Ещё одна минута вечера

— Лань Чжань, Лань Чжань! На пороге цзиньши появился мужчина, в одной руке он держал кувшины с улыбкой императора, другой поправлял выбившиеся из хвостика на голове чёрные волосы. Подол его ханьфу был испачкан и промок насквозь. На его лице сияла улыбка, а в глазах сияла искра. В комнате, повернувшись спиной, прямо сидел другой мужчина. Медитацию пришлось прервать и он повернулся к дверному проёму, увидев Вей Ина он еле заметно улыбнулся. Потом встал, подошёл к нему и вцепившись в ту руку, в которой трепетно держали манящий напиток, другой рукой он коснулся шеи Вей Ина, поднёс свои губы к его и прошептал: — я так рад твоему возвращению… Он не успел договорить, как сухие и тёплые губы заткнули ему рот в страстном поцелуе. Отпрянув от чужих, но таких приятных и любимых губ Лань Чжань лишь опустил взгляд на свою руку, которая всё ещё лежала на руке Вей Ина, державшей драгоценные кувшины. — это тебе вместо цветов, они ведь такие красивые, срывать жалко, пусть растут. Как насчёт опустошить вместе со мной пару чарок? Глаза Лань Чжаня заблестели, он поднял свой взгляд и встретился глазами с Вей Ином. Так хотелось обнять его, утащить куда-нибудь и ни с кем не делиться. Просто целовать до самого рассвета. Вей Ин мечтал о том же, только уж очень ему хотелось выпить с его любимым и всю ночь просидеть в обнимку в тишине ночи, тоже - до самого рассвета. Не успел Вей Ин опомниться, как кувшины оказались аккуратно поставлены на пол, как он сам был повален на кровать, а рядом пристроился Лань Чжань. Они лежали боком и смотрели друг другу в глаза. Каждый искал в них что-то для себя. В серых глазах напротив, Лань Чжань искал огонь, которого ему самому так не хватает в жизни. Вей Ин же в жёлтых, почти золотых глазах своего спутника искал спокойствия для души и тела. Они нуждаются друг в друге и отлично это понимают. Через пару минут Вей Ин, приподнявшись, произнёс: — может всё-таки по одной и я готов лежать с тобой вечность? Лань Чжань лишь издал одобрительное: — мгм… Тогда Вей Ин незамедлительно подлетел к кувшинам, сначала отпил сам, а потом налил в две чарки до самых краёв тёмно-красную жидкость, напоминающую кровь, только слаще. Вей Ин знает, как на его любимого действует этот напиток. Они выпили, как и он и обещал всего по одной чарке. Именно такого количества достаточно чтобы из ледяного и сдержанного Лань Чжаня сделать маленького белого пушистого кролика. Заметив его состояние Вей Ин начал настойчиво спрашивать: — Лань Чжань, Лань Чжань, а ты правда меня любишь? — мгм. Лишь коротко сказал он и резким движением руки сорвал свою белую налобную ленту и привязал одним концом к правому запястью Вей Ина, а другим к своему. Затем притянул его за свободную середину. От неожиданности Вей Ин не удержался на ногах и полетел прямо в объятия своего любимого. Тот поймал его и поцеловал в лоб. Вторую свободную руку Вей Ин запустил в его волосы, притянул к себе и горячо поцеловал в губы. Оба они были настолько уставшими, что так и остались лежать во мраке наступавшей ночи до самого рассвета…