Должен успеть.

Что если однажды я исчезну? Если, придя домой, тебя встретит лишь пустая квартира и ветер, колышущий занавески? Будешь ли ты волноваться? Будешь ли звонить всем, кого знаешь ты? Потревожишь ли ночными звонками всех наших ребят из PSC? Или просто махнешь рукой и завалишься спать, решив, что я вернусь ранним утром? Каков будет твой выбор? ______ Черный автомобиль бежал по дорогам ночного Токио, с грацией кошки обгоняя другие машины и лихо заворачивая, чтобы поймать "зеленую волну" светофоров. За рулем сидел молодой мужчина, на губах которого играла странная улыбка. Нет, он не был пьян. Просто он запутался. Запутался в жизни, отношениях, мечтах... и особенно в нем. Меняющем образ, как перчатки. То дива, то истинный рокер. Его любовь, едва достающая до плеча, но имеющая сбивающий с ног характер. Последнее время Таканори редко приходил домой раньше 5 часов утра. Почти всегда пьяный и пропитанный ароматом чужих духов или сигарет. Конечно, они говорили об этом много раз, но ничего не менялось. "Ему я не нужен больше, а гитаристов в Японии полно", - думал Аой, вдавливая педаль газа в пол. И вот, он на месте. Сомнительного вида здание на окраине города, увешанное неоновыми вывесками. Из открытых дверей валил цветной дым, а рядом топталась яркая толпа, смеющаяся так задорно и пьяно, что резало слух. Протиснувшись следом за двумя зеленоволосыми молодыми японками, Широяма оказался внутри. Кое-как пробравшись в бар, он взял любимое Асахи и стал оглядываться по сторонам. Вскоре от такого шума и дыма начало двоиться в глазах. Пошатнувшись, он вышел на улицу, с наслаждением вдыхая прохладный воздух. - Эй, красавица, хочешь выпить? - судя по тому, что рука неизвестного оказалась на бедрах мужчины, обращались к нему. - Простите, вы обознались, - ответил Юу максимально низким голосом, - я мужчина. - Да хоть транс! У меня такой пожар в штанах, что я любого выебу. И тебя, голубчик. Хочешь приласкаю? - незнакомец продолжал нагло лапать Аоя, за что получил в нос. - Строптивая барышня-то. Ребята, держи ее! Три здоровенных амбала вынырнули из-за угла. Завязалась драка. Хоть Широяма был один против четверых, десять минут он держался и даже выигрывал. Он уже хотел нанести последний удар и сбежать, но, увы, холодная сталь, впившаяся под ребра, забрала все его силы. Свалившись на землю, он схватился за нож, вытаскивая его, а после зажал рану рукой. Дышать было трудно. Встать он уже не мог. Последнее, что он ощутил перед потерей сознания - резкая боль, пронзившая тело, начиная с поясницы.