Под дождём

Удерживаемое магией телекинеза перо уже давно высохло и водило по обширному свитку без каких-либо следов. Но Луна даже не обращала на это внимания, аликорн уже не помнила о документе, который она составляла от имени своей сестры, вновь привыкая к обязанностям принцессы. Её взгляд и её душа были обращены к окну, за которым громко шумели тяжёлые дождевые капли, срываясь с небес и разбиваясь об крышу замка и козырёк окна, об листья и ветви деревьев, об траву и землю… И слыша этот чудесный шум, этот нестройный шелест, принцесса Луна чувствовала, как замирает в её груди сердце, что оно почти не бьётся от захватывающего всё её существо волнения — она ведь так давно не слышала такие простые земные звуки, как шум дождя… Хотя с момента её возвращения прошло несколько месяцев, но она это время предпочла проводить в обществе своей сестры, или же была вынуждена встречаться со знатными пони, восстанавливая свой статус царствующей кобылицы, и потому у неё не было времени послушать музыку дождя… А теперь, находясь в уединении в своей комнате, она не только слышала мелодию капель, но и чувствовала врывающийся в окно одуряющий запах дождя, она видела тёмное ночное небо, сейчас ещё и затянутое тяжёлыми серыми тучами, льющими вниз потоки воды, сверкающие в свете уличных фонарей, в свете окон замка… Чудесное зрелище так взволновало принцессу, что она не смогла больше сдерживаться — оставив перо и бумагу, кобылица подошла к окну и встала на задние ноги, положив передние на подоконник, затем она напряглась, выбираясь на карниз, и остановилась на краю, раскрыв крылья во всю ширь. Лёгкий ветер бросал дождевые капли прямо ей на мордашку, они уже забарабанили по крыльям аликорна, и она, подхваченная своими чувствами и дуновением ветра, слетела с карниза прямо в сердце бури. Дождь! Дождь! Она с наслаждением кружилась под его хлещущими струями, такими приятными, такими живыми! Подставляла им мордашку, переворачивалась на спину и позволяла им хлестнуть по своему животику, кружилась, взмывая вверх или спускаясь с высоты пониже, и каждую секунду, каждый миг чувствуя такое блаженство, какое уже давно не ощущала! Даже её эфирная грива промокла, но шерсть пока что ещё сдерживала воду и холод, да и так сейчас Луна была счастлива, что просто не чувствовала никакого дискомфорта! Расправив крылья, она стала совершать всё более сужающиеся круги, спускаясь с небес на землю, в кантерлотский сад, пока её копытца не соприкоснулись с мокрым камнем, которым были вымощены дорожки сада. Но и тогда чувства ещё не угасли, и Луна, пританцовывая, медленно переступала копытцами, то и дело кружась в центре дождя, своей магией останавливая полёт капель и собирая из них замысловатые фигуры, замиравшие в воздухе до тех пор, пока она не давала им свободу упасть на землю. Мир замер для принцессы, неудержимый восторг охватил её от кончиков копыт до кончиков хвоста, и в таком странном вальсе, сопровождаемом волшебством, она кружилась дальше, пока не достигла ворот замка. Здесь Луна остановилась, стряхнула с гривы воду, и уже хотела величественно показаться перед стражей, но тут охваченный золотым телекинезом зонтик плавно переместился к ней, и завис над её головой. - Селестия? - удивилась Луна, увидев старшую сестру, которая вышла ей навстречу. Та расплылась в улыбке, нежной и согревающей, словно жаркое летнее солнце. - Знаешь, я тоже люблю гулять под дождём, - сказала она. - Может быть, ты разрешишь мне составить тебе компанию, сестрёнка? Луна не сдержалась — сделав шаг вперёд, она положила мокрые крылья на плечи аликорна, и прижалась своей мордашкой к её.