О всяких сущностях

***

18:29 Холод. Первое, что можно почувствовать, зайдя в этот дом. Будто в нем никто и не жил. Он пробирал до костей, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. Пройдя чуть дальше, Линч начал искать выключатель, дабы было видно хоть что то. — Черт возьми, Джон, перед тем, как дверь закрывать, ты бы сначала нашел выключатель. — выругался Линч в темноте, наощупь, идя дальше по коридору. — Ой, да ты прям как кисейная барышня. — послышался голос где то позади. — Из какого фильма услышал? — Выключатель! Джон все продолжал находить находки. Коридор осветил резкий ярки свет, из за чего оба друга зажмурились. В глазах попрыгали несколько светящихся салютов, и после Линч приоткрыл их. Коридор был впечатляющем: белые стены, увешанные картинами (и скорее всего экземплярами, дорогими), вымытая до блеска бежевая плитка под ногами, большая люстра с тремя ярусами свеч, в которых находились лампочки. Похоже на сказку. Линч оценивающе прошелся по интерьеру, останавливая камеру и свой взгляд на прозрачной столешнице, которая ну совсем никак не вписывалась сюда. — Ничего себе.. я такие дома только в фильмах и книгах видел. — Джон прошел вперед, проводя рукой по стене. — Да-а, кажется, что денег и впрямь у них было много. Марк был настолько хорошим актером? — Линч повернулся к Джону. — Он был актером? Журналист закатил глаза, приподнимая брови. Линч хотел было сказать «я тебе говорил», но кажется, что он слишком много раз произнес эту фразу за день. Проход в гостиную был без двери, в виде небольшой арки. Линч зашел туда, поворачивая голову в разные стороны. — Шея затекла. Роскошный белый диван, на котором можно было бы и жить, перед ним небольшой золотой столик, впереди большой телевизор, а по бокам два каких то растения. Большое окно, с шикарными белыми шторами. Линч непроизвольно вздохнул, сжимая губы. — Нда, никогда не думал, что побываю в таком доме на своей работе. — Линч усмехнулся, наводя камеру на окно. — Жаль, что все так печально получилось. Они даже толком не успели здесь пожить. За окном свисали длинные ветки большого дерева, которые при свете в доме лежали жуткой тенью на занавесках. Острые ветки создавали впечатление когтей, что в любую секунду готовы разорвать тебя. Линч поежился. — Так, надо поставить камеры и заодно обследовать дом, — говорил парень, подходя к цветку. Достал из рюкзака небольшую камеру, отодвинул пару больших лепестков и оставил ее на земле. — надеюсь, не свалиться. Сзади послышалось шуршание. Линч обернулся, замечая Джона около дивана. — Что ты делаешь? — журналист наблюдал за Джоном, который, видимо, что то пересчитывал в портфеле, поставив его на диван. — А-аэ, я взял с собой пару… бутылок сока, — Джон сделал паузу, сопровождая ее звуком «э». — томатного. Линч лишь кивнул, смахивая странную речь Джона на усталость. Ну а кто не устал три часа накатывать круги по трассе, а после еще пешком два километра идти? Все. Блоггер решил отправиться на кухню, ибо она была соединена с гостиной. Обычный серый гарнитур, белый стол. Линча уже воротило от этого белого. Он поставил камеру на навесной стол и вышел обратно в коридор. — Учитывая масштабы дома, здесь будет сложно. Камер не хватит. Придется оставить какие то комнаты без внимания. С таким успехом, Линч обошел весь первый этаж: ванную, в которой он не ставил камеру, кладовую, где тоже не нашел смысл ее ставить, и спальную. Джон в это время уже начал исследовать второй этаж, иногда крича Линчу о каких то интересных вещах, что он там нашел. Например — фоторамка, в которую был вставлен детский рисунок. Там была женщина, подписанная как «мама». Или одна из дорогущих картин, изрисованная в углу черной ручкой. Закончив на нижнем этаже, журналист поднялся на закрученной лестнице наверх. Там тоже был коридор, но меньше, чем снизу. Три двери и та изрисованная картина в конце коридора. Одна из них была открыта, откуда доносилось бормотание Джона. — О черт, есть же еще третий этаж… — вспомнил было Линч, поворачиваясь к ступенькам. — Джон, поставишь камеру на третьем? Из комнаты показалась голова писателя. — Да, сейчас. Отдав другу одну камеру, Линч прошел в первую комнату. — Детская. Он сразу это понял по желтым обоям с мультяшными жирафами и черепахами. Из мебели здесь был только один одинокий шкаф и тумбочка у окна. К слову, на ней лежал тот рисунок. И фотография двух обнимающихся девочек на стене. Линч подошел ближе, наводя на нее камеру. — А это, похоже, те близняшки, — Линч пригляделся к фотографии. — такие маленькие. Лицо одной из девочек освещало солнце, из за чего она прищурилась. А вторая же распахнула глаза, совсем не обращая внимание на палящее солнце. Линч невольно улыбнулся и отвернулся от фотографии. — Так мало вещей. Похоже, что Марк все вынес отсюда, — Линч подошел к шкафу, медленно приоткрывая дверь. Мало ли. И правильно сделал, ведь там была уйма туча плюшевых игрушек. — О-о, — парень сразу же закрыл дверь. — но что то оставил. Линч поставил камеру на тумбочку и поспешил дальше. Следующая была совершенно пустая комната с одним матрацем. — Тут.. ничего нет? — Линч поставил маленькую камеру в углу. — Хотя ничего удивительного. Женя, по его словам, особо здесь не жил. Говорит, что не по себе ему здесь. Да и мне как то тоже. Комната напротив — была ванная. Камер больше не осталось. — Ну что ж, что то Джона давно не слышно, надо сходить на третий этаж. Поднявшись на этаж выше, Линч внезапно остановился, ведя бровью. Совершенно пустая комната, в которой была лишь одна дверь. — Чувство, будто я в комнате для психологических пыток. — стоя на месте, отметил Линч. — Не то слово, — дверь приоткрылась, и оттуда вышел Джон. — здесь вообще чертовщина непонятная. — писатель указал большим пальцем в комнату, откуда он вышел. Линч подошел к Джону, заглядывая ему за спину. По телу пробежалась волна мурашек, а пальцы невольно сжались. — Какого… Прямо перед ним была комната, вся обставленная зеркалами. Большие, маленькие, настенные, туалетные. Ничего больше. Только зеркала и одинокая лампочка, торчащая из потолка. Наступила томительная пауза. Линч исследовал взглядом комнату, а Джон тоже повернулся в ту сторону, но глаза его искоса наблюдали за эмоциями на лице друга. — Это… это странно, — выдал Линч. — кому понадобилось столько зеркал, причем в одной комнате? — говорил Линч, медленно проходя в комнату, будто боялся упустить какую нибудь деталь. — Может, психом Марк все же был? Или Жене зеркала поместить некуда было, — озвучил вполне логичную (за исключением первой) мысль. — Скорее всего второе. Все зеркала были ужасно пыльными. Как и само помещение. Здесь явно не были больше года. — Здесь много пыли. Не думаю, что поддерживая весь дом в чистоте и порядке, Женя бы не стал убираться здесь. — Линч провелся рукой по стеклу одного из них, собирая пыль у себя на пальце. — Думаешь, Марк или кто то другой из этой странной семейки запретили туда заходить? Линч пожал плечами. — Это нам и предстоит узнать.

***

19:40 Раскаленная капля кипятка брызнула на руку Линча, пока тот наливал воду в тарелки с лапшой быстрого приготовления. Но парень как ни в чем не бывало взял посуду и понес к столу. Плюсы его нынешнего состояния все же есть. Хотя на памяти Линча был случай, когда он закупал лекарства в аптеке, по рецепту врача, и пока ждал фармацевта, в него врезался рыхлый мужик и начал матами его поливать, мол что посередине магазина стоишь. А Линч так и стоял, не вникая в смысл слов. Он все еще перерабатывал в голове столкновение, смотря куда то сквозь мужика. Но после быстро встал, извинился. Тот, конечно, продолжал что то бубнить себе под нос, но журналист уже вышел из аптеки, проклиная этот чертов день. Вернемся к настоящему. Линч поставил две тарелки на стол; одну — перед Джоном, другую — перед своим стулом. — Ты прям хозяюшка, Линч, — Джон взял вилку, наматывая лапшу на нее. — Цени. — сказал Линч, усмехаясь. Обстановка, для такого пустого и непривычного дома, была уютная. Линч с Джоном разговаривали о своем, поедая лапшу. За окном дул прохладный ветер, заставляя колыхаться ветки деревьев. В доме, к слову, было холоднее, чем на улице, что доставляло неудобства. — Джон, тебе не показался странным тот подвал на улице? — внезапно задал вопрос Линч. — То есть комната с зеркалами тебя вообще не смущает? — Джон почесал нос, оставляя от себя пустую тарелку. — Нет, я просто не понял, каким образом дети могут свалиться в закрытый подвал. — Мало ли у людей бывают тараканы в голове, — писатель встал изо стола, взял пустые тарелки и поставил около раковины. Линч кивнул. Даже если подвал открывается во внутреннюю сторону, то они же должны были его закрывать? Или они хотели намеренно держать его открытым? В прочем, может, Джон и прав. Так прошел еще час. Они продолжали говорить, иногда затрагивая тему о этом доме. Линч сидел на стуле, положив локти на стол. Руки скрещены, а сонный взгляд был направлен в стену. Линч перестал вникать в разговор уже тогда, когда Джон начал повествование о каких то трех рыбаков, которых он встретил на парковке. Тело расслаблено. Тяжелое. Журналисту казалось, что он будет не в состоянии даже руку поднять, что уж говоря о дойти до спальни. Болтовня друга на фоне успокаивала еще сильнее, клоня в сон. А Джон, видимо, уставать и не думал. Будто еще целый паровоз энергии. Линч выпрямился. Это заметил писатель и обернулся на него. — Уже спать уходишь? — и в прямь мысли прочитал. — Да, думаю, нам не помешает подольше поспать. По крайней мере надеюсь, что нам это удастся сделать. — Линч начал подниматься со стула. — Не похоже на тебя. Обычно сидишь весь на нервах, уснуть не можешь. — Джон пожал плечами, тоже поднимаясь со стула напротив. — Я, просто плохо спал дня два, — парень вяло подошел к другому краю стола, где на зарядке стояла камера. — к тому же, мало ли кто ночью может потревожить нас. Джон нахмурил брови, с искреннем непониманием смотря на Линча. — Наш сон. — дополнил Линч, взяв камеру в руки. Линч поднялся по лестнице, дошел до спальни, включил свет и закрыл дверь. Такая же, как и в комнате с зеркалами, лампочка торчала из потолка, издавая раздражающий звук. Но журналисту было уже все равно. Он слишком устал и просто хотел упасть на этот, скорее всего твердый и до ужаса неудобный, матрац и заснуть. Хотя с его то тревожностью это сделать ровняется чуть ли не нулю. Линч положил камеру рядом со своим спальным местом, подошел к рюкзаку (предусмотрительный, уже перетащил его сюда) и достал покрывало с пледом. Все же на пледы в этом доме Линч не надеется, а то мало ли клопы всякие. Расстелил покрывало на матрац, снял ботинки и сам лег, натягивая на себя плед. Через картонные стены и потолки послышалась возня Джона, который, видимо, тоже собирался спать. Только в гостиной. Они решили, что спать раздельно, а не в одной комнате, будет лучше. Ну а если, что случится сразу на двух этажах? Не дай бог на трех. Где то в углу потолка висела паутина, по которой ползал паук, поджидая жертву, что попадется ему в сети. Подрагивающий свет от лампочки. Линч решил не выключать свет. Так лучше будет. Дверь до конца не закрывалась, поэтому жутко скрипела. Все это не было похоже на родные болота журналиста. Ну никак. В голову закрадывались мысли о том, что вообще не следовало сюда приезжать — особенно в его нынешнем состоянии. Постоянная тревога о том, что что то точно пойдет не так. А точнее, уже пошло. Воды нет. Но это только полбеды. Пожирающий буквально изнутри голод. Все время хотелось есть. Особенно мяса. Учитывая то, что Линч не особый его фанат. . Во все предыдущие разы, когда Линч и Джон выезжали на задания, все было слегка по другому. Либо кто то под боком был, либо слишком много всего происходило, хотя были разы, когда блоггер уже после нескольких шагов тянулся упасть на пол. Было и такое, что от него начинало нести гнилью. Что усталость и голод ходили за ним по пятам. Но тогда все были слишком заняты, чтобы обращать на это внимание. А сейчас они вдвоем. Их только двое. Это пугало сильнее. Эти мысли чуть было не сожрали Линча, но он, как ни странно, уснул. 00:04 Скрипнула доска. По коридору прошелся еле заметный холодок, но пробирающий до костей. Ветер на улице бушевал. Он качал ветки деревьев, ударяя ими все сильнее по окну. От последнего, самого сильного стука, Линч проснулся и резко сел. В глазах потемнело, голова закружилась. Руки, будто все еще спали, свисали к полу. Сознание помутневшее. Он даже не понял, из за чего проснулся. На это осознание ему понадобилось минуты две. Когда просветление случилось, он аккуратно взглянул на щелку в двери. Темно. Холодок, что гулял по коридору, проник в комнату. Кожа покрылась мурашками. То ли от холода, то ли от давящей тишины. Внезапно, послышался еще один скрип пола. Раздался в тишине звук, отскакивая эхом от стен. Шепот. Очень тихий шепот, что переливался по коридору, уходя все дальше. Линч прикусил губу и потер глаза. Шепот исчез, а ощущение того, что рядом кто то есть — нет. Страх обнял своими костлявыми руками, не давая и слова сказать. Будто сомкнул голосовые связки Линча. Знакомый страх. Журналист нашел в себе силы встать с временной «кровати» на ватных ногах и добраться к двери. Линч взялся за ручку и приоткрыл ее. Все еще темно. Только холод усилился. Кто то точно бродил здесь. Снова скрип. Линч дернулся, невольно отскакивая назад. Все же чувство самосохранения еще осталось. До парня донесся звук открытия двери. Он выглянул из спальни, смотря в комнату напротив. Небольшая щелка, из которой падал луч света. — Джон..? — Линч наконец то снял оковы со своих связок и что то произнес. Почему то на ум сразу пришел Джон. Но зачем ему понадобилось ночью идти на второй этаж? Да и причем в детскую. Может, камеры проверить? А если, вовсе не Джон… не проверишь — не узнаешь. Взвесив все «за» и «против» Линч выдохнул и медленно поплелся к соседней комнате, даже забыв про камеру. В детской слышался шум. Будто кто то раскидывал вещи в порыве гнева. Тихие шаги, шорохи, дыхание, усиливающийся затхлый запах. Линч бы поспорил, что этот запах из той комнаты. Подойдя ближе, оперевшись на дверь, Линч увидел распахнутый шкаф, разбросанные игрушки по полу и стекло от фоторамки. Холода больше не было. Остался только страх. Что то только что зашло в комнату, устроило бардак и испарилось. Буквально у парня на глазах. Все казалось сном. Кошмаром, от которого он сейчас проснется. Но увы, нет. Линч зашел в комнату, осматривая все вокруг. Свет, к слову, тоже кто то включил. Но отрицать то, что это сделало не живое существо — банально глупо. Сзади снова шорох. Тянущийся звук скрипа пола. Только шаги более тяжелые. Линчу понадобилось несколько секунд, чтобы осознать услышанное. К тому времени шаги были совсем близко, а журналист продолжал стоять спиной к двери. Парень кожей чувствовал, как кто то пытается заглянуть в комнату. Посмотреть на него. Этот кто то взялся за ручку двери, с силой распахивая ее. Линч даже не успел повернуть голову, как в него врезались, попутно выкрикивая «Ага!». Линч опешил, чуть не упав на пол. Но у его ночного кошмара, находящегося сзади, была хорошая реакция, потому тот быстро захватил парня обеими руками за плечи, спасая от встречи лица с паркетом. — Джон?! — уже увереннее, чем в первый раз, произнес Линч. — Линч!? — Джон в изумлении приподнял брови. Парень выпрямился, скидывая с себя руки Джона. — Какого черта ты здесь? — возмутился Джон, хмуря брови. — Это я у тебя спросить хотел. — Сначала я услышал одни шаги, потом вторые, вот и пришел сюда! — рассказывал писатель, попутно жестикулируя. — Тоже самое, — Линч сложил руки на груди, прислоняясь спиной к стене. — ты слышал что то помимо шагов? Джон помолчал, раздумывая над ответом, а после сказал: — Кажется, да. Возня какая то. — Вот и я о том же. Джон и Линч переглянулись, почти одновременно делая шаг вглубь комнаты. Чем дальше — тем непонятнее.