Где Щербакова?

На улице стоял слабый мороз, поэтому рядом с ним оказались несколько девушек в сопровождении одной женщины. Все они выглядели уставшими, как никак, но тренировка у них шла целых шесть часов. В знак награды, Тутберидзе решила сводить своих подопечных на лёгкую прогулку. А они сами никак не могут понять, почему прогулка - награда, а не двойное убийство. - Так, Усачëва здесь. Косторная здесь. А... Где Щербакова? - резко заметив пропажу ученицы, спросила у всех Этери Георгиевна. - А где Сашка то? - поинтересовалась Алëна, которая, к слову, опоздала на тренировку. - Трусова приболела. Знала бы, если бы не опоздала. - строго отвечает тренер, всё так же пытаясь найти взглядом пропавшую подопечную. - Аня говорила, что после тренировки сразу пойдёт к Саше. - вспомнив слова подруги, оповестила всех Валиева. - Вот же. Что Трусова, что Щербакова - два сапога пара, ей богу. Ладно, идёмте. - раздражённо вздохнув, Тутберидзе начала идти в сторону парка, а вслед за ней шли девочки.

***

Аня непрерывно бежит по улице, которая ведёт к знакомому дому. Дышать становится тяжёло, но нужно добраться до родной Саши и утопиться в её тёплых объятиях. Как назло, именно сегодня она заболела и именно сегодня тренировка прошла просто ужасно. Каждый прыжок был сорван и девушка просто падала об жёсткий лёд. Она даже синяки не обработала, кинув коньки в сумку и надев куртку, Аня со скоростью света выбежала из здания.

***

Вот она уже стоит перед родной дверью, которая должна вести в квартиру любимой девушки. Ей открывает Саша, которая с виду показывает, что она больна. - Ань? - Щербакова может только накинуться с объятиями, прося, чтобы девушка напротив приняла её и её эмоции. Рыжая всё понимает, обнимает в ответ, закрывает дверь и уводит подругу в свою комнату. Любимый запах родных духов ударяет в нос шатенки. Хоть они не виделись всего день, но Аня уже соскучилась по своему счастью, которая заставляет Щербакову светиться рядом с ней. Шатенка начала рыдать взахлёб, умоляя родную Сашеньку начать действовать. Трусова начинает целовать лоб и щëки подруги. Делает она это со всей своей нежностью. Рукой начинает перебирать шоколадные локоны, изредка теребя их. Потом переходит к ледяной спине и поглаживает, как бы передавая своё тепло. Спустя минут десять, Саша обхватывает руками талию подруги и топит её в таком нужном тепле. Аня начинает только сильнее хныкать и прижимается всем телом к возлюбленной. - Тренировка не задалась? - нежно спрашивает Трусова. Косторная тоже задала этот вопрос, но с каким-то естественным ехидством, не то, что её родная Сашенька, которой можно спокойно высказаться. Аня не в силах была ответить, хотя прекрасно знала, что Саша всё поняла. - Солнышко. - жалобно посмотрев своими зелёными глазами, девушка начала поглаживать голову шатенки. - Это не я... Солнышко... - прерывисто дыша, еле как проговорила Щербакова. Слëзы никак не хотели отступать, а наоборот выступали. Аня хочет всем телом ощущить тепло возлюбленной. Хочет взять и прижаться всем телом к рыжей, но она уже достигла максимальной близости. Зелёные глаза начинают метаться по телу подруги, пытаясь оценить физическое состояние. - Ты ведь, даже синяки не обработала, да? - шёпотом спрашивает Трусова. Шатенка может только сильнее расплакаться, но уже от стыда перед родной Сашей. Аня уже множество раз обещала ей, что сначала хотя бы позаботиться об ранах, а потом будет бежать к её дому, но, как и всегда, она нарушила это обещание. Рыжая всё понимает. Слабо кивает и спускается к кровати. Под ним, она вытаскивает маленькую аптечку для таких случаев. Мягко улыбается и достаёт мазь, которую Щербакова видела множество раз после тренировок. - Надеюсь, будет не так больно. - пробубнила себе под нос зелëноглазая. К тому времени, Аня уже давным давно сняла штаны, надев заранее подготовленные шорты. - Ты... Знала, что я приду? - ещё пытаясь убрать слезинки, хрипло спрашивает шатенка. - Да, Камила успела сообщить. - с той же нежностью отвечает рыжая. - Она кажись беспокоится о тебе. Рыжая открывает крышку от мази и начинает наносить её на хрупкие бëдра. Синяков достачно для того, чтобы сама Александра Трусова была удивлена. Аня не та, которая будет убиваться на льду, но кажись тренировка была такой паршивой, что ей пришлось довести себя до такого состояния. - Солнышко... - устало зовёт Щербакова. - М? - Ты не думаешь..что я..эм..позор для своей семьи? - неожиданно спрашивает шатенка. На её глазах снова появляются хрусталики, которые она поспешно пытается убрать. - Что ты, Анют. Я не думаю, что для кого-то ты позор, особенно для своей семьи. Понятное дело, что они наоборот, тобой гордятся. Не каждая дочь или сестра занимается профессиональным фигурным катанием, и не каждая занимает по нему призовые места. - пытается поддержать рыжая. Быть честной, то Трусова не уверена в своей поддержке. В её голове всегда появляются мысли по типу: А вдруг я только всё испортила? Я ведь никак ей не помогла, да? Моя поддержка никуда не годится. Чëрт, снова не те слова. И так далее. - Раз ты так думаешь, то ты права. - на удивление твëрдо говорит Аня. Она замечает, что возлюбленная уже закончила с нанесения мазью и валится на кровать всем телом, оставляя на полу лишь ноги. Саша на мгновение удивляется, но через пару секунд делает тоже самое, что и подруга. Аня сразу снова прижимается к своему счастью, пытаясь унять быстро бьющееся сердце. - Знаешь, солнышко, я бы хотела, чтобы ты тоже меня любила... - тихо шепчет Щербакова в зелёные глаза напротив. Рыжая знает о её чувствах, но к сожалению или к счастью, не может на них ответить взаимностью. Возможно, спустя пару лет, Трусова всё таки полюбит в ответ шатенку, но это так, неуверенно можно говорить. Саше жаль, что из всех прекрасных парней и девушек, Аня выбрала еë. Но сама Щербакова не жалеет, что её сердце выбрало среди всех звëздочек самую яркую - солнце. Так они и засыпают в комнате рыжей, до тех пор, пока домой не вернутся братья или родители и не разбудят их своим шумом. Они любят друг друга, но по разному.