Что день грядущий мне готовит?

      Арсений заходит в небольшую будочку, представляющую собой домик для небогатых спасателей. Администрации было слишком похуй на удобства людей, а Арсений с Серёжей слишком боялись потерять работу и место жительства рядом с морем. Бессильно упав на свою кровать, мужчина лениво тянется к светильнику, стоящему рядом и, дёрнув за шнур, заносит руки за голову, прикрывая глаза.       Их место жительства не представляет собой никакой роскоши, не считая месторасположения и видов из окна. Небольшая комнатка, по краям которой стоят две кровати с тумбочками и светильниками, один шкаф и комод на двоих, биотуалет. Больше ничего не заслуживают представители благородной работы.       У Арсения на тумбочке царит полный хаос: телефон со спутанными наушниками, который он бросил, как только его позвал Серёга; фантики от конфет, которые он поленился не успел убрать; очки без футляра, который, кажется, упал ещё во время чтения; книга, так и оставленная раскрытой на нужной странице, чтобы не потерять её, и много подобного хлама. Сейчас нет сил убирать это, хочется просто полежать и подумать. Мужчина тянется к телефону и аккуратно берёт его, надеясь, что ничего не упадёт — как будто в Дженгу играет. Не удосужившись даже распутать наушники, Арсений так и вставляет их в уши, включая в телефоне группу Nirvana. Русские песни он слушать не намерен, сейчас не хочется вникать в знакомые тексты, нужно лишь что-нибудь, что ласкает слух.       Мужчина лежит на застеленной кровати с телефоном на груди и наушниками в ушах, с закинутыми за голову руками и скрещенными ногами. А в голове такой бардак, даже похуже того, что творится на тумбочке. Арсений думает об Антоне, точнее, о всех его фразах. И почему в каждой можно искать такой подтекст, что хоть философский клуб открывай? Категорически не хватает Серёжи, который сейчас гуляет где-то со своей Ириной. Он бы, конечно, не помог разобраться со всем этим, но Арсению хватило бы информативного «Забей хуй» или «Задумайся, пацан дело говорит». Всё это очень в стиле друга. Однако, сейчас того нет, и Арсений не желает тревожить его.       Ирина. Ей девятнадцать, в прошлом году она переехала жить сюда. Нет, мужчина и не спорил, что многие были готовы променять свой дом на самую стрёмную квартирку около моря, но тут история была другая. Она приехала сюда ради Серёжи. Она бросила родной уголок, всех друзей и знакомых. Она совершила крайне необдуманный поступок, но тому было оправдание — любовь. Ею управляли самые святые чувства, и девушка, кажется, ничуть не сомневалась в правильности своего решения.       А вот он, Арсений, смог бы он уехать отсюда ради человека? Смог бы оставить Серёжу, море и маленький домик? Смог бы бросить всё, смог бы не жалеть об этом спустя время?       Он не знал. Мужчина ещё никогда не любил так, что готов был идти за человеком на коротком поводке. Он давно привык к порядкам Чёрного моря, давно понял, что он не найдёт здесь ничего дольше секса на одну ночь. Среди девушек Арсений, несомненно, пользовался популярностью, и ему это нравилось, но не хватало человека для разговоров. Человека, при виде которого не было желания валить его и трахать, а просто лежать всю ночь на пляже, под луной, и говорить о чём-то. Или просто молчать. Или курить.       Мужчина тяжёло сглатывает. Он старался избегать этой темы, но, как известно, от себя не убедишь. Антон. Такой странный, сложный и неразговорчивый. Мальчик, с которым теперь всегда будет ассоциироваться запах вишни.       Арсений судорожно мотает головой, да с такой силой, что наушники вылетают из ушей. Антон не первый, с кем так легко разговаривать, не первый, кому мужчина даёт свой номер телефона, далеко не первый курящий подросток. Он обычный. И Арсений надеется, что завтра он не придёт.       Хочется кричать, мужчина в отчаянии бьёт кулаками по кровати, сильнее зажмуривая глаза. Он врёт. Безбожно врёт самому себе. Голос Антон эхом звучит в голове, будто бы тот был сейчас рядом, сидел у изголовья кровати и шептал на ухо нежные слова поддержки, ероша мягкие волосы.       Арсений не выдерживает. Он срывается, срывает с головы кепку и бросает её в угол комнаты, ерошит волосы, стягивает с себя ненавистную одежду и надевает какой-то символичный чёрный наряд.       Мужчина идёт в бар с чёткой целью забыться, провести эту ночь с кем-то. Он старательно скрывает от себя, что просто испугался. Испугался себя, своего порыва и своих чувств к первому встречному. Арсений уверяет себя, что Антон просто хороший собеседник, а он сам давно не общался с людьми в иной обстановке, кроме постели. Становится чуть спокойнее.       Брюнет открывает дверь, тут же морщась, когда на нос попадают капельки дождя. В Сочинском районе такая погода не в новинку, но мужчина безумно любил её. Дождь смывает с него всю тяжесть дня, очищая мысли и помогая вздохнуть легко. В кармане вибрирует телефон, и Арсений достаёт его, думая, что что-то написал Серёжа. Его брови слегка приподнимаются, когда он видит сообщение с незнакомого номера. Какая-то девушка вновь зовёт его в постель? Мужчина открывает уведомление, окончательно теряя дар речи, а на губах появляется глупая влюблённая улыбка. Капли падают на сенсорный экран, заставляя текст расплываться, и Арсений вновь стирает их рукавом толстовки, чтобы понять, что это всё настоящее. Неизвестный Дождь пошёл, Арс, дождь на море это что-то. Спокойной ночи, спасибо тебе за вечер. И, да, постарайся не попасть под дождь Антон

***

      Ответа нет уже пятнадцать минут, и именно тогда к Антону приходит осознание того, что он натворил. Он вновь и вновь перечитывает сообщения, читая каждое слово по буквам и понимая, как же это тупо. Шастун безумно хочет удалить его или же вернуться в прошлое и разбить телефон, лишь бы не было этих тупых строк. Жаль, что в его телефоне невозможно удалить сообщение у двоих...       Майя, кажется, уже давно забылась сном — небольшая доза алкоголя давала о себе знать. Антону хотелось бы сейчас оказаться на её месте. Надо же, первый день, а уже нашёл неприятности на свою голову.       Напряжение даёт о себе знать, парень вставляет в уши наушники и, отложив телефон на тумбочку, сползает на подушку. Музыка в них звучит сейчас тише, чем мысли Шастуна, кстати говоря, похожие с атмосферой песен.       Антон сейчас одно понимает, что не даёт ему покоя: Арсения он не забудет. Хочет, пытается, но семь букв навсегда в его памяти, а три из них в телефонной книге. Хочется разобраться, что это такое, что же он чувствует, но не может. Все его попытки расставить всё по полочкам рушит мягкий голос мужчины, звучащий в голове. Парень так и засыпает, с наушниками в ушах и беспокойными мыслями в голове. Спит он неспокойно, и снится ему то, как Майя грозит забрать телефон и проверить его.       Антон просыпается рано, когда с балкона, так удачно выходящего на восток, светит солнце, заливающее весь номер своим светом. Только вчера парень думал, что сегодня пойдёт дождь, он даже, можно сказать, ждал этого. Вчера. Так много произошло в этот день, что тот, как не крути, не выходил из головы. Мысли снова были громче музыки, так и играющей в наушниках всю ночь. Шастун резко выдёргивает их из ушей, вымещая на безобидной вещице весь свой ураган чувств. Безумно хочется бросить их на поверхность тумбочки, или же с яростью распахнуть выдвижной ящичек, да так, чтобы предмет мебели ходуном ходил. Но подросток знает — нельзя. Иначе он разбудит мать.       Арсений. Чёртов голубоглазый брюнет, который так хорошо смотрится рядом с парнем. Он совсем другой: жизнерадостный, весёлый, морской. Он другой, но рядом с Шастуном он меняется, будто бы подстраиваясь под него. Он озвучивает всё то, что не мог сказать вслух подросток, или о чём просто думал. Антон не понимал, что это за связь. И эта мысль раздражала больше всего.       Сна не было ни в одном глазу, несмотря на беспокойную ночь, но Шаст знал, что она ему ещё аукнется, только чуть позже. Парень на всякий случай проверяет телефон, чтобы удостовериться, что Арсений ему не ответил. Действительно, зачем ему это? Он об Антоне ничего не знает, хотя, честно говоря, подросток в этом чуть сомневается. И не узнает. Шастун этого не хочет, просто потому, что знает, что после этого мужчина точно не захочет с ним общаться.       Антон думает о том, что, в случае чего, просто вывалит на Арса все свои худшие стороны, чтобы тот даже не решался подойти к нему. Потому что парень чувствует некоторую незаметную связь, и понимает, что привяжется к спасателю он быстро. А кому это надо? Сам Шастун ни за что не решится оттолкнуть Арсения, потому придётся это делать ему самому.       Довольный такими мыслями, подросток приподнимается на локтях, чтобы убедиться, что мама спит. Не хочется сейчас её тревожить. И вроде как он всё разложил по полочкам, и вроде как всё уже решено, но, чёрт, почему мысли вертятся вокруг Арсения, как мухи вокруг мёда? Это раздражает. Кто он вообще такой, этот спасатель, чтобы так бестактно врываться в чужую жизнь и ставить её на уши? Ответ пугает Антона. Он не хочет отвечать себе.       Как итог, тихо поднимается с кровати и движется в сторону ванной, надеясь смыть с себя все мысли и немного освежиться. Долго стоит под душем, чувствуя, как влага заполняет каждую клеточку тела, и становится чуть легче. Моет голову каким-то дешёвым шампунем с ароматом мяты, который приходится нанести несколько раз, чтобы тот просто намылился, чистит зубы и снова умывается прохладной водой, в надежде смыть с себя не только сон, но и мысли.       Только сейчас парень понимает, что забыл взять сменную одежду и, обматерив себя за непредусмотрительность, обмотал полотенце вокруг талии, и тихо выполз из комнаты, наполненной паром и запахом мяты. По его голому торсу стекают капли, некоторые из которых впитываются в полотенце, а некоторые просто падают на пол.       На часах нет ещё пяти часов, а Антон уже лежит на кровати в безразмерной серой футболке и шортах с разводами от краски, с полотенцем под мокрой головой, дабы не намочить подушку, и книгой в руках. Комнату заполняет достаточный свет, чтобы разглядеть текст, однако глаза всё равно болят: то ли от недосыпа, то ли от чтения. Шастуну всё равно. Онегин отлагательств не терпит.       Антон пробирает дрожь по телу, когда Майя начинает ёрзать и, в конечном итоге, поворачивается к парню лицом. Ему становится как-то не по себе, и чтение уходит на задний план, уступая место резкому желанию спать. Однако, на часах уже половина восьмого, а Шастун не хочет проспать что-либо важное. Потому парень включает музыку в наушниках погромче, будто бы та может помочь ему справится с сонливостью, и вновь погружается в чтение, то и дело крепко зажмуривая болящие глаза.       Антон сегодня молчаливее, чем обычно. Майя же этого не замечает, или просто ссылается на смену обстановки и кучу неизвестных эмоций. Шастун говорит, что сегодня вечером опять пойдёт гулять. Именно говорит, даже не спрашивает, хотя в глубине извилин мозга и понимает, что лучше не ходить. Однако сердце явно работает лучше мозга.       И вот сейчас парень сидит на пляже, прижимая колени к груди руками и ставя на них подбородок. Антон смотрит на море. Неспокойное оно сегодня. Почему же? Шастун ловит себя на мысли, что море идентично его мыслям. В них такой же шторм, такие же барашки чувств накатывают на берег извилин мозга, поглощая некоторые из них, как волны это делают с камнями.       Парень уже видел Серёжу, который ходил по берегу босиком и что-то говорил некоторым родителям с мелкими детьми. Тот тоже его заметил и едва заметно кивнул, чуть улыбнувшись. Шастун повторил его движение головой, чуть приподняв уголки губ. Подросток несказанно рад, что у Арса ночная смена. Он пока что ещё не готов снова встретиться с ним.       Мысли о мужчине нагоняют какую-то апатию и безумное желание покурить. Антон уже даже начинает задумываться о том, чтобы стрельнуть сигаретку у какого-нибудь пьяницы с похмелья, но тут же одёргивает себя. И дело даже не в том, что он не хочет так низко опускаться. Просто знает, что не сможет. Парень тяжело вздыхает, поднимая голову вверх, будто бы сдерживая слёзы, и глядя в безоблачное небо. Потом оборачивается и смотрит на горы, над которыми, будто намагниченные, висят светло-серые тучи. Антон догадывается, что в горах идут дожди, и ждёт, когда они дойдут до них.       Шастун аккуратно встаёт, однако в глазах всё равно темнеет, а голова отзывается тупой болью. Вот дерьмо. Парень так и проводит первую половину дня: то ходит плавать, то сидит на полотенце, даже не притрагиваясь к книге, и думает о своём. Плавает Антон сегодня крайне агрессивно, движения рук его резкие и злые. Он вымещает злость на себя на море, не чувствуя уколов совести. Из глаз чуть было не текли слёзы, но Шастун не простил бы себе, если бы дал волю эмоциям. Парень чувствует себя глупым героем типичного романа, ведь он, получается, влюбился в первого встречного и сейчас страдает от своих же чувств. Антон никогда не верил, что так может быть и в жизни. Оказывается, может быть.       Когда время переваливает за час дня, компания из четырёх людей начинает собираться. Шастун чувствует, что на них пялятся, по ощущениям, пол пляжа, а, как только они уходят, несколько семей накидываются на освободившееся место, как коршуны на добычу, и располагаются там, довольные. А Антон недовольно фыркает. — Тох, посмотри, пожалуйста, у меня там сзади плечи и спина не сгорели? — просит парня Майя, как только они выходят с пляжа. Антон останавливается и, мельком бросив взгляд на спину, анализирует её вид. — Вроде нет. — Кать, посмотри, пожалуйста, — снова просит мама, отчего Антон таращит глаза, засовывая куда подальше своё самолюбие. Прикольно, блять. — Есть немного, — голосом эксперта оповещает та Майю, которая довольно улыбается, будто бы ей только что сказали о повышении зарплаты, а не о сгоревшей спине. Антону кажется, что Катя бросает на него насмешливый взгляд, отчего окончательно хочется исчезнуть. Раствориться. Зачем он тут?       Шастун понимает, что нужно возвращаться к привычному ответу «Не знаю», так он никого не обманет, так он никогда не ошибётся. — Мам, я хочу мороженое, — заявляет Васька, вприпрыжку направляясь к первому ларьку с этим лакомством, зная, что мама ей не откажет. Антона она слегка напрягает. Ну нельзя же так потакать всем прихотям своего ребёнка. — Ты не хочешь? — спрашивает Майя, хвостиком идущая за Катей, которая помчалась за дочерью. — Нет, — твёрдо отвечает Шастун, а потом ехидно так, сквозь зубы дополняет. — А то потому обедать не буду. — Он сам не понимает, откуда в нём столько желчи и ненависти. Парень был бы и рад винить в этом Арсения или маму, да вот только давно понял одно — во всём, что происходит с ним, виноват только он сам. От этого становилось только хуже. — Это да, — подтверждает Майя, будто бы не замечая хамского поведения сына, отчего становится слегка не по себе. Антон боится, что в номере его могут застигнуть врасплох разговором. — А ты не хочешь? — пытается загладить свою вину подросток. — Нет, — холодно отвечает мать, обрезая все дальнейшие попытки наладить связь. Сука. Всё идёт явно не так, как хотел бы Антон.       Вторую половину дня Шастун ведёт себя даже более активно, чем всегда. Он влезает в любые беседы со своими не всегда нужными высказываниями, рассказывает какие-то истории, улыбается, смеётся, сам берёт маму за руку, когда они идут на пляж, и снова смеётся, как ребёнок. Антон ненавидит такое поведение и, соответственно, сейчас он ненавидит себя, но делать нечего. Ему нужно играть, да так, чтобы все ему верили. В голове даже мелькает мысль о том, чтобы поступить в актёрское, да вот только скованность и неприятие себя не дадут этого сделать.       Шастун ловит себя на мысли, что хочет увидеть Арсения, пожалуй, так же сильно, как и ненавидит его. Мозг ещё пытается противостоять эмоциям, но те уже берут вверх, и всё в этом сражении предрешено.       Парень плывёт, спокойно плывёт, пока вдруг волна, неожиданно накатившая на него, не заставляет погрузиться под воду чуть ли не до кончиков волос. Антон выныривает, трясёт головой и часто-часто дышит. В нос забилась неприятная морская вода, стекающая сейчас уже где-то по горлу, отчего подросток неприятно морщится. В голову настойчиво бьёт мысль о том, что он влюблён в Арсения. Шастун готов ударить себя по лбу за то, что понял это только сейчас. Он влюблён в мужчину, как влюбляются в актёров, он знает только его внешность и выдуманный образ. От этой мысли становится так тепло и легко на душе, что Антон даже забывает о том, что мог захлебнуться пару минут назад. Парень считает, что наконец разобрался в своих чувствах. Но он ещё не знает, что просто пытается сбежать от них, и сейчас, в попытке найти рациональное объяснение, находит лишь иррациональное. Но об этом он узнает чуть позже.       Этим вечером Шастун, вопреки своим словам, никуда не идёт, оставаясь выслушивать обсуждения матерей и пытаясь поддержать беседу с Васькой. Он считает, что поступает правильно. Ведь влюблённость проходит, если долго не видишь человека?       И засыпает он с мыслью о том, что, невольно, оказался в какой-то паршивой мелодраме.       А Арсений, тем временем, сидит на холодных камнях рядом с Серёжей и курит. Только вот вместо запаха сигарет в носу, почему-то, стоит приторно-сладкий аромат вишни.