Никогда не говори никогда

      Темная, окутанная мраком улица, занесённая снежными крупинками. Дождь, раздражающе капающий по черному зонту, который так и вписывается в эту картину. Машины, мчащиеся с такой скоростью, что капли дождя попадали на одежду проходящих людей. И Энни, твёрдо шагающая по мокрому, плиточному асфальту. Она одета в черный свитшот, джинсы такого же цвета на высокой посадке, ремень, который делал акцент на талии и куртка. С того времени, как она вышла из дома, прошло минут пятнадцать, но девушка успела исследовать все: мокрых голубей, летящих в свои гнёзда, сплетённые из соломы и прочих прутьев, людей, которые так торопились остановить такси – в этот вечер они были горячими пирожками, скорбно нагнутые деревья, без листьев, слишком угрюмые ветви, потерявшие свой вид благодаря дождю, нежели несколько месяцев назад.       В Далласе зима показывает своё настоящее лицо, пока в других городах Соединенных Штатов Америки солнце, лепет птиц, но в этом городе штормовала непогода.       Люди шли, каждый своим чередом. Кто-то проникал в свои мысли, не давая себе покоя, накручивая волну новых проблем, устало или, скорее, разочаровано вздыхая, а кто-то, если быть точнее, пара подростков лет девятнадцати задорно прыгала по накопившейся влаге со слякотью, хохоча. Молодость – безупречная пора, однако в то же время дивная и странная.       Картер, тонущая в густых раздумьях, смотрела на прямоугольное здание с надписью «спорт клуб», сияющее тысячами лампочек, которые освещали каждую вторую комнату заведения. Справа от прозрачной двери повешена вывеска, сообщающая о режиме работы, текст которой переливался фиолетовым и синим цветами.       Девушка распахнула дверь, шагнув за порог, и грубо оттряхнула берцы от скомканного снега. Энни подошла к лестнице, которая обложена черно-белой плиткой, схватилась за перила, дабы избежать падения.       Минуты две, и она уже повесила черную куртку на вешалку, после чего последовала в основную раздевалку. Там Картер сняла джинсы, оголяя безупречные бёдра. Можно предположить, что девушка занимается спортом, её ноги имели рельефную форму, как и живот. Затем она сняла свитшот, после чего юница извлекла из мешка с вещами кимоно и синий пояс. Да, Энни одолела пять уровней каратэ, занимаясь этим видом спорта с пяти лет, для достижения нового уровня уходило, примерно, три-четыре года. Она вкладывала всю душу для побед. Тренер же внимательно следил за её подготовкой.       Одевшись, шатенка устремила шаг в главный зал.       – Здравствуйте, Сэнсэй – Энн улыбнулась, сложа ладони вместе, немного сгибаясь и проходя вглубь зала.

***

      Брюнет в темных спортивных штанах и серой футболке, которая предельно ясно подчеркивала очертания его пресса, стоял около панорамного окна, залипая на медленно падающий снег. В его руках был белый сосуд, внутри которого была тёмно-коричневая жидкость – кофе. Юноша обдумывал все события за последний год.       Апокалипсис предотвращён, птички горланили, отношения с семьёй успешно наладились. Пятый поступил в университет, благополучно сдав экзамены, при этом получив блестящие результаты, в общем, как всегда. Правда, для шести десяти двух лет уже поздно задумываться о получении образования, но не суть, выглядит же он на девятнадцать. Надо себя чем-нибудь занять, не лежать же на диване и деградировать.       Наконец-то он может жить счастливой жизнью, не задумываясь не о чём – так бы он сказал, если бы не было одного препятствия... У Пятого смертельная болезнь – цереброваскулярные заболевания. Эти заболевания являются причиной нарушения правильной работы головного мозга, вследствие изменения сосудов и проблем с кровообращением. Первые симптомы развития подобных заболеваний, как правило, игнорируются. А на запущенных стадиях даже активное лечение часто не может спасти от инсультов. Развитие таких болезней связано с неправильным образом жизни, низкой активности, <i>нехватке сна.</i>       Всё же, бессонница, которая длилась уже несколько лет, не могла не сказаться на его здоровье. Заметил симптомы этой болезни он относительно недавно.       Пятый – человек умный, поэтому, недолго думая, он обследовался у врача, что подтвердил его догадки. На протяжении трёх недель он сдавал анализы, которые оставили желать только лучшего. Об этой помехе юноша ещё не говорил семье, но всё равно им нужно сказать. Определённо.       Прожить почти полжизни в страданиях, а в итоге получить это? Жизнь несправедлива. Он убедился в этом во второй раз. Почему, те, кто пьёт, регулярно теряя сознание и беря это в привычку, даже не получают цирроз печени? А он, спасший чёртов мир два раза, получает такой ответ? Он достоин этого? В список выживших благодаря Пятому входят и маньяки, и убийцы, которые совершают преступления только ради своего удовольствия, и педофилы, и ещё много людей, которые должны гореть в Аду! Но так отблагодарила его Вселенная? Несправедливо.       Окаменевшего у окна Пятого из размышлений вывели Эллисон и Ваня, зовущие на ужин. Он всё расскажет им, обязательно. Перешагнёт через себя и расскажет.

***

Солнечные блики поглотили светлую комнату девушки, попадая ей на лицо, отчего она, поморщившись, вскарабкалась на локти, затем, зевнув, стала разминать тело. Юница встала с кровати, подходя к высокому зеркалу. Её взгляд устремился на личико. Взлохмаченные тёмно-каштановые волосы, опухшее лицо, а, в особенности, веки, припухшие губы, которые обрели тёмно-малиновый цвет, походя на фиолетовый, и ресницы, переплетённые между собой. Понаблюдав ещё чутка за собой, девушка направилась в душ. Тёплые капли влаги охватили бронзовое тело девушки, проникая под каждую складку. Рука Энн потянулась за шампунем. Запах абрикоса моментально охватил душевую кабинку. Девушка начала намыливать средство по всему телу, немного спустя, смывать. Картер обучается в колледже уже третий год, по направлению: дизайнер одежды. Это её последний год в данном училище, после, барышня сдаст документы на высшее учебное заведение. Энн живёт одна, в уютном доме. Для девятнадцатилетней девушки, вполне позволительно жить одной, но моментами, конечно, бывает страшновато. Родители же, обустроились в городе неподалёку – Чикаго. От Далласа до Чикаго расстояние составляет в одну ночь. Дом девушки обустроен довольно удобно. Большая ванная комната, сама душевая кабинка похожа на джакузи. Просторная комната с двуспальной кроватью и тумбой рядом, в помещении имеется вместительный шкаф с обширным выбором одежды. Гостиная с комфортабельной обстановкой, среднего размера диванчик расположен в углу бледно-голубой комнаты, также имеется немалый телевизор и стандартные предметы, которые есть у каждого. Кухня с изящной гарнитурой в нежных цветах.

***

Пять часов утра. Пятый прокручивал мысли в голове, о том, как рассказать семье о ситуации, отчего не мог уснуть всю ночь. Несколько часов спустя на кухню спустился Диего. – Неудивительно, что ты не спишь, – Кракен плюхнулся на стул напротив Пятого, после, продолжив свой монолог, – доброе утро, – мужчина начал смотреть на поникшего брата и в предвкушении ждал от него ответа. – Доброе утро, Диего, – Пятый так и не посмотрел в сторону брата, ибо спустившиеся члены семьи заставили его отвести взгляд. – Что ж… – Тайм сделал глубокий вздох, смотря на ожидающих братьев и сестёр, – я вам должен кое-что сказать, – выдох. – Я надеюсь это хорошая новость, Пятый, – брови мулатки нахмурились, сокращая расстояние между собой и братом, и, признаться честно, Эллисон уже начала волноваться, наконец-то, они начали жить, а не существовать, и тут она слышит такие слова из его уст. Если бы не его вид, она бы не отреагировала так. Пятый смотрел на сестру, и ему захотелось исчезнуть, просто провалиться под землю, уйти, чтобы его не видели, не слышали, то, что он собирается сказать им. И, кажется, на уголках его глаз накопились слёзы. К сожалению, слёзы не от счастья. – У меня цереброваскулярные заболевания… – голос Пятого дрожит, в то время, как он, совершенно случайным образом переводит взгляд на застывшую в ступоре семью. Родственники всё ещё в шоке сжирают Пятого голодными глазами, будто ждут какого-то продолжения, прямо как тогда, после его возвращения спустя семнадцать лет. – Стоп, стоп, у тебя что? – Ваня подняла голос, в любом случае, понимая, что это далеко нехорошая новость, но, по правде говоря, о такой болезни она слышит впервые. – Цереброваскулярные заболевания – смертельная болезнь, которая сложно лечится, порой, даже, неизлечима, – Пятый ещё раз обвёл взглядом семью, и понял, раз начал, нужно договаривать, – она возникает в результате нарушения правильной работы головного мозга, вследствие чего появляются проблемы с кровообращением. Причины этого – неправильный образ жизни, низкая активность и… – Номер Пять начал перечислять все причины этой болезни, но на последней причине и самой главной, вместе с ним подняла голос и Эллисон: – Нехватке сна… – мулатка сводит окаменевший взгляд с яро-багрового ковра, переводя взгляд светло-коричневых глаз на Клауса, постепенно бегая по нему. Минуты две люди около Пятого стояли так, будто увидели седьмое чудо света. – Дерьмо… – Диего активно пользуется своим званием – Номер Два, решив, что нужно первым произнести хотя бы какой-то слог, – Я не знаю, что сказать, но мы справимся, Пятый– мужчина начинает тараторить, снова его волнение берёт вверх, берёт власть над обладателем тела. – Мы справлялись со многим, одолеем и эту проблему. Да, ребят? – Лютер начал давать надежду, как и Диего. – Да, конечно – Скрипка проранивает это, пытаясь помочь, дать веру. Веру в преодоление и этой дилеммы. – Спасибо за поддержку, я, правда, это очень ценю. Я обследуюсь у врача уже три недели, и мои результаты не такие блестящие, какие хочется видеть, – Пятый всматривается в даль и продолжает: – Врач сказал, что мне поможет только чудо, и, если ничего не измениться в лучшую сторону, то… – пауза, – Мне от силы осталось три месяца. Острая, режущая уши тишина поглотила Академию. На тот момент каждый думает об одном. – Я хочу, чтобы с сегодняшнего дня ты делал то, что хочешь. Просто наслаждайся. Наслаждайся, Пятый, – разумеется, Клаус рассуждает правильно. Он и без возникновения болезни жил в кайф, ведь для этого мы и созданы. Ведь, так? – Именно по этому поводу, я хочу записаться на каратэ, – вчера ночью Файв не терял время напрасно. Парень, тягостно поразмыслив, умозаключил это. – Хоть я профессионал в борьбе, но, тем не менее, возможно, освою что-то новое и время проведу с пользой. Все сидящие нервно кивали головой на каждое его слово. Их охватило чувство несправедливости, а в особенности, Сеанса. – И, прошу, обращайтесь со мной так, как обращались раньше. Просто забудьте о моих словах, моё время ещё не пришло, – Пятый уходит, оставляя их шокированные взгляды. Всё-таки рано. Рано.