The lonely artist

- ты готов? - спрашивает Чонгук у Юнги, стоя перед чужой аудиторией и наблюдая его волнение. Первый день Юнги, как преподавателя изобразительного искусства в той же школе, в какой ещё год назад преподавал Чонгук, вот-вот начнётся. У Юнги руки ходят ходуном от паники. Придётся общаться с незнакомыми людьми, как с самыми близкими друзьями, обучать тому, что сам умеет и научился от того, что руки в своих держит и обещает, что всё пройдёт хорошо. Хорошо Чонгуку, который теперь занимает место не преподавателя, а директора этого учебного заведения. У него то волнения нет, ведь уверен в чужих силах и верит, что у Юнги всё получится. Своей улыбкой спокойной дразнит, так, что хочется стереть её с его лица. Но Юнги еле сдерживается и просто облокачивается лицом о чужую грудь, пытаясь отдышаться. Сейчас войдёт в новый мир, а по факту в класс, в котором до недавнего времени обучался сам. Под руководством Чонгука, которого теперь рядом с ним не будет. Будет, конечно, но выше на этаж. Это совсем не успокаивает, а только ещё больше расстраивает. Учитывая тот факт, что в классе остались люди, которые обучались раньше вместе с ним, заходить в него хочется ещё меньше. - я не готов, у меня не получится - тараторит, тяжело сглатывая и крепко сжимает в своих руках чужой отглаженный пиджак. Чонгук лишь поджимает губы, силясь не накричать на своего парня, потому что сам уже волнуется не меньше и эмоции начинают брать верх. - у нас есть десять минут до начала занятия, давай поднимемся в мой кабинет - Чонгук сжимает чужую руку сильнее и после короткого кивка Мина, направляется вместе с ним на этаж выше. Кабинет у него большой и от аудитории до него идти всего с минуту. Он ожидал, что Юнги будет волноваться слишком сильно. Но не думал, что настолько. Это была его мечта, которой Мин поделился с Чонгуком не так давно. Он рассказывал, как наблюдал за своим бывшим преподавателем; как удивлялся, с какой лёгкостью тот рассказывает об искусстве и вообще, общается с людьми, которых видит в первый раз. Хотел так же. Грезил этим последний год обучения. Завидовал Чонгуку, который услышав об этом, тогда тихо рассмеялся, целуя его макушку и сжимая в своих крепких объятиях. Теперь сам стал преподавателем, так внезапно и быстро и поверить не может. Кажется, доверяет это дело Чонгуку, который быстро расправляется с дверью своего кабинета и вталкивает Мина внутрь, закрывая эту самую дверь изнутри. Он улыбается жутко, подходя ближе к парню и зажимая его между своим телом и рабочим столом. Юнги, кажется, что тот его убьёт в эту же минуту. У Чонгука дёргается глаз, улыбка то появляется на лице, то исчезает. Даже уголки глуб трясутся в нервозности. Маска спокойствия и умиротворения постепенно спадает, а руки так и чешутся, заражаясь нервозностью от парня напротив. - ты успокоишься сегодня или нет? - цедит сквозь зубы, пытаясь образумить - возьми себя в руки, Юнги - говорит ему, а делает это сам, слабо сжимая чужие плечи в руках. - я почти успокоился, но ты снова пугаешь меня - язвит, смотря прямо в глаза напротив - ты должен меня успокаивать, а не нервировать ещё больше. - я пытался тебя успокоить с самого утра, но ты ни в какую, хочешь больше поводов для переживания? - угрожает Чонгук и Мин снова, в который раз за это утро, сглатывает. Он видит, как в глазах Чонгука черти пляшут и кажется, что скоро выйдут наружу. Он склоняется к его шее, опаляя горячим дыханием и врезается губами в её кожу, слегка посасывая. Чужая уверенность сбивает с ног. Заставляет задыхаться, когда чужой язык начинает проходиться по жгучим участкам. Они розовеют, багровеют с каждым движением. Юнги уже еле стоит на своих двоих. Тянется к воротнику чужой рубашки, сминая в руках и притягивает ближе к себе. Сам присаживается на стол Чонгука, раздвигая ноги, чтобы тот ближе оказался. Уже позабыл, что скоро начало занятия. Не хочется. Хочется, чтобы его прямо на этом столе разложили и грубо входили. Ведь оба любят именно так. Рубашка уже на половину расстегнута мужчиной. Он с шеи на тяжело вздымающуюся грудь переходит, захватывая губами вставшие соски. Юнги уже на пределе, хочет продолжения. Его тело тряской отзывается на животную ласку и страсть Чонгука, член ноет болезненно, ожидая разрядки. Но Чонгук, вопреки ожиданиям, резко отстраняется, тут же встречая растерянный взгляд Мина. - продолжим после урока, тебе пора идти - с ухмылкой говорит Чонгук, облизывая влажные от слюны губы. Юнги очень хочется кричать или сильно ударить человека напротив. - как я со стояком в класс пойду? - возмущению парня нет предела. Чонгук тут же переводит взгляд на проблему, но пожимает плечами, не видя в этом сильной проблемы. Он вспоминает, как Мин играл с ним так же, не желая отпускать на занятия, на которые сам же опаздывал. Как заставлял прижимать себя к стене учебного заведения где-то под лестницей. Как вгрызался в губы Чонгука, прося не останавливаться. Было плевать, что кто-то услышит и увидит. Что застанут обоих в таком состоянии. Как и сейчас хотелось чего то большего и отпускать чужую руку не хотелось. А Чонгук проводил занятия, пытаясь скрыть большую проблему в штанах. На глазах была картина разгоряченного Юнги под ним, что стонал от каждого глубокого проникновения. Теперь очередь Чонгука играть. Месть сладка, а гневные глаза Юнги, который на трясущихся ногах слазит с поверхности стола - лучшая картина, которую он когда либо видел. Чонгук сам в спешке начинает застёгивать чужую рубашку и приводить парня в более менее божеский вид. Смотрит на время на наручных часах. Уже опоздали. Он открывает дверь ключём, пропуская Юнги вперёд себя и обняв за талию, снова провожает до двери его кабинета. Тот уже более спокойный. Нервы только от того, что тяжело и тесно в штанах. Горбинку он скрывает рабочим портфелем, всю дорогу кидая на Чонгука гневный взгляд. Уже у кабинета он тяжело выдыхает воздух из лёгких. Сейчас, думает он, как никогда хочется закурить одну, может и две, сигареты. Пачка теплится в кармане его брюк, но он каждый раз одергивает руки, чтобы не прильнуть к ней. Выпустить пар поможет только это. Так он думал до того момента, пока Чонгук в какой раз за утро, не развернул его к себе и не подарил нежный поцелуй, который справляется со стрессом лучше всяких сигарет. Он быстро заканчивается лёгким укусом и улыбкой в самые губы. Юнги, кинув последний взгляд на директора - парня, наконец раскрывает дверь аудитории. Внутрь он входит уверенно, не показывая что боится людей, находящихся внутри. Осматривает давно знакомую обстановку и даже кидает взгляд на парту в конце класса, за которой сидел сам совсем недавно. Видит несколько знакомых лиц, с которыми раньше учился и даже давит небольшую улыбку каждому. Они смотрят удивлённо на парня, совсем не ожидая, что он станет их новым учителем. А новенькие парни и девушки смотрят с интересом на симпатичного преподавателя. Выглядит холодным и неприступным, только для них. - здравстуйте, меня зовут Мин Юнги и я буду вашим преподавателем изобразительного искусства, давайте хорошо поработаем - он представляется и ещё больше расслабляется, видя приветливые улыбки своих студентов. Он так же, как и Чонгук когда то, проводит перекличку, чтобы познакомиться, возможно запомнить парочку имён и знать, кто присутствует, а кто нет. Но на его удивление, все студенты на месте, пропусков нигде не стоит и все так ждут занятие, что чуть ли не в рот Юнги заглядывают, когда он всё же начинает урок. Холсты у всех давно готовы к работе, краски и кисти с водой - тоже. А Чонгук, сидящий в своём кабинете за компьютером и просматривающий видео с камер в кабинете Мина, давится кофе, когда слышит тему его первого занятия: - сегодня первый урок, вводный. Я хочу увидеть ваши способности в рисовании, узнать есть ли у кого то какие недочёты и как их можно будет исправить. Поэтому темой урока будет - небо. Он красивыми буквами на доске выводит тему занятия, прекрасно зная, что за ним наблюдают. Не только студенты, сидящие с удивленными и вдохновленными лицами позади преподавателя, но и Чонгук, у которого кофе встал поперёк горла. На доске оказывается и холст, который он нарисовал на своём первом занятии. Кто-то из присутствующих, кто учился с ним раньше, прекрасно узнали эту картину. Этот холст был значимым для Юнги. Для Чонгука тоже, ведь после него у их пары начало происходить что-то интимное. Что-то только для их глаз. Он в который раз завороженно смотрел на чужую картину с экрана компьютера, будто видит в первый раз. Приближает видео, чтобы рассмотреть детально, ведь камера искажает действительность слишком сильно. Но глаза вскоре с картины перемещаются на Юнги, что, увидев камеру видеонаблюдения, подмигивает в объектив. Улыбку вызывает. Даже не представляет, как человек, следящий за ним, гордится. Он увидел перед собой не того человека, что боялся зайти в кабинет и дрожал от любого звука изнутри. Не того, у которого тряслись руки и который даже не хотел входить и проводить урок. Чонгук увидел перед собой уверенного в себе мужчину, который быстро сориентировался в непривычной для себя обстановке. Показал, кто тут главный и доказал своим бывшим однокурсникам, что даже человек, который был на одном уровне с ними, смог чего то достичь. И сейчас стоит перед ними, объявив тему урока. Смотрит сверху вниз уверенным взглядом, проходясь по всему периметру класса и следя за чужой работой. Где-то подсказывает,со знанием дела, указывает на чужие ошибки и говорит, как сделать лучше, чтобы выглядело красиво и вообще - Юнги слишком хорошо справляется для новичка в преподавании. За время занятия так ни разу и не садится за свой рабочий стол. С интересом наблюдает за чужой работой. Даже отпускает шутки со студентами, чем изрядно удивляет Чонгука, что ожидал, что Юнги будет и на занятии трястись от страха перед людьми. Переборол. Победил себя и свои страхи. - и так, до конца занятия осталось всего пять минут - заключает Юнги, смотря на время в экране своего телефона. Студенты тут же прекращаю свою работу. Все успели закончить свои картины вовремя и ждали в нетерпении того, как покажут их и услышат оценку своих способностей. - можете развернуть свои холсты. Студенты так и делают. Поворачивают свои картины в сторону преподавателя, что тут же по очереди взглядом проходится по каждой, пытаясь запомнить для себя это мгновение. Так себя чувствовал Чонгук на их первом занятии? Так же чувствовал гордость за своих учеников и безграничное счастье от занятия любимым делом? Потому что Юнги чувствует именно это. Ученики ему достались способные, что сразу же удивляет. У кого то даже получилось изобразить небо лучше, чем на картине Юнги, вывешенной на доску. Он улыбается чему-то, и Чонгук, все время наблюдающий за ним, тоже. - всем спасибо, вы хорошо потрудились, увидимся - заключает Юнги и дождавшись, пока все студенты покинут кабинет, закрывает его на ключ и уходит в нужное сейчас место. Чонгук выключает компьютер, увидев, что Юнги уже закончил и направляется к нему. Руки нервно теребят край пиджака, в нетерпении перед скорой встречей. Грезят обнять этого парня, как можно крепче прижать к себе и показать, как Чонгук гордится им. Дверь в его кабинет вскоре тихо открывается, впуская внутрь Мина, что в спешке подходит к мужчине и первый вешается на его шею.эмоции внутри кипят и ждать, пока их выплеснут не приходится. Их губы тут же находят друг друга, сплетаясь в жарком поцелуе. - Я уже говорил, что горжусь тобой?- шепчет Чонгук, оторвавшись от нежных губ. - только что сказал - Юнги не может не улыбаться - Я хорошо справился? - скажу честно, ты справился даже лучше, чем я , но я этого и ожидал - рука Чонгука врывается в темные волосы Юнги, чуть сжимая и портя почти идеальную укладку, над которой он сам и старался. Имеет право. - помнишь того парня, что приглашал тебя на свидание тогда? - спрашивает он, вспоминая удивлённое лицо бывшего одногруппника. - помню, неужели он теперь твой студент? - к сожалению или счастью да, не боишься, что следующее приглашение получу я, а не ты?- хитро улыбается, дразнит, зная, что та стычка Чонгука неприятна. - не заставляй меня ревновать, иначе уволю и будешь сидеть дома взаперти. - Чонгук не угрожает. Юнги знает, что будь его воля, он давно бы так и сделал. - это не от меня зависит. Видел бы ты лица студенток, когда они меня увидели. У тебя большая конкуренция, Чонгук. - согласишься на свидание с одной из них?- Чонгук носом зарывается в волосы Юнги, вдыхая аромат шампуня в перемешку с гелем для укладки. Этот запах успокаивает и дарит умиротворение ревнивцу. - ты вне всякой конкуренции, одному свиданию с ними, я предпочту вечер с тобой в домашней обстановке. Кстати, мы не закончили начатое. Губы Юнги снова ловят чужие. Губы, о которых он мечтал и по которым успел соскучиться за короткое время. Сильные руки ловко укладывают его на поверхность стола.так быстро, что он не успевает заметить, как это произошло. Одежда за ненадобностью, с помощью рук Чонгука, оказалась где то на полу, пока его губы жадно исследовали желанное белоснежное тело. Оно, как холст, впитывало в себя все новые и новые красные краски поцелуев. На нем языком и губами рисовали неведомые дорожки, по которым проходились снова и снова. Дыхание спирало от чужих действий и Юнги еле сдерживался от стонов, рвущихся наружу. Чужая рука улеглась на его губы, помогая сдерживать себя, пока язык дразня проходился по набухшим соскам Мина. Не издавать звуки стало непосильной задачей, когда Чонгук оказался точно сверху и прижался своим телом, покрытым одеждой, к телу Юнги.ткань рубашки терлась о соски, а выпирающая ширинка точно приходилась по его оголенному члену. От трения хотелось кричать. Все тело требовало Чонгука внутри, но мужчина не торопливо, вознаграждая за хорошую работу и храбрость, продолжал его ласкать. Его рука охватила чужую плоть, неторопливо двигаясь. Губы снова встретились в более грубом поцелуе, чем до этого. Чонгуку тоже было тяжело терпеть без нужной близости.тоже дыхание сливалось, когда он чувствовал, как тяжело дышит парень под ним. Как просит его об удовольствии. И кто он такой, чтобы ему отказывать. Юнги сам избавил его сначала от пиджака, а после и от рубашки, что с самого начала считалась для него ненужным куском ткани на теле Чонгука. Эту ткань он без жалости откинул в сторону, встречая реакцию Чонгука в виде выгнутой брови и сильного укуса верхней губы. Не то чтобы Чонгуку было жалко, но дразнить же никто не мог запретить. Руки Чонгука сами расстегнули ремень на брюках, а после и избавились от остатков одежды. Юнги, ожидая, сам начал ласкать себя, за что получил удар по руке и тут же убрал их в сторону, больше не нарываясь. Мужчина приставил головку члена к кольцу мышц, не входил, дразнил и водил по кругу, заставляя Юнги тяжело вдыхать воздух от накатившего возбуждения и предвкушения разрядки. - Чонгук, давай уже - шипит Юнги сквозь зубы. Терпение на исходе и играть в игры мужчины совсем не хочется. На это просто нет сил и видя его состояние, Чонгук все же послушно входит в него. Он входит до конца, не встречая никакого сопротивления. Юнги глаза закатывает, когда получает то, что давно хотел. В нем двигаются медленно, ритмично, срываются только тогда, когда Юнги нарочно начинает постанывать Чонгуку на ухо. Не перестаёт дразнить и получает то, что хочет. Любит когда так, грубо, но с чувством. Когда чувствует, как Чонгук дышит им, желает его и показывает это нежными касаниями в перемешку с глубокими обрывистыми толчками. - люблю тебя, Юнги - слышится шёпот Чонгука над ухом. Он изнеможденный падает на тело Мина, сгребая в крепкие объятия.хрупкие руки в ответ ложатся на его спину. - Я тебя тоже.