Отворот приворот

      «Я утоплю весь этот мир в крови ради тех, кого люблю», - впиваясь в холодную от проливного дождя землю перебитыми руками, думает про себя Вэй Ин, скрипя песком на зубах. Он слышит, как за его спиной беснуются свирепые мертвецы готовые в любой момент разорвать его на части. Однако, как бы больно и страшно ему не было, он ни за что не сдатся. Он обязан выжить в этом аду ради тех, за кого поклялся отомстить. На проклятой горе нежити, куда его бросили после того, как он передал своё ядро магической силы Цзян Чэну, у него не было выбора, кроме как бороться. Чёртовы маги, которые так надменно вырезали весь клан «Юньмэн» Цзян, лишив его дома и семьи, ни за что не обретут покой ни в жизни, ни в смерти. Вэй Ин не жалеет, что отдал всю свою магическую силу Цзян Чэну, лишь боится, что этот вспыльчивый парень сломя голову понесётся на верную смерть. Поэтому, насколько бы не было печальным положение Вэй Усяня, он ни за что не скажет этому непутёвому брату правду о гибели клана. Пусть только он будет грешником, разрушившим весь этот чёртов мир до его основания.       Руки ослабевают и всё сильнее увязают во влажной земле, Вэй Ин чувствует, что это конец. Холодные и острые когти мертвецов уже хватают его за лодыжки, утягивая всё дальше от магического барьера. Впиваясь пальцами всё глубже в грязь, он чувствует как ломаются ногти и вырывается ногтевая пластина от той силы, что он прикладывает, карабкаясь всё дальше. Лёгкие горят, словно их сжигают изнутри и зубы вот-вот раскрошатся от того, как он стискивает их при каждом рывке. Один из особенно свирепых мертвецов прыгает ему на спину и тяжесть его костлявого тела приколачивает Вэй Ина к земле. Он чувствует гниющий смрад из широко раскрытой пасти, что вот—вот вцепится ему в шею. Наобум ударив рукой, Вэй Усянь пробивает ладонь насквозь о какой-то штырь в земле. Кровь впитывается в почву и за секунду перед смертью, всё спыхивает алым заревом магического круга, отозвавшись на его наследие крови. Толпу мертвецов отбрасывает на несколько метров в рассыпную. В усталое от долгой борьбы сознание Вэй Ина течёт безграничное количество информации о забытом, тайном искусстве некромантии, ради которого он проделал весь этот путь, чтобы переродиться настоящим Дьяволом на священном континенте.

***

- Мастер? – Вэнь Нин негромко зовёт задремавшего за своим рабочим столом Вэй Ина. - Да? – потирая заспанные глаза, он старается прогнать остатки сна о своём далёком прошлом. Сладко потянувшись и широко зевнув, Вэй Усянь никак не похож на ужас всего континента, которым его называют. - Магическая башня выбрала нового архимага, - доложил лич, кладя на стол отчёт. – Навестите ли вы его? Или убьёте?       Вэй Усянь лениво разлёгся на столе. Взяв в руки листок, он бегло пробегается взглядом по строчкам и задумчиво замирает на небольшом рисунке нового архимага. На него смотрит холодный и красивый юноша, который и в подмётки не годится всем старикам-предшественникам. И хотя Старейшина Илин уже прогремел на весь континент, как кровожадный монстр, утопивший в крови не один праведный магический клан, он не был тираном и не испытывает ненависти ко всем магам на земле. Просто все причастные к трагедии его семьи должны получить по заслугам. Невиновные же… пусть просто не встают у него на пути. - Эта маленькая милашка ничего плохого не сделала. Насколько я знаю, эти невдуплёныши магической башни живут как монахи до конца своего обучения, находясь в уединении от мира. Сначала мне нужно на него посмотреть: представляет он угрозу или просто красивый сорняк на моей дороге, - откидывая листок на стол, напевая улыбается Вэй Ин. От этого оскала уже у мёртвого Вэнь Нина кажется немеет скальп. - Тогда..? – неуверенно задаёт вопрос лич. - Где Яблочко? Я хочу посмотреть на эту красавицу вживую. У меня есть предчувствие, что он и сам не прочь познакомиться поближе, - кокетливо тянет Вэй Ин, прищуривая глаза полные беснующихся бесят. У него на редкость игривое настроение       Если бы в то время Вэй Усянь знал, насколько опрометчиво его решение и что «холодная красавица» на самом деле страстный вулкан, он бы послушно оставался на своей горе. В конечном счёте, разве смерть на простынях менее мучительна, чем в объятиях мертвецов? Хотя, Вэй Ин с удовольствием проверит это ещё не раз.