Должен успеть.

Как только они приехали в больницу, Кай схватил Таканори за руку и потащил в неизвестном направлении. Как позже оказалось, он уже разузнал, где лежит Юу, и тащил не соображающего Руки именно туда. Остановился он только перед дверями с надписью "Реанимация". - Таканори, эй, ты как? - Я... Ютака, отведи меня к нему. Быстрее, пожалуйста. Руки толкнул дверь, и они оказались в длинном белом коридоре, наполненном едва слышным писком датчиков и шуршанием медицинских халатов. - Девятнадцатая палата, - сказал Кай, - идем. Таканори первое время старался идти спокойно, но потом не выдержал и бегом понесся туда, где на табличке было написано "19". За стеклом прекрасно было видно всю палату: стены кремового цвета, куча аппаратуры, подключенной к бледному телу, лежащему на кушетке с идеально белым постельным бельем... "Юу..." - пронеслось в голове блондина, и по щекам вновь покатились слезы. Это бледное, недвижимое тело, опутанное проводами и датчиками, с капельницей и кислородной маской на лице, совсем не было похоже на бодрого кота-извращенца, так ловко перебирающего струны и пританцовывающего с гитарой, виляя бедрами. Бесшумно войдя в палату, Руки подошел к возлюбленному. - Юу, - тихо позвал он, - ты меня слышишь, Юу? Пульс участился. Неужели он слышал? Таканори легко коснулся пальцами чуть теплой бледной руки, на костяшках которой запеклась кровь. "Он дрался... Что же было?.. " - блондин зажмурился и опустился на колени, прижимаясь к его руке своей щекой. Он уже не задумывался о том, что плакать не мужественно. Ему было слишком больно, ведь если бы он заранее предупредил - Широяма был бы в порядке. Если бы не эти ночные задержки, они бы сейчас грелись в объятиях друг друга, и Аой шептал бы всякие пошловатые нежности, заставляя Руки краснеть и счастливо улыбаться одновременно, понимая, как любят его и как любит он.