Шёпот сердца

Курокава нежно взял Т/и за руку, боясь самого себя, так как не желал наступать на старые грабли, поэтому вёл себя прилежно, не разрешая лишнего. Из приоткрытой форточки залетало слабое дуновение морского ветерка, который будто служил разрядкой для обстановки, но самым главным атрибутом здесь были фиалковые глаза Курокавы. Такие манящие и властные, взгляд истинного Короля Токио. Шагая по гладкому песку, мужчина с трепетом держал Т/и за ручку, боясь потерять или упустить её из виду. В противном случае, Какучо вообще будет вынужден отказаться ото сна и вообще спать днём, ненавидя этот мир. — А ты… — начал он, его белоснежные волосы подхватило ещё одно дуновение, серьги едва покачивались, а губы, как назло, засияли при малейшем вздроге, — хотела бы себе имя? Девушка подняла очи на мужчину с каплей непонимания. Он хочет дать ей имя? Не сон ли это? — Я думаю, на этом свете много красивых имён. А я Король и привык отбирать лучшее, — проведя тонкими пальцами возле уха, в его глазах загорелся огонёк азарта, что не мало вспугнул Т/и. — Эсмеральда? Нарцисса? Роуз? Увы, на все эти имена светловолосая реагировала простодушно и без особого интереса, будто все они казались ей скучными, с долей рутинны, а ещё хуже — в них царила серая обычность. — Хм, а ты у меня тоже с высокими стандартами, — лицо Курокавы озарила лёгкая улыбка и это чуть растянуло тонкие губы, на которых она всеми силами старалась не смотреть, но… Выходило всё труднее и труднее. — Ликория. Тебе нравится? Она застыла на секунду, вспомнив одного ценного человека в начале печальной карьеры. Когда-то она помогла ей найти себя и поверить в собственные силы, забыть ошибки прошлого, смириться с ними, а главное, думать о хорошем, не зацикливаясь на проблемах. Но какой бы замечательной она не была, ей пришлось уехать из Японии навсегда, ибо какой-то высокопоставленный урод захотел сделать из неё рабыню, заставить танцевать с утра до ночи. К сожалению, сейчас она не знает, жива ли её подруга вообще и удалось ли ей скрыться от преследования. Чуть осунувшись, девушка опустила грустный взгляд, который не остался без внимания Курокавы. — Милая, что случилось? Тебе оно не нравится? Давай назовём по-другому, в чём проблема? Девушка отрицательно покачала головой, сказав, что ей всё нравится. Изана облегчённо вздохнул, начав глядеть на избранницу при лунном свете, как вдруг наступил на что-то твёрдое и машинально подвёл ближе, чтобы разглядеть. Милая ракушка, чей цвет ещё невозможно было с точностью разглядеть, пускай даже и под таким сиянием. — Эта ракушка… Она такая же красивая, как и твои небесные глаза. Возьмем её в память об этом прекрасном дне, — девушка с детским любопытством осматривает предмет и берёт в руки, затем её настроение меняется координально и она счастливо улыбается, протопнывая дорожку вдоль тихого моря, срываясь на бег. Сказать честно, Изана сильно удивился, но это нисколечки не уменьшило его любовь к Ликории. Наоборот, Курокава с ещё большей любовью вдохнул свежий воздух и прибавил шаг, чтобы хоть немного сократить дистанцию. Чудные кудри девушки то и дело развевались по ветру, придавая ей особенные черты, но Курокава сейчас видел только радость, что и приносила ему незабываемое чувство комфорта. «Такая живая и полная красок, словно кусочек небосвода, спустившийся на землю и теперь сияет подобно звезде», — Изана спрятал руки в штанах и с улыбкой продолжал идти ей вслед. Девушка дала знак идти быстрее. — Ох, милая, да я бы с радостью, но вымотался за день… — мужчина искренне заробел, но проигрывать хрупкому созданию в его планах не было, из-за чего собравшись волей, он перешёл на рысий шаг, затем на галоп и наконец, разогнался до полноценного бега, осознав, что почти догнал свою проказницу. Внезапно Ликория завернула налево и пошла в море, естественно, Изана, прежде оступившись и чуть не намочив одежду, смело пошёл вслед, взяв её на руки. Девушка хитро улыбалась, расположив ладони на крепких плечах и когда Курокава убедился в её твёрдой хватке, то начал кружить, разбрызгивая сотни хрусталиков по морю, а белоснежные локоны при этом ринулись в лёгкий танец по ветру. — Ты… Ты вообще точно пришла с этой планеты? Она игриво улыбается, кивая с абсолютным утверждением. — А мне кажется, ещё немного и тебя бы украли прямо на той сцене. Слова, проникшие в само нутро задевают душу и светловолосая прекращает улыбаться, вспомнив прошлую жизнь с издёвками, насилием и она даже не могла ничего сказать в ответ, что убивало ещё больше. Изана почувствовал вину за сказанное и с малой робостью поцеловал в щёку. — Прости. Давай договоримся, что больше ты от меня никуда не уходишь? А если куда-то захочешь пойти, то возьмешь Какуче? Она быстро кивнула и обняла Короля покрепче, так как на улице стояла далёкая ночь, которая вот-вот сменится на утро и по телу девушки прошёлся холодок, оставляя потряски, но почему-то именно в этот момент она заметила, что Курокава зашёл в море босиком и с укором показала на его ноги, мол простудишься же! На что Изана посмеялся и держа её на руках, вышел к песку, осторожно поставив девушку, благодаря чему разница в росте стала заметна больше, Король иногда переводил жадные очи на манившие губки, чем серьёзно смутил девушку. — Могу я хоть на долю секунды вдохнуть аромат этих губ? — прошептал он, встав так, чтобы соприкоснуться лбами. Ликория ещё больше покраснела, но легонько кивнула, чем осчастливила своего мужчину. Стоило горячим устам Изаны дотронуться робких губ светловолосой, внутри что-то загорелось, будто давно утихшее пламя, теперь же такое яркое и страстное, как и этот поцелуй, в который Курокава передал всю любовь, с момента их первой встречи. Его сильные руки обхватят хрупкую талию, властно сжимая на ней пальцы, в то время как она захватит прядь его белоснежных волос. В тайне, она давно уже хотела вот так сжать их и не отпускать, пока его сладкие поцелуи будут согревать и обжигать одновременно. Шум ветра и морских волн придали этой обстановке волшебности, создавая невидимые простому глазу волны, что исходили сейчас от влюблённых. Король не смел убирать руки с талии, а его девушка всё держала прядь меж своих пальцев, понимая те сильные эмоции, разросшиеся у них с момента встречи. Затем Курокава решился взять её на руки, решив, что на сегодня прогулок хватит. Мимолётно давая указания слугам, чтобы те шли спать и не мешались, он даже не сводил влюблённых очей со своей девушки, глупо улыбаясь и открывая дверь в свою комнату чуть ли не с ноги. Вот она — истинная любовь. Когда вы так любите друг друга, что не можете отойти на шаг, вам так и хочется быть вместе, чувствовать друг друга и оставлять быстрые, а то и подольше, сладкие поцелуи хоть всю ночь. — Я хотел показать и свою комнату, ты же не против? Ликория кивает с искренней улыбкой, нежно и пристально вглядываясь в чарующий пурпурный омут его глаз и аккуратно подавая изящную тонкую кисть своему кавалеру. Изана не теряет удачный момент и не спеша ведёт за собой, после открыв дверь и пропустив даму первой. Оказавшись в новом помещении, девушка впервую очередь окидывает беглым взглядом открывшуюся картину: большая и светлая комната, усыпанная многими безделушками — от морских ракушек до весьма дорогого антиквариата; чёрные обои с красной гравировкой, которые так идеально подходили к цвету кровати. Сам же предмет, на котором глубокими и мрачными ночами Курокава погруждался в долгожданный сладостный сон, был сделан из красного дерево, что так искусно было покрыто резьбой явно не одним мастером. Большие окна, открывающие прелестный вид на берег моря, где совсем недавно прогуливалась наша влюблённая парочка — некогда коварный «похититель» и его несчастная «жертва». Пройдя чуть дальше, девушка застыла, невинно и будто по-детски хлопая глазками, во время уже более тщательного изучения интерьера. Недолго думая, Изана сократил расстояние между их телами, словно невзначай опуская руки, так рельефно расписанные венами, на её хрупкую изящную талию. Чувствуя вымокшую насквозь одежду, Курокава осторожно оттягивает край её кофты, мягко целуя в шею. — Я боюсь, что моей Королеве сейчас холодно и не уютно. Платье немного промокло, долго так ходить тебе нельзя, — отстранившись, он подошёл к бельевому шкафу, достал оверсайз футболку с распечатанным лейблом группы «AC/DC» и короткие чёрные шортики. — Можешь не переживать, я отвернусь. Только пожалуйста, переоденься. Мужчина честно ждёт и сидит на кровати, смотря в окно — его взгляд ни разу, даже не на долю секунды, не двинулся в сторону заветного тела Ликории. Переодевшись, блондинка окинула его задумчивую фигуру непонимающим взглядом, после чего, будто хитрая лиса, присела рядом и неспеша обняла его ровную спину. Король начал целовать её руки, осторожно переходя выше, к сладким и столь хрупким плечикам, приподнимая рукав футболки. Понимая, что его избранница совсем не против начинавшихся знаков любви, он опустил голову к освещённым мягким лунным светом ключицам, оставляя на них хоть и беглые, но горячие поцелуи. Её тонкие руки боязливо приобняли мужской торс, боясь дальнейших намерений юноши, ведь он сам представлял из себя смесь темпераментного ухажёра с ноткой одержимого садиста. — Я хотел показать тебе не только свою комнату, но и любовь, моя Королева, — прошептал он, снова касаясь её сочных после влажных поцелуев губ, — обещаю, что ты познаешь лишь мою нежность, а если что-то пойдёт не так и тебе не понравится — дай знать и я не посмею более настаивать… Хорошо? Тонкие руки неуверенно обнимают Курокаву, на что он, плотно обхватив её, валит на себя, а после — переворачивается и нависает сверху. Устами, он нежно касается щеки девушки, вновь впиваясь в её пухлые губы. Посасывая верхнюю, Король осторожно приоткрывает её рот, потянув длинными пальцами за подбородок и властно проникает внутрь, желая вновь изучить её, в этот раз не упуская ничего из виду. Касаниями, что пылают жаром он оглаживает возбуждённое тело избранницы, не забывая сжать каждый её изгиб. Шершавые подушечки пальцев нежно оглаживают нижние ряды рёбер, после поднимаясь чуть вверх и очерчивая излюбленное лакомое местечко — грудь, которой будто становится всё теснее в футболке от высокой температуры. Девушка лежит и томно выдыхает: по её телу пробегают тысячи, нет, даже миллионы мурашек. Такое приятное чувство, доводящее до узла ниже живота… Его медленные касания и скорые поцелуи, так несвойственны ему, что хочется шептать имя своего Короля, пока волна оргазма не заставит ноги содрогнуться. Отстраняясь от её губ, Изана приподнялся и снял мешавшую ему рубашку, открывая вид на красивое тело, что переливалось на фоне лунного сияния, соблазнительный пресс, уверенные, местами наводящие благоговение черты лица и лёгкая, сводящая с ума улыбка.