Мальчишечье

Я был из тех людей, кто волновался слишком много. «Параноик» в свой адрес я слышал чаще, чем свое имя. Но мать только лишь качала головой и улыбалась, когда я лишний раз все перепроверял. Гены — я весь в мать. Даже внешностью на нее похожу больше, чем на отца. В 11 лет получил письмо из Хогвартса. Старший брат, Джим, тогда был на третьем курсе, и лишь весело пожал плечами, а маленькая Дженни погрустнела, когда осознала, что еще один братик ее бросает и отправляется в школу. Отец вздохнул: — Сложно тебе будет в школе, наверное. Ты же как Джесси, вечно волнуетесь… Это было правдой, в какой-то степени. Поезд тронулся. Я в последний раз посмотрел в окно на родителей и сестренку: те улыбались и махали рукой, а Дженни в слезах прижимала к себе плюшевую игрушку. Я улыбнулся и показал палец вверх… и поезд уехал со станции. Я откинулся на спинку сидения. Джим ускакал к своим друзьям, и я остался в купе один. Но, вдруг, кто-то постучался. — Привет! — поздоровался темнокожий мальчик с чемоданом. — Прости, можно присоединюсь? Все кучками во всех вагонах собрались, вообще сесть негде. — Да-да… Садись. Он просиял и уселся напротив, закинув чемодан на верхнюю полку. — Я Ли, кстати. — Ли? — несколько грубо переспросил я, но опомнился. — То есть… Я Джеймс. Я на первый курс. — Я то… Не успел Ли закончить, в купе ворвались близнецы. Рыжие, конопатые и в мешковатых футболках. — Можно присядем? — в один голос спросили они. Мы с Ли молча кивнули, а близнецы весьма бесцеремонно сели друг напротив друга. — Я Фред! — заявил тот, что сидел рядом с Ли. — А я Джордж! — подхватил сидевший рядом со мной близнец. Мы с Ли переглянулись. — Я Ли, а он Джеймс. — улыбнулся он. Я лишь кивнул. — Джеймс Мартин! — позвала строгая женщина с Распределяющей шляпой в руках. Я встал и поплелся к ней. Сев на старый табурет, на меня сразу же надели шляпу. — Гриффиндор! — Ай, красава! — хлопал Джим, который был на том же факультете. Ну и вот начало моей школьной жизни. Меня, Ли, Фреда и Джорджа волшебным образом поселили в одну комнату в общежитии. И с ними я прожил все 7 лет обучения. С Ли мы стали закадычными приятелями. А что? Он весьма спокойный и веселый одновременно. В отличии от меня, к учебе подходил не очень серьезно. Фреду и Джорджу я даже сначала не доверял. Я никогда еще не видел настолько уверенных в себе людей. Над ними даже подшучивали из-за их шалостей на 1 курсе. Но это продолжалось ровно до тех пор, когда близнецы сами не начали над всеми подшучивать. Я никак не мог понять, как это им абсолютно по барабану? Не только на мнение окружающих, но и на учебу. На самом деле, живя с этими троими, понимаешь, что все невозможное возможно, но только если у тебя хватит смелости. И еще, что всем все равно на тебя и твои неудачи. Помню свой разговор с Джорджем на 2 курсе… — Чувствую себя глупо, — нервно посмеялся я, после экзамена по Истории магии, на котором, (как мне казалось) провалился. Джордж глотнул сока из кубка и покосился на меня. — Все чувствуют себя глупо. — Даже ты с Фредом? — я поднял брови. — Временами, — он пожал плечами и рассмеялся. — Вот только об этом никто и не подозревает. Они все вместе миллион раз нарушали правила на территории школы. И каждый раз звали меня тоже. В 85% случаев, я отказывался. Либо домашки много задали, либо спать хочется, или еще какая-нибудь глупая отмазка. Я просто боялся, что меня поймают и оставят на отработку. Но если я соглашался, у меня была тревожность на следующие 2 дня. На четвертом курсе, только-только в Хогвартс пошла Дженни. А вместе с ней, и младшая сестра Фреда и Джорджа — Джинни. Тогда и начались шутки про их похожие имена. Но, хотя бы, они поступили на разные факультеты: Дженни на Пуффендуй, А Джинни на Гриффиндор. Это даже звучит смешно… Но внешностью они совсем отличаются. Бойкая Джинни, как и вся их семья, огненно-рыжая, а скромная Дженни блондинка. Она и Джим пошли в отца. — Даже если мы на разных факультетах, ты же не перестанешь быть со мной?.. — с надеждой спросила она после распределения, держась обеими руками за хвостики. — Конечно я буду с тобой, никуда же не убегу. — тихо сказал я, обнимая ее за плечи. На пятом курсе началась колоссальная подготовка к СОВ. А мои панические атаки из-за этого увеличились в разы. Я их, честно, всей душой ненавидел. Да и мои друзья уставали спасать меня от чувства удушья, слишком частого сердцебиения и страхом умереть от тахикардии, или вообще от всего угодно. Например от Сириуса Блэка, что блуждал в замке в то время. Я тогда обратился к мадам Помфри и она прописала мне какие-то сильные успокоительные таблетки. И те помогали. Действие было сильное — я как будто плавал в воздухе. Никого не слышал и ничего не видел. Через некоторые минуты я обретал чуть-чуть сознания и вел себя… не как обычно. Более раскрепощеннее, можно и так сказать. И однажды даже поцеловался с кем-то… Я не мог вспомнить с кем. Но, скорее всего с Джорджем. Он как-то подозрительно краснел каждый раз, когда я его касался. А Ли и Фред, улыбаясь, переглядывались. Меня как-то угнетала мысль о том, что мой первый поцелуй был с моим другом и соседом по комнате. И каждый раз, когда я думал об этом, я принимал таблетку. В этом не было особой нужды, но мне нравилась эйфория во время действия успокоительного. Но и были и побочные эффекты: через несколько часов после принятия таблетки я чувствовал невероятную усталость. И иногда жуткую грусть, но я игнорировал это и спокойно шел спать. Мои друзья были даже рады, когда я начал употреблять успокоительные. Под ними я был общительней и радостней. — Да как вы вообще так болт на все забиваете?.. — медленно спросил я, глупо улыбаясь с затуманенным взглядом. Каким-то боком я лежал не на своей кровати, а на кровати Ли. — Не на все. — Фред откинулся на спинку кресла и повернул голову ко мне, лукаво улыбаясь. — Нас же до сих пор не исключили. Ли поддакнул, что-то усердно чертя на пергаменте. — А вы, Джейми и Джорджи, ложитесь к себе, пока я сам вас обоих не скинул, — он осуждающе посмотрел на нас. Как оказалось, я еще и лежал, устроившись головой на колени Джорджа. Я посмотрел наверх: он делал вид, что увлечен комиксом у него в руках. Я устало встал, и камнем упал к себе в постель. А мой брат хмурился, когда видел меня под ними. А ведь он дело говорил… — Честно, ты как обкуренный, — сказал он за завтраком в Большом зале. — Ну, — я медленно моргнул и улыбнулся. — Я, хотя бы, не впадаю в панику по поводу и без. — Только не злоупотребляй этой хренью. — Мистер Мартин, не выражаемся! — Джим вздрогнул от из ниоткуда появившейся МакГонагалл. К слову, СОВ я сдал на все 12 баллов. И домой после 5-го курса приехал я под успокоительными. Когда я обнял родителей, расслабленно смеясь с полузакрытыми глазами, мама подозрительно посмотрела на меня. — Джейми, что с тобой? — она тревожно улыбнулась. — Это ему Помфри успокоительные прописала. — скрестил руки Джим. — Бедный мальчик… — мама грустно посмотрела на улыбающегося меня. Папа лишь вздохнул и поджал губы. Таблетки заканчивались. В баночке оставалось уже 3 штуки. На это я не обратил внимания. Особой потребности в них уже и не было: середина лета, как-никак. Но я их принимал и после окончания 5-го курса. Безмятежность — вот, за чем я гнался. А побочные стали более продолжительней. Иногда спал по 13 часов, а иногда не спал по 2 дня, и чувство какой-то легкой депрессии стало постоянным. — Ты какой-то бледный слишком. — заметила Дженни, когда я завтракал (после всех, конечно, я все проспал). Я поднял на нее глаза. Белки были покрасневшие. — И что? Она вжалась в стул с ногами и перевела виноватый взгляд в свой журнал. — Ничего, просто обычно ты румяный… Джим окончил Хогвартс и собирался идти в аврорат. ЖАБА он сдал прекрасно, так что у него «все шансы». Мне казалось, что он слишком легкомыслен для такой важной работы. Однако, идти на курсы по подготовке он уже начал. 15 августа мне прилетела сова с письмом. То было от Фреда. «Короче, вся семья, Поттер и Грейнджер, едем на Чемпионат по квиддичу. Остался еще один билет, а Анджелина укатила во Францию, у Ли уже есть свой. Ирландцы против болгаров, бесплатно пойдешь? Понедельник, 22-го числа. Пакуй манатки, и гони к нам. Адрес по камину знаешь. Возьми денег.» И снизу зачеркнутое предложение.