Чудеса - это просто!

***

Лужа дрогнула, разбилась, всплеснула тысячей мелкий капель под детскими резиновыми сапогами. Воробьи прыснули в разные стороны, улетая вверх к по-летнему слепящему солнцу. Она бежит по извилистой дорожке, а он тщетно пытается успеть за ней. Дом, работа, готовка, короткая перезарядка и бесконечная перемотка надоели до чёртиков. — А потом они добрались до Изумрудного города, и каждый смог получить то, что хотел, — взахлёб рассказывала она, перепрыгивая корни деревьев. Амико слушает, попутно кивает и уже в который раз готовится поймать девочку, если та потеряет равновесие, каждые несколько минут бросается к ней с замиранием искры и проводки, и каждый раз получает в ответ только смех. Родители никогда не водили ее в похожие на леса парки. В целом, Амико и сам был против идти куда-то без взрослых, переживая за девочку, но после десятого обещания быть осторожной наконец сдался. Листья сыпались вниз с веток, касались корпуса, заставляя вздрагивать от неожиданности и вызывая очередной приступ смеха у Рейчел. Она до странного много смеялась. — Амико? Ты меня вообще слушаешь? — А? — робот остановился, наклонил антенны и тут же кивнув, уловив суть вопроса. — Конечно. Рейчел тихо фыркнула. — Я заметила. Вокруг было бы тихо, если бы девочка не прыгала на ветки и листья. Влажные после ночного дождя деревья добавляли в воздух пряную горечь, а ветер донес откуда-то лёгкий запах сирени. — Амико, а если однажды на город обрушится ураган, и наш дом унесет за горы, ты будешь моим Тотошкой? Амико, помедлив, кивает. Рейчел счастливо улыбается и внезапно останавливается, так что робот едва не запинается об нее, и хватает его руки. — Что? — растерянно наклоняет голову набок робот, не понимающе переступая с ноги на ногу. Рейчел увлекает его на середину поляны, туда, где больше свежих упавших листьев, и начинает кружиться. Запахи травы, влаги и грибов ударяет в чувствительные сенсоры домашнего робота. Он машинально и неловко пытается повторять за девочкой, но выглядит это неуверенно. Он все ещё не может понять, что творится с Рейчел. Сумятица заполняет процессор. Шорох листьев сводит с ума. Он что-то чувствует. Что-то, чего обычно не чувствовал. Что-то очень... Родное. — А всё-таки самое главное, что Элли в конце-концов вернулась домой, — задумчиво пробормотала Рейчел, останавливаясь и постукивая по пальцам робота. Амико отрицательно покачал головой. — Даже не это. — И что тогда? Амико молчит. Внутри очень спокойно и пусто. Он прислушивается к своим мыслям и ощущениям. В его мыслях стелется дорога из жёлтого кирпича, шелестят деревья с чудесными плодами и летают диковинные говорящие птицы. Далеко на горизонте дымной полосой тянутся горы, вершины которых плотно укутаны кучевыми белоснежными облаками. Вдоль дороги тянут крохотные повозки маленькие жители этого города, оглядываются на них, смеются и бегут собирать фрукты для предстоящего пути. Рейчел выжидает и смотрит на него широко раскрытыми глазами, с любопытством наклоняя голову набок. Разве можно описать все то, что он чувствует, словами? — Свобода, — наконец тихо говорит Амико, снова взглянув на нее. — И возможность выпить чашку чая с печеньем. Небо пронзительно-синее. До рези в оптике. А по краю дороги идёт Рейчел. Идёт по крайним жёлтым кирпичам, расставив руки в стороны и держа равновесие, тихо посмеиваясь и оглядываясь на него. И он отвлекается от мыслей и догоняет ее, идёт рядом, размышляя о том, что, пожалуй, он начинает понимать железного Дровосека.