Собранная по осколкам

      Флора и Муза вернулись в Магикс – их телепортировала Роза, прямо в центр школьного двора. Они испытали сильное удивление и страх, так как за пределами защитного купола, - который, видимо, установила Фарагонда, - был хаос: лес местами выдран прямо с корнями, земля кое-где вспахана, а дорога от ворот до города потрескана. И среди всего этого кишели мутированные растения, извиваясь, как голодные ядовитые змеи. - Хорошо, что мы не по ту сторону купола, - прошептала фея Музыки, вцепившись в плечи русоволосой.       Девушки поспешили в кабинет директрисы, стараясь не смотреть на все ужасы. Сейчас им бы пригодилась поддержка Брэндона, видавшего и не такое в некоторых боях, но он, как самый настоящий герой, остался на Линфее, чтобы отыскать друзей и… Стеллу.       Фарагонда оказалась не у себя, как обычно, а в библиотеке. Она перебирала немолодыми пальцами листы одной книги с сильнейшими заклинаниями всего Волшебного измерения и задумчиво искала то, что могло бы помочь в ситуации с растениями.       Флора вошла в книжное помещение первой, и тут же поймала на себе взгляд женщины – такой, что сразу стало ясно: ее не ожидали здесь увидеть. После появилась и Муза, которая сразу поздоровалась с директрисой, а потом холодным тоном поинтересовалась, что произошло за время их отсутствия.       Фей пригласили на мягкие кресла около круглого читального столика. Они сели и приготовились к тому, что их будут ругать за побег с миссии, но… - У меня опускаются руки… Однажды, купол не выдержит, и твари проникнут в школу и разрушат ее… - Это все Трикс! И они прячутся на Линфее! - Так и думала, что это кто-то из старых врагов. - А еще у Флоры пробудилась новая сила, только она не знает, как ее раскрыть до конца. - Это очень хорошо. А почему ваша подруга молчит? - Она немая, - Муза виновато посмотрела на фею Природы. – Кое-что произошло… - Ужасно! Просто ужасно! Но я могу исправить ситуацию.       Пожилая женщина стала громко и четко произносить слова на древнефейском языке, направив на Флору вытянутые руки. Но это не помогло – ни звука не вышло из нутра русоволосой. Слишком силен был шок от смерти бывшей подруги, Лейлы. Да и остальное только ухудшало ситуацию, постепенно, но четко. - Если не сработало сильнейшее заклинание, то выход один – самостоятельное решение проблемы. Нужно провести самоанализ, как следует подумать, что именно повлияло на потерю голоса. - А что насчет новой силы? Ее мать дала книгу. - Тяжело говорить это, но есть такие вещи, которыми можно управлять, только до конца поняв себя. - Но помочь же нужно! - Мы обсудим это позже. И, Муза, не повышайте тон, пожалуйста. А теперь, - директриса неодобряюще посмотрела на фей, - что вы здесь делаете?       С неохотой фея Музыки призналась, что они больше не будут участвовать в миссии, не будут лить кровь и не будут бояться каждого шороха. Также она добавила, что кое-кто из Винкс уже мертв, поэтому нет смысла сражаться дальше и вообще обсуждать это все. Затем Муза спросила – а почему им в школе никто не повстречался, пока они с Флорой искали ее, директрису? На что получила ответ, что все ученицы сейчас разъехались по домам, так как военно-экстренное положение. - То есть, - синеволосая вскочила с диванчика, - мы, пытаясь хоть что-то предпринимать, только несем убытки, а другие в это время прохлаждаются?! - Они не такие опытные феи, как вы. - Какая разница, у кого какой опыт?! Почему только мы занимаемся войной?! Вы слышите, что я говорю вам? Член нашей команды мертв. Мертв! - Я соболезную. Но и в случае такой потери нельзя расслабляться. - Извините, директриса, но мы уходим.       Женщина тактично промолчала, понимая, по какой причине одна из лучших учениц себя так ведет. Она также скрыла часть эмоций, - сейчас они ни к чему, - из-за погибели одной из Винкс. Знала бы только она, что на самом деле произошло с легендарной шестеркой…       Девушки ушли, а Фарагонда продолжила сидеть. Она устало потерла виски подушечками указательных пальцев – как же тяжело решать все практически одной! Искать лазейки для решения проблемы, надеяться на умы преподавателей-коллег, просить помощи у других планет и королевств, штудировать древнейшие заклинания… И результата – ноль. Правители не торопились высылать подмогу, видя, что ситуация гораздо хуже, чем во времена первого вызова Трикс, укравших силу Блум. Одно из хорошего – ученицы Алфеи и оставшиеся в живых жители города вне школы и вне самого Магикса. Директриса будто заранее знала, что зараза распространится слишком быстро и смертоносно.       От щемящего чувства внутри Фарагонда стала нервно ходить между книжных стеллажей, раз за разом прокручивая все варианты спасения планеты Магикс. И каждый раз все сводилось к одному – изгнать зло может только Флора.       

***

      Дни недели тянулись мучительно долго для феи Природы: каждая минута казалась чуть ли не вечностью, за которую успевали рождаться и более новые сомнения в себе, и уже несбыточные мечты насчет Огрона, и раздумья о новом превращении. Она как-то находила в себе силы вставать каждое утро, чистить зубы, принимать теплый душ, одеваться, пить зеленый терпкий чай из любимой кружки и идти в библиотеку, чтобы вечером снова вернуться в комнату ни с чем.       Муза поддерживала, как могла, но почему-то виновато смотрела на русоволосую каждый раз, когда они пересекались – в огромной никем не занятой столовой, в коридоре, во дворе школы и в холле. Флора списывала это на сочувствие и поэтому ничего не спрашивала. А вот ее подруге было жутко стыдно из-за скрывания информации об Огроне.       Когда суббота недели нахождения в Алфее плавно перетекла в воскресенье, фея Природы твердо решила каким-нибудь образом явиться в Облачную Башню для получения ответов. Она посчитала, что в библиотеке ведьм есть куда более ценная информация, нежели здесь, в школе фей.       Флора не стала ни о чем говорить ни Музе, ни Фарагонде. Ей пришлось запереться в одном из дальних классов, чтобы никто, - даже профессор Палладиум, - не нашел ее. И, расставив вокруг себя парты со стульями, девушка села в позе лотоса и стала представлять, как энергия выходит из ее нутра, превращается в крылья и уносит в Облачную Башню, к новым знаниям.       Ее все-таки нашли, причем весьма намеренно. И Флоре ничего не оставалось, как выбраться из-за изгороди парт и отпереть класс изнутри. Вместе с этим она почувствовала злость за то, что ее потревожили, и несколько волшебных искр упали с кончиков ее волос. - Флора, я рад, что нашел вас, - Палладиум увидел круг из мебели и понял, чем занималась его бывшая ученица. – Я готов вам помочь найти себя, обрести силу.       Русоволосая хмыкнула: она справится, заодно докажет, что вполне может решить проблему самостоятельно. Она уже перетерпела многое, и предложение о помощи теперь кажется смешным и неуместным. - Мне известно, что ваш голос пропал. Я сочувствую, Флора, - он обошел ее и сел на один из свободных стульев. – Я подскажу вам, на чем именно нужно сфокусировать внимание, чтобы попытаться вернуть утерянное.       Флора отрицательно помотала головой. Нет, она не нуждается в подсказках. Да и что может знать Палладиум? Ему не понять, какие чувства испытывает фея Природы. Ее потери слишком велики. - Вы отказываетесь? Очень зря. Лично я считаю, что вы сейчас не в состоянии сосредоточиться самостоятельно.       Волшебные искры полетели во все стороны, когда девушка услышала эти слова от профессора. Опять сомнения насчет нее?! А ведь она многим рисковала за последние несколько недель, и все это давление попросту не к месту. - Вы не умеете управлять чем-то большим, чем Энчантикс.       Несколько парт разбило на щепки; пара стульев выбила окно и вылетела на улицу; плотные занавески разорвались на неровные лоскуты, которые разбросались по всему классу; шкаф с литературой поднялся над полом и затем влетел в противоположную стену, прямо в большую прямоугольную доску. - И вы не спасли его.       Профессора выбросило в коридор. Он ударился спиной об подоконник, но смог устоять на ногах и выставить щит, чтобы укрыть себя от атаки Флоры, которая уже прошла этап трансформации и теперь, поднимая вихрь своими крыльями, приближалась к обидчику. - А теперь стойте и слушайте! Да, я выбрал не самый лучший способ, но…       Девушка швырнула искрящую сферу в Палладиума, и тот с трудом отбился от нее – силы Флоры возросли. Она почти освободилась от темной энергии мутированных растений, которые заблокировали доступ к магии. - Но я наконец убедился, что Муза сказала мне правду! Вы посмотрите на себя! Под действием негативных эмоций вы трансформировались! Именно это вам и помогает, Флора!       Но еще одна сфера, выпущенная разозленной феей, пробила щит и сильно ранила профессора. Русоволосая не успела даже дрогнуть, как осознала, что эльф начинает стремительно умирать. Она присела перед ним и положила свои ладони на его грудь. Исцеление сработало мгновенно – сердцебиение вошло в свой привычный ритм, легкие наполнились кислородом, а глаза снова приняли живой блеск. - Простите меня… Я врал вам, врал! Я никогда даже не подумал бы про вас так плохо! Но поймите правильно – это во благо вам. Злость – ваша опора, если можно так сказать. Используйте ее правильно, - он встал, опираясь на стену. – И спасибо за помощь.       Флора, обидевшись, круто развернулась на каблуках и быстро зашагала прочь. Палладиум что-то кричал ей вслед, но она не удостоила его даже взглядом. «Не заслужил он исцеления, раз позволил себе так жестоко играть на моих чувствах. Но я не стану снова вредить ему. Он дал мне направление», думала Флора, создавая портал в Облачную Башню. «Если зло – это опора, так пусть оно будет последним из оставленного мною после моей личной миссии и смерти».

***

      Она оказалась на уличной площадке, возвышающейся и на школой ведьм, и над скалами, на которых та держалась. Силы еще оставались, и фея Природы могла позволить себе открыть еще один портал, ведущий в библиотеку Облачной башни. Но ее перенесло туда, куда она не рассчитывала попадать, а именно – в кабинет директрисы Гриффин. - Наконец ты приняла правильный выбор. Я ждала этого момента.       Женщина встала со своего мягкого кожаного кресла, несколько раз обошла фею и еле заметно тронула ее крылья. Те затрепетали, и розовая пыльца посыпалась с них на каменный пол. - Прекрасные, - Гриффин пристально разглядывала еле заметные узоры на крыльях, - и сильные. Это дар твоей истиной ярости, фея. Ты пробудила в себе зло, а вместе с ним и новую трансформацию.       Что бы это значило? То, что Флора – наполовину ведьма? Или что-то среднее между ней и феей? И почему директриса Облачной башни ждала ее? - Ты не ведьма, - будто прочитав мысли, ответила женщина. – Просто ты умеешь управлять одной из своих эмоций. Это не значит, что для каждого превращения ты должна испытывать злость. Достаточно один раз прочувствовать эмоцию настолько сильно, что потом уже она тебе не понадобится. И собственно, я тебя за этим и ждала. Пойдем.       Гриффин повела Флору сложными путями, прямо в недра школы. Они миновали множество коридоров, поворотов и дверей, прежде чем остановились посреди большой круглой комнаты, в которой все было обложено овальным камнем. В центре был такой же формы люк. - Фарагонда мне все рассказала. Мне известно, что ты – наша надежда на спасение, поэтому я привела тебя сюда. Но только ты сама должна решить, будешь ли ты проходить испытание, или нет, - она отошла от феи к выходу, собираясь оставить ту в принятии решения. – Под этим люком ты можешь увидеть все что угодно. Даже не каждая ведьма рискует своей психикой. Если ты не будешь готова, то постучи по одному из камней. Это здание живое, оно передаст мне импульсы, и тогда я отправлю тебя в Алфею.       Гриффин ушла. А Флора подняла люк и с недоверием уставилась на черную, вязкую субстанцию. Она слегка колыхалась сама по себе, будто бы являлась живой. «Чертово темное колдовство», про себя усмехнулась девушка.       Трансформация спала. Силы снова иссякли, но фея Природы решила – или она возвращает их окончательно, или попросту сгинет, позорно не пройдя испытание и в дальнейшем не решив свои дела.       Она сжала кулаки и шагнула вперед. Тело обволокло, мягко и тепло, словно было что-то другое, а не тягучая жидкость или подобное ей. И так продолжалось какие-то десять секунд, пока Флору не выбросило в точно такую же круглую комнату. Только теперь посреди нее был не люк, а мраморный постамент, над которым парил абсолютно черный шар.       Фея решительно подошла к волшебному артефакту и сразу же положила ладони на него. И тут началось: из-под кожи рук стали проступать черные крапинки, которые после стекали и на шар, и на постамент, и на пол. При этом появились боль в суставах, тошнота и головокружение. Флора была бы рада присесть или даже прилечь на каменную кладку пола, но нутром знала, что испытание уже приняло ее в свои чары, и сдаваться нельзя.       Боль и прочие недуги были не самым страшным составляющим в этом артефакте. Ведь настоящий ад шар выплеснул на девушку в виде ее прошлых кошмаров. И в начале Флора не представляла, что потом все подробности будут показаны ей с такой точностью, что проще разбить голову об острый угол мраморного постамента, чем наблюдать то, что только раздирает сердце на куски.       Парк Магикса, Гелия и она, нарядная, взволнованная, с маленьким секретом в животе. Плетеные кресла в беседке, мирный разговор, нежный голос, сообщающий новость. Шок, злость, расставание.       Больничный коридор с противными ярко-желтыми лампами, страшный кабинет с еще более пугающими медицинскими инструментами, раковина, как следует вымытая с пахучей хлоркой. Врач в своей рабочей форме, шевеление чужих рук между ног, плохо терпимая боль.       Часть комнаты общежития Алфеи, озлобленные подруги, осуждающие взгляды. Оскорбления, исключение из клуба Винкс, сбор вещей, денежная помощь от Музы, автобусная остановка у школы.       Тяжелая самостоятельная жизнь, скудный заработок, убитая съемная квартира. Скрытие самой себя под скромной одеждой, внезапная встреча с Огроном, новая подружка бывшего парня. Моральная поддержка бывшего врага.       Вечер в квартире мага, нападение мутированной лианы, очередная помощь от Музы.       Потеря волшебных сил, перелет в Линфею, отдаленность ото всех. Смерть Стеллы, совместное выживание с Огроном, борьба за глоток воды. Смерть Лейлы, непонимание действий незнакомца, потеря голоса.       Нападение Текны, пытки Трикс, получение нового превращения.Налаживание быта в пещере, нападение Блум, смерть Огрона.              Разлом каменного жилища, любимое тело под тяжеленными обломками, неконтролируемая истерика.       Холодная помощь от родителей, безразличие, решение покончить с собой.       Флора не понимала, как такое возможно – душераздирающие кадры прошлого одновременно были и вокруг нее, и в голове. Все вертелось вдоль стен, издавало тяжелый гул, а с другой стороны – ничего из этого не происходило, и в помещении стояла зловещая тишина.       Она яростно бросалась на стены, пытаясь выломать выход, но ее окружали призрачные тела безглазой Лейлы и наивной любовницы Гелии; она молотила кулаками пол, а вокруг нее стояли, как восковые куклы, и смеялись Блум, Текна, почему-то Муза и бывший парень-романтик; она надрывала глотку в немом крике и сильно жмурила глаза, а к ней протягивала сгнившие руки Стелла с импровизированным копьем из сука дерева в глотке; она перекатывалась, царапая голову, и за этим безо всяких эмоций смотрел Огрон, сложив руки на окровавленной груди; она пинала мраморный постамент, но за это ее отчитывала Фарагонда.       Все обиды, вся злость, вся ненависть смешались во что-то непонятное, прорубили собой два глубоких пореза на лопатках и вырастили оттуда огромные крылья; эти чувства изменили глаза, и теперь два хрусталика полностью стали темно-зелеными; волосы заискрились здоровым блеском, и в них расцвели розовые и белые бутоны цветов; руки очистились от крапинок и покрылись золотыми татуировками в виде символов древнейших заклинаний Линфеи.       Облачная Башня дрогнула, когда частичку ее фундамента выбило мощной энергией, и снова замерла после того, как ее, с оглушающим криком, покинул большой сгусток магии. А наблюдающая за всем Гриффин лишь облегченно вздохнула – она не ошиблась с выбором помощи для Флоры. Теперь на планете настанет мир.