i can't, so sorry

луч света освещает маленькую комнату. из открытого окна прохладный утренний ветер нежно ласкает бледную кожу. на помятой кровати сидит, покачиваясь, девушка. её руки охватывают колени. блондинистые волосы свисают на плечи. — розэ. — пак чеён. — чеён. — рози! — ты слышишь? — ха-ха-ха, это была весело.       по лицу девушки скатываются слезинки. с её нежно-розовых губ срывается всхлип. обхватив себя руками покрепче, она не может сдержать поток эмоций, которые нахлынули на неё. ей сложно. сложно смириться, когда теряешь близкого человека. вместе с ним уходит и часть тебя. уходят те моменты, которые хотелось бы сохранить навсегда. но жизнь никогда не пощадит. она будет медленно, но очень больно ранить, пока не убьет. конечно может повести, и тебе не придется каждый раз уходить из тех мест, которые когда-то были самыми родными, где случались только счастливые моменты. те моменты, которых больше нет. слёзы не уходят. обида и злость на себя разрывают все внутри. если бы тогда она поняла. если бы следила и пыталась помочь, все было бы по другому. все можно было изменить… •°• немного успокоившись, чеён медленно встаёт с кровати. на кухне из еды остался её греческий йогурт. на столике в гостиной книга, которую она читала. на тумбочке в прихожей её духи и губная помада. в квартире все пропитано ею. к горлу подкатывает ком, слезы появляются на и так опухших глазах. не даёт расплакаться звонок в дверь. на ватных ногах чеён доходит и несмотря в глазок открывает. её глаза встречают другие, такие родные до боли. глаза, в которых она могла утопать часами. в которых находила покой и чувство защиты. чеён не верит. это сон? она сходит с ума? по щекам вновь текут слезы, а нежные руки касаются лица и тихий голос доходит до помутневшего рассудка: — все хорошо? что случилось? от этих слов хотелось ещё сильнее расплакаться. — рози, что тебя расстроило? я что-то сделала не так? скажи мне, прошу. притянув чеён к себе, девушка прошла в квартиру. — чеён, нужно успокоиться. я здесь, я рядом. она посадила девушку на диван и укрыла пледом. — я сделаю чай. — дженни, это то ведь ты? — спросила всхлипывая блондинка. — да, — ответила ким. её губы растянулись в улыбке. в самой доброй и искренней. она подошла к чеён и мягко поцеловала в уголок рта. — ты должна выпить это. дженни поставила на столик чашку горячего чая и осторожно поправила волосы. — будь осторожна, это горячо, — прошептала. чеён взяла кружку и сделала пару глотков. выпив пол напитка, поставила чашку обратно на стол. — тебе стало легче? — тихо спросила дженни, которая за это время успела открыть греческий йогурт. — да, спасибо. ким улыбнулась, взяла баночку с едой и подошла к девушке. — съешь хотя бы этот йогурт, — попросила старшая. розэ осторожно взяла еду и попробовала. но есть не хотелось. она виновато посмотрела на дженни, но та улыбнулась. — если не хочешь, то хотя бы поспи, — сказала ким, взяла девушку за руку и повела в спальню. накрыла чеён одеялом и тихо прошептала: — все будет хорошо, не волнуйся. •°• последний луч света освещает маленькую комнату. из открытого окна холодный вечерний ветер окутывает бледную кожу. на помятой кровати покоится бездыханное тело девушки. её руки больше не охватывают колени. блондинистые волосы не свисают с плеч. рядом записка: «я не смогла. простите». и вправду не смогла. но когда дело касается самого близко человека для чеён, который ушёл и никогда больше не вернётся, смысла оставаться в этом мире нет. хочется к дженни. к той, кто покончила жизнь самоубийством. к той, кого любила больше всего на свете. к той, кто стала ближе всех и заменила родителей. а тело найдут завтра вечером, когда обеспокоенные подруги решатся прийти к ней домой. на столе в гостиной так и будет стоять полупустая кружка с уже остывшим чаем, плед и открытый греческий йогурт.