И гаснет свет

Зовут меня Егор, мне тридцать восемь лет. Была семья, двое детей, квартира в хорошей новостройке, взятой в ипотеку и почти уже выплачена. Жил на тот момент в городе Рильск. Не большой городок На границе Российской федерации и Украины. Жизнь плыла своим чередом, дом, работа, дети, ну всё было как у всех до одного момента. Одного ужасного момента. В тот последний день, как я говорил ранее мы сидели с семьёй в гостиной. Кушали чипсы и смотрели ящик. Найти нормальный фильм или передачу было невозможно, по этому мы включили новости, убавили громкость, и я просто на фоне общался со своей семьёй. Но диалог длился не долго. Было экстренное включение. Жена отвлеклась от семейных разговоров, схватила пульт и прибавила громкость. Я не поверил в то, что там говорили, но как оказалось зря. Спутники зафиксировали взрывы с области чернобыльской атомной электростанции. Затем было ещё одно включение. В штате Мичиган, что в США, произошла авария на нескольких пусковых шахтах для ядерных боеголовок. Так же зафиксированы крупные техногенные аварии на других электростанциях в России. На часах тогда было начало десятого вечера. В новостях до сих пор взволнованная ведущая тороторила что-то про теракты, землетрясения, про ядерную катастрофу и так далее. Я уже не обращал внимание на телек, а смотрел на ахреневшую жену и на ничего не понимающих детей. В голове перемешалось всё. Одна половина говорила, что нужно готовиться к худшему, даже возможно к наихудшему раскладу, а вторая напрасно верила в то, что это какая-то ошибка или шутка, не знаю. В новостях говорилось, что в чернобыле взорвались оставшиеся реакторы. Так же подошли известия, что в Берлине и Париже так же произошли аварии на станциях и шахтах с ядерными ракетами. Я не верил в это, точнее правильно будет сказать, не хотел верить. Но все, же пришлось поверить, когда показали эти кадры… Паникующие люди, огонь, полиция в химзащите, военные. Что делать в этой ситуации я не знаю, не знал тогда. Надеялся, что к нам это не дойдёт или обойдёт стороной. Я встал с дивана и выглянул в окно. Всё было как обычно: ездили машины, ходили люди, смеялись, общались, везде горели фонари. Увидев это я пришел немного в себя. Немного взбодрился. «Ладно, давайте спать ложиться. Завтра всё будет известно, и завтра будем уже что-то думать. Надеюсь, что это всё хрень какая-то. Вот прям по всему миру ни с того ни с сего начали взрываться все ядерные объекты да? Ну, согласитесь, бред же?»: уже повышая тон, почему-то кричал я жене, на что она просто пожимала плечами. По ней было видно, что её страшно. Дети продолжали играть, совсем не понимая, о чём мы с мамой говорим. Когда мы уложили детей и сами легли в пастель, мы долго с женой не могли уснуть. Я же говорю, в голове у меня вообще была какая-то каша, но честно признаться было страшно, но я всё же надеялся на лучшее. Я надеялся, что в случае какой-то заварухи нам помогут, нас эвакуируют что ли. Силовики, власти нам обязаны помочь. Но эти раздумья перебивали мысли о том, что блин это всё не по настоящему, бред. Жена тоже не могла уснуть. Я обнял её и через полчаса, может минут сорок максимум мы все-таки уснули. Вот знаете, когда перед сном о чём-то думаешь важном или идеи, какие нибудь в голове, хрен уснёшь ведь. Ну, так вот, по среди ночи у меня вдруг начал разрываться телефон от уведомлений. Приходили эсэмески. Только утром я понял, что это было. Ночью же я спросонья просто выключил телефон и положил его под подушку. Как же я пожалел об этом. Обычно первым делом, когда я просыпаюсь, тут же хватаю телефон и начинаю что-то смотреть, проверять сообщения, ну там почту, телеграмм. Это утро было не исключением. Я включил мобильник и охренел. На дисплее висело, наверное, штук десять сообщений от МЧС: «Ядерная тревога, соберите всё самое необходимое и приготовьтесь к эвакуации». Я сначала подумал, что это какая-то хрень, но потом, полностью проснувшись до меня, дошло, что что-то случилось очень серьёзное и это, ни хрена не шутки. В голову ударило жуткое чувство тревоги. Я даже не могу описать это чувство. Всё сжалось в нутрии. Сразу хреновые мысли попёрли в голову. И первое о чём я подумал, так это то, как обезопасить детей и супругу. Я начал будить жену, которая всё ещё крепко спала на белоснежной постельке. «Вставай быстро, просыпайся! Что-то произошло страшное. Собирай детей, всё необходимое! Через полчаса должна начаться эвакуация». Жена сначала так же не поняла что происходит, но через несколько минут она со слезами на глазах собирала детей и собиралась сама в долгую, не известную дорогу. Собрав все документы, деньги, еду, воду мы сели на диване в гостиной и ждали. Ждали пока нас как-то позовут или может, позвонят. Я же не отходил от окна. Жена взяла пульт от телика и попыталась его включить, но тщетно. Ничего не работало, ни один канал не ловил, хотя электричество вроде было. Странно… Этот факт ещё больше наталкивал на нехорошие мысли и что характерно, на улице было темно. Серая, хмурая и не понятная погода. Солнца не было видно за жуткими чёрными тучами. Или это был дым, я не знаю. Мы ждали, когда начнётся обещанная эвакуация. Хорошо квартира наша находилась в центре городка и нам никуда не надо было бежать. По крайней мере, об этом не было указано в сообщении, что нужно куда-то бежать. В окно было видно, как люди с разных направлений с огромными сумками ехали на машинах и все съезжались к центру города. Мы ждали, люди на улицах ждали. Я всё так же не отходил от окна. Что характерно, не было даже сигнализаций. Была гробовая тишина, и иногда слышались голоса людей с улицы. Было видно их удивлённые лица. Прошло полчаса, час, два, никто не приезжал. Не было видно ни грузовиков, ни автобусов. Единственное что изменилось на улице, так это то, что начало темнеть. Два часа дня, а на улице, будто девять часов вечера. Черные тучи пугали меня, но мы ждали. На улице стали вскрывать машины и уезжать, кто-то, конечно, был на своих колесах, но это мало кого теперь интересовало. Людей охватила паника. Вскоре она подобралась и ко мне, когда я начал чувствовать металлический вкус во рту, и я понял одно, что нужно ехать. Я не знаю, куда и в каком направлении, но нужно уезжать от сюда как можно скорее. Или хотя бы спуститься в подвал, где-то спрятаться. Там я думаю хоть немного безопаснее. Но идея с подвалом отпала сразу же. Я понимал, что надвигается не видимый враг, который будет поедать из нутрии каждого человека, который встретится у него на пути и защиты у нас нет. Конечно же, я говорю про радиацию. Схватишь выше нормы и всё, конец. И пока фон в этом городке не достиг своего пика, нужно от сюда валить. «Так, все быстро обматываемся полотенцами или тряпками… Что найдём и выходим на улицу. Находим машину и уезжаем»: сказал я и выглянул в окно. Людей на площади становилось все меньше и меньше. Кто-то возвращался домой, кто-то уезжал на том, что попадалось под руку. Жена быстро надела на детей марлевые повязки, которые валялись у нас в аптечке, а сама замоталась в палатенце и предложила мне тоже самое. Я не знаю, поможет ли это стоит попробовать, хотя бы меньше гадости попадёт в организм. Жена послушно выполняла все мои команды, даже дети были встревожены и не отходили от мамы. Собрав всё мы вышли из дома. Вкус метала немного поубавился. Но вот когда мы подошли к центру передо мной встала жуткая картина: люди всё ещё бесполезнождавшие транспорт для эвакуации блевали кровью, кто-то лежал и корчился так, же захлёбываясь в собственной крови и блевоте. Это было ужасно. Люди мучились и даже не знали от чего. Я стоял и смотрел на весь этот ужас. Двадцать, просто выплёвывали свои органы на землю, из трясло и это было видно и слышно по их разговорам и действиям. Не выдержав, я схватил жену и детей и прыгнул в первую попавшуюся тачку. Это были Жигули, какой марки не знаю, я них не разбираюсь. На права я так и не сдал всю жизнь ездил на автобусах да такси. Но поверьте, когда хочешь жить, то и корабль за десять минут научишься водить, ни то что машину. Семи мы значит и вдруг я услышал крик справа от меня. «Стойте, это моя машина! Стоять!»- кричал кто-то с ужасным кашлем на нас. Ключей в зажигании не было, и я не долго думая вышел из машины. Мне на встречу еле шел мужичёк, лет может шестидесяти. Со рта текла бордовая, чуть ли не чёрная кровь. «Стойте, заберите меня! Я не хочу здесь умирать». Я знал, забери мы его, то не он один, но и мы умрём. Я принял следующее решение: я вырубил мужика и обшарил его карманы. В них я нашел ключ от авто. Я облегчил его муки. Наверняка он схватил очень много. Приказав всем закрыть окна и меньше дышать, я попытался замести машину. Я вспомнил, как в детстве батя учил меня водить. Тронулся я со второго раза, и мы поехали. Чёрные тучи сгущались, и пришлось включить фары. По дороге мне приходилось видеть ужасные вещи: люди просто валялись без дыхания чуть ли не в каждом месте, море брошенных машины. Не зная, что нас ждёт в пути, я остановился у первого же супермаркета и забежал внутрь. Некоторые люди ещё там были живы, но их горла раздирал ужасный кашель. Они умоляли помочь им. Но что я сделаю, что я могу сделать. У меня нет ничего кроме палатенца, которым я перемотал себе рот с носом в надежде защититься от радиации. В общем, я брал все, что первое попадало под руку: конечно же, это была еда и вода. Но долго находиться здесь нельзя было. Я делал всё быстро и, выбежав из магазина, я сел обратно за руль. Жена на удивление вела себя довольно сдержанно, не паниковала. Единственное, что порой с её глаз текли слёзы. Я вновь тронулся уже с первого раза и поехал к выезду из города. Куда ехать я не знал и что делать тоже. Я надеялся, что выехав из города, мы попадём туда, где не будет металлического привкуса во рту и будет чистый воздух. Всё происходило очень быстро, и я не понимал одного, каким образом смертоносное облако добралось к нам? Ведь когда взорвался реактор номер четыре в чернобыле, людей спокойно эвакуировали без всяких проблем. А тут и суток не прошло, а фон уже бешенный. Возможно это из-за ого, что в воздух поднялось ещё больше радиации, всё таки бомбануло три реактора и не только они. Не представляю, что твориться в больших городах. Ещё меня мучил один вопрос, как это произошло? Кто это сделал? Зачем? Я был больше чем уверен, что это не случайности какие-то, ни какие-то аварии. Это кто-то намеренно сотворил. Но сейчас не было времени думать об этом. Нужно было как-то обезопасить себя и свою семью. Ехали все молча. Если честно, немного кружилась голова. Было не очень хорошее самочувствие. Ещё была одна жуткая деталь: по всюду были трупы птиц. Огромное количество, прямо везде. Облака сгущались еще больше. В три часа дня я включил фары. С города уже почти выехали. В голове тогда творилась полная ахинея. Перед глазами у меня стояли те люди в городе. Блюющие кровью, жутко кашляющие и дёргающиеся в конвульсиях. «Но почему нас не постигла та, же участь? Почему мы до сих пор челы? Неужели это полотенце как-то помогло. Хотя конечно эти люди, что находились на улице, очень долго там стояли. Мы-то всё время в доме были, может быть этот фактор и защитил нас, не знаю». По дороге за городом встречалось ещё больше разных машин. Все они ещё не подозревали, что твориться вообще. Смотрели на нас как на дураков закутанных в тряпки да палатенца. С окон некоторых авто орала музыка. Ни кто ничего не подозревал, но мне кажется, что чернющее небо должно было хоть как-то насторожить этих людей. Много машин направлялось в Рильск. Ни кто не знал что там уже, скорее всего почти не осталось ничего живого. Хотя это, скорее всего не точно. Внезапно с заднего сиденья послышался детский кашель. Меня всего тряхануло. Сашка, сын младший, сильно закашлялся и на его маске появилось маленькое красное пятнышко. Я остановил машину, жена пересела на заднее сиденье. «Мама, мне плохо»- бормотал младший. Старший же, Олег, был вроде бы в норме. У меня же тоже иногда кружилась голова, 6но я держался. Жена начала плакать, да и мне не по себе стало. Не дай бог с малым что-то случится, я же не переживу просто. Дорога казалась бесконечной. Мы отъехали ещё дальше от города. Машин становилось всё меньше и меньше. В основном они двигались к российско-украинской границе, но там, же ещё хуже, скорее всего. Я просто боюсь представить, что твориться в Киеве. Боюсь даже представить колличесто жертв. Ко мне подкралась слабость. Я снял повязку с лица и остановил машину на обочине в лесу. Радиационной пыли я не почувствовал. Вроде здесь было немного чистый воздух. Что интересно, интернет в телефоне ещё работал. Связь тоже ловила, хреново, но ловила. Зайдя в браузер в телефоне, я почитал новости. Меня просто охватил ужас. «Зачем я это сделал?! Зачем я полез в этот грёбаный телефон?!» Взрывов на ядерных объектах стало ещё больше. Станции, ядерные боеголовки. Люди бегут из городов. Миллионы погибших. Жуткие фотографии, что людей просто разведает. В голову ударило состояние безысходности. Что делать? Куда идти? Жена попросила показать, что там, но я отказался. Она у меня слабонервная. У неё телефон разрядился, и сама она не могла посмотреть. Да и у меня не много времени осталось . Но радовало меня одно, воздух здесь был чист. По крайней мере я не чувствовал того, что чувствовал в городе. Видимо облако сюда ещё не дошло. Я стал вычитывать, что может помочь от радиации, какие может таблетки, средства и так далее. Нашел несколько вариантов, но блин, почему я не додумался до этого в городе. Аптек же было полно, заходи, бери. Но возвращаться нельзя. Я уверен, что в Рильске стало ещё хуже, чем перед нашим отъездом. Так же хуже становилось Сашке. Он кашлял всё сильнее и сильнее. И каждый раз, когда он кашлял, в моё сердце будто вставляли длинную иголку. Через час поиска названия лекарств и запоминания дороги к ближайшему населённому пункту, телефон потух. Но продолжать движение физически я не мог. Было хреново и не дай бог в дороге я выключусь и это может привести к ужасным последствиям. По этому, ну его на хрен. Я отъехал не много в чащу леса по грунтовке и заглушил двигатель. «Так, солнце, давай укладывай детвору. Не много передохнём, хотя бы часик, а потом двинемся дальше». Я облокотился на руль и уснул сразу же. В лесу всё ещё была нормальная обстановка. Пели птички и сверчки издавали свои странные звуки. В общем, поспать часик не вышло. Проснулся я часов через пять. Темень стояла непроглядная. Мне стало легче. Может мне вовсе не от радиации хреново было, не знаю. Жена с детьми спали на заднем сидении. Но задерживаться на долго нельзя. Не став ни кого будить я включил фары и завёл двигатель. Выехав на ту же дорогу я переключил передачу и ускорился. Темень была непроглядная. Тогда я ещё не знал, что в ближайшее время, солнца я не увижу. Надеюсь, мне удастся выехать к какому нибудь населённому пункту. Найти в аптеках нужные лекарства, а то Сашке совсем плохо походу. Да и нам они так же пригодятся. В небе не было видно ни звёзд, ни луны, ничего. Просто чёрный фон. И тогда я даже не догадывался, каких он достиг масштабов…