил трубку, после чего сполз на пол. «Ты молодец. Можешь выйти из фото.»

*ХЛОП*

Лу Гуан подошёл к печальному парню и слегка приобнял его. — Я знаю, это всегда тяжело… — Что произошло на следующий день? — С грустью спросил Чэн Сяоши у парня.       Тот посмотрел куда-то в сторону. — И она и её мама проснутся рано утром от предчувствия. Мать так больше и не ляжет спать, а она убедит себя, что всё нормально. Даже не смотря на пропущенный на телефоне.       Чэн Сяоши болезненно скривил лицо. Слёзы так и пытались выбраться из глаз. — А позже она обо всём узнает. И будет рыдать весь день.       Сяоши чувствовал себя отвратно. Разделять чувства того, в кого вселяешься — величайший дар и проклятие. Ты не можешь забыть об этих чувствах даже после выхода из фото, хотя теперь они для тебя чужды.       В такие моменты Чэн Сяоши действительно жалел, что не в силах менять прошлое как в знаменитых фильмах. Он, конечно, может рискнуть собой, но Цяо Лин и Лу Ганом… Ни за что.       Последний, кажется, заметил состояние парня, отчего посмотрел ему прямо в глаза. — Ты избавил её от сожаления об упущенной возможности. Теперь она не будет корить себя за это. — Спокойно, как всегда ответил он, а затем прошел по его плечу, ободряюще поглаживая парня, а затем рука поднялась выше, слегка взъерошивая волосы Сяоши. — Отличная работа, я бы сказал.       Тот с небольшим удивлением посмотрел на парня. А затем слегка улыбнулся. На удивление, от этих слов стало лучше. И правда, отличная работа.

***

— Добро пожаловать! — выдал милый автоматический голос. — О, снова хозяюшка явилась! Работу нам принесла? — С улыбкой спросил Чэн Сяоши, на что она покачала головой. — Сегодня без неё. К вам в ателье хотят мои знакомые прийти. Я хотела попросить вас обо мне не говорить. — А они будут спрашивать? — Задал вопрос Лу Гуан.       Она вздохнула. — Эти могут. У них язык без костей. С ними быстро устаёшь. Иногда мне кажется, что владельцы кафе, в которых мы сидели, специально устраивают какие-нибудь поломки, лишь бы их выпроводить и больше не слушать! — она рассмеялась. — Болтушки, значит, — с улыбкой подметил Сяоши.       Цяо Лин кивнула. — Не хочу, чтобы они случайно узнали что-то обо мне, чего я сама им не сказала. — Пояснила она. — У них много фото, одна из них нашла плёнку своего деда…       В голове Сяоши пронеслись недавние моменты. Скверно. — …и решила проявить снимки. Возможно, они у вас надолго. — С улыбкой подготовила парней она, и после ещё пары фраз скрылась из ателье по своим делам. — Не могу поверить, что у нас будет нормальная работа… — Чэн Сяоши поднялся с диванчика. — Не погружение в чьи-то жизни, а самая нормальная работа ателье…       Он почти светился и словно был готов заплакать от счастья, Лу Гуан не мог не ухмыльнуться от такой по-детски наивной реакции.

***

      Вечером парни валялись оба на диване совершенно без сил. — Знаешь, кажется, в такие дни наша вторая работа нравится мне всё-таки немного больше…- Едва слышно промямлил Чэн Сяоши.       Лу Гуан в ответ лишь поднял руку, уже не в силах даже говорить. Девчонки сразу оккупировали всю зону, то болтали о куче своих новостей, то переходили к обсуждению интерьера, то лезли к парням, когда замечали, что они не погружены в работу, с вопросами. Их было слишком много. Хотя на деле, их, вроде бы, было пятеро или шестеро.       Прозвенел колокольчик, и спустя пару секунд Цяо Лин прошла в комнату. Увидев парней, она прыснула со смеху. — Боже, ну и сильно же они вас потрепали, — с жалостливой улыбкой она сдерживалась как могла, но видеть парней, без сил лежавших валетом на диване лицом в него же… Такое не каждый день бывает. — Зато хоть чаевые хорошие оставили…- Пробубнил Чэн Сяоши. — И три номера телефона. — Лу Гуан наконец-то поднялся с дивана и сел более менее нормально, отчего теперь и Чэн Сяоши должен был сменить позу, ведь лежать стало неудобно. — Бедолаги вы мои…- с теперь уже нежной улыбкой прокомментировала Цяо Лин. — Звонить будете?       Ещё издевается. — Сдалось оно мне, — надулся Чэн Сяоши. — Вообще-то номера оставили мне. — поправил его Лу Гуан. — Хотя, они и мне не особо нужны.       С этими словами он взял со стола листики, свернул их и кинул в корзину. — Трёхочковый, — прокомментировал он. От этого действия Сяоши стало как-то… спокойнее? Он не собирался яростно претендовать на сердце своего друга, но разбивать своё совсем уж не спешил. Он был бы, конечно, рад, если бы Лу Гуану кто-то понравился, но тому, кажется, до этого совсем нет никакого дела. Они всё время вместе, и Лу Гуан ни разу не проявлял хоть какого-либо желания начать с кем-то встречаться.       Хоть тут Чэн Сяоши повезло. Нет лишних поводов для волнения. С его-то работой это точно было бы последним гвоздём в крышку гроба.       Чэн Сяоши усмехнулся. — Ты всё ещё неплох в баскетболе. — заметил он. — Вы, похоже, до старости лет будете жить тут, — констатировала Цяо Лин. — Хотя, пока не выплатите долг, я всё равно бы вас не выпустила… — Тем более, мы заперты хозяйкой. — Согласился Лу Гуан. Сяоши лишь улыбнулся.       Зная Цяо Лин, она, конечно, не будет их и правда держать в рабстве, но это хороший предлог держаться им всем вместе, за что Чэн Сяоши был даже благодарен.

***

      Ночью он долго не мог уснуть. Продолжал думать о том чувстве, что испытал тогда. Он подумал о Лу Гуане именно в такой момент. Он давно понял, что это не просто потому что его голос был в его голове. Явно нет. Лу Гуан давно сидел в его голове, но Сяоши точно никогда бы этого не осознал, если бы не та ситуация.       Однако есть ли вообще шансы, что такое влечение закончится хорошо?       Чэн Сяоши принялся думать, какие минусы были бы в отношениях с Лу Гуаном, при этом стараясь понимать, что некоторые из его списка есть и в их дружбе. Значит, вычеркиваем.       Некоторые на самом деле не минус, просто не нравятся Сяоши, но в целом он мог бы и потерпеть, вычеркиваем.       Некоторые тоже не минус, просто кто-то когда-то решил, что это минус, а вот Чэн Сяоши любит. Вычёркиваем.       Так Чэн Сяоши с замиранием сердца понял, что минусов в отношениях с Лу Гуаном нет. Скорее даже наоборот, если б они стали ближе, они могли бы лучше координировать в работе, гораздо лучше поддерживать друг друга…       Был, правда, один недостаток. Чэн Сяоши считал себя недостойной партией для Лу Гуана. Сколько раз он упрямо делал всё по-своему. Если б они встречались, Лу Гуан бы точно от него уже сбежал! Сто процентов.       Поэтому, он решил, что пока ничего предпринимать не будет. Может быть, пыл и поубавится.       С этой мыслью он погрузился в сон, продолжая ёрзать на кровати, тревожа сон своего соседа.