Жо-Зи.Восход

Множество Илов назад, на планете Андули рождена была одна обезьяна, да имя ей было дано Цион. Рожденный обычным Акалитом на островах, кои назывались островами «Деспин», при его рождении случилась вещь, одна на миллион, на небе появилась новая планета, названная позже «Деспин», но чаще ее величали планетой имени Циона. Подросший Цион должен был стать Акалитом, то есть учеником братства обезьян, однако находясь в академии в 2849 ДЖЗИ, Цион понял, что хорошего ничего не делает братство, оно лишь держит в страхе обезьян, делает налеты и лишь губит баланс природы между разными существами, количеством макак и гиен и много чего еще изничтожает. В заключение он решил, что сбежит и пойдет туда, глаза куда глядят. Нелегко было, но приютил его отшельник один, да сказал одну интересную речь мальцу он: Каждый из нас приходит в этот мир со своими надеждами и чаяниями. Мы надеемся на многое — в том числе на то, что к цели нас приведет кратчайший путь. Но так случается редко. Возможно, не случается никогда. Иногда путь становится извилистым по воле идущего, ведь его мышление и цели тоже со временем меняются. Но гораздо чаще приходится сворачивать под влиянием извне. Со мной так и вышло. Перед глазами стоит воспоминание, не помутневшее от времени: пятеро адмиралов поднимаются c кресел, в то время как меня под конвоем вводят в зал. Доминация приняла решение, и адмиралы прибыли, чтобы огласить его. По лицам видно, что вердикт их не радует. Но они офицеры на службе «народа», и приказ будет выполнен. Хотя бы ради того, чтобы соблюсти букву закона и казнить меня, того, кто просто отказался казнить невинных дротиков… Звучит приговор, которого я ожидал. Изгнание. Правящие семьи выделят мне снаряжение, чтобы в своем отшельничестве я не стал легкой добычей хищников или жертвой стихий. Меня уводят. Это очередной поворот на моем пути. Куда он приведет, я не знаю. В центре лесной поляны виднелась маленькая хижина, выстроенная, по всей видимости, из подручных материалов. Вокруг нее были расставлены восемь прямоугольных ящиков c маркировкой двух различающихся видов. — Значит, вот как оно, — процедил малец. — Вот именно, — в тон ему ответил отшельник. — По всему выходит, что у нас могут быть проблемы. Видите надписи? — Конечно, это свиток — сказал малец. — Деспинова письменность, если я не ошибаюсь? — Письменность-то деспинова, а вот язык — нет, — пояснил отшельник. — макаки-переводчики на смогли этот свиток перевести, пытаясь ее расшифровать. Плюс позади хижины спрятаны два кинжала, которые не отвечают ни одной принятой в Братстве конструкции. Старший курсант Венто, стоявший в сторонке от хижины отшельника, который что-то записывал себе в блокнот о планете Деспин, старался по возможности не отсвечивать. Он гадал, как образовалась планета Деспин 15 Иллов назад и что там происходит. — Так вы тут не один — сказал Цион. — Курсант Венто, — послышался голос отшельника. Цион усилием воли стряхнул задумчивость: — Так вы Полковник? Что же вы тут делаете, во время проверок в здании храма братства обезьян? — Я там лишь числюсь, сам же давно шпионю и работаю в команде лишь, с отшельником, чье имя Раван. — Итак, наши шпионы утверждают, что Деспинова письменность используется в полудесятке языков для записи торговых операций. Вы у нас эксперт по малопонятным диалектам. — Офицер Венто указал на ящики. — Ваше мнение? Малец, захлопав глазами, подался вперед. Так вот зачем его сюда отправили! Он — тот, кто в этой части Дикой пустоши почти на самой границе c так называемыми Неизведанными регионами, возможно, может стать членом этой команды. Принадлежавшая его семье транспортная компания в основном обслуживала родную империю и ее окрестности, но имела достаточно деловых связей в Неизведанных регионах, чтобы малец Цион выучился нескольким местным языкам торгового общения. Но до эксперта ему, конечно же, было далеко. — Сэр, возможно, это разновидность бисти, — пояснил бывший курсант. — Некоторые слова мне знакомы, и синтаксическая структура подходит. Но это не стандартная форма. Венто фыркнул: — Не представляю, о каком стандарте может идти речь, если даже мне мало знаком этот захолустный язык. Цион сдержался, чтобы не нагрубить. На самом деле бисти был весьма развитым и распространенным языком. Малознакомыми были существа, которые им пользовались, и места, на которых они жили. — Вы сказали, что можете прочитать часть надписи? — привлек его внимание отшельник Раван. — Да, сэр, — ответил он. — Здесь в основном отметки о маршруте и название компании-отправителя. Также немного восхваляется размах и репутация этой компании, коя может доставить нас на соседнюю планету Деспин, благодаря неким ритуалам. — Как я понимаю, компания вам незнакома? — уточнил Венто. — Нет, сэр, — ответил малец Цион. Раван кивнул: — Посмотрим, есть ли что-нибудь об этой компании в наших базах. Есть ли успешные перевозки? — Есть, сэр, — произнес курсант. — С таким я раньше не сталкивался. Цион поморщился. Протокол о столкновениях c неизвестными расами достался Империи в наследство от создателя. Те расы найдены на островах Гирулла. Во времена ее расцвета чуть ли не каждую неделю путешественники сталкивались c новой расой разумных существ там, и совет братства стремился наладить контакт и взаимопонимание c каждой. В нынешние времена у Имперской армии не было ни средств, ни заинтересованности исполнять эту повинность, и Верховное командование не раз об этом заявляло, следовательно, если и можно попасть на инородную планету с помощью ритуала, то братство никак препятствовать не будет сему. Тем временем Цион пошел на базу перевозчиков, дабы хоть малейшую информацию о них узнать и о том, куда, да как они хотят перевозить беглых макак. Случилось так, что глава той компании, Центнорус уже много лет не занимается политикой, хотя и принял помощь братства обезьян при поступлении в их академию. В точном соответствии с предсказаниями его бывшего наставника Гиморуса другие курсанты сначала воспринимали его как некоего благородного мальца, полного энергии и настойчивости, но по несчастливой случайности родившегося во время тяжкое, империи братства жуткого, на ужасных островах, на этой гнусной планете. Виной тому отчасти были отец Центноруса и высшие эшелоны безопасности братства обезьян. Желая произвести впечатление на Гиморуса своими достижениями и готовностью пожертвовать братству себя, руководство братства лично доставило Центноруса в академию на одном из лучших военных кораблей, сверкающий корпус которого украшал символ в виде оскалившейся Гиены, давно умерший, в качестве статуи, а сам Центнорус тогда впервые появился в академии храма братства обезьян при полных регалиях главного коммандера Гиморуса. В возникшей суматохе глава академии-Павиан, принял его за прибывшего с визитом молодое дитя какого-нибудь чина, каковые, в отличие от переживавших не лучшие времена диких пустошей, в империи братства обезьян не имели никакого веса. Если бы не очередное вмешательство лично Гиморуса, кой видел особую мощь в Центнорусе, его могли отчислить из академии еще до того, как он стал курсантом. Поначалу насмешки и издевательства Центноруса приводили к дракам, в которых он, как правило, побеждал, а также к дисциплинарным взысканиям и выговорам, из-за чего он оставался изгоем в академии, но не вооруженным взглядом было видно его тотальное превосходство во всех аспектах. Тот факт, что курсанта могут изгнать из академии за то, что он постоял за себя, стал для него откровением, и, возможно, ему следовало увидеть в этом отражение позиции братства, которую оно заняло в последующие годы, когда ее авторитету бросили вызов беглецы. Но он не мог удержаться от того, чтобы не ответить ударом на удар, хотя постепенно оставил попытки мстить сверстникам за их насмешки, над размерами Центноруса. Впрочем, спонтанные вспышки гнева случались и впоследствии, соответственно продолжали накапливаться и взыскания. Однако даже при всем при этом он не желал прогибаться под других и ждал лишь возможности показать, каков он на самом деле. И такой возможностью стал Дэсто. Дэсто, человек, который смог начать летать меж планетами в регионе близ планеты Андули. Он страдал от поразившего его кризиса, и решил после академии братства начать летать на другие планеты на его с Центнорусом крейсере и брать на это деньги с других, как транспортная компания, с Центноруса крейсер и полная его разработка, а с Дэсто- технология полета на другие планеты. Исчерпав все попытки договориться с братством, он не санкционировал вмешательство в разрешение кризиса, дабы взять деньги на проект их с использованием, при необходимости, «дипломатии» с коренным населением других планет. Малец Цион, никогда прежде не видевший мощеносцев и тем более не работавший рядом с ними, с нетерпением ждал полета на соседнюю планету, Деспин. Его теоретические познания о мощах были не менее глубоки, чем у большинства его коллег по академии, но его куда больше интересовали не метафизические рассуждения, а возможность увидеть мощи и мощеносцев в деле. Насколько хорошо они владели тактикой и стратегией? Как быстро они хватались за Триллокопье или иное орудие, когда никто не слушал их приказов? Насколько далеко они готовы были зайти ради поддержания авторитета «Мощеносцев». Считая себя мастером триллокопья, Раван, будуче отшельником, в неменьшей степени восхищался любознательности недавно прибывшего мальца-Циона. Наблюдая за медитацией Равана, во время первого полета на Деспин, он понял, что у каждого из них свой боевой стиль, а техника атак и защиты, похоже, никак не связана с характером, а связана с техникой своего учителя. На Деспине, прилетевшие только что, разделились на четыре группы: одна должна была осматривать запад планеты, другая восток и так далее, по сути своей, это было место, не достигаемое для братства обезьян, кое являться может пристанищем для всех тех, кого по той иной либо причине разыскивает империя братства обезьян, во главе с так называемым Ииодой. Хотя Цион видел в этой планете сумасшедшую выгоду в плане укрытия от империи, он не мог избавиться от Равана, претендующего на эти земли не меньше. -Империя, однако, не учла, что мы можем добраться сюда, сказал Раван, достал триллокопье и вонзил в ногу Циону. Центнорус и остальные оставшиеся поняли, что дело жареным запахло и сиганули в лайнер, после чего усилиями обрядов добрались обратно на планету Андули и их следы там растворились, как и следы Равана, который по всей видимости решило ныне и взаправду осуществить идею перевозки врагов империи на Деспин, но узнать о дальнейшей судьбе их не представлялось возможным…