Любимый племянник Тошка

— Ну, малыш, я тоже врач, — сказал улыбаясь, сидя на корточках и смотря в глазки Тоше. — Нет, — сказал нахмурившийся Антон. — Почему нет? — Потому что всё врачи злые и страшные, а ты добрый и… И хороший, — сказал немного в растерянности. — Ну так я добрый врач, но иногда бываю злым, поэтому нужно слушаться, ты будешь слушаться? М? — Арс поднялся с корточек, и Тоша запрокинул голову вверх, чтобы видеть его лицо. — Да, а ты мне ничего не будешь делать? — с наивностью и страхом в детских глазах спросил Тошка — Нет конечно, заяц, я же тебя люблю! — поднимая его на руки говорит Арс, и начинает спускаться по лестнице на выход. — Тош, хочешь поедем на Зверопой в кино, м? — Да-а, хочу!

***

Антону уже четыре. Вот они с Арсением гуляют по парку, и Тоша едет на самокате, который подарил ему дядя. — Сеня-я-я, смотри как могу, уи-и-и-и! — конечно Арсений не любит, когда его называют Сеней, но племяшке можно. И вот случилось то, чего Арсений боялся больше всего… — А-а-ай. Арсений знал, что его малой боялся врачей и был ятрофобом, раньше, в два с половиной года, он думал, что Тошка просто ещё маленький, подрастёт, перестанет боятся, но этот страх увеличился. Арсению даже приходилось несколько раз уходить с работы, так как воспитатель звонил и говорил, что они не могут удержать Тошу, чтобы сделать прививку, но когда приезжал любимый дядя, то приходилось делать, хоть и с криками, потому что он был для ребёнка авторитетом. — Тошенька, ну не плачь, щас мы всё наладим! — говорил Арсений уже во всю ревевшему Тоше, беря его на руки. В одной руке самокат, на второй сидит Тоша и плачет. Арсений закинул самокат в багажник машины, а сам понёс мальчика к себе в клинику, так как парк был рядом с ней, буквально в трехсот метрах от сюда. Он открыл свой кабинет и… Тут его ждал сюрприз, так как ребёнок быстро сообразил, где он находится, то начал упираться и не захотел входить в кабинет. Арс взял его на руки и быстренько посадил Тошку на кушетку, взяв перекись и вату. Он положил их рядом, посадил Антона на колени, начав успокаивать. — Тошунь, ну не плачь, мой зайчик, хочешь куплю тебе шоколадку с шипучкой? — начал разговаривать он, наклонив голову и смотря на заплаканное лицо. — Угу, — сквозь слёзы сказал младший. — Ну всё, мой хороший, давай обработаем, м? Ты же у меня смелый заяц? — Нет-нет, оно щас будет щипать, ты перекисью будешь! — сказал он через слёзы и заикания. — Ну уж нет, я не буду. Мне привезли волшебную ватку, её ещё никто не пробовал, хочешь, будешь первым? — эмоционально рассказывал Арс. — Ну… Ну не знаю, а она не будет щипать? — Не-а, — помотал головой взрослый и незаметно налил на ватку перекись. — Вот, смотри, видишь ватку? Сейчас мы её приложим к ранке! — А-а-ай, больно, уйди! Убери её от меня! — началась новая волна истерики, мальчишка начал вырываться, но Арсений был не приклонен. Он стал держать сильно-сильно, потому что мальчик прилично буянил. — Ну тихо, стой, малыш, тиш, тише… — говорил мужчина, обрабатывая коленку, а Тоша всё так же буянил, выгибался и бил по телу старшего. — Антон! — прикрикнул на него Арсений, так как мальчик действительно больно дрался, но после этого успокоился, и стал тихо плакать в футболку дяди. — Тошенька, зайчонок, давай я посмотрю, ты ничего больше не повредил? — начав осматривать племянника, Арс заметил, что на животике немного стёрта кожа, но решил не мучать малыша, так как тот уже изрядно вымотался. — Ну всё, малыш… Поехали за шоколадкой!