Кленовые льды

      Яркое солнце обжигало свежие раны, вовсе не прикрытые остатками тканной брони. На поляне, совсем недалеко Кевин отбивается от Одаренного со странным мечом. Тот впитывает кровь как губка, а его хозяин, несмотря на трех часовую битву против нашего дуэта, в прочном доспехе и с большим двуручным мечом, даже не запыхался. Кев работает один, у меня покопались во внутренностях и пока я не наведу в организме порядок меня необходимо оставить киснуть. За спиной небольшой полукруг из засевших по кустам бронированных напарников Мастера-Одаренного, оставленных явно на случай приближения неучтенных факторов. Хотя бы мнимый статус карманной версии Магистра видно невооруженным глазом, да и внутри недвусмысленно чувствуется собственническое оцарапывание органов, таким часто замедляют регенерацию моего семейства знакомые, когда мы стараемся ставить палки в колеса. Неприятно в исполнении, сложно в изучении, но чертовски действенно.       В шестидесяти метрах отсюда второй живой разумный разбирается с сигналами и прочей дребеденью. Он сподобился притвориться ветошью и не отсвечивать, пока мы взяли этого виртуоза и большую часть его сопровождающих на себя. Экипаж, помимо несчастного рогожопого забрака и нас, вымер как подземная чернь. Когда интуиция уподобляется сломанному подъемнику в Темную Бездну, тоесть, шипит и не двигается, я, уже скорее по привычке, пихаю к зубам пару капсул. Для "обновления", с ядом из моей крови в замесе с необычными травками, расслабляющую, с вином и "полевого действия", содержащую легкий обезбол в достаточной для улучшения состояния дозе и немного виски, для души, так сказать.       Счастья добавляют обострившиеся после "полевой" капсулы юмор и мазохистская жилка, дающая задушено подвывать от наслаждения, задевая руками особо чувствительные места во внутренностях. "Собираться" удобней вручную, свои внутренние составляющие я могу расставить даже в глубоком запое сразу со сна. Из минусов - руки по локоть в крови ребенка Бездны и я отвлекаю своими звуками всех присутствующих, включая Кева, который снова пропустил удар двуручника.       А начиналось все обыденно, мы с Кевом как и всегда во время "отпускных", взяли легкий заказ на доставку из Внешнего кольца на верфь из Среднего, найдя дееспособную лоханку выдвинулись в путь, добрались на закате местных солнц. Поутру мы вывалились вслед за остальным экипажем наружу, договорились собраться и улетать послезавтра. Наш дует переговариваясь сел на спидер и укатил в занимающийся рассвет, на место сбора материала. Интуиция шептала, долго и очень упорно, что прошлое меня нагонит, подрагивала, но по большей части молчала в тряпочку. Конечно мы не ожидали резкого нападения прямо посередине пути. Меткий заряд плазмы прогудел в двигательные системы и наш транспорт тут же вспыхнул, как спичка.       Я спрыгнул раньше, движимый рефлексами, по пути стаскивая Кева. Пока мы кубарем скатывались с холма, из засады вылетел наш виртуоз в обтягивающем одеянии под доспехом и вытащил свой меч, встречаясь с лезвием моего клинка. Великолепная работа моих не внушительных рук, тонкий меч средней длины, заточенный на славу, держащий духовный стержень в своем лезвии, Базиль. Я выстоял час в одиночку, отвлекая его от Кева, который разведал обстановку и понял, что жив один лишь Урии Лат, тот самый бракованный забрак - переговорщик. Если остальные его сородичи имели минимум смекалку и силу, то он унаследовал от них лишь рог в заднице и чудное имечко. В этом Кев убедился в последний раз, узнав, что тот порешал посланных за ним парней из своих гравированных парных пистолетов, а остальному экипажу повезло меньше, за ними и отправили больше, и далеко не новичков. По информации рогозадого забрака, все мертвы, а некоторые уже и выпотрошены для плодотворной продажи на органы. Додумался же он слазить по последним координатам каждого. И ведь рассмотрел то, что всех сразу после поимки отдали наемникам со стороны, как только те спросили за добычу.       Второй час мы боролись почти спина к спине, Кев распылял хаотичные ряды плазменных зарядов своим мечом, по пути пытаясь отправить очередь своего скорострела кому нибудь из сопровождающих Мастера в лоб или хотя бы в визор аналога мандалорского шлема. С переменным успехом у него получалось. Я же взял на себя бремя дуэли с воодушевленно сверкающим глазами мастаком. Нередко я парировал удары двуручника металлическими пластинами, крепившимися к тканой броне в области от плечевого сустава до локтевого. Приходилось много вертеться, но за счет раскушенной от волнения капсулы с вином стало даже весело. Мой взгляд вдруг сделался подобным его, а он, казалось, возликовал. Базиль и двуручный клинок, втихую нареченный мной "Соской" радостно позвякивали во время столкновений, прежде чем мы вновь отдалялись, переглядывались и продолжали свой смертоносный танец под, как казалось, наливающимися нашей кровью солнцами. И Сила вокруг нас звенела также, как счастливая от боя сталь наших клинков, нашей брони и сами души, которые мы с радостью вкладывали в эту схватку.       Таким был третий час сражения. В один момент Сила возбудилась еще пуще, его глаза наполнились ею. Тогда я и отвлекся, не успел вывернуться, поймав удар на пластину из крепчайших металлов, занося Базиля в контратаке и останавливаясь на долю секунды. Он увидел эту возможность и ухватил меня Силой прямо за шкирку. А когда понял, что самообладание я даже без горячки боя бы не потерял и до сих пор продолжаю успешно отбиваться, опрокинул на землю и пока я не сориентировался, прижал руки над головой, насев сверху. Он манерно похихикал, поулыбался мне своими невероятно темными глазами, посветил кровавыми волосами и нашептал мелодию тонкими губами. А после легким движением вскрыл мой живот, перемешал и перецарапал множество моих органов, облизав позже окрасившуюся от крови перчатку. Затем просто встал и удалился. Несколько из группы переползли ко мне, занимая позиции обороны.       С этого места я до сих пор наблюдаю, как он расправляется с Кевином. Виртуоз будто танцует, иногда, как подсказывала интуиция, вспоминая меня и проводя серию атак, при которой я вертелся на коленях, парируя наступление пластинами, а мой напарник вскакивал выше, отпрыгивая от меча Мастера. Но, подловить Кева удается когда я уже почти заканчиваю сборку собственного организма. Я прикрываю глаза, в момент сращивая края вспоротого тела и кожей ощущая капли крови, обливающие все ближайшее пространство, за ними следовала голова Кевина, упавшая к моим ногам с громким стуком, там она оказалась явно не без помощи Силы, ведь снайперы оттеснили моего напарника минимум на пятнадцать метров дальше от точки со мной.       Мастак боя подходил ко мне медленно, смакуя момент своего триумфа. Вставая радом он ожидал, пока я поднимусь на ноги. Внезапно я понял, что его внешность мне знакома. Почти черные глаза, кроваво-красные волосы, тонкая серая кожа. В памяти всплыл образ Шуичи Акигавы, старого друга, который просто обожал наши спарринги. Он грезил тем, что каждый раз он будет находить меня, Габриэля, в каждом обличии и говорил, что когда-нибудь создаст нам вселенную, где мы могли бы жить, не беспокоясь о том, что наше существование отвергнут, или нас заберут в разные академии, учуяв Силу. Шуичи лучезарно рассмеялся, он похлопал моей сообразительности и сказал: - Надеюсь, в ближайшее время ты не решишь вновь обновится и забыть меня? - его губы расползлись в улыбке, предвкушая свою ошибку. - Так-то да, перед нашей встречей мне бы хотелось обновиться, чтобы вступить в приключения с тобой. В этот раз я про тебя не забуду, обещаю. Даже разрешу прилететь за мной, если сообщишь на мой семейный канал, что я на обновлении и могу не прилететь на несколько встреч. - я принялся прохаживаться туда-сюда, пока его парни выползали из укрытий. - Тогда до скорой встречи, Габриэль. - До скорой встречи, Шуичи Акигава, - Я раскусил последнюю капсулу и, оседая, почувствовал хватку теплых рук друга. Он явно сможет позаботиться об этом теле.        Так закончил свою жизнь экзот и Охотник за головами Габи Лодш, а вскоре начал маленький человек Гарри Поттер, восьми лет отроду, за тысячи световых лет от места недавних событий.