Как друга и коллегу

⊹──⊱✠⊰──⊹ Худший способ скучать по человеку — это быть с ним и понимать, что он никогда не будет твоим.

|| Габриэль Гарсиа Маркес ⊹──⊱✠⊰──⊹

Антон поставил свои руки на подоконник, вглядываясь куда-то в окна балкона, за которыми скрывался вечерний город. Солнце стало понемногу опускаться вниз, иногда прикрывая себя почему-то тускло-фиолетовыми облаками, которые так же медленно ползли по небу, а само оно было слишком радостно. Холодные тона переливались с тёплыми, будто их понемногу совмещал друг с другом какой-то художник. Художник, который вкладывал в каждое движение частичку своего сердца. Он пытался вылить на холст все свои чувства, которые играли яркими красками, завораживая своей радостью. Радостью и позитивом. Как же сейчас было не до этого. — Антон, я... — прозвучал отдалённо голос, который стал придательски хрипеть, будто мальчишка, у которого голос ломается. Последовала лишь тишина. Арсений вглядывался в повёрнутую спину и пытался ухватиться взглядом хоть за что-то, хоть за какое-то движение или знак. Антон довольно медленно покрутил шеей, будто пытаясь растянуть момент, и оторвав руки от подоконника, оставляя на бывшем месте рук еле заметный пот, который предательски проступил, шумно похрустел пальцами, гармонируя со звоном колец и тихонько шуршащих браслетов. Он оттягивал каждый палец, одновременно разминая его. Он будто готовился к драке, где его просто зажимает толпа ребят, всегда готовых ударить в спину. На буквально минуту, Антон остановился и замер как очередная статуя, сделанная лишь для обозрения. Но услышав вздох, внезапно вырвавшийся из Арсения, он не спеша повернулся к нему лицом, попутно опираясь руками о подоконник прямо в тоже место, поэтому руки стали немного расходится в стороны. Батарея, которая незаметно находилась под подоконником, послужила стулом для Антона. — Что «я», Арс? — сухо произнёс Антон, что аж у собеседника как-то неприятно заболело в груди, хотя казалось бы, куда ещё больнее? Отвернув голову, Арсений поджал губы, начиная нервно перебирать пальцы. Мурашки от волнения и какого-то дикого страха пробежали по спине, заставляя рефлекторно встряхнуть плечами. Он не хотел ничего говорить. Точнее, ему нечего было говорить. От слова совсем. Он всë и так выложил Антону, чуть-ли не на одном дыхании, а тут от него требуют ещё каких-то разъяснений. Или это риторический вопрос? — Что «я», блять? — будто злобно тявкнув, разорвал нарастающую тишину Антон, моментально срываясь со своего места, делая шаг в сторону Арсения. Арс же лишь прикусил губу, чувствуя подступившую тёплую жидкость, и моментально сжимает глаза, уже готовясь к самому худшему, а именно к драке. Никакая часть тела Арсения не сдвинулся с места, он был готов принять любой удар, не пытаясь даже защититься, а о дать сдачи вообще стоит промолчать. Антон, на такой ход событий, сразу же остановился и нервно пробежавшись по нему глазами, отступил назад, опуская голову вниз. Ему было, не то чтобы стыдно, просто неприятно. Арсений же всë-таки его семья, а бить родных ему людей, да и вообще замахиваться, было для Антона под запретом. Сжав кулаки по нескольку раз, тот вернулся к своему прежнему месту, возвращая свои руки на борта, так же как и тело, которое устало навалилось на подоконник. Не получив ничего, Арсений ещё немного постоял по-прежнему замерев и прикрыв глаза, но услышав звук колец об подоконник, тут же их раскрыл. — Прости.. — еле слышно проговорил Антон, водя взглядом по полу, на котором так доброжелательно расположился мягкий ванильный ковёр, щекочущий каждого, кто посмеет пройтись по нему босиком. Арсений немного удивлённо уставился на Антона, и лишь через секунду, пару раз поморгав, сделал шаг к нему и тут же остановился, ожидая реакцию на свои действия. Ему нужно было разрешение на приближение к Антону, теперь нужно. Антон же никак язвительно на это не отреагировав, приподнял голову, теперь смотря ровно в глаза Арсения, пытаясь там уловить теплоту и поддержку, среди этих, казалось бы, холодный синих льдов в глазах. Ему тоже было больно. — Антоша.. — с той самой нужной сейчас теплотой и нежностью, произнёс Арсений, сокращая расстояние между ними, моментально обхватывая Антона руками, пытаясь прижать к себе как можно ближе, чтобы передать всë тепло и заботу. Антон успевает только вздохнуть, поддаваясь всем действиям напротив, лишь проявляя инициативу в утыкании своей головы в родное плечо. Почувствовав немного обжигающее тепло, исходящее от прикосновений рук к своему телу, Антон заметно вздрогнул, подаваясь вперёд, потихоньку тая и расслабляясь. Арсений не спеша начал поглаживать чужую спину, иногда останавливаясь где-то посередине, будто накапливая тепло, а потом пытаясь его растереть по всей спине. Прикрыв глаза, Антон еле слышно вздохнул и начал подрагивать, ведь проступившая влага в глазах, не могла прийти лишь одна. Прикусив губу, он пытался заглушить какие-то неразборчивые звуки, которые начали вылетать сами собой. Арс сразу взбодрился и начал немного растерянно бегать глазами по человеку рядом, пытаясь придумать что-то, что сможет остановить слëзы, которые успели поднакопиться. Начав потихоньку поглаживать Антона по спине, другой рукой он решил забраться в чужие волосы, перебирая между пальцев каждый локон. Такие мягкие на ощупь, будто воздушные, как Арсений себе и представлял. По Антону прошлись мурашки от такого внезапного вторжения к своим волосам, но было даже приятно, поэтому он решил не шевелиться и отдаться моменту. Тепло от рук Арса гармонировало с внезапным морозом Антона, заставляя мозг обоих отключаться. Хочется обнимать друг друга вечно, и слëзы уже не идут из глаз, а истерическая дрожь давно переросла в гармонию, будто так и должно быть. На секунду остановившись, Арсений подносит руки к лицу Антона и с заметным волнением в глазах, прикасается к нему, понемногу разглаживая кожу пальцами, чувствуя почти высохшие дорожки из слëз. Антон же только из-за прикосновения к лицу заметил, что его давно уже никто не обнимает, забирая вечное тепло со спины на лицо. Сразу же подняв голову, начиная бегать взглядом по собеседнику, Антон заметил какую-то искру в глазах напротив. Это вызвало лёгкую дрожь в пальцах рук, но она быстро сменилась то ли страхом, то ли болезненным ожиданием. Антон понимал, нет, знал, что Арс что-то задумал. Арсений же в свою очередь, заметив довольно бурную реакцию, посмотрел в глаза напротив и увидев в них лишь тучу эмоций и таких же вопросов, немного приподнял уголки губ, в какой-то отчаявшейся улыбке и прикрыв глаза, поддался вперёд. Антон увидел лишь улыбку, которая была такая тревожная для обоих, а потом лишь чувствует как чужие губы накрывают его. Дальше Антон действовал как-то бессознательно. Он будто в тумане, который заволакивает глаза и сознание, закидывая хозяина разными эмоциями и чувствами, которые тот успевает получать в реальном времени. А всë что он получил, это болящие костяшки пальцев и страх. Страх, животный страх. Страх, который перемешивается с гневом. Перемешивается с гневом и заставляет тело действовать самостоятельно. — Съёбывай отсюда. — пытаясь всеми силами сдержать крик, командует Антон, делая несколько шагов назад, сам того не замечая. Арсений лишь прикрывает место удара ладонью, каждый раз шипя при случайном прикосновении. Он кончиками пальцев чувствует как на месте удара, где были кольца, проступает влага. Арс догадывается что это, хотя тут и гадать не нужно. Конечно же кровь. Приподняв голову на возвышающегося Антона, Арсений как-то жалобно вздыхает, пытаясь собраться с мыслями и что-то сказать. Сказать в своё оправдание. Арс ненавидит своих тараканов в голове и свою слабость к тому, что не смог сдержаться. Он же только перешёл с Антоном на лад, но конечно же мы поддадимся своей любви и наделаем ошибки. Арсений просто хотел утешить Антона, увидев его слезы и такой беззащитный вид. Он хотел прижать его, обнимать его, делить с ним жизнь, каждый раз целуя. Ему хочется касаться Антона, ему хочется его целовать. — А-Антон, я... — смог вымолвить Арсений, еле проглатывая ком, который успел за время его раздумий образоваться, болезненно царапая горло, как будто пытаясь его разорвать. — Заткнись. Просто закрой свой рот. — выбивая последнюю землю из под ног Арсения, как можно грубее и серьёзнее прерывает его бред Антон. — Проваливай. Просто исчезни. Этого хватило. Арсению хватило этого. Ему хватило времени, чтобы подняться и мельком посмотреть на Антона, который следил за каждым движения Арса, потирая свою руку. Ему хватило времени, чтобы просто вылететь из помещения и скрыться в своей комнате. Ему хватило времени, чтобы упасть на пол, сразу после закрытия двери. Ему хватило времени, чтобы прикрыть рот кистью руки. Ему хватило времени, чтобы закрыть глаза и начать рыдать. Ему хватило. Ему просто хватило.

***

Арсений уже давно лежит на кровати, пытаясь уснуть и забыть всë к чертям, но не может. Он думает. Думает и чувствует. Чувствует боль от удара. Чувствует приятный холод от тряпки, приложенной к месту ранения. Чувствует и это мешает. Да, определённо. Что будет утром? Как Арсений теперь Антону в глаза посмотрит? Как он вообще к нему подойдёт? — Придурок. Какой же ты придурок, Арсений. — только и повторяется в голове. Арсению хочет кричать, кричать, чтобы сорвать голос. Но он не хочет никому мешать. Ребята спят, да и Антон, скорее всего, тоже. Он не хочет мешать ему. — Ты уже помешал. Ты уже помешал, Арс. — закрывая глаза, произносит он куда-то в пустоту, чувствуя как новые дорожки слëз начинают катиться по носу, щекам, падая на подушку, которая завтра будет выглядеть точно не очень. Прям как и Арсений. Он будет выглядеть завтра ужасно, определённо. Не только в моральном плане. Его глаза будут красными, волосы будут немного влажными, а синяк красиво расползëться на подбородке. Вопросов ему точно не избежать. Арс не любит вопросы связанные с его личной жизнью, а эти, будущие вопросы о ней, он возненавидит. Уже ненавидит. Болезненно зашипев, Арсений сразу же переключается с потока мыслей на внезапную боль. Открыв глаза и осмотревшись, он понял что начал давить одной рукой на синяк. Спросите зачем? Ему самому не ясно. Он вообще не в курсе того, что делает его тело. Оно само. Арс сжимает руки в кулак, так же как и глаза. Он просто хочет ударить самого себя. За то, что не смог контролировать свои действия. — К хуям всë. — эхом разноситься в голове Арсения, пока тот неожиданно поднимается на ноги, чувствуя как приятная прохлада отпадает от подбородка в качестве тряпки, но не обращает внимание и кидает в стену подушку, которая просто попалась под руки. Подушка упала, не совершая никаких разрушений. Всë стояло на месте и даже не пошевелилось. Лишь одна подушка будто сложилась пополам от боли, и замертво слегла на пол. Арсению даже стало жалко ни в чëм не провинившуюся подушку. Поэтому он подошёл к ней и с каким-то страхом, который не пойми откуда взялся, поднял еë и отряхнув, положил на свою место, зачем-то проводя по ней рукой, будто гладя в знак извинения. Подушка же оживилась и следы чужих слëз на ней стали испаряться. Как же Арсению хочется быть этой подушкой. Внезапно комнату охватывает слабоватый свет, но всë равно очень заметный для полной темноты. Это был свет от телефона. — Ебучие спамы. — даже не подходя к телефону, предполагает Арс, ведь уже много раз проходил через это. Отвернув голову на стену, в которую ранее прилетела подушка, Арсений делает несколько шагов к ней и чуть волнуясь, касается еë, снова окутываясь в полную темноту, ведь экран телефона успел погаснуть. За стеной спит Антон. Как же Арсений надеется, что он сейчас спит крепко и ему снятся самые лучшие сны. Арс не хочет, чтобы он из-за случившегося стал плохо спать. Да и вообще не хочет, чтобы с Антоном случилось что-то ужасное. — Уже случилось. — саркастично усмехается Арсений, убирая руку со стены, касаясь на последок кончиками подушечек пальцев. Свет снова расходится по комнате, заставляя Арса резко развернуться в сторону телефона и нахмурится. Он знал, что там нет ничего полезного, но что-то будто тянуло его, да и любопытство начало потихоньку сжирать изнутри. Может любопытство как раз и тянуло? — Хрен с ним. — срываясь с места, вслух роняет Арсений. Как только телефон оказался в руках Арса, тот уже почти погас, но успев провести по нему пальцем, Арсений немного за жмурился от резкого света в глаза. Чуть поморгав, он смог привыкнуть и наконец-то сфокусировать свой взгляд на сообщениях.

«Антошик» отправил 3 сообщения.

Глаза моментально округлились будто готовясь выпасть из глазниц, а пальцы рук стати немного подрагивать, заставляя телефон двигаться в разные стороны, тем самым каждый раз принуждая ловить сообщения на экране. Антон написал ему. Было ли это хорошим знаком или это бушующая буря, ждущая своего часа? Арсения это сейчас точно не волнует, а вот что его волнует, так это то, что Антон не спит ещё с момента их последней встречи. Быстрым движением пальца распаролив экран телефона, Арсений тут же нажал на пришедшие сообщения, от которых так и несло каким-то волнением. Или Арсу уже кажется? Антошик 03:21 Арс, прости меня, я поступил ужасно Антошик 03:21 Я не должен был бить тебя, прости меня. Как твой подбородок? Антошик 03:22 Ещё я хочу поговорить о том, что произошло между нами. Я бы хотел решить это сейчас, хорошо, Арс? Пока Арсений вчитывался в каждое слово, пытаясь понять, а не вырубился ли он давно и уже спит, он, сам того не заметив, приложил руку к лицу, прикрывая рот и задевая больное место, которое будто и болеть перестало. Сердце болезненно сжалось. Хотя боль ли это? Арсений не может точно сказать, что чувствует, но грудь будто ломит и одновременно к ней прикладывают что-то тёплое, пока в животе начинает как будто сворачиваться желудок. Так просыпается надежда? — Антон.. — только и сидит в голове Арса, пока хоть какая-то часть мозга пытается придумать, что ответить и как ответить. Он не должен усугубить ситуацию, ему и так пошли на уступки, начав с ним разговор. Так считает Арсений. Приступив что-то набирать, по-прежнему дрожащими пальцами, Арс уже успел присесть на кровать и начать другой рукой мять одеяло, пытаясь умерить хоть как-то свой пыл.

Вы 03:27 Тош, не извиняйся, ты правильно сделал. Я не должен был переходить границы. Это мне стоит извиниться перед тобой

Вы 03:28 С подбородком всë нормально, если можно так сказать. Честно, в мазал ты мне не по-детски)

Арсений решил пропустить третье сообщение. Он не то чтобы сейчас пытался сбежать от разговора, но писать насчёт этого вообще не хотелось. Будто кислород пытаются перекрыть, когда в голове начинают пролетать события ранее. Ему стыдно. Ответ ждать долго не пришлось. Антон будто знал, что ответит Арс и подготовился к этому. Антошик 03:28 Арсений, ахах, ладно, значит я утром посмотрю на творение)) Арсений будто почувствовал через экран эту тёплую улыбку и приятно разносящийся смех в ушах. Довольный и отчасти усталый вздох сорвался к губ, радуясь тому, что Антон всë же подхватил юмор-момент от Арса, а не стал разгонять тему. Антошик 03:30 Насчёт разговора, Арс, я хочу кое-что прояснить между нами Сказать, что у Арсения в этот момент сердце в пятки ушло, это нагло соврать. Оно ушло в землю, и довольно глубоко. Арс не знал на что надеялся, но была маленькая надежда, что они никогда не поднимут такую тему. Глупо, правда, Арс? Антошик 03:31 Я поразмыслил над всем, что случилось между нами и над твоими словами Антошик 03:31 Я хочу сказать сразу, что я ничего к тебе не чувствую Руки Арсений замерли и похолодели от того, что он как будто решил потаскать снега или льда. Сердце начало стремительно быстро стучать, с каждым ударом всë сильнее и сильнее отдаваясь в ушах. Воздух стал понемногу переставать поступать из-за кома в горле, который будто кололся о нежную кожу, тем самым заставляя попытаться хоть как-то глубоко вдохнуть. — Это конец. — повторялось тысячи раз, будто прямо над ухом Арсения, вызывая лёгкую головную боль и головокружение. Хочется провалиться сквозь землю. Антошик 03:33 Но я не хочу переставать с тобой общаться. Ты дорог мне как друг, коллега, да и вообще как человек. Ты необыкновенный. Ты то, что добавляет в мир какой-то изюминки Арсений замер. Сердце остановилось, а мысли потухли и исчезли, не давая даже намёка на помощь. Мурашки пробежались по коже, снимая все болезненные оковы, которые так и убивали Арса. Теперь тепло стало сочится из него, как из жаркого летнего солнца. В глазах стали появляться слëзы, которые были долгожданным глотком воздуха. Улыбка сразу растянулась по лицу, с каким-то нервными смешками. Хотелось просто сейчас выбежать из своей комнаты и ворвавшись в чужую, накинуться на еë хозяина с объятиями. Антошик 03:34 Ты никогда не переступал границы и не делал ничего плохого в мою сторону. Ты знаешь, что я люблю Иру, но всë равно признался и не сделал ничего ужасного Антошик 03:35 Я повторюсь, я не виню тебя ни в чëм. И, наверное, понимаю тебя, поэтому не считаю твой внезапный поцелуй чем-то столь ужасным. Арсений даже начал прыгать от радости, подлетая с кровати и рефлекторно выключая телефон, поудобнее беря его в руки. Антон мог всë это услышать и при этой мысли, Арс стал тихонько посмеиваться. Он не мог и мечтать, что его просто вот так простят и поймут.

«Антошик» прислал 1 сообщение.

Загорелось на экране телефона, сразу вызывая внимание Арсения. Он за секунду открыл телефон и начал бегать по новому сообщению глазами, которые были заполнены радостью и надеждой. Антошик 03:36 Арс, всë в порядке? Лицо стало понемногу побаливать от растянувшейся улыбки, которая и не планировала сходить с лица, заменяя себя хоть каким-нибудь расслабленным положением рта. Арсений моментально стал набирать ответ, успев вернуться обратно на кровать и начать мотая ногами от нахлынувших чувств и какой-то приятной усталости.

Вы 03:36 Да, Тош, всë в порядке. Я рад, что ты меня понял и не послал куда подальше)

Хотелось шутить, смеяться и просто радоваться жизни. Хотелось сидеть в обоюдном кругу друзей и просто веселиться. Хотелось обнять Антона и снова вызвать его смех. Такой прекрасный и в меру громкий. И у него похоже получилось, ведь сообщение смогло прийти только через несколько минут, хотя оно и не было большим. Антошик 03:38 Арсений бля, я так сейчас всех разбужу!)

***

Арсений находится рядом с Антоном. Он продолжает вместе с ним смеяться, быть его опорой в любой момент, он готов всю свою жизнь смотреть в эти глаза и видеть как они сверкают, и уж точно не от света. Да, он не может подойти к Антону и просто крепко обнять, а затем желанно поцеловать, пытаясь как можно больше отдать своей любви и чувств, но разве это проблема для Арсения? Ему просто приятно понимать, что теперь Антон стал чаще мило краснеть на ушах и щеках при приближении Арса, одновременно пытаясь хоть что-то придумать и выкрутиться из любой ситуации, которая образовалась на сцене. Ему просто приятно понимать, что Антон смотрит на него без каких-либо негативных чувств, как всегда сверкая улыбкой и заражая всех смехом. Ему просто приятно.