Лизавета

      — Я понятие не имею, — выдохнула я, закрывая очередную книгу, — что дарить человеку, у которого есть всё? А если чего-то нет, то ему только пальцами стоит щёлкнуть.       — Я уверена, Лизонька, ты что-нибудь придумаешь. Главное дарить от души, — сказала библиотекарь, подходя ко мне с ещё одной стопкой книг. — Вот, посмотри, может тут что-нибудь приглянется.       Я взяла первый попавшийся том и открыла его, не разбирая страницу. «Растения-антитоксины».       — Может подарить ему цветок? Пусть растёт спокойно на подоконнике и глаз радует, — предложила Зонова. — Вот, присмотрись, — она указала на страницу с огромным рисунком цветка.       Я лишь кивнула, и взяв книгу, вышла из библиотеки. Слишком много забот. Я только привыкла прямо держать спину. Пройдя через уже знакомые коридоры, я почти дошла до своих покоев, но остановилась, увидев Василия.       — Мой царевич, — поприветствовала я. Он же выглядел счастливым, будто поджидал меня тут.       — Елизавета Опьер, — улыбнулся он. — Надеюсь, ты уделишь мне минутку внимания?       — Разумеется, — согласилась я. Меня не радовало, что он обращается ко мне на «ты». Хотя, кто я такая, что бы перечить принцу? — Чем я могу вам помочь, мой царевич?       — Прошу, называй меня Василий. По крайней мере, когда мы наедине, — он отошёл к стене и присел на подоконник, смотря на меня сверху вниз. Я надеялась, что мне не доведётся остаться с ним наедине ещё раз. — Как ты осваиваешься во дворце?       — Очень хорошо, благодарю, мой царевич.       — Василий.       — Не уверена, что могу позволить себе столь неформальное обращение к вам, — ответила я, оглядываясь по сторонам и надеясь, что Николай спасёт меня. Он же всегда оказывается в нужное время, в нужном месте.       — Это не мешает тебе называть моего брата по имени.       — Он мой жених.       — Ха, точно. Знаешь, он кажется очень обаятельным, — сказал Василий. — Но тебе стоит знать, что еще он очень умен и хитер.       — Спасибо, приму к сведению, — пробормотала я. — А теперь, ваше высочество, прошу меня простить, но…       Василий встал у меня на пути.       — Не знаю, какой договор вы заключили с моим братом, но ты должна понимать, что он всё ещё младший сын. Какими бы ни были его амбиции, большее ему не светит, — он подошёл ближе, а его лицо помрачнело. — То, что он привёл во дворец подставную продажную девку — не даёт ему право взойти на престол. Он слишком наивен, если думает, что я не уберу тебя с дороги, просто щёлкнув пальцем, — одна его рука опустилась на ножны, а вторая потянулась к моему лицу. Я огляделась вокруг, ища помощи, но мы были одни в пустом коридоре. — Помощи не ищи, а захочешь крикнуть, лишишься языка, — он схватил меня за волосы, и потянул на себя. Я тихо вскрик6уда от неожиданности. Надо что-то делать. Но что? — Где он нашёл такую идиотку, которая согласилась на его авантюру. Или он тобой не только днём пользуется? — на его лице расцвела ухмылка, а вот я разозлилась. Я знала, что он мерзкий и корыстный человек, но его слова резали мне слух. Собравшись с мыслями, я решила ответить.       — Отпустите меня, — твёрдо сказала я.       — Или что?       Крепче сжав книгу, я замахнулась и ударила его по лицу. От неожиданности он ослабил хватку на моих волосах, и я смогла отскочить.       — Ах ты дрянь, — он вынул меч, звеня лезвием.       Я отошла дальше, прикрываясь книгой. На лице принца красовалось красное пятно от моего удара. Я бы обрадовалась, если бы он не стоял передо мной в ярости и с мечом на перевес.       — Не… — я не успела продолжить, потому что царевич уже был придавлен к стене, а его меч упал рядом.       — Один с мечом, да на безоружную даму. Как не стыдно… — Николай удерживал брата, не смотря в мою сторону. Василий покраснел от гнева.       — Отпусти, Николай, иначе твоя куртизанка поплатиться головой, за то, что ударила принца, — прошипел он сквозь зубы.       — Да что ты, — наиграно удивился Ланцов, и с размаху, ударил брата по лицу. Василий вскрикнул, и скатился вниз по стене. — Я вижу тут только след от моего удара…       Отойдя от брата, Николай подошёл ко мне, хитро улыбаясь. Взяв меня под руку, он, не оглядываясь, повёл меня в сторону спальни.       — Я отправлю к тебе лекаря, — мило произнёс он брату, заходя за поворот.       Когда мы дошли до моего крыла, я вырвалась от хватки Николая и забежав в комнату, заперлась. Сил будто покинули меня, я упала на пол, облокотившись на резную дверь. Из глаза мгновенно брызнули слезы, но я старалась сдерживать всхлипы, что бы не издавать лишних звуков. Вытянул перед собой руки, я увидела, как моя ладонь дрожит. Первый раз меня пробивает такой жуткий тремор.       «Это просто странная и неловкая ситуация с братом моего жениха, и всё…» — пыталась убедить себя я. Но почему-то в груди не угасала тревога.       — Лизавета, — я услышала тихий стук, Ланцов стоял прямо за дверь. Я, даже через этот кусок разного дерева, чувствовала его тёплую ауру. — Как ты? Откроешь мне дверь?       Вместо ответа из меня вырвался полу кашель, полу всхлип, который я не смогла сдержать. По звуку его шагов, я поняла, что он уходит, поэтому уткнулась в ладони, и продолжила плакать навзрыд.       «Он бы меня не убил», — твердили мысли в голове. — «Просто припугнул…»       Воздух в лёгких почти заканчивался, я пыталась снова сделать вдох, но не получалось. Внезапно на моё плечо опустилась теплая рука. Я вздрогнула от неожиданности, и быстро оклемавшись, увидела Николая.       «Как он сюда попал?»       — Всё хорошо, ты в безопасности, Лизавета, — его лёгкая улыбка будто проникала мне в сердце. — Давай, глубоко вдохни.       И я его послушала. Его карие глаза смотрели мне прямо в душу, и действовали как успокоительное. Он без труда поднял меня с пола и заключил в объятья. И только сейчас я почувствовала себя в безопасности. Крепко ухватившись за него, как за спасательный круг, я снова начала плакать, но на этот раз было легко.       — Все хорошо, поплачь, тебе обязательно станет легче, — его голос был лучше любого музыкального инструмента.       — Я не знаю… Он сам меня остановил, я хотела уйти, а он к мечу потянулся. Я…       — Он бы тебя не тронул, — спокойно сказал Николай. — По крайней мере в коридоре. Василий провоцировал тебе, он хотел, что бы ты его ударила. Тогда бы тебя точно во дворце не оставили.       Подняв голову, я отвела взгляд в сторону. Мне было стыдно, как будто я сделала что-то не так. Заметим моё состояние, Ланцов мягко взял меня за подбородок и развернул к себе.       — Поговори со мной.       — Я… чувствую вину. Я виновата, что ударила его. Надо было… — я не успела закончить, ведь на мои губы лёг его большой палец, закрывая рот.       — Святые, Лизавета, мой брат тот ещё мерзавец, и поверь мне, он заслуживает больше, чем один синяк на щеке, — в его глазах промелькнула злоба, и я вспомнила того самого Штурмхонда, который при каждой возможности держит Дарклингу. — И он получит больше…       Последнюю фразу он сказал очень тихо, сквозь зубы, а его хватка на мне стала сильнее.       — Скоро стемнеет, пора идти. Ночевать тут небезопасно, пока я не решу проблему с Василием, — Николай наконец выпустил меня из объятий и прошёл к камину. — Возьми с собой вещи на ночь, и приготовь одежду для завтрашнего собрания министров.       — О нет, опять, — я поникла, вспоминая последнее собрание.       После помолвки я имела право присутствовать при собрании Министров — скучном заседании, где люди пару часов говорят о том, как спасти Равку. Ничего нового там не звучит, только обсуждение потерь и нехватки денег в казне. Я обычно молча сидела и пыталась понять наше положение. Свадьба — мероприятие затратное, царь до сих пор не назвал дату только из-за нехватки бюджета. Ну, мне же лучше, после свадьбы моя жизни значительно усложниться.       — Где я буду ночевать? — собрав в сумку вещи для сна, я подошла к Николаю. — И как ты сюда попал?       — В этом месте полно тайных ходов для убийства знати, — спокойно сказал он, а затем сделала то, что позволило с лёгкостью отодвинуть камин, будто он ничего и не весил.       «Я ведь ни разу его не разжигала. Он вообще рабочий?»       Войдя внутрь тёмного коридора, я ухватилась за Ланцова, ведь там было темно.       — Часто ты им пользовался?       — Думаешь, как я оставлял письма в софе? Не беспокойся, об этом прохожего знает только царская семья и пару приближенных наёмников.       — Да уж, успокоил.       Спустя пару минут мы вышли в небольшую кладовую комнату, которая была в коридоре северного крыла. Пройдя пару поворотов и коридоров, мы остановились у двери в покои царевича. Николай открыл замок, и когда мы вошли, то сразу же закрылся изнутри. Его покои были больше моих. Если у меня была только спальня и ванная, то тут около четырёх смежных комнат. Пройдя «гостиную», где стоял огромный стол, диван, множество кресел, а стены были обставлены книжными шкафами, мы зашли в спальню. У стены стояла огромная кровать с балдахином на которую поместились бы как минимум три человека, и усыпанная множеством подушек.       — Пока будешь ночевать у меня, — ухмыльнулся он, снимая верхнюю одежду и аккуратно складывая её на банкетку.       Оставшись в рубашке и штанах, он приблизился ко мне. От его прикосновений к плечам, я была готова растаять. Его ловкие пальцы опустились ниже и с лёгкостью расшнуровали мне корсет. Я с облегчением выдохнула.       — Спасибо, — тихо поблагодарила его я. Но сейчас в голове крутилась пару вопросов. Некоторые произносить не хотелось. — А…       — Я посплю на диване в гостиной, Лизавета, так что можешь забирать эту огромную кровать себе, — его усмешка в голосе поднимала мне настроение. — Но долго твоё блаженство не продлиться, когда я разберусь с Василием, тебе придётся вернуться в свои покои, — Николай будто пытался вложить в свои слова хоть долю серьёзности, но у него не получалось. Я легко посмеялась, ситуация со старшим царевичем постепенно забывалась. — Сильно не горюй, после свадьбы ты сюда вернёшься…       Эти слова не так напугали меня, как раньше. Теперь мысль, о том, что придётся каждую ночь спать с кем-то в одной постели, меня не пугала. Я хотела прикоснуться к Ланцову, прижаться как можно ближе и запустить свои руки в его всегда идеальные волосы.       — О чём ты думаешь? — по его лицу можно было предположить, что он читает мои мысли. Я резко одернула себя, понимая, что надо готовиться ко сну. — Ай-яй-яй, Лизавета, — он точно все понял, ведь мои щеки слегка покраснели от его взгляда. — Пора ложиться. Спи сладко и спокойно, Лизавета. Если что, зови, я всегда готов тебе помочь, — он неоднозначно подмигнул, и не дождавшись ответа, и вышел из спальни.       Я переоделась в ночную рубашку, Ной давно спал в своём мешочке. Я вынула его, и аккуратно положила на одну из подушек. Кровать оказалась даже мягче, чем я себе представляла. Я будто провалилась в облаках. Накрывшись одеялом чуть ли не с головой, я почувствовала безумной лёгкость и уснула.

***

      Я снова стояла на палубе судна, всматриваясь в непроглядную даль, но видела лишь тёмный густой туман, который волнами пригоняло все ближе и ближе. В груди расцветала паника.       Вокруг ни души, я хотела позвать на помощь, сказать, что туман приближается, но ничего, кроме шума волн, я не слышала. Было холодно, я огляделась и поняла, что стою босая, и лишь в ночной рубашке. Каждый шаг отдавался холодным ожогом на стопах. Волна ударилась об палубу, когда я почти дошла до трюма. Меня обрызгало водой.       — Куда бежишь? — голос Дарклинга прозвучал будто гром среди этой бури.       Его грозная тень была за моей спиной, я боялась пошевелиться. Судно резко накренилось, из-за чего я упала прямо на холодный, и залитый ледяной водой, пол. Тело не слушалось, я пыталась пошевелиться, но мороз будто проникал мне в вены. Надо мной появилось лицо Дарклинга.       — Зря ты полезла в это. Могла бы уехать куда-нибудь в Новый Зем и спокойно рисовать свои карты, — его глаза были чёрные, и сливались с туманным небом над судном. — А теперь я уничтожу не только твоего щенка, но и тебя. Вы оба будете страдать.       Мокрый сапог генерала опустился на мою шею, и перекрыл воздух.       Горло будто сдавливали тески, всё лицо было мокрое от слёз. И не только лицо. Открыв глаза, я попыталась окончательно убедиться, что, увиденное мной, было лишь сном.       — Н-н-ни… — позвать Ланцова не получилось.       Собравшись с силами и успокоив дыхание, я присела на кровати. Матрас подомной немного хлюпал. Оклемавшись и вскочив на ноги, я огляделась. Вся огромная кровать была мокрая. С моих волос и рубашки капала вода. Было больно даже проглатывать слюну. Я вышла из комнаты, оставляя за собой мокрый след.

***

      — Когда Дарклинг совершит удар, мы должны быть готовы, — голос Ланцова звучал строго, но никто кроме Алины не обращал на это внимание. После того как я мокрая, и вся в слезах, пришла к нему в комнату, что-то тараторя про нападение Дарклинга, он явно начал строже относиться к этой войне. Все остальные готовились к празднованию дня рождения царевича, которое должно произойти уже завтра.       — Его способности позволяют проникнуть в чей-то сон, он играет с нами. Надо усиливать армию гришей, — слова Алины ещё ни разу никто не слушал на совете. Всех волновало лишь то, смогут ли они не обвалить экономику страны, поставляя деньги на благо армии. Оказывается, Дарклинг приходил во сне к Алине. И не раз. Меня это пугало, я до сих пор иногда чувствовала на своём горле след сапога.       После собрания меня проводили в мою комнату, что бы переодеться и привести себя в порядок. В коридорах было много стражи, охрану дворца увеличили вдвое. Слухи о скором наступлении Дарклинга дошли уже до всех уголков Равки.       У меня не так много времени, что бы собраться и вернуться к Николаю. Осталось упаковать подарок и платье, которое любезно предоставила царица из своего личного гардероба. Точнее, она настояла, что бы я надела её лучшее одеянье.       На моей кровати, которая уже давно не использовалась, лежала коробка. Я знала, что это была та самая посылка из Нового Зема, которую я смогла заказать, опять же, не без помощи Королевы.       Подарок для Ланцова я выбирала долго, и в итоге остановилась на семенах Риниофита. Редкое растение, универсальный выводчик токсинов, а ещё цветёт крупными, ярко-рыжими цветами. Я решила положить семечки в золотой кулон, что бы Николай носил их с собой, и посадил, когда посчитает нужным. Подвеска в виде острия кинжала вмещала в себя около десяти семян, которых точно хватит, что бы появились ростки.       — Думаешь, мы все умрём? — спросила я у Ноя, когда он выполз на кровать. Мышь кивнула. — Эй! То, что разумная мышь решила, что мы все умрём, ещё ничего не доказывает, — пыталась успокоить себя я.       После той ночи Дарклинг больше не приходил ко мне во сне. А вот к Алине захаживал почти каждую ночь. Об этом знали только Мал, Николай и я. У остальных возникли бы ненужные вопросы. Все ждали дня нападения, хоть и отрицали эту возможность. Люди запасали еду, покупали оружие, но они не видели, с кем им придётся сражаться. А проще сказать, от чьих рук пасть, ведь рассказы о существовании Ничегой держались в секрете.       Я вздрогнула от нахлынувших воспоминаний. Раненый Дарклинг, весь в крови, вышел из каньона, прося о помощи. Я в растерянности побежала к нему, что бы помочь, а потом за нашими спинами появились они. Ничегои. Вышли из каньона вслед за хромающем генералом. Мой крик ужаса слился с шумом каньона, а потом…       «А потом я попала в плен к самому могущественному магу Равки, без возможности сбежать. Окружённая ничегоями и злобными гришами, которые жаждали крови своих врагов».       Если бы не бунт Штурмхонда, может я бы сейчас была одной из следопытов Дарклинга, искала бы лучший путь, что бы захватить столицу.       — Что-то ты напряжена, — голос Ланцова раздался за моей спиной, а потом сильные руки легли мне на плечи, разминая уставшую шею. — О чем грезила? Надеюсь о нашей свадьбе и моём восхождении на трон?       — Конечно, а как иначе? — усмехнулась я, подставляясь под ласки царевича. — Сколько времени?       — Без пяти минут полночь. Пришлось навестить армию и задержать на парочке других собраний, — он притянул меня к себе, и мы упали на мягкую перину. — Ну, ничего. Завтра утром нас никто не потревожит. Праздник начнётся только после обеда.       Лёжа в его объятьях, я забыла обо всех проблемах, которые волновали меня пару минут назад. Рядом с Ланцовым я чувствовала себя в безопасности. Может, потому что он будущий король, а может из-за его харизмы, сильный ауры и одновременной нежности.       — Я не хочу выбираться из твоих объятий, — протянула я, дыша в его шею.       — Тебе и не надо, — шепнул он, а потом придвинулся ближе к себе, затянув в поцелуй. Его губы были такими сладкими, с лёгким привкусом дорогого вина, которое он, вероятно, пил на собрании. Тёплые руки уверенно блуждали по моему телу, снова развязывая ненавистный корсет.       — У тебя День Рождения с минуты на минуту, я хочу вручить тебе подарок… — с придыханием пыталась сказать я, но Ланцов был в самом расцвете сил, и снова заткнул меня поцелуем.       — Как бы банально это не звучала, но ты мой подарок, Лизавета, — ухмыльнувшись, он перевернул меня на спину, нависнув сверху. Его глаза блестели, а губы распухли от наших поцелуев.       — Знаешь, я никогда не влюблялась… — спустя пару секунд, я осознала свои слова.       «Почему я это сказала? Что на меня нашло?»       — Всё бывает впервые, — по лицу парня сразу было видно, что мои слова его радовали, но не удивляли. — Хочешь остаться тут или уединимся в моих покоях. Там атмосфера будет получше.       Я хотела остаться, хотела, что бы он продолжил ко мне прикоснуться и не отходил ни на секунду. Но находиться в моей комнате было не безопасно, если служанки увидят нас так поздно, и в таком положении, то пойдут нелестные слухи, о том, чем мы занимаемся до свадьбы.       — Обещаешь, что мы продолжим?       Мой вопрос остался без ответа. Николай подхватил меня, я крепко схватилась за его плечи, обвив талию ногами. Он был таким тёплым и удобным, что я бы могла уснуть на его руках.