Противостояние крови

Серые будни были похожи друг на друга. В королевствах не было танцев, песен, улыбок. Народ темных эльфов был погружен в вечную скорбь, которую велел соблюдать их новый король Амрот. Любая песнь жестоко каралась, а единственным праздником, в который разрешались тихие мелодии был день памяти погибшим родителям. — Ваше величество, прибыл король Нимлот. Склонился подданный, прежде чем впустить гостя. Эльф привлекал внимание всех присутствующих в зале. От стражей, до советников, но Амрот не переводил не него взгляд. Светлые шелка с вышитыми цветами, элегантно «стекали» с его плеч, опускаясь до самого пола. Кружевные перчатки с вшитыми золотыми нитями камнями, поднимались до локтей, плотно прилегая к коже. Казалось, что все богатство земель было собрано в один наряд Нимлота, чтобы показать, как прекрасно живется светлым без помощи другой расы. В отличии от них, никто не скорбел. Скорее наоборот, народ продолжал жить дальше, ежедневно устраивая танцы и песнопения. Единственный день, который мог хоть на немного сплотить расы — наступал сегодня. Стук набоек на обуви, вывел короля из оцепенения. Брови тут же сошлись к переносице, а взгляд желтых, как облепиховое варенье, глаз устремился на родственника. Природа сыграла злую шутку между этими двумя, ведь они были разными до кончиков ушей. Сдержанный темный эльф, с желтыми, как облепиховое варенье, глазами, никогда не уделял должного внимания своей одежде. Ему было важно лишь удобство и строгость, а все украшения не признавались. Единственное, что он позволял себе — это надевать золото и распускать серебряные волосы на день памяти. Покойная мать всегда твердила о том, как любит его волосы, что в них вся сила и мощь рода. Поэтому Амрот так и не решился отрезать их в день коронации. Вот и сейчас он сидел облаченный в темные шелка и лишь несколько вставок золотых пластин, добавляли наряду шарма. Длинные пряди были заботливо расчесаны придворными, которые заплели пару тонких кос у лица. Казалось, что длинна волос это единственное, что объединяет братьев, ведь Нимлот также имел длинные светлые волосы, которые напоминали пшеницу на рассвете. Он предпочел вплести белые бутоны цветка Имфредиль*, которые так любила покойная мать. Нимлот не знал точно, правда это была или нет, ведь все рассказы о родителях он получал лишь от стражи и учителей, чтобы не забывать благодаря кому он появился на свет. Никогда не видеть мать и иметь с ней такую сильную душевную связь казалось невозможным, однако эльф поддерживал эту связь изо дня в день. — Ты оделся, как на свадьбу. Это не торжество, а день памяти. Как у тебя вообще хватает совести заявляться в мое королевство в таких светлых одеждах, зная правило скорби. Твой парфюм развонялся на все королевство, забыл, что парфюмы для свадеб, а не для похорон? — Ты забываешься, Амрот. Как король светлых эльфов, я не обязан соблюдать твои правила. — Это правила моего народа! Король встал с трона, делая большие шаги навстречу брату. Сильная рука схватила того за изгиб шеи, встряхивая. Украшения на теле светлого эльфа зазвенели. Встревоженный взгляд белых, словно изморозь, глаз тут же опустились. — Оставьте нас. Прорычал Амрот, надавливая на шею и борясь в желанием впиться когтями в светлую кожу. Глухой стук, оповещал о том, что брат встал на колени, показывая покорность и нежелание продолжать спор. Стража покинула зал, зная, что такие сцены были традиционны при их встречах. — Не надоело тебе? Каждый год я прихожу и первым делом ты хочешь причинить мне боль. — Из-за тебя умерла мать! А следом и отец решил пойти по ее стопам. Чертов поганец, если бы не твое рождения, все было бы прекрасно. Сильные руки переместились к подбородку парня, поднимая тот и с силой впиваясь. Холодные глаза очерчивали лицо эльфа, ища в нем хотя бы каплю схожести на мать. Громко цокнув, Амрот выпрямился и замахнувшись, оставил ладонь возле скулы блондина. — Уже привык, что даже не дергаешься? Зачем же ты приезжаешь каждый год, зная, как я тебя ненавижу. Зная, что тебя ждет в этом зале. — Потому что не понимаю, за что ты меня так не любишь. Я хочу, чтоб наш народ жил вместе, как раньше… — Замолчи! Как раньше уже никогда не будет. — Но Амрот! Я люблю тебя, дай хотя бы шанс на восстановление семьи! — Уходи. Уходи и не смей говорить такое вновь! После церемонии памяти я жду тебя в зале на ужин. Считай это моим подарком тебе за долгие годы терпения.