— goodbye, чонини.

— здравствуйте, я бы хотел записаться к вам на занятия. нужно подготовиться к экзаменам.     — здравствуйте. у меня свободны вторник,среда и пятница, после 18:00. вам будет удобно?    — да, меня все устраивает. можем начать уже завтра? до экзамена два месяца, думаю, чем раньше начнём, тем лучше.    — да, конечно.    — я скину вам адрес смс-кой.     — хорошо. тогда до завтра?    — да, до свидания.     на самом деле, чонина мало волновали результаты экзамена, ведь отец в любом случае сделает его каким-нибудь директором какой-нибудь из его компаний. чонин - мальчик небедный, точнее его родители - люди небедные, поэтому с самого детства парень привык получать все, что захочет. отец чонина уже давно пожалел, что так воспитал сына, но сделать с этим уже ничего нельзя.     на этот раз чонин захотел банчана. его дружок сынмин раньше занимался с ним английским языком и оставлял о учителе лишь положительные отзывы. хотя больше яна волновала внешность, чем знания. и в этот раз парень решил сам добиться чего-то и попросил у сынмина номерок этого учителя.     18:00. чонин в коротких домашних шортах и легкой толстовке ждёт преподавателя. внешность яна была очаровательной. плоский живот, несильно виднеющиеся ребра, стройные ноги, изящные пальчики, бледная кожа, мечта любого (так считал сам чонин).     звонок в дверь. дома никого не было, родители в командировке, а домработницу ян отпустил раньше обычного. парень уверенно открыл дверь. перед ним идеальный силуэт. широкоплечий молодой, но явно старше самого чонина, парень. в пальто, строгих чёрных штанах и аккуратно заправленной белой рубашке, с строгой чёрной сумкой в руках. такого мальчишка явно не ожидал увидеть.     — долго будете мной любоваться? можно войти? – телефон явно искажал голос бана. чарующий тембр учителя ещё сильнее сбивал яна с толку.     — а, да, конечно, проходите. простите, я не смог удержаться, вы слишком красив для обычного учителя английского языка.     — а кто тебе сказал, что я обычный учитель?     — просто предположение. такой симпатичный молодой человек не может быть обычным.     — не смущай меня. не против, что на ты? ты явно младше меня.     — нет, конечно, все нормально. пройдём в комнату?    пара десятков ступеней и молодые люди в комнате младшего.    два часа занятий английским и флирта чонина с учителем прошли незаметно.     — крайние темы мы разобрали, но тебе нужно больше практиковаться. у тебя есть друзья, хорошо знающие язык? – старший начал собирать учебники и пишущие принадлежности обратно в сумку.     — я дружу с сынмином, он раньше занимался с вами. кстати, он и дал мне ваш номер, – голос младшего явно звучал расстроенно, – а мы можем еще немного позаниматься?    — прости, нет. мне нужно идти. но мы обязательно встретимся завтра.    — да, точно. я вас провожу.     — до свидания, мистер бан.     — goodbye, чонин.    весь следующий день сынмин выслушивал рассказы друга о прекрасных руках, добрых глазах и очаровательном голосе банчана и иногда даже жалел, что дал ему телефон учителя.     а вечером все та же картина, очаровательный голос что-то говорит на английском, чонин пытается что-то понять, но все равно думает о добрых глазах и прекрасных руках преподавателя.     — goodbye, мистер бан.    — goodbye, чонини.    несколько недель сынмин слушал рассказы яна о преподавателе-ангеле.     — может сходим сегодня погулять? а то ты уже из одного дня без этого учителя целую трагедию разводишь.     — ничего я не развожу, просто ты, видимо, давно его не видел, раз так говоришь.     — ты сам говорил, что хочешь лишь переспать с ним, а сейчас мне что-то про глаза и голос рассказываешь. что я ещё могу сказать?    — ну тебя..    — так, мы сегодня идём в парк, там какая-то новая группа петь будет, типо бесплатный концерт. развеешься хотя бы.     — опять все за меня решил, м-да.     — не возмущайся. я с собой ещё хёнджина возьму. если ты не против, конечно.    — не против, хёнджин хороший.     вечером компания друзей ждала выступление, сидя на задних рядах "зала". людей становилось все больше. казалось, что какая-то популярная уличная группа давала концерт.     — а что это за группа вообще? – все таки решил поинтересоваться младший у друзей.    — 3RACHA, но они больше о рэпе, чем о вокале, конечно. это мне минхо рассказывал, он там как помощник какой-то, а один из участников группы - его парень или что-то типо того, – по сцене как раз бегали какие-то люди, в попытках установить оборудование, и хёнджин помахал одному из них. как оказалось, это и был тот самый минхо.     через несколько минут на сцену вышел человек и объявил:    — добро пожаловать на первый концерт 3RACHA! наши парни, – человек указал на кулисы и от туда начали выходить ие самые парни, – J.ONE, SPEARB, CB97 !    последний молодой человек привлёк внимание чонина и сынмина. лицо уж слишком знакомое. парни переглянулись. им оказался тот самый прекрасный-ангел во плоти-преподаватель английского, мистер бан. на сцене он был совершенно другим человеком. цепи, грубые ботинки, вместе строгих штанов - облегающие кожанные штаны, вместо аккуратно заправленной рубашки - наполовину расстегнутая, из-под которой виднелась рельефная грудь. этот образ явно не вписывается в образ "обычного учителя английского языка".    все выступление взгляд яна был направлен лишь на мистера бана. точнее на CB97, ведь сейчас назвать его так язык не повернётся.     концерт закончился поздно вечером. сынмин и хёнджин уходили, держась за ручки, а значит завтра чонина ждёт долгий рассказ о любви на века. но вот ян сейчас думал немного о другом. шёл он медленно и немного отставал от друзей. сделав несколько кругов по парку, чонин решил, что лучше оставить парочку, а свои мысли запихнуть в задний карман и уйти домой.     но пока ян пытался впихнуть все, что было в голове, в этот карман, прошло немало времени. начало темнеть и небо окрасилось в ярко-оранжевый цвет. ноги устали, а значит до дома он вряд ли дойдёт. мысль посидеть на лавочке и полюбоваться закатом пришла случайно и чонин не стал придумывать ещё что-то, голова и так кипела от мыслей об этот чёртовом учителе, который должен был лишь трахнуть яна, а не забирать и кидать в бетонную стену его сердце. через две недели экзамен, а знаний у парня не особо прибавилось. чонин пообещал мистеру бану сдать все, но уже тогда, в этом парке на этой лавочке, был уверен, что больше никогда никому ничего не будет обещать, раз не сможет сдержать обещание, данное любимому человеку.     людей становилось все меньше, оранжевый цвет неба менялся на темно синий, а чонину так и хотелось рассказать мистеру бану все, о чем он сейчас думает.     — чонин? – молодой человек явно не ожидал почувствовать тяжёлую руку на плече, и немного дёрнулся от неожиданности.    — мистер бан?    — был на концерте? – старший сел рядом с яном, от чего сердце второго пропустило пару ударов.    — а.. да, вы очень хорошо смотритесь на сцене, и ваш голос тоже очень хорош, – младший смотрел в землю, лишь бы не расплакаться при виде этих очаровательный глаз и не высказать им все, что так хотелось сказать последние недели три.     — ты чего грустный такой, чонини? – на этот раз "чонини" для младшего действует как сигнал "плакать можно".   — вы.. вы.. блять, я люблю вас, – прошептал младший и уткнулся в колени, лишь бы бан не увидел его слез.    молчание. слышны шум деревьев, посапывания младшего, стук сердца старшего и пение птиц, что так же, как и ян в этот вечер не могут успокоить свои мысли.     — чонини, мы знакомы с тобой полтора месяца от силы, – все таки решился старший и начал этот разговор, – и за эти полтора месяца ты стал мне больше, чем учеником, ты ‐ часть моей жизни. я хочу проводить с тобой не только три вечера в неделю, но и намного больше, я хочу быть с тобой всегда.     — вы.. вы тоже меня любите? – сильные руки старшего притянули чонина к себе, а тот в свою очередь не смог удержаться и исполнил свою, с недавних пор, мечту, сел на колени к бану.     — да, чонини, я люблю тебя.    — можно на ты?    — тебе можно все.    — я звонил тебе тогда с мыслью лишь о том, что мы переспим и исчезнет из жизней друг друга. но после первой недели занятий я понял, что ты уже просто так не уйдёшь, что я уже просто так не отпущу тебя. я каждый день думаю о тебе, я хочу целовать тебя, обнимать, просыпаться с тобой. я первый раз чувствую что-то подобное, поэтому даже не знаю как описать то, что происходит сейчас у меня в голове и в сердце, – дрожащего от слез чонина перебил поцелуй бана, нежный и трепетный. бан целовал уже не своего ученика, а своего маленького мальчика, которого никогда не отпустит, а чонина целовал не обычный учитель английского языка, а я его мужчина, который никогда не отпустит его.    (чонин, кстати, все таки сдал этот экзамен и стал директором одной из компаний отца. а чан закончил с английским и полностью отдался музыке. и чонину, конечно).