Зло обязано быть великолепным

Моя магия, стоило прикоснуться к Феру, начала отвергать чужую силу, переливаться и пульсировать, будто заражаясь чем-то. Похоже, дело было в невероятном потоке силы, заключённом в герое, потому как артефакт на мне начал излучать уж очень сильный жар, даже через одежду обжигая кожу. Ну хоть из носа кровь не пошла. Вместо этого я провалилась в бездну, которая разделяла наши подсознания. Наконец вывалившись из черноты, я выбралась в жуткое место. В нём не было ни пола, ни потолка, только множество дверей. Среди них выделялись обгоревшие дочерна. Кажется, мне нужно было проверить именно их. Но до того я шагнула в обычную. И оказалась в этом же пространстве. Поняв, что так мы ни к чему не придём, я всё-таки шагнула в обгоревшую. За дверью в ночи ярко горела повозка. Пахло гарью и металлом, чёрный столб дыма взмывал в небо. Горячие капли дождя падали на меня. Кажется, это была кровь. Резко стало нечем дышать… Я вскрикнула, попятилась назад: чёрный силуэт стоял вдали и неотрывно за мной наблюдал. Сверкнула молния — и я с силой захлопнула дверь, а позже неуверенно толкнула вторую. В смутно знакомом помещении, больше похожем на бункер или пещеру, над ребёнком нависла женщина. Она вцепилась в его плечи своими когтистыми лапами и что-то шептала. Мальчик же — Фер — весь бледный стоял над спящим Касом. Последний лежал без сознания. — Если не справишься, он умрёт. Из-за тебя, представляешь? Тебе придётся копать могилу и хоронить его тайком, чтобы никто не узнал. Врать знакомым, говорить, что твой друг уехал. Или сознаться, чтобы каждый знал, что ты убийца. Ну же, ты ведь так устал. Смирись и стань таким же ничтожеством, как твоя мать! Я захлопнула и эту дверь. Мне становилось очень плохо. В третью заходить не хотелось, но я всё-таки вошла: любопытство пересилило ужас. Как будто только сейчас я по-настоящему узнавала Фера. — Ну что ты натворил? Монстр! — хохотала женщина. Её чёрный силуэт и фиолетовый блеск в глазах были отвратительны. В этот раз Фер и эта женщина стояли посреди деревни. Кругом валялись тела, где-то виднелись лужи крови. «Эпидемия», — поняла я, но теперь история с ней казалась мне совсем неправильной. Фер здесь был старше и уже с белыми волосами. Его глаза сияли, а значит, ему было больно. Внезапно всё вокруг начало гореть. Послышались крики: видать, умерли не все. Лицо Фера больше напоминало маску сломленного человека. В его глазах застыли слёзы, но он не плакал. Хотелось обнять его, утешить, но я побоялась. Новая дверь. Знакомое место. Здесь, посреди руин города, двигался вперёд растерзанный магией герой. Кровавые следы вели меня к нему. И к Ольгерту. Тот торжествовал. Он смеялся так жутко, что хотелось ему врезать. Фер же просто перехватил меч поудобнее. — Какой живучий! Я всегда любил таких, как ты. Идеалистов, фанатиков своего проклятого божества. Вы так очаровательно кричите, когда умираете. Скоро и ты наконец закричишь! — оскалился Ольгерт, вытянув руку. Ольгерт боялся. Его сила утекала, как вода из-под пальцев. Если бы не это, он мог бы и победить. Тем не менее Ольгерт из воспоминаний Фера ещё не знает, что судьба его предрешена. Он опьянён своим господством; думает, его враг, Люциус Мор, лишь назойливая букашка, мешающаяся под ногами. Не желая находиться и здесь, я пошла дальше. Артефакт задрожал: он предупреждал, что времени у меня немного. Даже эта безделушка не могла справиться с силой Фера. Новое место — и с ходу слышатся пронизывающие крики женщины, она растрёпана, красные глаза горят яростью. Красивая, будто сон, девушка с длинными золотыми волосами в отчаянии пытается сбежать. На ней роскошное платье, белоснежное, украшенное драгоценными камнями. Часть из них уже успела оторваться и упасть на пол. Я оказалась в церкви. Мужчины, жутко похожие друг на друга, крепко держали невесту. Очень смутно, но я помнила всех. Где-то впереди стоял священник, его лицо было искажено отвращением. Я перевела взгляд на Фера, обезображенного до неузнаваемости, в белом строгом костюме и с повязкой на глазу. «А я уже успела позабыть, каким он был в нашу первую встречу». Фер сжал губы и попытался взять свою невесту под руку. — Не трогай меня, урод! — крикнула женщина, вырываясь. — Сын шлюхи, только попробуй подойти! Сделаешь ещё шаг — и умрёшь в одиночестве в сточной канаве! Я не шучу!.. Я захлопнула дверь и перешла к предпоследней. В новом воспоминании я металась в полубреду, скуля и воя. А Фер, растерянный, крепко обнимал меня и пытался успокоить. Но тщетно: безумие не исчезало с моего лица. Он позвал меня: — Пожалуйста, очнись, Ольга! Прошу тебя, умоляю, приди в себя! Однако я никак не реагировала. «Неужели это было?.. Я вытеснила воспоминания? И как мне удалось выйти из такого жуткого состояния?!» — думала я. Сильный и спокойный Фер… сейчас вызывал во мне только сострадание. Я покинула воспоминание. Осталась последняя дверь. Стоило повернуть ручку, меня тотчас перенесло куда-то невообразимо далеко. Это было не воспоминание, а место, где жило подсознание героя. Мёртвая деревня, вымершая и сожжённая. Когда-то она служила домом для Фера. Где-то вдали бегали рогатые волки, они совсем не замечали меня. Здесь было тихо и удушающе спокойно. Ноги вели меня вперёд. Сначала в дом Фера, а потом и в купальню. Там, в зале с пустующей чашей-ванной, наконец-то нашёлся Фер. Он лежал на дне и пустым взглядом рассматривал потолок. Мужчина застыл, будто и вовсе не был жив, лишь грудь его едва вздымалась. — Фер?.. — позвала я, нависнув сверху. Взгляд героя потеплел, он словно ожил, вышел из своего жуткого оцепенения. — Ольга… Но тут же его лицо вновь помрачнело. — Прости меня. Мне жаль, что так вышло. Обида отошла на второй план. После всего увиденного мне было совсем не до неё. Боль собственного сердца сменилась переживанием за Фера. «Однако я пришла сюда за ответами, и сворачивать поздно», — решила я. — Скажи, почему? Неужели дело действительно в твоей жене? — спросила я, забираясь к нему под бок. Фер подвинулся и вытянул руку, чтобы я могла удобно положить на неё свою голову. — Причин много, но всё это неважно. Я чувствую, что совершил самую большую ошибку в своей жизни. — Фер легонько погладил меня по щеке. Я прикрыла глаза, чтобы насладиться робкой лаской. — Но хотя бы во сне я могу касаться тебя. Хотя бы во сне ты меня не ненавидишь. — Он горько улыбнулся. Кажется, Фер и правда принял моё появление за часть сна. С одной стороны, это было на руку, а с другой… — Наверняка это можно исправить, — упрямо проговорила я. — Думаешь? — удивился он. — Кому нужен мутант, которому и жить осталось недолго?.. Мне невыносимо, — добавил он тихо. — Я ужасно устал. Мысли о завтрашнем дне даже во сне вызывают у меня отчаяние. Мне страшно, потому что я чувствую: мы не победим. И даже если я пожертвую собой, ничего не получится. — Пожертвуешь собой?.. — севшим голосом переспросила я. Фер кивнул. — Выпущу всю силу, чтобы уничтожить Морану одним мощным взрывом. Это один из наших с Ивером планов. — Нет! — Я подскочила. — Нет, нет!.. Не смей! Не убивай себя! Мы справимся! Тебе не нужно жертвовать собой! — взвыла я, сидя подле удивлённого Фера. Мужчина поднялся на колени, заключил меня в объятия и с нежностью прошептал на ухо: — Ольга сказала бы так же. Но если она будет меня ненавидеть, то тогда ей будет проще принять мою смерть, ты не думаешь? — Дурак! — Я несильно ударила кулаком по чужой спине. — Ты заслуживаешь сострадания, а не ненависти! И тем более не заслуживаешь смерти! Поклянись, что не умрёшь завтра! Иначе я достану тебя в аду и не дам отдыха даже там, Фер! Ни секунды! Фер рассмеялся и крепче прижал меня к груди. — Ты же не часть моего сна, да? — Ты понял?.. — пробормотала я, растеряв весь пыл. Силы уходили. — Я, кажется, чувствую, как ты держишь меня за руку. — Фер улыбнулся и отпустил меня. Он посмотрел на свою ладонь. — Ты провела меня, заставила вывалить всё подчистую. А я думал, что лишь успокаиваю своё сердце. — Мужчина рассмеялся, растрепал волосы на своей голове и тепло посмотрел мне в глаза. — Разве тебе не стало легче? — спросила я. — Я бы соврал, если бы сказал, что нет, — признался он. — Так вот каково это, когда в твоё сознание проникают. — Фер с интересом осмотрелся. Я вновь ощутила, как дрожит артефакт, как сбивается темп поглощения энергии. Времени не оставалось. — Надеюсь, ты меня услышал. Не смей жертвовать собой. Не подставляйся. Я хочу, чтобы ты выжил и дал нам шанс, Фер. Мужчина кивнул. — Я не могу позволить себе разбить твоё сердце ещё сильнее, поэтому… — Он глубоко вздохнул. — Обещаю, я не сделаю этого. — Улыбка сползла с чужого лица, и оно стало серьёзным. Я видела, как тяжело ему даются эти слова. Понимала, какую ответственность он на себя возложил. Сейчас он предал план Ивера Руна. — У нас много сильных магов. Мы справимся своими силами. Доверься мне. Морана будет уничтожена, чего бы мне это ни стоило, — сказала я. Я верила в свои силы, верила в магов. И хоть я не знала, насколько велика будет армия неприятеля, мне хотелось верить, что этого хватит. Магия задрожала. Ещё немного — и меня просто выкинет отсюда. Фер грустно улыбнулся. Он придвинулся ко мне вплотную, заглянул в глаза и провёл кончиками пальцев по моим плечам. Дыхание перехватило. Я уже не знала, отчего сердце колотится так быстро и громко и дрожу ли я или артефакт. Вновь между нами образовалось невыносимое напряжение, которому не хотелось противиться. Мужчина медленно наклонился ко мне, я чувствовала тепло его дыхания. Волнение в чужих действиях. Нежность и отчаяние, страсть и… жажду. Он потянулся к моим губам, желая поцеловать… Я проснулась. Кровь стучала в голове, а кожа была липкая от холодного пота. Подступали тошнота и разочарование. «Меня выкинуло прямо сейчас! Какого хрена?!» — в мыслях вопрошала я. Фер мирно спал рядом. Его дыхание, в отличие от моего, даже не участилось, и сердце не спешило покинуть эту грудную клетку. Моё же только начало успокаиваться. Недолго понаблюдав за спящим, я тихо поднялась с кровати и, ощутив сильную головную боль, поторопилась к себе. Последствия визита в голову Фера, тяжёлые мысли и мерзкое похмелье были ровно тем, что нужно для крепкого сна перед битвой. А ещё в глотке будто застрял чёрный ком из этой мерзкой непереваренной магии. Я слишком сильно измоталась за этот день, так что упала на свою кровать, не сняв одежды. Незаметно меня затянуло в очередной жуткий кошмар. Собственная голова стала похожа на кашу из мыслей. Видимо, дело было в том, что я посетила слишком много чужих сознаний. Обрывки совсем не моих чувств, неприятного опыта, разговоров, мест и чудовищ одним своим видом вызывали рвоту. Похоже, сама того не заметив, я ужасно сильно извратила своё собственное сознание. Не то чтобы раньше оно было чистым и спокойным, но теперь и спать больше не хотелось. Кто же знал, что нельзя злоупотреблять этой силой? Как могла, я закрылась от этого шума, пока он не сделал меня безумной. Но тени, обрывки чувств и чужих воспоминаний цеплялись за меня, хватали и вырывали обратно, не давая передохнуть в собственной голове. Измотанная, я почти проснулась, однако чужая сила потянулась ко мне сквозь сон. Я знала, кто это, и была благодарна за то, что хотя бы оставшиеся несколько часов я смогу отдохнуть.

***

Утро, пасмурное и тяжёлое. У меня едва вышло разлепить глаза и встать с кровати. В столовой было шумно и царило напряжение. Те, кто всё знал, выглядели подавленно. Они нехотя ковыряли ложками кашу: попробуй поесть, когда все мысли занимает грядущее. А те, кто не знал правды, оживлённо болтали. Контраст получился убойный. Мельком я заметила Катибу. Она торопливо шла по своим делам. Маг, который вчера ночью помогал в нашей проделке, сейчас вливал в себя целый кувшин воды. Темий и Габриэль молча сидели за столом и даже не притронулись к еде. Я и сама ела через силу. Закончив с едой, я поторопилась к океану. Мне предстояло проверить новых учеников — тех, кто не смог приехать вчера. Помощник исправно усыплял детей, а я методично разрушала чёртово плетение. Морана постаралась, чтобы окончательно испортить мне день. Только к вечеру мы освободились. Компаньон предложил выпить перед боем для храбрости, но я отказалась. Со стороны океана веяло ужасом: мне то и дело чудились силуэты великих святых, приближающиеся к нам. Маги потихоньку расходились по позициям, поэтому я распрощалась со всеми и поехала туда, откуда начну действовать. На салют все смотрели отрешённо. Никто не проронил ни слова — ни Катиба, только подошедшая к нам, ни Ильяс, который за минуту до неё перенёсся ко мне. Радостные крики детей гасли в напряжении. Я молилась, чтобы слова информаторов оказались слухами, чтобы на нас не напали. Я дрожала, боялась смерти и думала о нашем неидеальном плане — надеялась, что всё сработает. А салют был чудесным: яркие вспышки на чёрном небе напоминали цветы, вихри магии. — Как мимолётна жизнь… — пробормотал Лиас. — Так продадим же её подороже! — оскалился он, с вызовом смотря на нас с Катибой. — Мне ещё об этом книгу писать, так что не дождёшься, — фыркнула Катиба. Мои губы дрогнули в робкой улыбке, но, стоило мне перевести взгляд за спины друзей, улыбка испарилась. — Смотрите… они идут… — прошептала я одними губами. Мои спутники обернулись — и выдохнули. Вдалеке начали расползаться чёрные кучевые облака, с жуткой скоростью надвигаясь на остров. ---------------------------------------------------- Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.