Кусты и потерянные трусы

Арсений встретил меня после учёбы и мы решили немного погулять. Теплая весенняя погода давала шанс гулять дольше. Мы с ним долго бродили по парку, обошли несколько раз озеро, конечно же сидели на лавочках, расположенных подальше от чужих глаз. Нашим любимым местом стала лавочка, с которой открывается красивый вид на воду. В водоёме плавали уточки, которых мы любили подкармливать хлебом. В такие моменты было очень спокойно и хорошо. Арсений приобнимал меня, бросал хлеб уткам и смеялся, когда они так забавно начинали нападать на кусочки. Его смех ужасно красивый и чистый, а улыбка обворожительна. Я ловил себя очень часто на том, что пристально разглядываю Арсения, любуюсь его внешностью и теряю счёт во времени с ним. Но таких мест, как та лавочка около озера, было мало. Не люблю эти людные места, любопытные взгляды, направленные с интересом на нас. Кому какое дело, кто с кем и где гуляет? Решили два друга погулять, ну и что… Кого я обманываю, мы точно с ним не друзья. Так вот, мы бродили по парку, искали свободную лавочку, мимо которой не будут каждую секунду проходить люди. К тому моменту уже стало вечереть и холодать. Отличный предлог сесть поближе, обняться покрепче и жарче целоваться. Хороший способ греться в вечернее время… А ведь совсем недавно мы так боялись сделать шаг и подарить друг другу желанные поцелуи. Было очень страшно получить отказ, особенно когда сильно влюблён. Я вообще новичок в этих делах, куда мне лезть. Но позже выяснилось, что и Арс тоже. Мы так нелепо поцеловались… Стукнулись носами, потом просто прикоснулись губами, потом стали хихикать и краснеть от неловкости. Я весь дрожал, кожа покрылась мурашками, и страшно и хочется, хоть разорвись! До этого про поцелуи знал только из фильмов, чисто теоретически, поэтому и боялся сделать шаг первым и опозориться перед парнем. Я так рад, что инициатором стал Арсений. Он у меня такой смелый. Когда это первый раз происходит, то совсем не так романтично, как себе представляешь. Думаешь, что вы начнёте страстно целоваться, в ход пойдёт язык и всё будет просто супер, но сталкиваясь с неумелой реальностью, фантазии разрушаются. Я не знал, что делать и куда положить руки, как двигать губами и как дышать. Думал, а что делать с носом, как им не столкнуться снова? Да и вообще ничего не понятно, стыдно и неловко. Но я сразу понял, что до языка нам далеко. После этого, мы стали учиться и с каждым поцелуем выходило всё лучше и лучше. Попов знал, как нужно целовать, где обнимать и как меня возбудить… А я и возбуждался от его касаний… Но ещё сильнее я волновался и боялся когда был наш первый раз. Наивный… Просто посмотреть фильм… А после таких просмотров кое-что болит… Арсений начал меня целовать и обнимать, потом убрал вкусняшки подальше, чтоб они не мешали. Я думал на этом и всё закончится, что просто будем валяться обжиматься, но не тут-то было. Его приставания не остановились, поцелуи продолжились, а потом он стал моим первым мужчиной…

***

Когда мы сидели на лавочке, мы целовались. Вошли во вкус, так сказать. Каждый раз мы проходили через веселье и страх, прежде чем наши губы соединялись воедино. Мы сидели очень близко, он обнимал меня за талию, прижимая ближе, но как быстро мы целовались, также быстро мы и отсаживались друг от друга, когда в очередной раз кто-то шёл. То мужчина с работы возвращается домой через парк, то молодая семья с коляской, то бабушка с внуками, то такая же парочка, как и мы с Арсом ищет уединение. И только все гуляющие пройдут, мы опять вместе, опять обнимаемся… Когда мы вместе, время летит быстро и незаметно. Вот уже становится прохладно. Арсюша отдал мне свою куртку, заботливо её застегнув на мне. У меня мёрзнут руки почти всегда, но с появлением любви в виде Арса в мою жизнь, я стал этому радоваться. Люблю, когда он мне греет руки. Когда сжимает мои холодные пальчики в своих больших ладошках. Люблю, когда обнимает меня и не даёт мне замёрзнуть. Мне с ним тепло душевно. Так хорошо рядом с ним. Я ощущаю полный покой, когда нахожусь в его объятиях. Мне безумно нравится нырять к Арсу под одежду и обнимать его, так интимно… Он терпит холод моих рук, позволяет себя трогать, но только ему не холодно, а наоборот, очень жарко от моих касаний. Обожаю наши прогулки. Могу быть уверен, что это мой любимый договаривается с погодой. То дождь, то ветер, то ураган… И всё так удачно складывается, что не может меня не радовать. Под дождём мы танцуем под музыку падающих капель, а от ветра он меня укрывает собой. За ним, как за каменной стеной, безразлична плохая погода, ведь с ним на душе всегда тёплая весна. В холода и морозы он может меня согреть и полностью воспламенить. А в жару уберечь от сильного солнца, хотя он сам намного ярче него. Постепенно небо темнеет, солнце завершает свой рабочий день, а мы всё гуляем. Не можем никак расстаться… Ну как я могу перестать его обнимать? Или как мне остановиться и не соединяться с ним губами? Возможно ли оторваться от парня, который безумно нравится? Гуляя по парку, часто уединяясь, мы стали замечать, что люди постепенно расходятся. Прогуливаясь друг с другом, мы теряем счёт во времени. Его нам всегда мало. Хочется 24/7 быть рядом, но моя учёба и его работа не позволяет этого. Чем позже, тем безлюднее вокруг. Можно почти не скрываться и быть собой, без стеснения и боязни сидеть в обнимку. И вот наступил момент, когда мы опять сели на лавочку. Мы начали жарко целоваться, согревая друг друга. Одна его рука держала меня за талию под кожанкой, а вторая лежала почти на попке, когда моя рука как обычно была под его худи, иногда поднимаясь чуть выше, но не настолько, что его немного огорчало. Теперь нет никаких препятствий в открытую целоваться и обниматься. Никто косо не посмотрит и не цыкнет языком, не остановит не понимающий взгляд. Все эти касания и поцелуи сильно заводят. Я не решаюсь сказать, но потом всё-таки произношу: — Наверно, мне будет удобнее, если я пересяду к тебе на коленки, — не жду ответа и сажусь, обнимаю любимого за шею и продолжаю то, на чём мы остановились. Я сижу как-то боком, он обхватывает талию, придерживает мои коленки и целует. Невольно ёрзаю, правда не специально, но Арс считает, что я нарочно его дразню и возбуждаю. — Я думаю, что сев немного по-другому, тебе будет ещё удобнее, — понимаю его фетиш на позу наездницы и дразню его. — Антош… Пожалуйста… — произносит он и целует шею, также пользуясь моей слабостью. — Нас могут увидеть. — Тут уже никого нет. — Давай тогда пойдём, где темно? — Хорошо… — он взял меня за руку и повёл подальше. В быстром темпе он вёл меня к определенному темному месту. И правда, мы дошли до лавочки, рядом с которой фонарь разбит и она полностью погружена во мрак. Вокруг неё находятся кусты и подальше деревья, даже если кто будет проходить мимо, то мы успеем услышать. Арсений сел на лавочку, похлопал по коленям. Я залез на него, как он и хотел и сразу почувствовал его руки на моей попке. Мои колени упёрлись в лавочку, я обнял его шею и поцеловал. Он сжимал мои ягодицы и прижимал к себе, а я целовал его шею. Он тихонько вздыхал и старался ограничиться лишь поцелуями. Но по его глазам, нервному дыханию, я понимал, что одними поцелуями тут не закончится. Арсений мастер завестись с пол оборота, он способен захотеть меня в любом месте, даже общественном. Я не говорю уже о том, что когда мы у него дома, то приставания не имеют каких-то границ и рамок приличия. Опасно наклоняться, да и вообще, даже обычное моё действие вызывает дикое желание. Наверно потому что мы сильно влюблены друг в друга. Как бы я хотел, чтобы это чувство никогда в нас не перегорало и мы вечно были наполнены приятными чувствами друг к другу. Наша любовь только начинается, но пламя страсти горит ярко. Нежности тоже не мало, но когда я сижу на его коленках, а по моей коже бегут мурашки от его касаний, то все мысли только о страсти. Но я знаю, что после близости Арсений любит нежно целоваться, обниматься и говорить комплименты, признаваться в любви по сто раз, и столько же раз слышать в ответ: «Я тебя люблю». — Арс… Может пойдем домой и там продолжим… — Нет, я никуда не пойду… Очень сильно я хочу тебя… — Прям тут? — Конечно… Разве не для этого мы пришли на эту лавочку? — его пальцы сильно сжали мои ягодицы. Я понял всю серьёзность его намерений. Он расстегнул мои джинсы. — И как ты это представляешь?! — Ну… Ножки поставишь на пол, приспустишь джинсы с трусиками, а потом присядешь, сам понимаешь на что… — свой развратный план он мне рассказал на ушко, своим сексуальным, немного хриплым голосом. Я тоже принялся расстёгивать его джинсы, невольно соглашаясь на этот сумасшедший план. Мне самому безумно интересно попробовать в таком месте, да и его поцелуи и касания всё больше подталкивают на такой эксперимент. Его кожанка длинная и закрывает мою попку, поэтому даже не заметно, что он бесстыдно лапает меня, а теперь совсем нагло и бесцеремонно полез под джинсы. Его рука отодвинула трусики, сразу двинулась между половинок. Пальцы нашли нужное место и стали массировать… Хотя никого вокруг не было, но всё равно нужно вести себя тихо, как-то страшно громко себя вести. Я уткнулся в его плечо, чтобы быть тише. Как-то не очень ловко Арс достал лубрикант из моего портфеля, понимая, что сейчас будет послан далеко и на долгое время, если не добавит смазки и полезет на сухую. В итоге он добавил её не аккуратно, и мои трусики стали мокрыми от его неосторожных действий. Но на нужное место всё равно попало, а это важнее. Я целовал его щеки и шею, пока он двигал внутри меня пальцами. Он хотел быстрее меня подготовить, сам был не в силах долго терпеть, но моим комфортом жертвовать не собирался. Мои неугомонные пальцы обхватили его возбужденный орган через джинсы, и стали немного двигаться. Он поддавался навстречу моей руке, был безумно рад моим действиям. Я сжимал крепче, а тот в моих руках увеличивался. Пришло время мне повернуться… Я немного с трудом слез с Арса, повернулся к нему спиной и спустил джинсы где-то выше колен, а трусики только с попки снял мой любимый. Он достал своего друга, притянул меня ближе к себе. Я упёрся руками в его коленки, он обхватил под курткой мою талию и начал опускать. Одной рукой я направлял Арса в себя, помогая. Я медленно опустился и сделал первые лёгкие движения. Арсений ждал, пока я привыкну, но через пару минут он уже управлял моими движениями и делал их быстрыми. Конечно не так сильно удобно, как в спальне Арса, но всё равно очень здорово. Попов сжимает мою попку, которая немного замёрзла. Он скорее всего решил меня так трахнуть, чтоб холодно не было и она полностью горела. Брюнет участил движения, толкался грубо и резко. Он входил до конца, держал меня в таком положении несколько секунд, не давая подняться, потом сам поднимал и резко дёргал обратно. Арсений явно хотел улучшить мою физическую форму. Столько приседаний я за всю свою жизнь не делал, сколько уже раз успел присесть на член. Могу предположить, что скоро у нас будет секс в планке, а в планке такого вида я смогу простоять вечно. Я позабыл про стеснение и начал вилять круговыми движениями. Я сжал Арса в себе и дразнил его. Но потом мы услышали, что какая-то компания идёт в нашу сторону. Я испугался, Попов не меньше. Он быстро вышел из меня, натянул джинсы на мой обнаженный зад, игнорируя трусики, спрятал свой член, мигом схватил вещи с лавочки и потащил нас в кусты. Сердце билось очень быстро. Мы присели в темноте и затаились. Арсений держал меня за руки, глазами показывая, чтоб я был тихим. Так мы просидели минут пять. Те ребята просто прошли мимо, не замечая нас. Мы шумно выдохнули, Арсений нежно поцеловал мои губы. Из этих кустов мы пока не вышли. Мы сидели на коленях и просто целовались. — Прости меня… Я подверг опасности тебя… — извинялся мой парень и целовал мои губы. — Всё нормально, не переживай… — Я виноват… — Арсюш… Лучше давай продолжим? — мне очень хочется закончить начатое. — Ты серьёзно? — его голубые глаза увеличились, а я улыбаюсь, хотя надо стыдиться своей ненасытности. — Да, теперь возьми меня в этих кустах… — прошу я. Мой любимый с ума сходит от моих фразочек. Арс жадно целует меня и во время поцелуя вновь снимает мои джинсы. Я хочу сделать это раком, поэтому разворачиваюсь к нему, а руки упираются в траву. Он задирает кожанку выше, смотрит на ягодицы и частично голые бедра. Я горю от одного его взгляда и жажду его внутри. Голубоглазый не медлит и пристраивается сзади. Он плавно входит в меня на всю длину. Я несдержанно начинаю стонать. Но его ладошка закрывает рот. В итоге получается мычание. Когда особенно приятно, я кусаю его руку, а он долбит меня ещё сильнее. Мои пальцы отрывают траву с корнем, руки грязные в земле, да и джинсы на коленях очевидно такие же, хотя не только колени. И как я приду домой в таком состоянии, поздно, весь в грязи, но зато счастливый… Я очень счастлив, когда возлюбленный меня именно раком берёт. Я прогибаюсь как сучка и получаю член глубоко в себя. Как приятно, когда он попадает по простате, задерживается и давит на нее головкой. Ещё такое попадание и я всё. Все мои трусики спереди испачканы моим семенем, очень мокро и ткань неприятно липнет. Арсений продолжает судорожно толкаться в меня, его хватка на талии стала сильнее, и стонет он громче. Через минуту мокро становится не только спереди, но и внутри меня. Он выходит, а я спешу надеть трусики. Сжимаюсь сильно, чтоб сперма Арса не вытекла, но он так хорошо поработал над моей дырочкой, что всё равно она вытекла. Когда мы оделись, немного привели себя в порядок, только тогда начали целоваться. — Ты не замёрз? — Нет, мне было жарко. — Я тебя люблю, Тош, — с нежностью он говорит мне. Его влюбленные глаза смотрят на меня. — Я тоже тебя люблю, — я его поцеловал и обнял. — Всё хорошо? Всё в порядке? — Да, вот только… — я стесняюсь сообщить о проблеме. — Что? — Мне очень мокро… — Давай снимешь трусики? — Если я их сниму, то мы останемся здесь ещё на какое-то время… — Мне будет сложно, но я сдержусь. Давай, снимай. Мне пришлось в этих кустах снимать полностью джинсы, снимать трусы, которыми меня вытер Арсений, и надевать джинсы обратно. Не самое приятно ощущение ходить без нижнего белья. Мы уже собирались уходить с места преступления, но опять услышали, похоже ту же компанию. Опять затаились, но уже их не боялись и целовались. Арсений вызвал такси, а пока мы ждали машину, влажными салфетками оттирал пятна с коленок. Они плохо отходили, теперь моя задача пробежать в комнату и не быть замеченным мамой. Мы подъезжали к моему дому и тут я вспомнил… — Арс, а ты положил мои трусы в сумку…? — тихо спросил я у него. — Нееет… Ооой… — я начал смеяться, что мы их забыли в тех кустах. Какой кошмар, потерять такое… Арсений тоже не мог сдержать смех. — Можем вернуться туда завтра поздно вечером и поискать, — предлагает он, сдерживая улыбку. — Знаю я, чем поиски закончатся…