Летний домик

Саске, проживший всю жизнь в городе, скептически отнесся к предложению Наруто съездить к нему в деревню. Не то что бы он был таким закоренелым городским жителем, который плевался на отсутствие электрических самокатов и супермаркетов на каждом углу, но доля сомнения поселилась в его душе после нескольких рассказов друга. Саске представил ухабистые дороги, жующих траву коров (а он с детства боялся их), плохой интернет, баню вместо душа — и этого хватило ему, чтобы ответить отказом. Однако он совсем забыл, насколько хорошо у Наруто подвешен язык и как тот может любого уболтать на какое-либо дело. В общем, так Саске и оказался в плацкартном вагоне поезда, который вез их в неизвестную Учихе глушь. О чем он тут же пожалел. Любящий тишину и уединение, Саске сразу почувствовал неладное, когда не увидел ни дверей, ни каких-либо перегородок, что помогли бы укрыться от других пассажиров. Вместо этого перед ним маячила свисающая с верхней койки пятка соседа. На все уговоры немного доплатить, но ехать в комфорте Наруто отвечал категорическим отказом и говорил, что только так друг прочувствует всю атмосферу поездки, которая является важной частью каникул. Саске чувствовал только запах спирта и быстрорастворимой лапши. Когда в вагоне кто-то начал распевать песни, а их сосед сверху выпил достаточно, чтобы доставать парней нелепыми разговорами, Саске отсчитывал минуты до их приезда. Наруто, в отличие от друга, привыкший к подобной обстановке, активно поддерживал диалог с незнакомцем и под осуждающий взгляд Учихи даже разделил с ним пару рюмочек. Ночью, к сожалению, галдеж хоть и стал потише, но не прекратился, а в совокупности с храпом соседа и громкими оповещениями на станциях Саске никак не мог заснуть, что делало его еще более раздражительным. Утром он выглядел чернее тучи, а из-за торчащих во все стороны волос был похож на сонного и недовольного воробья. Наруто, который всю ночь спал без задних ног, всеми силами пытался сдержать смех — быть побитым ему не хотелось. Спустя тринадцать часов на поезде (это время Саске будет вспоминать с содроганием) они с сумками наперевес стояли на вокзале и дожидались Джирайю с Цунаде — те вот-вот должны были их забрать. Буквально минут через десять на горизонте замаячила красная «девятка», и Наруто тут уже заулыбался во весь рот и подобрал вещи. Узумаки много рассказывал о своих бабушке и дедушке. Те, по его словам, были немного «с приветом» и слишком уж активными, но, несмотря ни на что, искренне любили внука и заботились о нем, как могли. Цунаде, что с нежной улыбкой обнимала своего единственного и драгоценного, выглядела слишком молодой для своих лет и, безусловно, красивой. А вот складывающий их сумки в багажник Джирайя вполне подходил под описание — цветная рубашка с пальмами и длинные седые волосы делали его похожим на мультяшного персонажа. Еще примерно сорок минут Саске трясся на заднем сиденье не очень-то и удобной машины под громкий смех Наруто, крепкие словечки Джирайи, когда их подрезали на дороге, и неизменный старый добрый шансон, доносящийся из шипящих колонок. А после оказался у того самого домика, где будет жить неделю. Деревянный и одноэтажный, он выглядел довольно милым и вполне комфортным, а ухоженный огород и большое количество цветов вокруг добавляли уюта. Вместе с ужасными дорогами и поездкой в поезде сбылся еще один кошмар Учихи — туалет находился на улице. На вопрос о том, где же можно принять душ после поездки, Наруто лишь указал пальцем на еще одно деревянное сооружение. Взглянув на баню, Саске устало закатил глаза. Они только приехали, а ему уже хотелось развернуться обратно. Внутри домик тоже оказался неплох. Несмотря на старомодный интерьер, скрипящие полы, низкие потолки и дурацкие кресла в цветочек, здесь можно было находиться. Единственно, Саске смущало большое количество фигурок в форме жаб и статуэток будды. Побродив по комнатам, Саске заметил еще множество молитв, палочки благовоний и даже диски с занятиями по йоге. Как выяснилось, подобным промышлял Джирайя, чему парень даже не удивился. Цунаде предложила всем перекусить после дороги, но Учиха, не спавший всю ночь и невероятно уставший, предпочел вздремнуть в его временной комнате, чему никто не возражал. Саске проспал до самого вечера и даже не обратил внимание на продавленный матрас и впивающиеся в спину пружины. В доме никого не оказалось, поэтому после изучения кухни в поисках кружки, чтобы выпить воды, парень выглянул во двор. Солнце, которое днем активно пыталось сжечь их заживо, сейчас пекло не так сильно, позволяя спокойно и без страха получить солнечный удар выйти на улицу. Легкий ветерок чуть трепал волосы, а в воздухе пахло чем-то невероятно аппетитным — это Джирайя стоял за мангалом и жарил мясо. — Саске! Давай к нам! — чуть поодаль среди грядок Наруто размахивал пустой лейкой и ярко улыбался. — Вместе быстрее управимся! То ли дело в чистом воздухе, то ли в паре часов хорошего сна, но сейчас друг казался невероятно красивым и словно светящимся изнутри, что Саске аж застыл на пару секунд. Узумаки еще и надел эту дурацкую майку, из-за которой Учиха на физкультуре часто пропускал мячи. Странно, на солнце он вроде не перегрелся…. — Наруто, это неприлично! — шикнула на него Цунаде. В зеленой панаме и в рабочих перчатках с цветочным принтом она выглядела забавно. — Саске у нас гость, а ты его работать заставляешь. — Пф, тоже мне, какой индюк важный, — не удержался Узумаки. — Ничего с ним не станет, если он польет пару грядок. Глядишь, может загорит на солнце и перестанет людей пугать. Правда, Саске? Учиха хотел бы послать того куда подальше, да при посторонних как-то некрасиво. Вместо этого он схватил первую попавшуюся лейку и налил туда воды из бочки. Все же лучше, чем просто в стороне стоять. — Мясо почти готово! Я еще баню затопил, сейчас поедим и как раз можно попариться! — довольно воскликнул Джирайя и потянулся, разминая затекшие из-за нахождения в одной позе мышцы. — Баня летом в жару? — скептически выгнул бровь Саске. Удовольствие кажется сомнительным. — Ты что, в этом и есть вся прелесть! Ты же не прям днем будешь мыться, а сейчас, когда как раз прохладнее стало. Баня хороша в любое время года, — Джирайя ловко перевернул решетку с зажаристыми кусочкам мяса, а потом достал один, чтобы попробовать. — Мм, прям пальчики оближешь. Цунаде, иди, пробуй. И на стол давай уже накрывать. В беседке кое-где висела паутина, на полный стол еды иногда слетались мухи и прочие насекомые, а комары то и дело пытались присосаться к коже. Солнце уже практически село, но на улице все еще было комфортно. В траве стрекотали кузнечики, а смех Джирайи, кажется, был слышен на всю деревню. Удивительно, но сидя в компании с людьми престарелого возраста и слушая их истории из молодости, Саске чувствовал себя как никогда уютно. Сытый желудок позволил расслабленно откинуться на стуле, попить яблочный сок и искренне улыбнуться уголком губ на старые анекдоты. На душе было так спокойно и хорошо, что Саске тут же позабыл у былых неудобствах и, похоже, начал понимать о всех тех плюсах деревни, о которых говорил ему Узумаки. Дома с семьей таких теплых и душевных вечеров не было уже очень давно. Иногда Учиха совсем забывал, что живет с родителями и братом, а не просто с соседями. В их семье не приняты такие искренние разговоры и открытое проявление любви и заботы, из-за чего Саске ощутил некий укол зависти. Невооруженным глазом можно было увидеть, как счастлив Наруто здесь находиться. Что ж, его можно было понять. — Знаешь, Саске, а мы с Цуной очень даже рады наконец с тобой познакомиться, — Джирайя выглядел уже немного охмелевшим из-за количества выпитого: щеки у того раскраснелись, а взгляд слегка поплыл. Зато улыбка стала только шире. — Наруто нам постоянно о тебе твердил, столько всего рассказывал, что я уж подумал, то вы двое… ну…вместе того промышляете… ну ты понял, да? — Деда! — Джирайя! Саске сначала не понял, о чем речь, но, заметив покрасневшие от смущения щеки Наруто и возмущение Цунаде, сам вдруг в стеснении отвел взгляд. Вот же старый извращенец! И как только можно было подумать?.. — Ну а что? Вы молодые, самое время познавать себя и свои интересы… Я вон тоже в свои годы со всяким экспериментировал. Да чего уж там, мы с Цуной теми еще кроликами были… — Да прекрати ты, в самом деле! — не выдержала Цунаде и ударила слегка того по руке. — Вот же алкаш старый, как напьется, так начнет нести всякое… Ты прости, Саске, сам видишь, ему уже хватит наливать. — Ты чего на меня наговариваешь? Нормальный я! Просто кстати молодость нашу вспомнил, парни-то взрослые уже. — Ой да помолчи ты, — женщина злостно убрала бутылку под стол и насупилась. — Вечно из-за тебя краснеть приходится. — Опять я во всем виноват, — пробурчал старик и сделал последний на сегодня глоток домашней настойки. А Саске то ли нервно смеяться хотелось, то ли запереться в другой комнате и желательно подальше от Наруто, рядом с которым градус неловкости значительно повысился. Вот только его желаниям не суждено было сбыться — полуголый и румяный Узумаки тому подтверждение. За годы их дружбы в каких только ситуациях они не оказывались, но прямо сейчас Саске как никогда был благодарен наличию на друге хотя бы трусов. Дед с бабкой таки загнали их в баню, из-за чего они нелепо расселись на расстоянии друг от друга и смотрели в одну точку. Саске плохо переносил жару, а баня для него была как отдельное испытание, но прямо сейчас он готов был забраться на ступеньку выше, туда, где больше тридцати секунд невозможно сидеть. Рядом находились несколько ковшей, ванные принадлежности, шапочки для бани и, конечно же, веники. Саске помнил, как в детстве они с семьей так же приехали к друзьям отдохнуть, а после в бане его так отлупили веником, что он еще несколько дней дулся на отца. С тех пор у него имелся пунктик на такого рода развлечения. Поэтому он весьма неодобрительно взглянул на Наруто, когда тот предложил его слегка попарить. Однако друг с таким невинным выражением лица заверил его, что он все сделает аккуратно и безболезненно, что Саске нехотя согласился. Вообще, он что-то подобрел за последнюю пару часов. Учиха неловко разлегся на животе и старался не думать о том, что теперь его щеки горят вовсе не из-за повышенной температуры. Наруто взялся за веник, смочил его в воде и подошел к донельзя напряженному другу. — Да расслабься ты, — со смешком произнес тот и мягко провел веником по взмокшей ноге. — Я правда буду осторожен. Как тут расслабиться, когда перед лицом маячит мужской торс и все, что ниже? Господибоже.Саске в смущении отвернулся в другую сторону и дернулся, когда Узумаки начал делать легкие хлопки. — Больно? — Нет, — пробурчал и в смущении закрыл глаза. К его удивлению, Наруто действительно все делал аккуратно: мягкие поглаживания, ненавязчивый запах листвы, хлопки по ногам и спине заставили его расслабиться и забыть о кошмарном прошлом опыте. Саске казалось, что Узумаки словно делает ему массаж — настолько легкими и одновременно вполне ощутимыми были его действия. На секунду он представил, как полностью голый лежит на массажном столе и чувствует, как большие теплые ладони мнут его стопы, икры, касаются бедер, переходят на поясницу, жмут, гладят, проходятся по плечам, шее… О последнем Саске старался особо не думать — велик риск умереть от стыда. — Перевернешься на спину? Мирок, где он и Наруто находятся в окружении ароматических свеч и масел, рухнул, и Учиха внезапно ощутил некое неудобство внизу, из-за которого ему уж точно не хотелось бы разворачиваться лицом к другу. — Эм, может лучше теперь ты ляжешь? Думаю, мне достаточно. Наруто только пожал плечами и с комфортом улегся на на живот, подперев голову руками. А Саске аж слегка растерялся от вида такого расслабленного и открытого Узумаки, который, можно сказать… был полностью в его власти? Наверное, Учихе пора бы уже выходить отсюда — от перегрева всякая чушь мерещится. Саске довольно неумело орудовал веником и все время опасался, что бьет слишком сильно. Однако спокойная улыбка на лице друга и периодические удовлетворенные выдохи убеждали его в обратном. На самом деле, Саске чувствовал бы себя куда лучше, если бы вообще не слышал эти полустоны. Слишком уж они нервировали его. Наруто же, похоже, ничего не смущало: он доверчиво подставлял спину, что-то мурчал себе под нос и в целом выглядел как довольный жизнью кот. Эту бронзовую крепкую спину и подтянутые ноги Саске еще не единожды будет видеть во снах. *** Утром следующего дня Цунаде накормила их блинами и перед этим еще собрала немного клубники. Джирайя возился в огороде, что-то копал там и косил траву — несмотря на вчерашнюю пьянку он был очень активным. Жизнь в деревушке уже вовсю кипела: Саске слышал, как соседи орудуют топором, как играет радио, которое заглушало разве что кудахтанье куриц, где-то блеют козы. Среди этой какофонии звуков парень ощущал себя самой настоящей диснеевской принцессой (правда, местный петух смотрел на него как-то неодобрительно). Казалось, еще чуть-чуть, и парень либо омолодится на пару лет благодаря располагающей атмосфере, либо сгорит к чертям на солнце, которое с утра нещадно палило. Спал он сегодня крепко, но кровать была ужасно неудобной, из-за чего все тело побаливало. Выслушав ворчание друга, Наруто предложил лучший, по его мнению вариант, чтобы размять косточки, а именно сходить искупаться на речку. — Кепки не забудьте, а то голову напечет! А полотенце в бане возьмите, — крикнула Цунаде, что сейчас возилась на грядке. — И, Наруто, мне потом твоя помощь нужна, так что надолго не задерживайтесь. — Да поняли мы, поняли, — закатил глаза Узумаки и отправился в баню. Взяв все необходимое, друзья направились в сторону лесочка, где судя по всему и находилась река. Вдали от городского шума и суеты, выросший среди бетонных зданий и привыкший к гудению автомобилей и грохоту ремонтных служб, Саске с интересом разглядывал маленькие дома, сарайки, вслушивался в пение птиц, далекое мычание коров (которых к своему счастью он еще не встретил вблизи) и чувствовал себя гораздо лучше. Будучи уверенным в том, что эта неделя будет самой тяжелой за всю его жизнь, Учиха неожиданно для себя понял, что здесь не так уж и плохо. В лесу было тихо, спокойно, сюда можно было бы прийти почитать книгу или опробовать новый курс медитаций… — Я знаю одно место, — начал Наруто и запнулся об торчащий из земли корень. — Черт… где людей почти нет, а с утра так тем более. Там еще и красиво и заход удобный, нет камней. Правда, иди туда сложнее из-за зарослей, но ведь это не проблема? «Конечно, нет», — сказал Саске, а сам тысячу раз проклял Узумаки и его идиотское решение пойти другим путем. Ветки цеплялись за одежду, царапали кожу, ощущение, будто по нему ползет какое-то насекомое или словно он опять вляпался в паутину, не покидало его до последнего. А Наруто, зараза, только издевался над ним и смеялся. Ну ничего, Саске еще успеет как следует потопить его в речке. Вид, к слову, действительно оказался симпатичным: различные кустарники и деревья скрывали их от лишних глаз и жгучего солнца, которое все же изредка просачивалось сквозь лиственные кроны и оставляло красивые блики на водной поверхности. Из-за воды и тени здесь было не жарко, наоборот вполне комфортно и тепло. А естественный лесной запах и журчание реки добавляли атмосферы спокойствия и даже некой силы. И все это тут рухнуло, едва Учиха заметил голый зад друга. — Ты что делаешь? — вопрос сам вырвался из него, пока Саске смотрел, как Узумаки без капли стеснения стягивает с себя трусы и бросает их к остальной куче одежды. — Раздеваюсь, разве не видно? — парень старается делать максимально безучастное выражение лица, но Саске то видит, как у того хитринки в глазах искрятся. Вот же зараза, намеренно вгоняет друга в ступор и издевается над ним. — А догола зачем? — Я всегда так делаю, когда прихожу сюда. Здесь некого стесняться, так почему бы и нет? Или ты меня боишься? Саске смотрит, как тот заходит в воду, и старается не опускать взгляд ниже поясницы, хотя очень хочется. Спина у Наруто ровная, крепкая, ноги тоже — Учиха сам вчера в этом убедился, когда невзначай прикоснулся к ним. А зад наверняка упругий и…. Так, стоп. — Да брось, Саске, иди ко мне! — Узумаки, слава богу, обернулся к нему лицом, когда был по пояс в воде. — Водичка теплая и хорошая, с утреца искупаться самое то! Чего ты боишься, я же не кусаюсь, в самом деле! — Ты, может, и не кусаешься, а вот я вполне, — бурчит он себе под нос и стягивает наконец футболку, затем и шорты. Держится за резинку трусов, думает пару секунд и снимает. Черт с ним. Его явно разводят на слабо, но Саске плюет на собственное смущение и заходит в реку. Вода действительно была приятной и чистой: видно, как пальцы ног зарылись в мягкий песок и как маленькие рыбки уплывали в разные стороны при малейшем его движении. Наруто уплыл уже на середину, а Саске только окунулся полностью. Губы сами расползлись в нелепой улыбке из-за детского восторга от вида, что его окружает и чувства, когда вода ласкает обнаженную кожу. Парень перевернулся на спину и полностью расслабился, прикрыв глаза. Он слышал журчание реки, шелест листвы, всплески, что издавал друг, пение все тех же птиц… Если бы у Саске спросили, какую смерть он бы предпочел, он бы ответил, что именно эту, когда тело становится невесомым и все мысли растворяются. Однако его спокойствие было нарушено внезапным толчком, из-за которого Саске потерял равновесие и погрузился под воду. Вынырнув, убрал волосы с лица и гневно взглянул на чересчур веселого Наруто, который совсем не стеснялся смеяться над ним. Учиха оставаться в долгу не собирался и поспешил потащить того ко дну. Друг вырывался, дрался, плескал воду в лицо, даже пинался, но все продолжал смеяться. Саске и сам не заметил, как соревнование кто кого потопит быстрее превратилось в обычное баловство. На бронзовой коже Наруто блестели водяные капли (вот бы слизать их языком), волосы потемнели, а глаза искрились так ярко, что Учиха даже на мгновение позабыл, где он и что тут делает. Они вдруг застыли на одном месте, продолжая нелепо улыбаться и смотреть друг на друга. Вокруг лес, деревья и ни единой души, кроме, пожалуй, какой-нибудь белочки или другого зверька. А они, голые, запыхавшиеся, по грудь в воде молчали и… наслаждались моментом? Учиха не отрывал взгляда от друга, который чуть придвинулся и улыбнулся уже сдержаннее. В его выражении лица было что-то такое, из-за чего Саске зачем-то задержал дыхание и замер, лишь бы не совершать лишние движения. Когда Узумаки потянулся рукой к его щеке, Саске подался вперед, прикрыл глаза…и тут же их открыл, когда почувствовал эту самую ладонь в своих волосах. — У тебя тут что-то торчит, — извиняющимся тоном произнес Узумаки и выбросил кусочек водоросли, что застрял на его макушке. Парень почувствовал, как от стыда жар заливает щеки, и поспешил поплыть обратно к берегу. Это же надо было! Еще и губы вытянул, придурок. Ну точно диснеевская принцесса! — Ладно, иди сюда, — вместо того, чтобы нормально попросить остановиться, Наруто схватил того за ногу и снова чуть не утопил. Удивление и непонимание в черных глазах Саске стоили этой маленькой шалости, поэтому Узумаки решил сделать еще одну. Пальцем одной руки он погладил румяную и нежную скулу, а второй придвинул к себе лицо, чтобы прикоснуться наконец к тонким и мокрым от воды губам. Учиха подумал бы, что ему снова гормоны в голову ударили или солнце напекло, если бы так явно не ощущал на себе чужие ладони и полные желанные губы. Он даже не успел ответить, как Наруто вдруг отстранился и вновь улыбнулся. — Теперь доволен? «Конечно нет! Мало, слишком мало». Мысль о том, что он теперь может спокойно касаться Наруто, ударила по всем стоп-кранам и выключила их. Неужели его дурацким снам пришел конец? — Пока недостаточно, — с придыханием ответил он и вновь потянулся за поцелуем. Шея у Узумаки действительно была крепкой — такую хотелось обвить руками и гладить, трогать, что Саске и делал. Он чувствовал, как его оттягивают за волосы, кусают за нижнюю губу, целуют щеки, гладят ребра, плечи… Он чувствовал, как еще немного и взорвется от переполняющих сердце эмоций. Хотел ли он остановиться? Нет, естественно. Более того, он ясно ощущал у Наруто это же желание продолжить. Если все его каникулы пройдут именно так, Саске готов хоть весь огород перекопать. — Это все, конечно, замечательно, но если мы еще немного задержимся, бабуля нам головы оторвет, — тяжелое дыхание и потемневшие глаза делали его настолько желанным, что Учиха чуть не застонал от досады. — А после можно надеяться на продолжение? — не сдержал усмешки Саске. — Нужно.