Наказание для двоих

— Я понимаю, что тебе будет сложно это сделать, но ты обязан, ради всей нашей семьи, ради всего чистокровного мира волшебников. Драко, твоё задание заключается в том, чтобы построить ложные взаимоотношения с грязнокровкой. Возможно, тебе придется жениться на ней. Если всё пойдет по плану, то Министерство подумает, что мы избавились от наших «предрассуков», оно может даровать нам свободу, а затем я приведу в действие план Темного Лорда. С каждым словом Люциуса Драко всё сильнее сомневался в том, что это правда говорит его отец. Бред. Этого не может быть. Зачем снова окунаться во тьму? Зачем топить с собой сына и жену? В голове Драко было миллион вопросов и ни одного ответа. Он был уверен, что никогда в жизни не согласится. — Не отвечай сейчас, я даю тебе время поразмышлять. Но, отказываясь, подумай хорошо. Ты рискуешь своей карьерой, вспомни, ты же хотел стать тренером по квиддичу, сможешь ли ты сделать это в стенах Мэнора? — Люциус привстал со стула и обошел стол вокруг, останавливаясь возле Драко, — Знаешь, что действительно важно? Жизнь твоей матери. Разве ты желаешь ее скорой смерти, не видишь, как она сгорает взаперти? Кто знает, что может сделать с ней Министерство в любой момент времени? — последнее предложение мужчина прошептал над ухом сына, заставив его вздрогнуть. Драко, казалось, врос в стул. Он абсолютно лишился дара речи, страх перед отцом напрочь затмился страхом за мать. Чёрт, Люциус умел давить на нужное и искусно манипулировать людьми. Малфой уже начал сомневаться в своем ответе. Он медленно встал и покинул кабинет отца. Ему нужно было осознать услышанное и сделать правильный выбор. *** На удивление, Гермиона неплохо провела день с друзьями. Они заскочили в несколько магазинов, в одном из которых Рон купил ей недешёвое колье с подвеской из ярко алого граната. Уже темнело, когда компания отправилась в ближайшую гостиницу, чтобы переночевать там. Гарри с Джинни заняли номер, Джордж заселился отдельно, а Гермиона объединилась с Роном. В комнате оказалось уютно, хоть она была крохотная и не с самым свежим ремонтом, Гермиона лучше бы провела здесь вечность, чем год в доме Малфоев. Девушка переоделась в легкую пижаму красного цвета с надписью «Гриффиндор». Кровать была всего одна, поэтому Рону и Гермионе пришлось делить ее вдвоем. Грейнджер всё ещё не понимала их взаимоотношений. Всё было сложно. Рон, кажется, изначально не был создан для отношений с ней. У них были разные взгляды на всё, и ссоры часто вспыхивали из-за глупостей. Хотя она точно испытывала какие-то чувства, но не могла это назвать настоящей любовью между парнем и девушкой. Рон же, казалось, ничего не замечал, время от времени прижимая к себе Гермиону и одаривая ее подарками без повода. Стоит отметить, что их максимумом стал поцелуй в Тайной Комнате. Они ни разу не ночевали в одной кровати, и, как ожидалось, это было неловко. Около 10 минут они пытались поровну поделить одеяло, еще 15 лежали на спине с открытыми глазами, а затем Уизли пожелал Гермионе спокойной ночи и через секунду захрапел. Грейнджер тоже устала от тяжелого дня, а потому уснула сразу за Роном. *** Драко не спал всю ночь, он просто лежал в темноте и всматривался в потолок. В голове было бесконечное количество мыслей, каждая из которых была обдумана Малфоем по три раза. Стоили ли чувства Грейнджер жизни его матери и собственной карьеры? Наверное, нет. Но помочь отцу — значит согласиться с ним возрождать идеи Темного Лорда. Драко не питал уже той былой ненависти к грязнокровкам, безусловно, он не стал любить магглорожденных, но их жизни больше не касались Драко. Лишь одна всё еще волновала его и заставляла нервничать — Грейнджер. Но и она не заслуживала смерти или вечного рабства. За одну ночь Драко сделал свой выбор. Утром, только встретившись с Люциусом, он произнес ответ. На удивление, отец не показал никакой реакции, сухо кивнул и прошел мимо. *** Уже поздно вечером входная дверь открылась и в зал вошла Гермиона. За столом всё также, как и в день их встречи, сидел Малфой. Его взгляд был сосредоточен на карих глазах девушки и, казалось, проникал куда-то глубже них, как будто Драко желал прочитать ее мысли. — Как провела время? Малфой сказал это так спокойно, что Грейнджер не поверила своим ушам. — Отлично, Хогсмид замечательное место. Виделись с твоими друзьями. Блейз и Нотт не смогли пройти мимо и съязвили что-то в вашем духе. Малфой усмехнулся. — Хотел бы я оказаться в Хогсмиде, подальше от Мэнора. Гермиона внезапно осознала, что Драко заперт в четырех стенах особняка. В глубине души ей стало его даже немного жалко, но она быстро вспомнила, с кем разговаривает. — Ты разоткровенничался, Малфой. Что-то задумал? — На этих словах девушка прищурилась. — Ты права, мне просто стало очень одиноко наедине с самим собой и я, кажется, забылся. Красивое колье, Грейнджер. — Малфой отодвинул стул и, выходя из зала, добавил, — Спокойной ночи. Гермиона осталась пораженной в зале. Если девушке не послышалось, Драко сделал ей комплимент, да еще и пожелал доброй ночи. Хотелось рассмеяться с нелепости. Она встряхнула головой и пошла спать. *** «Я не согласен, отец». Драко кучу раз прокручивал в голове эти 4 слова, но не осмелился сказать вслух. Поэтому, как и предыдущие разы, он произнес: «Я сделаю всё, что от меня потребуется…»