Пока я мылся я вскрылся

— Пожалуйста... отпустите меня... — Просит парень, чувствуя горячее дыхание на своей шее. — Ох... медвежонок ты мой любимый. Твой страх только ещё больше возбуждает меня — Преподаватель в притык прижимается телом в мальчика, и парень чувствует явно твердый стояк у него в штанах. Он не целовал, он не раздевал, он просто питал в себя страх мальчика. Видимо для того, чтобы он сдался и ему не пришлось его держать. Ему нужно было, чтобы он смерился. Сука, сменится с чем? С тем, что его сейчас изнасилует историк? Ха-ха, очень смешно. — Солнышко мое, ты чего так дрожишь? Не переживай, я тебе больно не сделаю. Я же не могу такому маленькому основательному медвежонку сделать больно, верно? — Учитель отрывает взгляд от открытого участка шеи и смотрит ему в глаза. — Ну, разве что чуть-чуть. Но ты же потерпишь? Потом будет приятно, я тебе обещаю, медвежонок мой. — Рука с талии перемещается снова на лицо парня и тот большим пальцем начинает поглаживать левую бровь. — Я не хочу... Не надо... — Снова пытается говорить Вова. От страха у него время от времени темнеет в глазах, но это не так сейчас важно. — Солнышко, я тебе обещаю, что тебе понравится. Правда, сначала придётся немного потерпеть, но ты привыкнешь. Кстати, медвежонок, ты детсвеник? — На ухо парня снова шепчат и у парня проходят мурашки. Не от удовольствия, от страха и отвращения. Из его уст это звучало слишком мерзко... — Это не Ваше дело... — Ей, ну солнышко, я же хочу узнать, мне быть с тобой осторожен или нет. — Рука перестает поглаживать бровь и спускается ниже. Она проходит по торсу парня и снова обхватывает талию. Уже не сдерживая себя он присасывается к шее парня и начинает целовать ее краткими, нежными и в тоже время голодными поцелуями. Парень шипит от боли, ведь он начал ещё сильнее вдавливать его в стену и сжимать талию. Сука, это больно! Больно, потому что там ещё не до конца зажившие порезы! Извращенец грёбаный. — Да... а теперь отпустите меня... — Вова хочет закричать, но у него не хватает сил на это. — Ох... значит я буду первым, кто поиграет с твоим сладким телом. Снова слёзы падают на щеки, и преподаватель это видит. Он недолго думая облизывает соленый потек, оставляя слюнявую дорожку, а школьник только щуриться, не надеясь уже на спасение. — Дмитрий Александрович, я Вам журнал принес, как вы и просили... — Дверь кабинета резко открывается и в дверном проёме показывается Эммануэль. Так как последний урок был французский, журнал был именно у него. Макрон не сразу увидел ребят, но как только кинул на них взгляд это будто ударило током. — А, что здесь происходит? — Преподаватель видит, как Вову прижали к доске и держат, не давая никакой попытки выбраться, а самого его трясет от страха, а из глаз снова капнули слёзы. — Так сука, отпусти его — Он быстрым шагом приближается к историку и одним резким движением грубо убирает учителя от школьника. — Какая тебе блять разница? Мы встречаемся, идиот. И перед тем как входить надо стучать. — Голос историка стал резко очень грубым и довольно громким из-за чего Вова от неожиданности дернулся и начал отходить назад. — Не ври, придурок! Я знаю правду ведь! — Эммануэль не рассчитал громкость и грубость речи из-за чего парень снова дёргается и начинает вытирать слёзы. — Значит слушай меня сюда, уёба! Ты работаешь здесь ещё неделю, и увольняешься к чертям собачьим, ты меня понял блять?! — Макрон ещё ближе подходит к Дмитрию Александровичу и хватает его за воротник. — Или я пойду к директору, попрошу записи с камер за шестнадцатое декабря с кабинета истории и тебе будет пизда! А ты мне поверь уж, я-то знаю, где тут камеры. И да, ещё, я сделаю все, но тебя привлекут к уголовному делу за попытку я так понимаю изнасилования и совращение учеников. Выбирай в общем, либо ты увольняешься к чертям собачьим, или же тебя садят на лет так пять, если не больше. — Хорошо, я уволюсь... — Видя злое лицо на против и понимая, что он сейчас с трудом себя сдерживает чтобы не уебать его выдает это. — Хорошо. Но смотри, не дай Бог ты за эту неделю подойдёшь к Вове или к другим ученикам — ты знаешь, что будет. — С этими словами Макрон отпускает учителя и убивая его взглядом отходит от него. — Пошли. — Делая тон более спокойнее говорит мужчина и выходит вместе с мальчиком.

***

— С.. спасибо... — Мямлит подросток, когда они выходят из школы. Макрон останавливается и смотрит на немного красные глаза школьника, а после крепко его обнимает. Эти объятья были такими тёплыми и уютными... Вова уткнулся носом в плечо преподавателя и немного захныкал, все ещё не переставая трястись от страха. — Тише-тише, все уже хорошо. Я рядом, все хорошо. — Успокаивает его Макрон, нежно гладя его по затылку и спускаясь к спине. Подросток все же начинает в ответ обнимать учителя все ещё не переставая хныкать. — Давай я тебя к себе отвезу, хочешь? — Вова сразу же кивает головой, и они направляются к машине. Ему сейчас нужно чувство спокойствия и понимания, что его сейчас не тронут. А Эммануэль был довольно неплохим вариантом. Ладно, он сейчас единственный, кто был рядом, поэтому выбора у него особо не было. Да и зная подростка, ему бы стало легче только тогда, когда он снова изрежет свое тело. А так рядом с ним сейчас Эммануэль, на которого он сейчас оставил последние надежды. Чтобы парню стало легче, и он и дальше не чувствовал себя в страхе мужчина усаживает его на заднее сиденье, а сам идёт за руль. Чтобы ещё хоть как-то помочь мальчику, он решает его заговорить, чтобы Вова отвлёкся от всего ранее происходящего. Когда они приехали, Эммануэль усадил его за кухонный стол, а сам пошел делать мятный чай, так как говорят, что он хорошо помогает для сна, и чтобы успокоиться. Пока подросток, вжавшись в стул ждёт преподавателя, он смотрит на тикающие часы на стене, что показывали 15:27. Спустя пятнадцать минут как Вова выпил горячий чай он уже тихо сопел на диване с гостиной, так как просто на просто отказался подниматься на второй этаж. Маленькое, спящее чудо. Макрон второй раз проходя мимо Вовы укрывает его пледом и ещё минуты две смотрит на парня, что спит как маленький котёночек, свернувшись в клубочек. Вот это я понимаю, котёнок.

***

Проснувшись в мокром поту от сна, где ему снился историк в ужасных кадрах, было ещё темно, и Вова пытаясь разглядеть, что сейчас перед ним аккуратно встаёт с дивана, но у него темнеет в глазах и тот по случайности падает. Шипя от боли в ноге, он по удобнее садится на ковер и начинает поглаживать место боли. Спустя примерно минуту он чувствует, что до него прикоснулись и от неожиданности вскрикивает и отползает назад. Перед глазами почему-то резко кажется, что перед ним стоит Дмитрий Александрович и из-за этого его ещё и начинает трясти. — Кто тут?.. — Шепотом спрашивает парень, все ещё пытаясь что-то разглядеть. — Тише-тише, это я, Эммануэль. Я слышал тут грохот, что-то случилось? — Садясь на колени и беря мальчика за руку, волнуется он. Подросток нечего не отвечает, он лишь кидается на преподавателя и вцепляется в него прижимаясь всем телом. Он весь дрожит. Он весь мокрый. Ему страшно. Вова просто хочет спокойствия. Крепко обнимая учителя, он начинает тихо всхлипывать и пытаться успокоится Эммануэль сначала сидит без действий, переваривая всю информацию, а потом в ответ обнимает школьника успокаивая его. Они так сидели не долго. До тех пор, пока Вова не успокоился и не понял, что сейчас он сидит на коленях преподавателя и вжатым в него. Хотя, он сам к нему приклеился и крепко обнял, не давая выбраться из обятъев. Как только он это понял, он быстро, но довольно аккуратно слез с него и отодвинулся назад. Он сидел все так же на ковре руками обнимая колени. — Можно мне мой телефон?.. — Полу шепотом спрашивает он. — Да, конечно, сейчас принесу. — С этими словами мужчина поднимается и идёт куда-то, а через минуты две возвращается, отдавая ему телефон. За это время пока его не было Вова уже перебрался на диван и все в такой же позе стал смотреть, как преподаватель сел напротив него. Время было пол четвертого утра, но это было не так важно, ведь первое, что он увидел, открыв телефон — это смс от историка. Он не стал даже читать, что там, он просто сразу же выключил телефон и снова посмотрел на Эммануэля. Его было видно плохо из-за темноты, но все же. — Все хорошо? — Снова прикасаясь к руке мальчика ласковым голосом спрашивает учитель. — Д-да... — В ответ мямлит Вова, сильнее вжимаясь в спинку дивана. — Хорошо. Ты тогда засыпай. Мне посидеть с тобой? — Странный вопрос, но в этой ситуации уж точно не будет лишним. — Нет... Спокойной ночи Вам... — И тебе — Эммануэль все ещё волнуясь, вздыхает, но уходит, оставляя его одного. Снова укутавшись в плед, он открывает телефон и читает смс от историка: (Историк) — Медвежонок, ты как? — Тебя там этот Эммануэль не обидел? — Надеюсь мы скоро встретимся:) — Почему не отвечаешь? — Солнышко, ты обиделся на меня?

(Вова)

Дмитрий Александрович, что вам надо? —

(Историк) — Медвежонок, сейчас пол четвертого утра, почему это сладкое чудо не спит?

(Вова)

Потому что не сплю —

Дмитрий Александрович, что вам надо? —

(Историк) — Ох, солнышко, пожалуйста, называй меня просто по имени, а то меня слишком сильно возбуждает, когда ты называешь меня полным именем... — Пожалуй, называть меня Дмитрием Александровичем ты будешь в чуть других случаях.) — Так, почему ты не спишь?)))

(Вова)

Не ваше дело. —

(Историк) — Ох... Медвежонок, ты за такие выражения можешь и по попке получить)) — Не боишься быть отшлёпанным у меня на коленках?))

(Вова)

Что Вы себе позволяете?.. —

(Историк) — Медвежонок, я так подумал... Ты же не будешь против, если я тебя и просто так отшлепаю по попке?)

(Вова)

Буду. —

(Историк) — Ну, нечего, думаю тебе понравится:) — А сейчас иди спи, солнышко мое

(Вова)

Я не хочу спать. —

(Историк) — Уф... какой не послушный медвежонок... — Но нечего, будем воспитывать значит.)

(Вова)

Вам Эммануэль разве что-то не понятно сказал? —

(Историк) — Сказал. Уволится, я уволюсь, но ты не переживай, я буду с тобой рядом

(Вова)

Не нужно. —

(Историк) — Медвежонок, может ты все-таки пойдёшь спать?

(Вова)

Я пойду спать — когда я решу. —

(Историк) — Ох... какой все-таки не послушный мне медвежонок попался... — Кстати, скажи свой адрес пожалуйста, я к тебе заеду утром:)

(Вова)

Зачем? —

(Историк) — Ну как зачем? Ты же так оценку и не заработал)))

(Вова)

Хорошо. —

Садовская 27 —

(Историк) — Это же адрес полиции

(Вова)

Ну так, все правильно. Туда Вам и надо. Таких как Вы всегда ждут:) —

(Историк) — Ох, солнышко мое, за эту выходку ты уж точно будешь наказан и не ремнем по твоей попке.)

(Вова)

Прекратите это! Это уже не смешно! —

(Историк) — Все-таки ты боишься меня... — Ну нечего)) Так только интереснее Парень резко убирает телефон и с головой кутается в теплый плед. Это уже действительно не смешно... Что он только себе позволяет? Это же ужасно...

***

Просыпается парень уже благо от солнечного света в лицо. Щурясь от неприятного света, он поворачивается на другой бог и снова ежится, пытаясь найти удобную позу. Снова уснуть у него не получилось, поэтому пришлось встать с кровати и направится на кухню. — Доброе утро... — Мямлит парень, садясь на стул и покрываясь мурашками от холодного ветерка. — Доброе утро — Мужчина стоял в привычной для Вовы домашней одежды и заливал в кружку ароматный кофе, которым несло по всей кухне. А пахнет чем-то вкусным... — Ты кушать будешь? — Спрашивает преподаватель, садясь за стол с горячим напитком. — Нет спасибо... — В ответ говорит Вова все так же ёжась на стуле. Спрашивать, что случилось ночью Эммануэль на удивление не стал, но за это ему большое спасибо. — Ладно, я, наверное, пойду... Спасибо Вам — Вставая со стула говорит парень. — Может все-таки покушаешь? — Пытается настоять на своем мужчина. Мальчик лишь кивает головой и выходит из кухни. Взяв свой телефон из-под подушки, парень быстро складывает плед и направляется к выходу. — До свидания, — Говорит парень, смотря на Макрона, что решил его проводить. — Пока.

***

Дойдя до дома, он быстро открывает квартиру и направляется к себе в комнату. Да... вчерашний день, пожалуй, вышел такой себе... Сев на кровать и снова включая телефон, он снова видит смс от историка: (Историк) — Доброе утро медвежонок — Может сегодня встретимся?

(Вова)

Сегодня не могу, дела. —

(Историк) — Что, к слову совсем? ((

(Вова)

Угу. —

Конечно он не собирался с ним встречаться. Он понимал, что будет и то, что на следующий раз его не спасет Эммануэль. (Историк) — Хм... Может ради меня отложишь дела?)

(Вова)

Не получится. —

(Историк) — Ладно ( — Может тогда порадуешь меня фоточками?) — Я уверен, что ты очень красивый.)

(Вова)

Какие фото? —

Конечно он знал какие. Просто хотел убедиться в этом. (Историк) — Ну, медвежонок... Красивые такие..)

(Вова)

Нет таких —

(Историк) — Ты же сейчас дома?

(Вова)

Нет —

(Историк) — Говори адрес, я сейчас подъеду.)

(Вова)

Я же сказал, сегодня нет возможности встретиться. —

(Историк) — Хорошо, я тебя понял. Где он так накосячил, что теперь происходит все это? В прошлой жизни? Так блять в прошлой жизни и надо наказывать, а не в этой. Это очень мерзко. Слишком.

***

— Привет, ребят, — Подходя к друзьям и здороваясь говорит Вова. Было примерно семь часов вечера из-за чего уже было темно. Просто ещё час назад парень понял, что, если не сходит погулять и не отвлечется от этой поеботы — он сойдет сума. Друзья вариант как отвлечься был шикарен, поэтому недолго думая он написал им в группу под предлогом пойти погулять. Те конечно же согласились и уже сейчас они стояли около парка. Да, в том самом парке где Вова осенью был с пораненной рукой. Грустно конечно было это вспоминать, но все же. Женя с Леной уже успели замёрзнуть из-за чего стояли и ёжились на холоде. Долго они так стоять не стали, а сразу же направились в самую близкую от этого места кафешку, чтобы купить несколько горячих напитков. — Здравствуйте, можно пожалуйста два Американа и черный чай с тремя ложками сахара? — Заходя в маленькое помещение просит Вова. — Хех, а попа не слипнется? — Посмеиваясь спрашивает молодой парень явно чуть старше возрастом с рыжими волосами и веснушками по всей коже. Он был... Довольно симпатичным. Да и голос у него был приятный такой. Ростом не был не маленьким, плюс-минус метр девяносто три. В ответ школьник лишь улыбается. Настроение не было, чтобы посмеяться как-то с этого. Наблюдая как парень за стойкой быстро делает напитки, парень включает телефон и смотрит на время. Пол восьмого, пойдёт. Спустя примерно две минуты ребята вышли из помещения и направились в центр прогуляться. В основном они говорили про учителей и школу, но итоге каждый раз переходили на Эммануэля. Они все так же там спрашивали что-то. Так же спрашивали про историка и получилось ли у него исправить оценку, на что тот лишь отшучивался. Ну не скажет же он все друзьям? Возможно. Но точно не прямо сейчас. Они шли на мало освещённым на удивление улицам и наконец завели тему про что-то другое, а не только школу. Пока Лена рассказывала, как однажды они с подружкой познакомились с парнем из девичника и пошла она с ним гулять, Женя с Вовой внимательно слушали, иногда добавляя свои пять копеек. Не допивая чай, парень достает пачку сигарет и по пути закуривает. Было приятно чувствовать никотиновый дым. Он немного пощипывал и был в какой-то степени горький, но это расслабляло. — Так вот! Я значит прихожу на место встречи, а его не вижу! — Эмоционально рассказывала девушка, жестикулируя руками. Вова уже не особо слушал, так как он погрузился в свой мир и мысли. — Ребят, подождите меня здесь, я быстро в магазин сбегаю и вернусь — В какой-то момент говорит парень, перебивая одноклассницу. Женя молча кивает, и школьник со спокойной душой идёт в магазин допивая свой чай. Сигарету он еще не докурил. Вообще странно было чередовать сигареты и сладких чай, но довольно необычно. Возле входа в магазин парень выбрасывает уже пустой стаканчик с бычком и заходит в помещение. Обычный маленький магазинчик с приятной музыкой с колонок и колокольчиком на входе. Особо разгуливать Вова там не стал, он быстро пошел изучил магазин и пошёл на кассу, но уже с энергетиком. Обычный монстр с манго. Выйдя из магазина, он решил скурить ещё одну сигарету, чтобы друзья не видели и не начали задавать вопросы. Стоя и выдыхая дым он параллельно с этим делал маленькие глотки напитка в банке и просто наслаждался погодой. Его нос уже был весь красный от холода, но смотрелось это мило. — Ого... кого я вижу — Ой бля. К нему приближается силуэт, на которого он сначала не обращает внимания. — Медвежонок, ты же мне вроде говорил, что ты занят — В последнее время не его дни. Ей, а когда там красная полоса в жизни? Так вообще-то и вскрыться можно. Так как куртка была расстегнула он с лёгкостью прижал парня к стене, а руками обхватил талию. Парень снова шипит от боли и отворачивает голову, когда он пытается его поцеловать. — Медвежонок, а ты не маленький ещё чтобы курить и пить энергетики? — На лице историка появляется улыбка и Вова начинает шипеть, и пытаться вырваться, когда чувствует, что Дмитрий Александрович опустил руку ниже до паха и чуть сжал его. — Сука... Отпустите меня! — Он выкидывает не докуренную сигарету и быстро тянется рукой к руке преподавателя. Накрыв ее своей, он пытается убрать ладонь от интимного места, но он сжимает его только больше, от чего парень начинает мычать и пытаться сползти по стенке вниз, чтобы его освободили. — Ох... Какой же ты... — Он буквально в восторге, когда школьник так и хочет его уебать. — К сожалению, сейчас только так. Но ты не переживай, за сигареты ты получишь. — Его отпускают. Ура, он свободен. Он не помнил куда ушёл историк, он не помнил, как он ушел, он просто закрыл глаза и захныкал, соскальзывая уже до конца по стенке. Ужасный день.

***

Почему он так долго был Вова все же не решился, не хотел напрягать этим друзей или заставлять из волноваться. Да и вообще, лучше было бы просто промолчать, а не рассказывать эту длинную такую себе историю. До конца прогулки парень почти нечего не говорил, просто слушал друзей и курил иногда, кивая и продолжая плавать в своих мыслях. Лена, видя уже какой раз не понятливое лицо Вовы не выдерживает и чуть не сбивая его с ног обнимает. — Т-ты чего? — Смотря, как одноклассница прижалась к нему и крепко обнимает, спрашивает парень. — Ты заебал с таким настроением ходить. Я же вижу, что что-то случилось, а ты не рассказываешь — Юноша нечего не отвечает, он поднимает взгляд на Женю, а потом в ответ так же крепко обнимает ее. — Ех, пошлите — Вздыхая говорит друг. А Лена отпускает парня и сразу же обнимает Женю, чтобы он не чувствовал себя грустно или лишним. Парни лишь начинают посмеиваться, а одноклассница сильнее обнимает второго друга.

***

Снова понедельник. Наверное, самый страшный из всех, что был. Планы на неделю: Не приближаться к историку, а то мало ли что. Первый был французский, прошел довольно неплохо, но парень, вспоминая прошлые ихнее встречи просто отказался смотреть на Эммануэля. Наверное, ему просто было стыдно. Так же, Вова планировал без огромной надобности не выходить в коридор. Но, что делать на уроках истории? Он же там его точно не оставит в покое. А смотря на весь этот цирк оставит после урока. Ех, Дмитрий Александрович...

***

Так. Ну парень уж точно не собирался сидеть на уроке. Этот преподаватель или на уроке начнет клеится или скорее всего оставит после уроков, что больше вероятно. Значит надо было съебатся нахуй с уроков, верно? Но как? Сбежать уж точно не выйдет, да и его отсутствие заметит Эммануэль, так как он часто заходит в кабинет за тетрадями. В раздумьях школьник был весь урок украинского языка, благо, его не спрашивали. Варианты были, такие как: что-то натворить и сьебатся, но опять же, смотря на это мерзкое лицо историка, он ему въебет если он что-то сделает. Был вариант так же прогулять урок, но опять же все шло не по плану. Дмитрий Александрович видел его сегодня перед уроками. — *Может вскрыться в туалете? Зато на урок идти не надо будет * — Да. Эта мысль ему приходит к середине урока. Хотя, не такая уж и плохая идея, смотря на эту всю ситуацию. Идея со вскрытием интересная, но уж точно не сегодня. Поэтому за двадцать минут до конца парень отпросился в туалет, а сам рванул в маленький магазинчик возле школы. Купив там два пакетика растворимого кофе он по пути в школу съедает их. Так как говорят, что, если съесть несколько пакетиков сухого кофе — поднимется температура. Его план был таков: перед уроком отпроситься к медсестре перед этим таким лёгким способом повысив себе температуру, когда парень к ней приходит — он начинает играть в актёра. Но тут уже как повезёт. Если отпустит — все будет хорошо. А если нет — можно идти вскрываться. К концу урока его тошнило уже, и голова не очень хорошо соображала. Но во всяком случае это лучше, чем сидеть на уроке. Брюнет начал уже краснеть, а голова начала не плохо так болеть.

***

— Здравствуйте, — Постучав в дверь кабинета медсестры и заходя внутрь, говорит Вова. Выглядел он мягко говоря не очень. Было достаточно всего один пакетик, а тут два. Его немного шатало. — Здравствуйте, что у Вас случилось? — Женщина лет тридцати восьми подошла к парню и сразу же прислонилась ладонью к лбу мальчика. — Так, садись, сейчас будем температуру мерять — Говорит брюнетка ростом примерно метр шестьдесят три. Она достает из коробочки электронный градусник и прислоняет к лбу парня. Нажимая на кнопку, он начинает пиликать на весь кабинет. — Тридцать восемь и один. Что болит у тебя? — Тяжело вздыхая и отходя от юноши задаёт вопрос она. — Голова болит — То, что его тошнит ей, пожалуй, не обязательно знать. — Хорошо. Я сейчас пишу тебе листочек, передашь учителю. Я тебя освобождаю от учебы на два дня. За это время ты должен вылечится. Хорошо? — А у нее был приятный голос... Такой спокойный и милый. — Да...

***

В итоге она написала записку, которую Вова сразу же отдал друзьям попросив отдать ее позже Эммануэлю. До урока оставалось примерно семь минут, поэтому школьник быстро собрал свои вещи и вышел из класса. Прокатило.