Когда капитану скучно

— Лю-ю-юк, ну ты скоро закончишь? Дилюк перестал протирать тряпкой стакан и бросил скептический взгляд на капитана кавалерии. — Кэйа, до закрытия ещё час. Наберись терпения, — спокойно ответил мужчина и снова вернулся к своему занятию. Альберих страдальчески застонал, роняя голову на барную стойку. Они и так не виделись целый день, и Кэйа ужасно соскучился по своему любимому, даже уговорил Джинн отпустить его пораньше с работы, лишь бы поскорее увидеться с Дилюком, а этот бесчувственный чурбан даже не чмокнул его в губы при встрече! «Здесь слишком много народа. Не стоит давать горожанам лишний повод для сплетен.» Кэйе казалось, что уже весь Мондштадт в курсе их отношений, но Дилюк продолжал упорно скрываться ото всех, отказываясь даже брать возлюбленного за руку на прогулке. Ну что за параноик… Капитан кавалерии приподнял голову и положил подбородок на сложенные на столе руки, наблюдая за мужчиной. Эти прекрасные широкие ладони в чёрных перчатках уже давно могли бы оказаться на его бёдрах, но вместо этого протирают очередной стакан. Какая несправедливость! «Дожили, ревную любимого человека к чертовому стакану…» Внезапная мысль, сверкнувшая в ещё не до конца пропитом мозгу, заставила Кэйю хищно ухмыльнуться. Он ведь привык всегда получать то, чего хочет, независимо от ситуации. Дилюк даже понять ничего не успел, как Кэйа вдруг одним махом перепрыгнул через стойку и опустился перед ним на колени, кладя ладони на бёдра мужчины. — Какого чёрта ты творишь?! Встань сейчас же, идиот! — зашипел Рагнвиндр, в панике оглядываясь по сторонам. К счастью, таверна уже была почти пуста, лишь за самым дальним столиком сидела какая-то парочка и мило беседовала, не замечая совершенно ничего вокруг. — Ну-ну, не шуми так, Люк, — проворковал Кэйа, мягко поглаживая ладонями бёдра возлюбленного, — Я соскучился по своему любимому и хочу сделать ему приятно, в чем проблема? — он умильно похлопал ресничками с таким невинным выражением лица, словно действительно не понимал, что не так. — Кэйа, я на работе, — Дилюк попытался предпринять последнюю попытку к отступлению, — Ты можешь хотя бы потерпеть до дома? — Нет, я хочу сейчас, — Альберих совершенно по-детски надулся и свёл брови к переносице. Наверное, если бы сейчас он не стоял на коленях, то точно топнул бы ногой, выражая своë недовольство. И это, черт возьми, капитан кавалерии и офицер Ордо Фавониус? Дилюк попытался было снова возразить, но возмущения застряли в горле, когда рыцарь прижался губами к его паху через брюки; смуглые ладони скользнули под ремень, вытягивая края рубашки и задирая её, чтобы открыть подтянутый живот. Кэйа принялся покрывать влажными поцелуями напряжённый пресс, нежно поглаживая ладонями поясницу мужчины. Рагнвиндр невольно выгнулся навстречу горячим прикосновениям, закусывая губу, и вцепился пальцами в край столешницы, так что даже костяшки побелели. — Я быстренько, обещаю, — выдохнул Альберих в живот возлюбленного, бросая на него томный игривый взгляд из-под ресниц. — Засранец, — шикнул Дилюк, но всё же положил ладонь на затылок рыцаря и легонько надавил, давая разрешение продолжить. — Я тоже тебя люблю, детка, — Кэйа уже ловко расправлялся с бляшкой ремня, продолжая расцеловывать бледные бёдра, покрытые шрамами, потëрся кончиком носа о жёсткие тёмные волосы, дорожкой уходящие под брюки, и легонько прикусил выпирающую тазовую косточку. Дилюк прижал кулак к губам, заглушая стон; свободной ладонью он зарылся в волосы возлюбленного, заправил синеватую прядь за ушко и мягко погладил большим пальцем, тут же слыша в ответ довольное мурчание. Уши всегда были слабым местом Альбериха, и, разумеется, Дилюк об этом прекрасно знал. Тем временем влюблённая парочка, воркуя друг с дружкой, двинулась к выходу из таверны; Дилюку пришлось принять самое невозмутимое выражение лица, дожидаясь, пока дверь со скрипом закроется за голубками, и выдохнул даже с каким-то облегчением. До конца рабочего дня оставалось полчаса, и Рагнвиндр очень надеялся, что никому больше не взбредёт в голову заявляться в таверну вечером понедельника. — Ты слишком напряжён, огонёчек, — шепнул снизу Кэйа, который уже расправился с брюками мужчины и сейчас поглаживал ладонью его член через нижнее бельё, — Ну же, расслабься. Он склонил голову и обхватил губами выглядывающую из-под белья бордовую головку, слизывая мутную капельку смазки. Дилюк прикрыл глаза, толкаясь бёдрами навстречу, и чуть сильнее надавил ладонью на затылок в немой просьбе поторопиться. Но Альберих только коротко мотнул головой и хитро прищурился, продолжая неспешно ласкать губами и языком напряжённую плоть. — Ты обещал, что быстро, — чуть хрипло выдохнул Рагнвиндр, пытаясь вложить в слова как можно больше недовольства, но выходило не очень убедительно. — Обещал. Но ты сейчас такой податливый и послушный, разве могу я удержаться от соблазна немного подразнить тебя? — промурлыкал рыцарь и потерся щекой о член мужчины, щурясь, словно довольный кот, — Не волнуйся, потом я позволю тебе трахнуть мой рот, как ты любишь. Дилюк снова не успел возмутиться: колокольчик над входной дверью тихо зазвенел, оповещая о новых посетителях. К счастью, это оказался лишь Итэр со своей извечной летающей спутницей. Паймон что-то очень эмоционально рассказывала Путешественнику, размахивая руками, а тот в ответ только кивал и изредка тихо хихикал. Дилюк почувствовал, как Кэйа вдруг напрягся, и мягко погладил его затылок, успокаивая. Хотя, кого тут ещё надо было успокаивать? — Ох, Паймон просто умирает от жажды! — воскликнула Паймон, подлетая ближе к стойке. Если бы она поднялась чуть выше, наверняка бы увидела выглядывающую из-под стойки синевласую макушку, — Здравствуйте, мастер Дилюк! Мы бы хотели заказать Ваш фирменный виноградный сок. Дилюк хотел ответить, но вдруг вздрогнул, когда почувствовал, как с него начали стягивать нижнее бельё, и бросил испепеляющий взгляд на невинно улыбающегося Кэйю. — Только попробуй, — одними губами шепнул Рагнвиндр, сильнее сжимая волосы на затылке рыцаря. Альберих только шире улыбнулся, окончательно освобождая член мужчины, медленно высунул язык и коснулся им влажной головки. «Ещё как попробую.» — читалось в ехидно поблескивающем взгляде. — Мастер Дилюк? — настойчиво позвала Паймон, — Вы в порядке? — Д-да, кхм… Прошу прощения, я задумался, — на удивление, ему удалось произнести эту фразу спокойно, не выдав себя, — Виноградный сок, да? Одну минуту. Рагнвиндр резко дёрнул Кэйю за волосы, оттягивая от своего члена, и наклонился под стойку, чтобы достать стаканы, а сам схватил ухмыляющегося рыцаря за подбородок и зашипел: — Я тебе это ещё припомню. — Обязательно, — мурлыкнул Альберих, коротко целуя мужчину в губы, — Поторопись, гости ждут. Дилюк сжал зубы до лёгкого скрежета, но поднялся уже с совершенно бесстрастным и невозмутимым выражением лица, ставя на стойку два стакана и наливая в них виноградный сок. Добавил пару листочков мяты и свежих ягод винограда для украшения, вставил трубочки и протянул Итэру с Паймон. — За счёт заведения. — Как щедро, мастер Дилюк! — Паймон радостно хлопнула в ладоши. — Спасибо, — тихо бросил Путешественник, притягивая стакан с напитком поближе к себе. Итэр со своей спутницей вновь полностью увлеклись беседой; точнее, говорила в основном Паймон, а юноша только кивал на её слова и иногда вставлял что-то своё, неторопливо потягивая сок через трубочку. Тем временем Кэйа развлекался во всю; горячий влажный язык и губы неспешно скользили по всей длине, очерчивая вздутые вены и собирая солоноватые капельки смазки. Рыцарь до сих пор не спешил брать член в рот, только дразнил влажными поцелуями и посасываниями, бросая кокетливые взгляды на Рагнвиндра из-под полуприкрытых ресниц. Выдержка у Дилюка была действительно стальная: он не издал ни единого звука от выкрутасов возлюбленного, только периодически шумно втягивал воздух через нос, стискивал зубы и смотрел куда угодно, но только не на рыцаря. Пару раз пытался прикрывать глаза, но от этого было только хуже — с закрытыми глазами все прикосновения ощущались в два раза острее, — поэтому упёрся взглядом в настенные часы в углу таверны, внимательно следя за движением стрелок. До конца рабочего дня оставалось всего десять минут. — Эй, Итэр, тебе не кажется, что с мастером Дилюком что-то не так? — Паймон, очевидно, пыталась говорить тихо, но получалось у неё так себе, — Смотри, его лицо всё красное, и дышит так тяжело… Может, он заболел? — Наверное, он просто вспотел. Здесь довольно жарковато, — беспечно пожал плечами Итэр и бросил взгляд на мужчину, чуть прищурив золотые глаза, — Верно, мастер Дилюк? Рагнвиндр только негромко угукнул, мысленно благодаря Путешественника за проницательность. Итэр был не глупым парнем и наверняка догадался, в чем же дело. Кэйа снизу тихо фыркнул. — Думаю, нам уже пора, — Итэр отставил пустой стакан и поднялся со стула, — Спасибо, мастер Дилюк, было очень вкусно. — Ага! — подхватила Паймон. — Приятного вечера, — дежурно отозвался Рагнвиндр. — Одну минутку! — вдруг воскликнула Паймон, — Мастер Дилюк, а Вы случайно не видели Кэйю? — Сэр Кэйа? — Рагнвиндр приподнял брови, якобы удивившись, неторопливо поглаживая рыцаря по макушке. Альберих замер и с опаской посмотрел на возлюбленного, широко распахнув глаз. Тот поймал его взгляд и ухмыльнулся уголком губ, — Нет, боюсь, сегодня я его не встречал. — Ох уж этот Кэйа! Сам же пригласил нас в таверну, даже обещал заплатить, и не пришёл! Что за невежество! — принялась возмущаться Паймон, «топая» ножкой в воздухе. — Успокойся, Паймон, — мягко заговорил Итэр, — Я уверен, у капитана Кэйи была достаточно… — он бросил красноречивый взгляд на Дилюка, — Веская причина, чтобы не прийти на встречу. Идём, нам пора. Юноша кивнул Дилюку на прощание и торопливо увёл возмущающуюся подругу из таверны. Рагнвиндр наконец выдохнул с облегчением и упёрся руками в столешницу, слыша тихие хихиканья снизу. — Ох, кажется, я и правда позабыл, что пригласил Путешественника на встречу. Как неловко. — Ты знал, что он придёт, — высказал очевидный факт Дилюк, хмуро глядя на возлюбленного. — Ни в коем случае, — Кэйа даже руку на сердце положил, но озорной блеск в глазах выдавал его с головой, — Ну же, милый, не хмурься так, тебе это совершенно не идёт. Ты так стойко держался, это похвально. Полагаю, мне стоит наградить тебя за выдержку, верно, любимый? Теперь твоя очередь направлять меня, — рыцарь сложил руки на коленях с полным покорством во взгляде, — Давай, детка, я знаю, ты хочешь этого, — он игриво подмигнул и пригласительно приоткрыл рот, чуть высунув язык. Дилюк утробно зарычал, выверенным движением хватая капитана кавалерии за волосы и резко насаживая ртом на свой член до основания. Головка ударилась о внутреннюю стенку горла, и Альберих тихо застонал, уткнувшись носом в лобковые волосы, посылая приятную вибрацию вдоль ствола. Это было одним из его любимых занятий — сначала доводить возлюбленного до грани, а затем позволять ему перехватывать инициативу, полностью отдаваясь во власть мужчины. Он просто обожал такого Дилюка — грубого, резкого, властного. Глубоко трахающего его горло, заставляя давиться собственной слюной и не позволяя толком вдохнуть. Кэйа жалобно скулил, больно впиваясь ногтями в свои колени, пытался хоть как-то подстроиться под бешенный темп, лениво елозя языком по стволу. Слюна и смазка стекали по подбородку, а в штанах было просто невозможно тесно, но сейчас у Кэйи даже нет особого желания прикасаться к себе. Всё, чего он хочет — чувствовать этот большой толстый член в своём рту и позволять Дилюку использовать себя, как обычную игрушку для своего удовольствия. — Ч-черт, Кэйа… Я уже скоро… — зашипел Рагнвиндр, больно сжимая волосы рыцаря. Тот тихо замычал и положил ладони на подрагивающие от напряжения бёдра. Дилюк знал, что означает этот простой жест, поэтому и не думал сбавлять темп; последние толчки становятся более резкими и рваными, пока Дилюк не замер, вгоняя член глубоко в растраханное горло. Вязкая горячая сперма брызнула в податливый рот, Альберих судорожно закашлялся, всхлипывая, но не пытался отстраниться, принимая всё до последней капли. Наконец, Дилюк отпустил его волосы, Кэйа тут же принялся жадно глотать ртом воздух. У него опухшие влажные губы, покрасневшие от слез глаза и испарина на лбу, но вид до жути довольный; он чуть приподнял голову, открыл рот, позволяя Дилюку увидеть растекающуюся на языке белую жидкость, и только после этого сглотнул, облизнул губы и снова прижался к уже опадающему члену, тщательно собирая остатки спермы языком. — Я хорошо постарался, милый? — хрипло прошептал рыцарь. Дилюк не ответил, только опустился на колени рядом с ним, обхватил лицо ладонями и нежно поцеловал тёплые податливые губы. Если бы Кэйа сейчас стоял, у него бы подкосились колени; он глухо застонал в рот возлюбленного, обхватил руками его шею, после чего позволил поднять себя на руки, потому что сейчас уже совершенно не было никакого желания хоть как-то двигаться. — В следующий раз ты обязан трахнуть меня на этой стойке, — устало пробормотал Альберих, с трудом заставляя язык шевелиться. — Обязательно, дорогой, — усмехнулся Рагнвиндр и ласково поцеловал его в лоб, — Идём домой.