Со всеми заботами в мире

Неоновые огни города колеблются между размытыми красками и четкими линиями, такими яркими, что у Ви болит голова, когда он, пошатываясь, идёт по улице. На самом деле это было не его дело, но парню за прилавком на вид было лет пятнадцать, а в магазине было трое вооружённых грабителей и не было найдено ни одного полицейского, так что, естественно, Ви взял дело в свои руки. Трое против одного были прогулкой в парке по сравнению с работой, за которую он обычно брался, но сзади оказались ещё двое, которые не проявились при его первоначальном сканировании, и им удалось сделать несколько снимков, прежде чем Ви их сбросил. Это привлекло внимание остальных членов банды, которые были поблизости — очевидно, сегодня был день сбора денег на защиту — и, раненный и вооружённый, он был вынужден бежать. Кажется, что до перестрелки осталось несколько часов, хотя Ви знает, что в его нынешнем состоянии он не смог бы зайти так далеко. Он использовал так много ингаляторов, что чувствует, как его сердце стучит в ушах, но их эффективность, похоже, сошла на нет после заделки худших пулевых отверстий, потому что кровь продолжает капать через кончики пальцев из пореза в боку, где мачете прорезало его броню. Его зрение мерцает и сбивается, и на мгновение он думает, что чип снова барахлит, но нет, похоже, его левый глаз выбрал этот момент, чтобы сдаться после того, как его избили. Половина его поля зрения снова мерцает, затем хороший кусок изображения исчезает с левой стороны. Ви пытается немного ускорить шаг на случай, если его правый глаз решит пойти тем же путем; ему не нравится мысль о том, чтобы вслепую шататься по улицам. К счастью, вскоре в поле зрения появляется успокаивающее голубое свечение вывески, возвещающей об Эзотерике Мисти, и он почти с облегчением бросается в дверь. Это один из редких случаев, когда у стойки Мисти есть покупатель, и они оба в шоке оборачиваются и смотрят на Ви, который протягивает руку, чтобы опереться о стену. — Ви! — Мисти обходит стойку и тянется к нему. Ви изо всех сил старается не упасть на неё, но у него не осталось сил, чтобы удержаться на ногах, и земля быстро поднимается ему навстречу. *** — Ви, — Вик смотрит вниз с тем усталым, наполовину смирившимся, наполовину обеспокоенным взглядом, который он, кажется, носит теперь всё время рядом с Ви. — Привет, Вик, — прохрипел Ви, несмотря на сухость в горле. Он задаётся вопросом, как долго он был в отключке. — Ты чертовски напугал Мисти, — Вик отъезжает на своём стуле и возвращается со стаканом воды, из которого он помогает Ви делать маленькие глотки. — Напомни мне извиниться перед ней, — Ви кашляет, когда часть воды попадает ему в горло, угрожая попасть не туда. — Мне следовало бы воспользоваться чёрным ходом. Не думал, что она будет с клиентом. Не то чтобы он должен был вываливать это дерьмо ей на колени, даже когда она этого не заслужила. — И меня тоже напугал до чертиков, — взгляд Вика теперь становится озабоченным, когда он ставит полупустой стакан на поднос рядом с собой, и Ви немного ерзает под тяжестью нахмуренных бровей Вика. — Ой, да ладно тебе, Вик. Ты много раз видел меня в этом кресле в гораздо худшем состоянии. — сколько раз им с Джеки приходилось тащить друг друга, чтобы их подлатали? Уже не сосчитать. Ви пытается улыбнуться, чтобы поднять настроение. — Я знаю. Это часть проблемы, — Вик не улыбается в ответ. — Только не говори, что я тебе уже надоел. — Ви, тебе всегда здесь рады. Ни на секунду не думай, что это не так. Но я просто хотел бы... — Вик потирает виски одной рукой. — Ты не собираешься слушать, но я все равно скажу это: живая часть живой легенды? Это самая важная часть. Иногда, когда я не получаю от тебя известий в течение нескольких недель, я просто жду, когда следующее тело, о котором сообщают в новостях, будет твоим. Если это вообще зайдёт так далеко; видел слишком много потенциальных легенд, оставленных гнить в течение нескольких дней на свалках и в глухих переулках, прежде чем их обнаружат — Если ты говоришь, что я должен— — Нет, я не учу тебя, как жить своей жизнью, я знаю по опыту, что это дерьмо никогда не работает. Просто...будь осторожнее, хорошо? — Хочешь, я тоже буду звонить тебе каждый вечер, когда вернусь домой? — шутливо спрашивает Ви, не в силах удержаться, чтобы не разрядить серьёзную атмосферу, воцарившуюся в клинике. — Ах, убирайся отсюда, парень, — Вик пренебрежительно машет рукой в сторону Ви. Несмотря на свои слова, Вик внимательно наблюдает, как Ви поднимается с операционного кресла и осторожно переносит вес на ноги. Никаких изгибов, раскачиваний или затуманенного зрения; миссия выполнена. — Спасибо, Вик, — говорит Ви с благодарной улыбкой. — Сколько я тебе должен? — О, ничего особенного, я просто спас твою жизнь. Ещё раз. — Вик скрещивает руки на груди и смотрит на Ви сверху вниз. — Которую ты можешь отплатить, если будешь более осторожен. — Не можешь просто взять эдди, как другие рипперы, а? — даже после всего времени, которое он провел с Джеки и семьей Уэллс, Ви всё ещё приятно осознавать, что в городе есть люди, которые заботятся о нём ради него, и не только потому, что он может сделать для них работу или с него можно содрать эдди. — Я постараюсь, — говорит он так искренне, как только может. Вик кивает. — Это всё, о чём я прошу. А теперь иди, никто никогда не становился легендой, слоняясь без дела в кабинете своего врача. У Ви назначена встреча с клиентом, на которую он всё ещё может попасть, если нарушит несколько правил дорожного движения по дороге, но он всё равно на секунду оглядывается через плечо, выходя из клиники. Вик, наконец, вернул ему улыбку, наблюдая, как он уходит, слегка подёргивая одним уголком губ, что неизмеримо смягчает жёсткие черты его лица. Улыбка становится немного шире, когда он видит, что Ви оглядывается назад. Ви весело машет ему рукой и ныряет в переулок.