Эмоциональная.

Ермолова и представить себе не могла, что когда-нибудь будет давать интервью. Да и ещё так – буквально выставляя свою личную жизнь на всеобщее обозрение. Она уже тысячу раз пожалела о том, что выложила ту самую историю, о том, что согласилась на съёмку Ксюши Хоффман. Об одном она не жалела – отношения длинною в полтора года, с ним… Даже успокоительные и транквилизаторы, на которых сидела брюнетка последние четыре месяца, никак не давали полностью отпустить ситуацию и не нервничать. — Зачем это всё? Слишком страшно. Она боялась многого – видео выйдет, начнут хейтить её, достанется и ему. Просто так, просто потому, что они молчали. Просто потому, что она не хотела огласки. Так не хотела, что теперь едет давать интервью. Руки, чуть ли не в прямом смысле, ходили ходуном, ноги подкашивались. Девушка где-то в глубине души молилась на то, что-бы она вдруг не словила паническую атаку на самом интервью, и не испугала всю съёмочную группу. Такси наконец добралось до места съёмок, им оказалась высокое стеклянное здание, Ангелина поднялась на нужный этаж, и с трудом, но нашла нужных людей. Они подготовили её: нацепили микрофон, гримёры чуть-чуть подправили макияж и усадили на диван, на который через несколько минут присела и Ксюша. Она заметила, что её сегодняшняя гостя уж очень сильно нервничает, уже десять минут сидит и перебирает в руках своё кольцо. Привычка. — Ну, что, Лин, готова? – всё-таки спросила она. Было в Ксении что-то такое, что от одной её улыбки можно было забыть даже о самых сильных переживаниях. До этого дня они уже были знакомы, виделись как-то на съёмках да и на дне рождении общих друзей болтали много, так что это тоже успокаивало Ермолову. — Нет, – еле слышно шепнула и матнула головой брюнетка. — Всё хорошо, не переживай. – Ксюша заключила блогершу в объятия. После чего послышалось: — Начали!