Я твоя зависимость

       Хоть Эмити и понимала, даже сама оправдывала агрессию Хантера, потому что, скорее всего, на его месте была бы ещё злее, но сейчас из ушей едва не шёл пар, а кровь в жилах бурлила от ненависти.        Быстро перебирая ногами в сторону дома, младшая Блайт мечтала врезать кому-нибудь по лицу, шагая вдоль дороги и, желательно чтобы этим человеком была мать, хотя и Хантер сошел бы на худой конец. Неужели блондин не мог удержаться ещё чуть-чуть, прежде, чем вывалить всё на Луз. Такое разочарование в карих глазах давней подруги, пурпурноволосая не видела с вечеринки Брайна. После неё, кстати, они ещё долго не могли нормально поговорить.       Как же всё надоело, хотелось поскорее вернуться домой, поставить уже чёртову Одалию и, желательно Филипа, на место, чтобы больше не лезли в чужие жизни. Нельзя было так затягивать, и Эмити это поняла только сейчас, однако, с каждым приближающим её километром, в голову противными паразитами лезли те или иные сомнения. По сути, Луз она уже потеряла, возможно, даже на всегда, ведь Хантер был для шатенки действительно более подходящим вариантом, да и в целом он не морочил ей голову.        В какой-то степени, Блайт завидовала его стойкости и храбрости противостоять отцу и рисковать положением, Эмити же, в свою очередь, боялась не только за себя, но и за приближённых к ней людей. Однако, иногда девушка сама ловила себя на мысли, что это всё пустые отговорки и если бы она действительно хотела, то давно пошла на перекор родным так же, как это сделали близнецы.        В отличае от младшей дочки, Эдрик и Эмира хотя бы находили поддержку и утешение в друг друге, а у Эмити была только Луз, и то не долго. Мать прогнула дочь после дурацкой трагедии и в буквальном смысле сломала жизнь обеим девочкам. Если бы Носеда осталась в Коннектикуте до сих пор, то всё могло быть совершенно по другому, от их отношений до характера. Младшая Блайт была уверена, что смогла бы стать счастливой, останься доминиканка с ней.        Эмити остановилась у широких дверей поместья, нервно сжимая сумку у пояса с копиями документов, которые она сделала днём. Нужно было немного собраться с силами. Да, Блайт точно знала, что мать поджидает её, так что, как только за пурпурноволосой закроются двери, её ждет очередной вынос мозга в перемешку с давлением и угрозами.        Но тут Блайт ошиблась и её наказание началось даже раньше. Мать, будто почуяв кровь, громко распахнула дверь, схватила девушку за предплечие, грубо затаскивая внутрь, и швыряя на пол. Эмити даже слово не успела сказать, как едва избежав поцелуя с дорогим паркетом, получила дополнительную смачную пощечину.        Одалия склонилась над дочерью, смотря ехидным, пропитанным ядом, взглядом и лёгкой улыбкой на лице. - Нагулялась, дорогая?! Надеюсь, ты успела попрощаться с друзьями, ведь больше, ты их не увидишь!        Ошарашенно потирая горящую от удара щёку, Эмити нервно сглотнула ком в горле. Желудок от нахлынувших эмоций едва не вывернуло и, еле как сдержав рвотный позыв, младшая толкнула сумку к ногам матери. Одалия с интересом глянула на предмет, после, снова переводя взгляд на уже немного нахмуреные брови дочери. - Это тебе. - Задобрить меня хочешь? Хах, это даже смешно! Неужели ты думала, что если принесешь мне потрёпаную старую сумку, я забуду о твоём ужасном поведении? О нет, дорогая Миттенс! Ты ещё долго будешь расплачиваться за своё непослушание!        Женщина выпрямилась, скрещивая руки на груди, брезгливо отбрасывая ногой сумку в сторону. Нервно втянув воздух через нос, Эмити неторопясь поднялась с пола, демонстративно стряхивая пыль с новых джинс. Лицо стало более безразличным, будто не её сейчас ударили. Этот поступок матери полностью отбил сомнения в девушке за семейное положение. Теперь хотелось наоборот, отнести всю сумку сразу полиции и не церемониться, а после, с приятным блаженством наблюдать, как на руках Одалии застегнут наручники. - Я говорила не о сумке, мама. Советую тебе заглянуть, и посмотреть, что внутри.        Не буду врать, что спокойный и размеренный тон дался младшей очень не просто, она еле сдержала порыв ярости, хотя-бы крикнуть в ответ.        Одалия удивлённо приподняла одну бровь и всё же подошла к сумке растёгивая молнию острым кончиком туфли. Из открытого замка легко выскользнули аккуратно сложенные бумаги с достаточно мелким шрифтом, так что женщинае всё же пришлось присесть и взять пару бумаг в руки. Эмити с нескрываемым удовлетворение смотрела, как меняется лицо матери от прочтения каждой новой строчки. Не дожидаясь конца, девушка подошла ближе и наклонилась к матери так же, как это сделала она несколько минут назад. - Это, мама, компромат на тебя и твои жалкие незаконные аферы, за которые тебе светит от пяти до двадцати лет тюремного заключения. Ты можешь сделать со мной что хочешь, но если рискнешь - всё это окажется в участке и деньги тебе не помогут, так что советую больше не лезть в мою жизнь и жизни моих друзей, если всё ещё ценишь свободу.        Пурпурноволосая гордо выпрямилась, отступая на пару шагов. Одалия вскочила с места и начала суетливо сжигать бумаги огнём в свече, чем вызвала лёгкий довольный смешок у Эмити. - Можешь делать с ними что хочешь, у меня ещё есть...        Зубы женщины издали громкий скрип и она зло отшвырнула всё со стола, вместе со свечой, благо та потухла, соприкаснувшись с паркетом. Старшая Блайт быстро сократила расстояние с дочерью и схватила за воротник. - Ты - неблагодарная жалкая девчонка! Серьёзно решила подставить меня и всю свою семью!? Ради чего? Что бы выпендриться?! Показать, что ты не так глупа, хотя этот поступок наоборот доказывает, что ты ещё не набралась мозгов!?        Эмити скривила лицо в раздражительной гримасе и резко оттолкнула мать, поправляя кроптоп. - Ради моих друзей! Ради моей жизни! Ты отняла всё это у меня! Если бы ты только знала, как я тебя ненавижу за то, что ты такая наглая, алчная, двуличная и мерзкая сука, манипулирующая даже своими родными! В тебе хоть капля любви осталась или тебя целиком заполнила жажда денег!? Тебя даже просто живой назвать сложно! Из-за тебя, близнецы сбежали из города, а отец на столько закрылся в себе, что вытянуть из него хотя бы слово уже магия! А я... А я, каждый, грёбаный день всё больше чувствую, как крыша едет от твоего идеализирования всего и всех! Знаешь, что я хочу сказать тебе, мамочка!? Пошла ты на хер и не смей больше лезть ко мне! С этого дня, у тебя больше нет детей!        Отступив ещё на несколько шагов, младшая Блайт отвернулась, собираясь уйти прочь, но вдруг услышала тихий смех матери и остановилась. - Аха-ха-ха... И куда ты пойдешь? Без меня у тебя нет ничего, ни дома, ни денег. Неужели, наша неженка Эмити будет работать? Хах! Сомневаюсь в этом!        Пурпурноволосая усмехнулась и снова повернулась лицом к уже заметно свихнувшейся мамаше, скрещивая руки на груди. - Ошибаешься, дорогая мамочка. Неужели ты забыла, что два года назад ввела меня в семейный бизнес? Моя подпись стоит почти на каждой твоей, благо законной, бумажке и часть семейного бизнеса принадлежит мне. Денежные отчисления каждый день капают на мою карту.        Одалия напряглась, вспоминая этот момент истории их семьи. - Ты говоришь о той карте, которая у меня, Миттенс? Ты не сможешь ей пользоваться, я её не отдам.        На лице Эмити появилась довольная, ехидная улыбка. Без лишних слов, девушка достала телефон, и быстро набрав какой-то номер, поднесла к уху. На звонок ответили достаточно быстро. - Да, здравствуйте. Я хотела заявить о краже карты, не могли бы вы её перевыпустить для меня?... Да конечно, угу, Эмити Блайт(бла бла бла)... Ох! Уже завтра? Какая прелесть, благодарю, я приду.        Младшая Блайт сбросила вызов, убирая мобильник на место. - Карту заблокировали, и больше ей пользоваться, ты не сможешь, а новую мне выдадут уже завтра. И да, мамочка, можешь не волноваться, я знаю, где буду жить, это как раз очень далеко от нашего поместья, так что отныне ты больше не сможешь контролировать меня.        От удивления и отчаянья женщина открыла рот и быстро схватила дочь за запястье, заметно паникуя. - Миттенс, детка, ты же не оставишь меня и нашу семью? Не уходи, я дам тебе больше свободы и даже... Позволю встречаться с той девчонкой, Луз...        Последнее предложение далось Одалии заметно сложно, но услышав имя любимой, сердце сжалось в комок и она резко вырвала руку, отходя на несколько шагов. - Для отношений с Луз уже поздно, мамочка, можешь радоваться, но если я узнаю, что по твоей вине с неё упал хоть волос, придётся тебе коротать убогие годы за решёткой и, уж поверь мне, я приложу все усилия чтобы тебя засадили на долго!        Решив на этом закончить разговор, пурпурноволосая направилась в свою комнату, собирать вещи. Хоть ранее такого плана не было, но теперь она твердо решила переехать в домик Эдрика и Эмиры, пока не сможет купить что-то по лучше.       Луз вернулась ранним утром одна. С Хантером говорить не хотелось после услышанного разговора да и в целом больше ничего не хотелось.        Хоть концерт прошел отлично, и её репутация пошла в гору, радости это опять же не доставляло. Хотелось понять почему любимая снова и снова так с ней поступает. Было и дураку понятно, что Эмити не всё равно на шатенку, но каждый раз её как будто что-то отдёргивало от большего, чем просто неловкий натянутый разговор.       Подумав об этом ещё пару десятков минут, Носеда, переодевшись в более удобное и свободное, начала неторопясь собирать вещи. Билет на самолет уже лежал в сумке(Ида отдала его во время перерыва между песнями в баре), и назад пути теперь не было.        Так как в целом вещей доминиканка нажить много не успела, понадобилось чуть больше часа, что бы разложить все более компактно по коробкам в зале, а паспорт с билетом на всякий случай выложила на стенку-шкаф в зале, затем сфотографировала квартиру и, за чашкой утреннего кофе, выставила объявление о продаже в интернете.        Сердце ныло и скулило, настроение было паршивым и подавленным. Что делать, Луз тоже не понимала, но оставаться здесь точно не хотелось.        Девушку заставило улыбнуться только сообщение, неожиданно пришедшее от новой, весёлой, заводной знакомой. Вайни расписала целую статью о том, как ей понравилось играть с Луз в одной команде и какая шатенка крутая во всем своем великолепии. Конечно, это потешило самолюбие Носеды и та, с приятным смущением, ответила взаимными комплиментами, на что получила множество смайликов и эмоджи, а после даже предложение встретиться снова. Вайни совсем не стеснялась в выражениях или шуточках с пошлыми намёками, всем видом показывая, что заинтересована в Луз не только как в подруге. Носеда не стала отказывать в подобном, да и почему бы нет? С Хантером всё равно песенка спета, а Эмити... Эмити справится без неё.        В остальном день был скучным и на радость доминиканки- спокойным. После последнего разговора и жёсткого "не сейчас", Хантер даже не писал сообщения, понимая, что ей нужно время на принятие довольно сложной ситуации.        За этот день, Луз смогла отдохнуть от всех переживаний, приводя наконец спутанные мысли в порядоки. Получилось даже смириться со скорым переездом в Чикаго с Идой, и даже нашлось время набросать план действий для начала новой жизни.        Без сомнений, прошлое отпускать было не просто и, с тяжелым вздохом, смотря на виднеющийся в окне любимый холмик, Луз закрыла глаза, прошептав "прощай", спрыгнула с подоконника, закрыв окно белыми жалюзи, а сверху ещё и шторкой.