Кого вы ищете?

      Многочисленные огни города освещали длинную барную улицу. Вокруг было много людей, гораздо больше, чем на любой другой, что совсем неудивительно, ведь именно этим и славились эти просторы - достаточно просто забрести не туда и приключения не заставят себя долго ждать, однако в этот раз Кэйа забрел сюда вовсе не для того, чтобы заглушить навязчивые мысли алкоголем. Он сам ещё не до конца осознавал собственные действия, скорее поддаваясь полупьяному сознанию, нежели поступая по зову сердца. Хотя, разве это не синонимы?        Вокруг сотни голосов, то с одного заведения, то с другого. Минут 20 назад он вышел с собеседования в каком-то караоке-клубе, к слову, не совсем удачного, — единственная мысль, которая была у него в голове: «Я скорее съем переперченный и пересоленный сырой стейк, чем пойду сюда работать». Не то, что бы работа или условия были плохими, вовсе нет - денег можно было загребать прилично при минимальных усилиях, однако это было банально не то, что он искал, к чему стремился. Осознание проебанного времени и денег на проезд не могло его завести никуда более, нежели в первый попавшийся бар, где он с удовольствием выхлебал около литра вина, прежде чем двинуться дальше на поиски работы. Было в мыслях кое-что ещё, негласная цель или, как будет угодно, желание, причина, по которой он пришёл именно на эту улицу - здесь работал тот, кого он бессознательно так желал увидеть спустя столько лет после их разлуки, но признаться в этом значило бы проиграть в борьбе.. С кем? Как бы ни хотелось признавать, с самим собой.        Кэйа не знал конкретного бара, лишь улицу, примерный ориентир, справедливости ради, он даже не был уверен, что у Дилюка сегодня была смена. Шанс один на сотню, но все же не нулевой - двигательная сила, заставляющая парня без устали заходить в каждое заведение, находящееся на этой улице, будто под гипнозом, или, если быть честным, алкогольным воздействием, высматривать того, ради которого приходилось из раза в раз слушать вопрос "Чего желаете?". В глубине души Кэйа себя ненавидел, ему было смешно от самого себя - никчемного, так жалко блуждающего туда сюда в поисках того, кто, скорее всего, выставит его за порог в ту же секунду. Он прекрасно осознавал это, даже не надеялся на что-то большее, но все равно продолжал бренно идти по улице, рассматривая каждую из вывесок, в исканиях «той самой», где за окнами может в своей слегка угрюмой, полной серьезности гримасе, привычно стоять красноволосый названный брат.        Спустя почти час таких похождений, которые Кэйа то и дело разбавлял бокалами очередного вина, то белого, то красного, его внимание привлекала ещё одна вывеска - «Холод весны». В голове сразу промелькнула мысль о том, что название крайне странное, уж тем более для бара. Заглянув внутрь через стеклянные двери он также заметил, что людей практически и не было. Неудивительно. Но, наверное, именно эти черты - странность и не многолюдность, заставили его перешагнуть через порог и усесться на один из барных стульев. Владельца сего богатого разнообразия напитков на месте не было, так что Кэйа принялся рассматривать все бутылки на витрине - огромный выбор вина, виски и каких-то самодельных настоек. Не нужно было быть ясновидящим, чтобы понять, что это заведение было не из серии «напиться с друзьями морем шотов под громкую музыку». Атмосфера была ближе к чему-то спокойному - приятный алкоголь под душевные разговоры и лёгкую классическую музыку.        «Очень похоже на стиль Дилюка - он никогда не любил всю шумиху большого города», — убеждая самого себя, думал Кэйа, водя немного отросшим ногтем указательного пальца по поверхности барной стойки.       В голове возникала волнующая сердце картина, которая, кажется, преследовала его последние месяцы наиболее настойчиво. Вот он сидит, весь из себя джентльмен, - в длинном чёрном плаще, белой рубашке и с, добавляющей индивидуальности его строгому стилю, стальной цепью на брюках, рассматривает бутылки и так ненавязчиво ожидает бармена, который вот-вот должен подойти. Наконец на горизонте появляется тот, кого он, естественно, вовсе не ожидал здесь увидеть, Дилюк. Кэйа создает из ничего до глубин продирающее удивлённое выражение лица и высказывает то, как приятно увидеть своего названного брата так случайно, ведь он просто заехал после тяжелого дня расслабиться за бокалом виски, интересуется об ассортименте, о том, как проходит его день и из раза в раз повторяет одну единственную фразу: «Какая же неожиданная и приятная встреча…», а тот ему отвечает в своей отстраненной, но даже дружелюбной манере: «Да, совсем не ждал увидеть тебя в своём баре». А после Кэйа как бы невзначай скажет, что дел у него на ночь, в общем то, и нет и он с удовольствием составит компанию брату, который, само собой, только обрадуется такому предложению. Следом же другая картинка - вот они сидят, спустя год, у него дома, пьют вино и весело смеются с того, как та случайная встреча изменила их жизни, вернула давно утерянные воспоминания и создала столько новых. Долгожданное воссоединение. Но это все ещё лишь картинка, созданная из лоскутков памяти и надежд. И, как бы ни желал такого исхода сам Кэйа, из за служебной двери выходит совершенно другой человек, не схожий с Дилюком ни ростом, ни цветом глаз или волос, очередной неизвестный ему бармен.       Блондин излучает из себя спокойствие, надёжность и доброжелательность - идеальное дополнение подобному заведению. Он вежливо приветствует гостя, который, кажется, уже начал было вставать со своего стула, чтобы покинуть помещение, но благодаря какой-то неведомой силе остался на месте, долгим проникновенным взглядом разглядывая работника и особо не торопясь отвечать на приветствие. Краем глазом он как бы невзначай замечает бейджик на черном однотонном фартуке с логотипом бара и коротко усмехается. Бармен не совсем понимающе наблюдает за гостем, не особо понимая как реагировать и произносит лишь ненавязчивое “Что бы вы хотели выпить?”, на что получает совсем уж неожиданный ответ:       – Альбедо в честь отражения поверхности или цитрусов?        Вопрос, само собой, ставит в тупик, но парень не теряется и, слабо улыбаясь, мягко отвечает, в то же время протирая один из винных бокалов.        – Скорее от мела, но, уверяю вас, это совершенно не интересная история.       Решив не выяснять подробностей, гость все же заказал себе бокал красного вина, мысленно смирившись с тем фактом, что сегодняшняя цель недостижима и проще всего будет оставить свои поиски на потом, отдавшись такому умиротворяющему влиянию этого места. Альбедо особо не вторгался в личное пространство, методично то делая какие-то заготовки вроде слайсов цитрусовых, то внимательно полируя бокалы небольшой белой тряпочкой. Все это казалось какой-то завораживающей магией, завлекающей в свои глубины совсем не спеша, но уверенно - лишь спустя минут 5 Кэйа поймал себя на мысли, что оказался поглощён этими чарами и даже отвлекся от отрицательной части своих мыслей, просто наблюдая за аккуратными движениями бармена. Альбедо чем-то напоминал ему Дилюка, естественно, вовсе не внешне, даже на первый взгляд их различия были достаточно очевидны, но общая аура умиротворения все же сохранялась. Кэйа и сам не заметил, как сам прервал их красноречивое молчание. На фоне то и дело были слышны негромкие смешки разговаривающих за столиком людей - на территории стойки находились лишь они двое.       – Давно здесь работаете?       – Достаточно, – односложно ответил он, решив не упоминать, что он и есть владелец заведения.       – Заметно. Движения отточены донельзя. Ох, как я бестактен, стоило представиться сразу, меня зовут Кэйа, хотя, думается мне, что вы запомните меня просто как странного парня с повязкой на одном глазу, – усмехнувшись, проговорил он, перемещая бокал между пальцев.       – Не будьте так категоричны, Кэйа. Приятно познакомиться. Вижу, день у вас был тяжелый. Позволите мне скрасить его хорошей выпивкой? У меня есть один хороший виски, который может прийтись вам по вкусу. Взглянете? – совсем ненавязчиво предложил блондин, добродушно обращаясь к гостю и, получив положительный ответ, неспешно достал с витрины нужную бутылку. – The Yamazaki, 12 лет выдержки, Япония. Во вкусе можете уловить цитрус, мёд и даже вишню. Мягкий, пряный, с винными нотками, – мелодично, будто в попытке усыпить, презентовал он напиток, показывая бутылку с разных сторон.        – Советуете?       – Иначе бы не предлагал, сэр.       – Хорошо, убедили. Налейте порцию на пробу, – гость недолго помолчал, засматриваясь в окно и только сейчас замечая, что люди ускорили свой шаг, а некоторые так и вовсе подоставали зонты.        “Повезло, хоть не придется мокнуть”, – только и подумал он, переводя взгляд на отражающий свет низкий стакан. Покрутив его немного в руках, он вдохнул алкогольные пары и, окропив язык и нёба небольшим количеством напитка, наконец сделал полный глоток, моментально растягиваясь в улыбке.        – Потрясающе… Видел бутылку этого виски в других барах, но никогда даже не думал попробовать. Надо и себе прикупить бутылочку. Спасибо вам, Альбедо. Вы спасаете мой вечер.       – Премного благодарен, у меня в ассортименте много интересных напитков, так что не стесняйтесь - спрашивайте. Думаю, мы можем спасти множество ваших вечеров, – мягко проговорил он. – Позволите вопрос личного характера?       – Слушаю.       – Какова причина тому, что ваш вечер пришлось спасать?        – Ах, это вовсе не особенный случай. Обычно игнорирования достаточно, но я уже слишком пьян для этого. Приходится идти на крайние меры.       – Тем хуже ситуация и тем интереснее мне. Извините за излишнее вмешательство. Позволите продолжить?       – Лучше так, чем тишина. Продолжайте.       Блондин убрал чистый винный в шкаф и, отряхнувшись, будто бы стараясь привнести в эту беседу чистоту и концентрацию, заглянул Кэйе в глаза, внимательно рассматривая его лицо.       – У вас потерянный вид. Такой бывает у людей, которые лишились чего-то важного, но не способны как-либо вернуть утерянное. Вы постоянно посматриваете в окно, кажется, сами того не замечая, а еще, когда увидели меня, было ощущение, будто вы ожидали нечто иного. Думается мне, что вы пришли вовсе не выпить, даже не расслабиться или поговорить - вы в поисках. И, простите мне мой любопытный нос, но мне глубоко интересно, какова причина этому. Что вы ищете? Если быть точнее, кого?       Кэйа смотрел на Альбедо как завороженный, совершенно не понимая, в какой момент он так расслабился, что превратился в раскрытую книгу. Или, быть может, человек напротив него настолько наблюдателен, что так просто увидел то, что так тщательно скрыто? Вопросов скапливалось много, но было бы неправильно отвечать одним на другой. В конце концов, скорее всего, в этом баре он первый и последний раз, а если и нет, для Альбедо он просто заплутавший на барной улице и в собственных мыслях гость - один из сотни в месяц, один из десятков в день. Есть ли смысл скрывать? Наверное, нет.       Он отпил еще виски, оставив совсем немного на дне. Даже если это чересчур наивно, пренебрегать любовью небес к цифре 3 не хотелось.       – Честно, вы потрясли меня до глубины души. Не ожидал, что прочитать меня будет так просто. К тому же неизвестному человеку.       – Не могу согласиться с вами. Именно то, что мы, по сути, незнакомцы, и дает мне возможность увидеть общую картину, воспользоваться правом непредвзятости. Близкие люди всегда упускают множество мелочей, так как убеждены, что уже знают друг друга слишком хорошо.        – Быть может, вы и правы. Сейчас был отличный шанс сменить тему, но с вами, по какой-то причине, делать мне этого не хочется. Вы спрашивали, кого я ищу. Что ж… Не могу обозначить этого человека одним словом - он и мой названный брат, и близкий, пусть сам так не считает, друг, и моя любовь. По сути, тот, из-за которого я все еще не бросился под первый попавшийся поезд или не спрыгнул с крыши небоскреба на севере города, ну, вы знаете, там их предостаточно. Мы не виделись уже несколько лет и все, что я знаю о нем - это то, что он работает в одном из баров где-то на этой улице. Вот и вся загадка. Скучно, не правда ли? – посмеялся он сам над собой и допил напиток, тут же откидываясь на спинку барного стула. Альбедо же, кажется, и глазом не повел, вселяя в гостя чувство понимания и раскрепощенности.       – Быть может, я смогу вам помочь? – не выдавая личного отношения к рассказу, предложил он, забирая пустой стакан и наливая в новый чистой прохладной воды. – И я бы не назвал вашу историю скучной. Корректнее будет назвать ее печальной.       – Мне не нужна жалость, спасибо. Вот только не представляю, как вы можете мне помочь. Тут слишком много баров, чтобы знать каждого сотрудника, тем более такого молчаливого и угрюмого, как мой знакомый.       Знакомый. Несмотря на все, что их связывало, Кэйа всегда называл его знакомым в попытке защитить себя то ли от вопросов окружающих, то ли от своего истинного отношения.       – Чудеса случаются, не будьте столь скептичны. Как его зовут?       – Дилюк. Дилюк Рагнвиндр. Высокий, с алыми, как ранний рассвет, длинными волосами и вечно недовольной рожей. Презирает всех пьяниц и оптимистов. Почему вы молчите? Выглядите растеряно..       Альбедо не произнес ни слова. Он прекрасно знал человека, о котором шла речь. Более того, он даже работал с ним какое-то время. Лицо бармена продолжало учтиво, под стать настоящему профессионалу, улыбаться, но глаза выражали нечто большее - то, что нельзя скрыть никакими улыбками. Что-то между страхом и растерянностью, между сожалением и собственной грустью.       – Простите, – наконец подал признаки жизни он. – Я действительно знал человека, о котором вы говорите. Он был моим коллегой и погиб в автомобильной аварии неделю назад. Мне жаль.        На идеально чистой сухой стойке образовалась круглая соленая влага. 

      Две недели назад Кэйа проходил мимо “Холода весны” и почувствовал на себе взгляд, но не придал этому никакого значения.