Оголодавший и зависимый.

Пайпер парализовало. Даже пальцем не пошевелить. Страх, животный страх сковывает её. Он не оборачивается, она уже всё поняла, она знает, кто сидит подле и она знает, что будет если они останутся наедине. Как некстати автобус пустел, скоро конечная. - Чёрт.. Кратко и сипло выдавила Пайпер, на большее сейчас она не способна. Она в ловушке, ей уже не выбраться из этого кошмара. Наверное плакать бесполезно, когда у твоих плеч трётся само исчадие ада. Но Пайпер плачет, слезы бесшумно катятся по щекам. Сил кричать просто нет. Да и смысла тоже, кто ее услышит? Водитель? Мортис прикончит и его. Она не может рисковать оставшимися пассажирами. Делать нечего, остаётся лишь сдаться. Сдаться в плен, к самому Сатане. - Мортис, отпусти меня. Шепчет хрипло она, даже не повернувшись. - Не-а, я не могу потерять тебя снова. Ласково мурлычет вампир. - Ты больной ублюдок. Я тебя ненавижу. Холодно, словно сама Стужа, выплёвывает Пайпер. Она не желает вести разговоров с подобным ему. Она его ненавидит и ненавидит всем сердцем. - Зато я тебя люблю, дорогая. Склоняясь над самым затылком шепчет ей вампир. Нутром, Пайпер могла почувствовать, как скользким движением пальцев, Мортис подцепляет тугую резинку для волос. - Тебе больше идут распущенные, милая. Будто в самом мозгу доноситься голос, что будоражит все клеточки тела, заставляя мелко вздрогнуть. Пайпер не отвечает, ей нечего сказать этому отродью. Она лишь молча смотрит в окно. - Даже не взглянешь на меня? От его сладких речей, девушке хотелось блевать. Она больше так не может, больше не может терпеть всё это. Она поворачивается. И смотрит прямо в глаза. Смотрит и ненавидит, ненавидит даже взглядом, и Мортис чувствует это. Они снова оказались лицом к лицу. Охотник и жертва. Пайпер поморщилась, глядя на растянутое в улыбке лицо. - Вот так-то лучше, моя королева. Мурлыкнул Мортис, с каждым его словом, Пайпер лишь хотелось вырваться из удушающих тисков его голоса. - Видеть тебя противно, чёртов убийца. Девушка не отдает себе отчёта в своих же словах. Она бы молча сдалась, но толи чрезмерный страх перерос во всепоглощающий гнев, толи она действительно сходит с ума. Автобус останавливается. Водитель просит всех выйти, конечная. - - Пойдем домой, дорогая, ты наверное проголодалась. Слишком фальшиво. Наверное заметил косые взгляды пассажиров. Но ничего, как только они выйдут, она ему покажет, что такое Ад на Земле. Но выходя, Пайпер дрожала. Вся её смелость куда-то улетучилась. Она больше не хотела драться, больше не хотела быть смелой. Она хотела чтоб он наконец отпустил её руку, позволил уйти. Автобус уехал. Больше её никто не спасёт. Мортис копошился в карманах, не мог что-то найти. Его недовольное бормотание приглушали волны, разбивающиеся о камни под мостом. Лишь они сейчас могли её успокоить. Она вслушивались в каждый всплеск, в каждый вздох печальной реки. Они в чем-то похожи, но Пайпер не знает в чём. Она стоит и слушает её шёпот, река будто наставляет её, пытается уберечь. - Мортис, пойдём взглянем на реку. - Всё для тебя, дорогая. И они смотрят на волны, что отчаянно бьются о камни и играются с лунным светом. Она бы всё отдала за то, чтобы увидеть бездыханное тело Мортиса гонимое ими. - Мортис, что ты сделаешь со мной? Девушка не боится ответа. Бояться просто нет смысла. Вампир безмятежно улыбнулся. Ему нечего сказать. В поместье как всегда холодно и сыро. Летучие мыши порхают из угла в угол. Всё как обычно. Пайпер здесь не впервые, воспоминания не из приятных. Чучела животных повешенные над камином будто таращились своими мертвецки бледными глазами. А по громоздкой лестнице, то и дело скакали мыши, приветствовали пришедшую. - Располагайся, дорогая, скоро присоединюсь. Галантно сопроводив любимую до комнаты, Мортис удалился. Он был уверен, что бежать ей некуда, но дверь за собой всё-таки замкнул. - Дерьмово.. Надо выбираться. Пайпер была настроена серьезно. Мортис - вампир, просто так его не возьмёшь. Пошарив по карманам платья она отыскала маникюрные ножницы, но разве они ей помогут? Нужно что-то, чтобы задержали его хоть на пару секунд. Окинув комнату взглядом, Пайпер наткнулась на ружья висевшие под самым потолком. При её росте достать до туда было почти невозможно, но чего только не сделаешь ради спасения собственной шкуры. Пришлось нагромоздить винтажный комод подушками и прочими вещами, чтоб хоть как-то достать до ружей. Времени было в обрез, она нутром это чуяла. Но она оказались бесполезны, пуль не было. Оставались только стальные штыки. Даже проткнув им Мортиса это сильно погоды не сделает, мгновенно регенерирующий вампир наверняка просто придет в ярость, чем будет умирать от боли. Но это хотя бы приостановить его. Хоть на секунду, он должен замереть. Нет, эта секунда ей ничего не даст, нужно действовать быстро, быстро и наверняка. Но что может поразить его сердце раз и навсегда? Ничего на ум не приходило. Уже отчаявшись, Пайпер ждала своей участи, как только взгляд не пал на те самые маникюрные ножницы. Маленькие и невзрачные, но лишь они могла ей помочь. Стопроцентное серебро, только ему она могла доверять. Обрывками платья она смогла закрепить ножнички на штыке. Держалось всё крепко. Адреналин придал девушке сил. - Вот он, я слышу шаги. Она была готова покончить с этим кошмаром. - Дорогая, я вхожу! Ласково пролепетал ничего не подозревающий Мортис. - Конечно, входи. Её слащавая фальшь, вампира даже не насторожила. Но встречает вампира увы не объятия любимой, а серебряные ножницы вошедшие прямо по самое сердце. - Н-но, Пайпер.. Почему..? В его голосе слышно отчаянное непонимание. На мрачном лице Пайпер не дрогнуло ни одного мускула. Она была твердо уверена в своих действиях. Она больше не боялась замарать руки. Ткнув вампира ещё пару раз для верности, она оставила его умирать. Мрачно смотря на погибающего вампира, Пайпер произнесла лишь : " - Встретимся в аду, ублюдок." - Дерьмово, я так устала.. Девушка устало опустилась на кресло и томно вздохнув, взглянула на звёзды в окне. - Всё же, жертва не всегда оказывается жертвой. Ещё раз окинув взглядом бездыханное тело вампира, Пайпер вздохнула в пустоту. - Звёзды сегодня красивые. Произнесла Пайпер, вся эта ситуация вызвала лишь горький смешок у неё. Кажись, что безумие Мортиса оказалось заразно. Конец.