Зло обязано быть великолепным

Я покинула Катибу, но из библиотеки ушла не сразу. Новый для меня этаж тоже был заполнен книгами, и меня интересовало, есть ли здесь что-то полезное. Никакой структуры не было — полный хаос. И среди всех книг мне приглянулась лишь одна. Тонкая, в кожаной потрёпанной обложке, больше похожая на дневник, она стояла между толстыми томами о магии, едва не падая на пол. Я взяла её не задумываясь. Пока шла вперёд, открыла… и в рукописном тексте, на жёлтых от времени листах, мелькнуло знакомое: «Переселение сознания». Сверху послышался шум. Я захлопнула книгу, убрала за пазуху и поторопилась на первый этаж, чтобы узнать, что случилось. На улице было темно, грохотал гром, отчего в библиотеке стало мрачно. Ученики суетливо собирали вещи, чтобы успеть вернуться до начала дождя. Я тоже поспешила. Стоило выйти из библиотеки, ураган растрепал мне волосы и одежду; холодный свистящий ветер, казалось, пытался забраться под кожу. Я потёрла руки, пытаясь избавиться от гусиной кожи, и неуверенно зашагала в сторону главного здания, но вдруг замерла: внутри поселилось беспокойство. — Фер… — пробормотала я. И помчалась вперёд, прямо к берегу. Задыхалась, но продолжала бежать, едва не скользя по траве. Перед глазами показался океан. Он бушевал. Волны пенились, поднимались неестественно высоко — и обрушивались вниз, вызывая новые всплески. В глазах было темно от усталости, я быстро дышала, едва не сгибаясь пополам от нагрузки, но продолжала стоять. Я долго высматривала среди черноты волн корабль, пока дождь тугими струями срывался вниз, барабаня по плечам, охлаждая разгорячённое тело. Было холодно: вся одежда промокла — я дрожала. Меня знобило, а я стояла. Стояла и боялась увидеть тонущий где-то там вдали корабль, разбитый о волны. Боялась, что Фер мог пострадать, что мог не вернуться. Неожиданно чья-то рука опустилась на моё плечо. Я обернулась — и чуть не подпрыгнула от страха: перед глазами было лицо Третьего. Слепое нечто улыбалось. И мне совершенно не нравилась эта улыбка. — Что тебе нужно?! — грубо вскрикнула я, пытаясь перебить шум дождя. — За мной. Тебя ждут, — прошептал страж будто напрямую в сознание и сжал моё плечо цепкой хваткой. Я попыталась выдернуть руку, но хватка лишь усилилась, вызвав боль и большее раздражение. — Кто меня ждёт?! — дёргаясь, потребовала ответ я. Но Третий молча потянул меня за собой будто тряпичную куклу. Только мне захотелось ударить в него магией, страж со всей силой дёрнул меня на себя, заключив в стальные объятья, и мир потемнел. Очень скоро Третий приволок меня в кабинет бывшего главы академии и повалил на колени. Сам старик сидел на своём столе и выпивал. Вокруг него валялись листы бумаги, рассыпанные в хаотичном порядке, а на полу вразнобой лежали портреты светловолосой женщины. Золотые глаза с пренебрежением взирали в мои, а я всё ещё отчаянно пыталась встать. Внутри закипала кровь. Мне хотелось отомстить за весь позор. Хотелось стереть высокомерие с чужого лица и переломать кости стражу. — Ты долго, — холодно произнёс старик. Непонятно было, это он мне или стражу. — Что вам нужно?! Зачем меня сюда притащили?! — прорычала я, продолжая трепыхаться. — Заткнись и слушай меня, несносная рабыня. Я позвал тебя, чтобы сообщить: ты сейчас же отправляешься на земли светлых и отменяешь перевозку детей на наш остров. Я устал терпеть в своём доме тебя и подобных тебе незваных гостей. Усекла?! Выполняй. Я расправила плечи, оскалилась и процедила сквозь зубы: — Я. Не. Твоя. Рабыня. — Это мы ещё посмотрим, — ответил старик, так сильно сжав пальцы, что его костяшки побелели. Бокал в его руке пошёл трещиной, но та почти мгновенно исчезла. Запахло магией — я насторожилась, а после приняла не лучшее решение. Попыталась дёрнуться в сторону, выстрелить во врагов, но ледяные руки держали меня мёртвой хваткой, отчего выстрел попал не в мага, а в стража. Тем не менее пуля прошла насквозь и никак ему не навредила. От этого я только сильнее разозлилась. Импульс тока со свистом ударился в моё тело, вызвав крик. Мышцы сокращались, и меня задёргало в разные стороны. Старик кричал мне, что может остановиться, если я буду послушной. Что спустит мне с рук такое поведение, если приму его сторону. Что он даст мне время подумать. Я едва слышала его, только билась об пол и терпела мерзкую боль, не в силах даже вздохнуть. Внезапно всё кончилось. Я услышала приближающиеся шаги. Старик опустился возле меня на колени и резко вздёрнул за волосы. Мутным взглядом я уставилась в янтарные змеиные глаза. Захотелось плюнуть в уродливое лицо старика. Он, нахмурившись, смотрел как-то сквозь меня. Старик протянул вторую ладонь — и чувство было таким, будто мне под кожу заползли щупальца. Глаза мага расширились, он отбросил меня, словно мусор, и упал. — Ты?! — взвыл старик. — Чёртово отродье, Ольгерт Мир?! — воскликнул он и подскочил. Тогда я поняла, что старик прорвался через иллюзию и увидел за маской истинного хозяина тела. — Я обязан защитить учеников академии от такого монстра. Понятно, почему с тобой было не договориться… — сказал он. Я попыталась встать, и на меня снова обрушилась молния, но только большей силы. Перед глазами побелело. Очнулась уже на полу. Пахло гарью. Из глаз текли слёзы, а дыхание, под стать сердцебиению, было частое-частое. Спазмы толкали еду из желудка, но их чудом удалось подавить. — …Разберусь со всеми вами по-другому. Ничего страшного, — донеслось откуда-то. Перед глазами всё вновь расплылось, и сознание меня покинуло. Безмятежное ничто длилось недолго. Со скрипом металлической двери я открыла глаза. Меня бросили за решётку будто мешок с картошкой. Я ударилась о холодную стену, упала на каменный пол и застонала. Из лёгких выбило весь воздух, а нос пошёл кровью. Дрожащими руками стёрла её и попыталась сесть. Вокруг стоял непроглядный мрак. Было тихо и жутко, а ещё казалось, что я здесь не одна. Не без усилий поднявшись, я ощупала клетку: широкие стальные прутья, ледяные каменные стены, едва различимые выступы на двери. Сзади что-то упало и покатилось. Я обернулась и кончиками пальцев ощутила дуновение ветра, которого здесь быть не должно. По спине прокатились мурашки: в темноте почудились силуэты и множество взглядов, обращённых ко мне. Не устояв, я повалилась на пол и закрыла глаза. Больше не было сил. Только мерзкое ощущение, что за мной наблюдают, ещё какое-то время не давало мне сомкнуть глаз.

***

Я очнулась в полной темноте. Теперь мои глаза привыкли к мраку, и потолок стал едва различим. Телу было чуточку легче, кровь на губах засохла, как и слёзы в уголках глаз. Потерев лицо, я попробовала сесть. Оказалось, я лежала на тонкой потёртой мешковине и набитой соломой подушке. — Кто здесь? — надрывно прокричала я в темноту. Я попыталась вызвать магию, но она здесь не работала. В сером пространстве моей камеры едва-едва проступала хрупкая фигура. Она была похожа на муляж, игру воображения, но я верила своим чувствам: здесь кто-то есть. — Кто ты? — тихо спросила я, глядя туда, где должны быть глаза. И тень исчезла. Будто и не было её. Устало откинувшись на твёрдую подстилку, я издала стон боли, задрожала и наигранно заскулила. Ждать пришлось недолго. Чьи-то ледяные руки коснулись моего запястья. Дёрнувшись вперёд, я схватила монстра за плечи, не давая вырваться. Я улыбнулась и сказала: — Ну и что же ты стесняешься? Я твоя новая соседка по темнице. — Тело в моих руках вяло забилось и всхлипнуло: — Отпустите! Прошу! Мне страшно! — Ладно-ладно, только обещай, что не убежишь. Я Ольга, а ты?.. — Силы покидали меня, резкое движение вызвало головокружение и тошноту, но я не жалела: стоило быть дружелюбной и напористой, иначе, кажется, моя собеседница вновь от меня убежит. — О… Обе… Обещаю! — И задрожала. Я разжала хватку и облегчённо выдохнула. Темнота вокруг меня резко отступила. Стало понятно: её регулирует моя сокамерница. Теперь я вполне могла разглядеть чумазую девчонку, сидящую напротив меня. — Я… Я… — промямлила девчонка и замолчала. Светлые волосы её казались почти серыми и едва доходили до плеч. Лохматая, чумазая, она всё равно выглядела мило. Может, из-за больших глаз, непонятного бледного цвета кожи или очаровательных тонких черт лица. А может, дело было в длинном платье, пыльном, но изысканном, с галстуком-бабочкой. Незнакомка убрала выбившуюся прядь за ухо и наконец представилась: — …Меня называют Вторым стражем. — Девочка поджала губы и нахмурила светлые брови, будто ожидая крика или удара. Я же лишь удивилась. Девочка передо мной выглядела живой и не казалась жуткой. Разве что — только сейчас заметила — зрачки у неё были слово скрыты пеленой. — Приятно познакомиться. Надеюсь, нам с тобой будет не очень одиноко. Как давно ты здесь? Почему сидишь в столь мрачном месте?.. — спросила я. С каждой минутой мне становилось хуже, но я была готова потерпеть, лишь бы наладить контакт с человеком, способным мне хоть немного помочь. Даже если этот человек и не человек вовсе. — Я не одна, — вспыхнула девочка и замотала головой. На вид ей было около тринадцати. — И я тут прячусь… — тихо добавила она. — Тут есть другие заключённые? — удивилась я, ведь вокруг стояла гробовая тишина. — Не заключённые, мои друзья. Они там, за решёткой. Я повернула голову и сдавленно охнула: кругом бродили полупрозрачные силуэты. — Кто… это? — прошептала я. Девочка пожала плечами и непринуждённо ответила: — Те, кому не повезло исчезнуть. Переварив информацию, я извинилась перед девочкой и сказала: — Мне всё ещё не очень хорошо, поэтому я посплю, ладно? Когда проснусь, ты будешь здесь? — Тебе правда плохо? Как я могу помочь? — заволновалась она, как настоящий человек. — Мне бы не помешало попить воды, отдохнуть и как-нибудь облегчить боль. А ещё немного света бы: у меня аллергия на кромешную тьму. — И вяло улыбнулась. — Конечно, было бы лучше оказаться за пределами этого места, но, думаю, у меня нет права просить об этом, — добавила я, пытаясь обратить слова в шутку. Спазм сжал горло, вытолкнув кровь, и я неловко стёрла её пальцами. — Я не смогу тебя выпустить, но буду рядом, обещаю. И попробую принести что-нибудь, что тебя порадует, — ответила девочка. Она совсем не была похожа ни на сумасшедшего мальчишку Первого, ни на пугающего и злого Третьего. Я благодарно улыбнулась — и провалилась в сон.

***

Проснулась. Вся камера была обставлена горящими свечами. В душе просыпались картины прошлого, которые я совсем не хотела вспоминать. Тёплый свет немного отвлекал от внезапно накатившего ужаса, но гадкое одиночество вызывало дрожь. За клеткой всё так же ходили жуткие тени, не обращая на меня никакого внимания. — Вторая?.. — позвала я. Но ответа не последовало. Сжавшись, я уткнулась лбом в коленки и всхлипнула. Было ужасно страшно от перспективы сгнить здесь. «Что появилась в этом мире в камере, что умру в ней…» Я стёрла набежавшие слёзы, попробовала успокоиться, но лишь задрожала сильнее. Закрыла глаза и попыталась представить, что я не одна, что это временно, что это лишь страшный сон. — Ольга?! — Что-то ударилось в меня и крепко обхватило. — Прости! Я уходила за едой и не собиралась бросать тебя здесь одну, честно! — затараторила девочка мне прямо в макушку. Наваждение постепенно отступило, и я немного расслабилась и подняла на бледную как мел девочку свой взгляд. — Я… боюсь людей, поэтому задержалась… Они столпились на кухне. Мне подумалось, что меня могут увидеть, и я спряталась в шкафу… Сидела там, пока они не ушли. Я принесла тебе поесть, смотри. Девочка обернулась и достала что-то из стоящей рядом корзинки. С удивлением я разглядела кусок пирога, фрукты и бутылку молока. — Спасибо, что вернулась… и что храбро достала столь вкусный улов, — поблагодарила я девочку. Мне было неловко, поэтому я не смогла заглянуть Второй в глаза. «Так нелепо расплакаться не под стать тому, кто столь многое пережил…» — пронеслась мысль. — Нет ничего зазорного в слезах. Возможно, именно то, что ты пережила, и вызвало их. Я тоже раньше много плакала и корила себя за слёзы, пока Первый не сказал мне эти слова. — Ты… читаешь мои мысли? — удивилась я. — А?.. — На бледных щёках собеседницы проступил румянец. — Я не специально! Иногда яркие мысли сами попадают в мою голову, честно! — Верю-верю, не волнуйся. — И вздохнула. Меня в этом мире уже мало что удивляло. Девочка неловко кивнула.

***

— Тебе лучше? — спросила она меня, пока я подъедала запасы. — Да… намного. Ты что-то сделала? — Я умею лечить. Не очень хорошо, но здорово, что у меня немного получилось, — обрадовалась девочка. — Раз уж мы здесь, можешь… рассказать, как ты стала такой? Почему все эти люди вокруг изменились? — задала я давно интересовавший меня вопрос. Страж замялась, но всё-таки заговорила: — Мы все раньше были магами, которые отказались выступить против тёмных и светлых в той давней войне. Ты, наверное, знаешь, что когда-то не было Мёртвых земель, а потом волна разрушения перечеркнула материк. До этого места дошла лишь дрожь, отголосок той жуткой бури. Но этой дрожи было достаточно, чтобы покарать тех, кто решил не идти против лживых богов. — Но ты же ребёнок… за что тебя карать?! — воскликнула я. Страж грустно улыбнулась и сказала: — Я одно из немногих исключений. Почти все остальные скрывались здесь намеренно, а после стали заложниками этого места. Раньше академия была островным государством, в котором жили свободные. Но волна разрушения потопила всё… Остался лишь этот остров с дворцом и ближайшими землями. Академией они стали только через многие годы. Я отложила еду. — Такое просто за то, что вы решили не умирать на войне?! — Большинство думает, что это нелепое стечение обстоятельств. Другие считают, что правитель пожертвовал землями и нами, чтобы ему хватило сил прекратить кровопролитие. Я же думаю, что мы сами виноваты. Слишком долго жили отчуждённо, слишком на многое закрывали глаза. Видели, как люди убивают друг друга, но ничего не делали, пока самим не стала угрожать опасность. — Девочка неотрывно смотрела на призраков, её взгляд был печален. — А главы академии… как их выбирали? — перевела тему я. — Иверы правят так давно, что их костей, зарытых в наши земли, и не сосчитать. Мы их уважаем и защищаем, у них есть власть над нами. Но знаешь… мне кажется, они забыли своё прошлое и стали вести себя так же, как и тогда. Они больше не борются за людей, не пытаются удержать хрупкое равновесие между всеми. Мне страшно, что это закончится такой же трагедией, как та, что случилась со мной. — Поэтому ты не хочешь уходить отсюда и прячешься? Девочка кивнула. — Остальные забыли, а я помню, потому что боюсь. Не хочу перестать бояться. Буду помнить… — Почему началась та война? — Говорили, из-за могущественных книг. Светлые украли их у тёмных, чтобы те не использовали жуткое заклинание, сжигающее человека изнутри. Но им не удалось освоить это заклинание, потому светлые истребляли всех, у кого это получилось. А затем вошли во вкус, так под угрозой оказались вообще все. Тогда наш правитель Ивер и начал сопротивление. Я же осталась в замке, охраняла женщину… Не помню её, но она носила под сердцем наследника. Он единственный выжил. Мы с братом охраняли комнату, а знахарка принимала роды. Возможно, нам удалось сохранить себя, потому что мы были ближе всех к наследнику. Повзрослев, он ненадолго покинул нас — узнать, что происходит на материке. Тёмные и светлые тогда отчаянно противостояли Мёртвым землям. Им было не до нас. Вскоре Ивер вернулся и привёз с собой брошенных детей и оставшихся без дома взрослых. Все они открыли в себе дар. И мы учили их. Так со временем это место и стало академией. ---------------------------------------------------- Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.