Я слышу тебя

Где ты - Элли на маковом поле Как и всегда, Чонгук вновь тянется к сигарете. Он никогда не устанет курить. Вдыхать едкий дым и тонуть в мыслях лишь об одном человеке, что уже давно пропал из его жизни. Он никогда не устанет искать карие глаза Кима везде. Никогда не устанет слышать его когда-то успокаивающий голос в своей серой и одинокой квартире. Он сошёл с ума? Определенно. Раз в месяц ему снятся руки Тэхена, что тянутся к нему в поисках объятий. И после таких снов, Чон не желает просыпаться вовсе. Ведь именно там он жив. Ведь именно там он еще может почувствовать тот самый трепет в груди от одной лишь улыбки юноши, в чьих глазах еще мелькают звезды. Но самое ненавистное для него — это просыпаться после таких снов. Чонгук живёт прошлым. Не способен он перешагнуть через потерю своего любимого человека. Он живёт нелепыми, неудачными, но самыми живыми плёночными фотографиями, где когда-то они оба были счастливы. Он скучает по улыбке и его сверкающим глазам то ли от счастья, то ли от боли. Ким любил задавать странные вопросы, мол, почему Чонгуку сдался этот с выгоревшими и жесткими, словно солома волосами, обкусанными губами и ничего не имеющим, кроме любви к жизни никчемный мальчишка? А тот лишь улыбался ему и твердил, что для него Тэхен это самое нежный, искренний и ценный ангел во всем мире. Ангелы всегда рядом и никогда не умирают, но оказалось, что Ким вовсе не это божественное существо. Тэхен умер год назад. Двадцать девятого августа. Год назад Чонгук потерял свой смысл. Несчастный случай. Авария, что забрала одно живое тело и две невинные души. В тот день был дождь и ветер дул холодный. Он никогда не забудет, как белая кофта Кима прилипала к его ребрам, как она была пропитана кровью и облегала его поломанное и донельзя худощавое тело. Не способен забыть, как он лежал на мокром асфальте с пустым взглядом, что был устремлён прямиком на пасмурное небо. Тогда ещё разные незнакомые люди начали кружиться вокруг тела Тэхена, а Чонгук не понимал, зачем они его трогали за запястье и прислушивались к его сердцу? Неужели они не видели огромную лужу крови и его бездыханное тело, которое лежало в ней? Хотя, подпустили бы Чонгука ближе к Тэхёну, то он, наверное, сделал бы тоже самое. Но увы, этот напуганный мальчик лишь стоял недалеко, смотрел на Кима с надеждой, что тот пошевелиться, закашляет, задышит. Но нет. Ничего. Только вой сирены и шум толпы, от которых Чону становилось еще хуже. Он никогда не мог подумать, что с Тэхёном он расстанется так быстро. Так внезапно. Расстанется так, что останется куча вопросов, на которые ответ теперь он не получит. Расстанется вот так просто, без прощаний, без лишних слов. И красная нить порвется, что была когда-то привязана к их мизинцам. В свои семнадцать эти мальчики мечтали о лучшей жизни. Мечтали уехать из этого грязного города. Побывать везде, где только можно. Но сейчас тело Кима лежит в могиле, а Чонгук присаживается рядом, дрожащими руками кладя белые цветы на серый мрамор этой могилы. Он не может осознать, что больше в жизни не услышит его тёплое дыхание, нежные руки... Что не коснётся этих светлых волос, не будет больше танцевать под глупые песни ночью с ним на кухне, и не ощутит его поцелуи на своем лице. Просто не может. Для него это кажется невозможным. Осознание пришло только почти через год. Когда сидя за столом и ужиная, он уже не ждал своего мальчика с подработки. Когда наливая себе чай, он уже не доставал по глупой привычке две кружки. Лишь одну. Лишь для себя. И когда закуривал сигарету на балконе, он уже не ждал упрёков Тэхена о курении. Наконец, привык к своему одиночеству. Это хорошо или плохо? Хорошо ли то, что его бедное сознание наконец-то отпустило Кима? Или это плохо? Ведь так Чон начнет его забывать. — Я тебя никогда не забуду. — говорит тихо Чонгук, смотря на заженный конец своей последней сигареты. Он погасил её и выкинул, а после закрыл руками своё усталое лицо. Сумерки, а город до сих пор шумел, жил, а Чонгук хотел, чтобы он заткнулся хотя бы на пару секунд. — Слышишь, Тэхён? Я буду помнить тебя всегда. Я буду любить тебя всегда. Только вернись. Вернись прошу. Я скоро чокнусь. — а ведь этот парень был уже уверен, что сможет жить дальше без Кима. Что уже спокоен. Будто привык к одиночеству. Нет. Это ложь. Боль до сих пор скребется в груди Чонгука. И Тэхён это знает. Знает, что без него Чонгук страдает. — Я слышу тебя. — знакомый и самый любимый голос Чонгука заставляет его вздрогнуть, распахивая глаза. Он медленно оборачивается, думая, что уже окончательно у него съехала крыша. — Я прекрасно слышу, мой милый. Я тебя тоже люблю. — Тэхён стоит взади Чона в той же белой кофте, но без кровавого пятна. С такой же озаренной улыбкой. С такими же глазами, где сияли мириады звёздочек. Он живой, он самый настоящий. А Чонгук плачет. Плачет, словно ребёнок, не веря. И слезы его словно стеклышки, драгоценные камушки. Режутся. Он прижимается к нему, утыкается куда-то в плечо. "Это правда ты?" — Зачем ты меня покинул? Ты вообще представляешь, как мне было тяжело? — Конечно, Гук. — Тэхён гладит его волосы, целует в лоб, а после вновь смотрит на небо. — Ты же не бросишь меня снова, правда? Я хочу быть с тобой. Пожалуйста, не исчезай. Не бросай меня! — Чон поднимает взгляд полный надежд и слез на парня. Улыбается столь неуверенно. — Не брошу, если ты сейчас пойдёшь со мной кое-куда. — продолжает Тэхён, ехидно улыбаясь. Он берет в свои ледяные ладони его лицо, наклоняется и быстро чмокает в губы. — А куда именно? — смотрит вопросительно Чонгук на парня, что сделал пару шагов в сторону от него. — Скоро узнаешь, милый. Закрой глаза и возьми меня за руку. Я скажу тебе, когда тебе можно будет смотреть. — и без промедлений выполняет все приказы своего ангела. Обычно, раньше после таких слов его ждал какой-нибудь сюрприз или подарок. Но на этот раз, когда Чон открыл глаза, то он стоял на шатком бортике балкона вместе с Тэ. — Что ты удумал? — словно дурак, опять улыбается, смеётся. Ветер гладил его покрасневшие щеки и касался растрепанных темных волос. А сердце его сейчас вылетит. Но не от страха перед высотой, а из-за любви к Тэхену. В нем просыпается невинный ребенок, что верит и внимает каждому слову. А у Кима все звезды в глазах перестают сиять, кофта вновь окрашивается в багровый оттенок. — Теперь мы будем вместе всегда. Ты же этого хотел, мой любимый кролик? — Ким делает шаг вперёд в пустоту, а Чон не успевший ничего сделать, сейчас он просто летит вниз вместе с ним. В кроткие секунды падения, Чон, кажется, был самым счастливым человеком. Он не думал ни о чем, только сжимал чужую руку сильнее. Он знал, что сейчас разобьётся, но ему было плевать. Он смотрел на своего любимого человека. Ему больше ничего не надо. — Да. Спасибо, Тэ. Я счастлив. — эта были самые последние слова и самая последняя его улыбка. И даже так, она была подарена лишь Тэхену. Тело его было найдено двадцать девятого августа две тысячи шестнадцатого года. У могилы с белыми цветами, рядом появилась новая. Но та была пустая. Цветов никто не принес. Просто некому. Просто они были единственными у друг друга. И наконец тут тихо, прямо так, как и желал Чонгук.