Мне нужна та самая

-Саша, поздравь бабушку! — Прокричала из другой комнаты мать девушки. -Ну, мам, я занята! — Раздался в ответ крик из другой комнаты. -Давай не надо, она и так звонит раз в год. — Произнесла женщина, заходя в комнату к дочери. — Ой, а что ты тут делаешь? — Удивлённо спросила она, застав светловолосую за упаковыванием подарка для её возлюбленной. -Неважно. Давай быстрее. — Проворчала она и потянулась за телефоном. — Алё, привет, с новым годом. Наталья удивлённо оглядывала девушку, пока та пыталась отвертеться от рассыпавшейся в пожеланиях и поздравлениях бабушки. Раньше она с подарками никогда так заморачивалась. А тут даже бумагу обёрточную где-то нашла. -Да-да, всё пока. — Протараторила Саша, возвращая матери телефон и возвращаясь к своему занятию. Женщина наконец-то распрощалась с разговорчивой родственницей и хитро глянула на дочь. -И всё-таки для кого это ты так стараешься? — Хмыкнула она, ловя на себе многозначительный взгляд. — Ты даже для Маши так не раскошеливалась, насколько я помню. — Я вижу, что ты догадываешься для кого, поэтому не скажу. -Ну-ну. Сделать тебе оливье на эту ночь? Или рискнёшь здоровьем и сама сделаешь? — Хмыкнула Наталья. -Сама меня готовить несколько лет учила. И говорила потом, что у меня отлично получается. — Проворчала Саша. — Не надо, у тебя вон папа уже разбил что-то на кухне. Мы по-быстрому сделаем что-нибудь как придём. -Мы? Кто мы? Маша же уехала куда-то к родственникам, разве нет? -Ты издеваешься? — Тяжело вздохнула девушка и взглянула на улыбающуюся мать. -Просто жду, когда ты уже, наконец, признаешься. -Признаюсь в чём? -В том, что любишь её. И я даже знаю кого. -Ладно… Я люблю её. Довольна? Ты прям как Машка. -Надеюсь, прошлый раз не повторится, и она соизволит с нами познакомиться. — Женщина подмигнула и вышла в коридор на крики мужа, уронившего стеклянный фужер. Саша, хмыкнув, продолжила свои мучения. Пальцы были заточены под гитару, но никак ни под рукоделие и всё такое, из-за чего девушка успела приклеить свою ладонь к губе и возненавидеть этот мир и клей раз десять. До нового года оставалось семь часов, с улицы уже доносились счастливые крики детей и уже слегка пьяные крики соседей. Александра как обычно дотянула до последнего, и теперь пыталась придать небольшой коробочке более менее лицеприятный вид за минимальное количество времени. В квартире стоял яркий запах еловой хвои и мандаринов, вытесняя кислород, заполняя собой всё пространство. Детство начинало играть в одном месте при виде старых стеклянных ёлочных украшений, которые раньше родители вешали вместе с тобой, когда было счастливое и беззаботное время. В котором не было вечно лезущего Артёма, неразделённой любви, бессонницы, злых, одинаковых людей, постоянных экзаменов и страха перед будущим. Когда нервы были крепкими и нетронутыми, сердце целым, голова свежей и светлой, трава зелёной, а сосед Володя так странно пялился во дворе. Люди на улицах таскали коробки с фейерверками, а некоторые возили ёлки на санях. Зима в этом году порадовала снегом: в сугробах рядом с дорогами копошились счастливые дети, а взрослые, падающие на каждом шагу, постоянно ругали дворников и снегоуборщиков. Из телевизора весь день звучали песни Верки Сердючки, создавая подходящую атмосферу для нарезки салатов и операции по вытаскиванию того самого стола книжки из недр квартиры и последующей потерей ноги из-за того, что это чудо техники упало на неё. Александра, наконец-то отмучавшись, поплелась на кухню, дабы стащить мандарин и разведать обстановку. Отец убирает осколки того фужера с пола, а мать обзванивает каких-то дальних родственников. Точь — в — точь как в прошлом году. Ожидая сообщения от голубоглазой о том, что она пришла и можно идти гулять и мёрзнуть, Саша положила своё произведение рукодельного искусства в шкаф и упала на кровать. Спустя несколько минут разглядывания трещин в потолке, в коридоре раздался писк домофона. Светловолосая вскочила с кровати и помчалась в коридор, открывать дверь. Удостоверившись в том, что не оставила синеволосую мёрзнуть у подъезда, девушка побежала обратно в комнату, одеваться. -Кто-то слишком довольный. — Протянул появившийся в дверях отец. Отыскав в шкафу пару одинаковых носков и, наконец-то одевшись, Саша, запинаясь, побежала обратно к дверям, слыша хлопок входной двери. В коридоре стояла Даша, неловко улыбаясь и слушая слова Натальи о том, что наша Сашенька тебя так ждала, мы о тебе уже наслышаны, как у вас дела в школе, спина не болит? Светловолосая подскочила к девушке с объятиями, спасая её от чрезмерного внимания матери. Та лишь хитро хмыкнула и удалилась обратно на кухню, решив не смущать девушек своим присутствием. -Куда пойдём? — Прокряхтела Александра, прыгая на одной ноге, пытаясь натянуть сапог. -А мы собирались куда-то идти? Я хотела просто погулять где-нибудь рядом. — Промолвила голубоглазая, аккуратно кладя свою сумку на пол около тумбы. -Давай, всё равно идти особо некуда. — Наконец-то справившись со шнурками, ответила Саша. -Вы, наверное, вернётесь уже, когда нас не будет, так что мы вам в холодильнике продуктов оставили. Квартиру нам не громить, алкоголем не злоупотреблять, вечеринок не устраивать. — Усмехнулась Наталья, провожая дочь и её спутницу в подъезд. -Как будто нам есть, кого на эту вечеринку звать. — Хмыкнула светловолосая, подходя к лифту. -А давай по лестнице. — Толкнула её в плечо Даша, уносясь по ступенькам вниз. Удивившись такому внезапному желанию побегать, девушка понеслась вслед за возлюбленной, перепрыгивая через некоторые ступени. На третьем этаже она поняла, что всё-таки надо начать отжиматься по утрам, на втором, что лучше не отжиматься, ибо колени болят, на первом, что лучше уж ей сразу переезжать в дом престарелых. С размаху врезавшись в тяжелую подъездную дверь, она, пытаясь отдышаться, нащупала ручку и буквально вывалилась на улицу. От белизны и яркости снега глаза невольно закрылись, заставляя Александру топтаться на месте и забавно щуриться. Более менее привыкнув к ослепляющим кучам вокруг, она приоткрыла глаза, оглядываясь в поисках сбежавшей от неё девушки. -Какая-то ты сегодня слишком весёлая. То догонялки то прятки. — Хмыкнула Саша, забегая за большое старое дерево, растущее в этом дворе столько, сколько она себя помнит. За деревом никого не оказалось, и, не дав даже развернуться, в девушку прилетел снежок, а из-за огромного сугроба вылезла счастливая синеволосая. -Война так война. — Хмыкнула Александра и, смахивая снег с лица, присела на корточки, пытаясь слепить из непослушного снега что-то шарообразное. Но только она поднялась, в неё прилетел очередной снаряд. Голубоглазая, оглушительно смеясь, убежала куда-то за угол. Как светловолосая ни старалась, уворачиваться от подозрительно метких бросков соперницы ей не удавалось. И через пятнадцать минут этого ледового побоища, Саша, уже похожая на снежного человека, пытаясь догнать возлюбленную, запнулась обо что-то, и с громким криком упала лицом в сугроб. Тяжело выдохнув, она, нащупав землю под слоем снега, и перевернулась на спину, смотря в уже темнеющее небо. -Всё, сдаюсь. Я слишком старая для такого, ты победила. — Прохрипела она, наблюдая за тем, как крупные хлопья снега опускаются ей на лицо. Где-то рядом послышался такой же усталый, но довольный смех, и из-за ближайшего дерева показалась довольная Даша. Проскакав по сугробам пару шагов, она запрыгнула на полумёртвую подругу, нависая над ней, расставляя руки по обе стороны от её головы. Саша заметно напряглась, встречаясь с глубокими голубыми глазами напротив. Зрачки, казалось, расширились настолько, что перекрыли все радужки, из-за чего такие тёмные в этот момент глаза сливались с темнеющим небом. Через пару секунд, решив прервать этот неловкий зрительный контакт, Александра схватила девушку за плечи и кинула на снег рядом с собой, вставая над ней на четвереньки. -Устала, баба Саша? — Промурлыкала Даша. Баба Саша лишь хмыкнула, ложась на возлюбленную, заставляя провалиться глубоко в сугроб и завизжать из-за снега, попавшего на шею и лицо. Полюбовавшись и посмеявшись с недовольной моськи синеволосой, девушка наконец-то поднялась и вытащила её из снежной ямы. Выдохнувшись и согласившись с тем, что уже пора собираться в дом престарелых, девушки решили просто погулять по вечернему городу. Детей на улице почти не осталось. Только взрослые суетливо бегали туда-сюда, пытаясь успеть купить икру для бутербродов по скидке и подарки для детей, про которых они из-за работы совсем забыли. С неба всё ещё падали крупные снежные хлопья, создавая особую предпраздничную атмосферу. Опускающиеся на город сумерки, так красиво падающий откуда-то сверху, поблёскивающие в свете фонарей и луны сугробы, и любимая девушка, идущая рядом. Её глаза, завороженно глядящие в небо, в которых так красиво отражались редкие салюты, так манили, приковывая к себе всё внимание светловолосой, как бы она не пыталась, не таращиться на свою спутницу. Такую красивую в этот момент. На её волосы, на которых так красиво и невесомо оседали снежинки, на то, как мило она высовывала язык, пытаясь поймать их. На то, как она постоянно поправляла свою старенькую, местами порванную шапку, которая вечно норовила упасть на глаза, на то, как она утыкалась носом в шарф, прячась от холодного воздуха, из-за которого саднило в горле. Людей на улицах становилось всё меньше, но их присутствие рядом ощущалось очень остро. Почти опустевшая улица оставалась такой же живой, как будто всё живое затаилось где-то за углом или за теми огромными сугробами, выжидая момент, когда можно будет вновь вывалиться на свежий воздух и начать запуск салютов, которые обязательно попадут в чьи-нибудь окна и убьют какого-нибудь прохожего. -Что есть кстати будем? — Решила разбавить затянувшееся молчание Саша. Девушка почему-то не отвечала. -Луна, луна я земля, ответьте, пожалуйста. Опять связь с меркурием налаживаете? — Слегка потрясла она подругу за плечо. -А.? А что можно? — Тихо спросила синеволосая, вернувшись в эту реальность. -Ну, нам еду оставляли, можем курицу запечь, только это долго пиздец будет. Да и че мы в Америке какой-нибудь живём? Салат какой-нибудь заделать можем. -О, о, давай Цезарь! — Радостно запрыгала голубоглазая, с надеждой глядя на подругу. -Заебись, люблю цезарь, сама предложить хотела. У нас, по-моему, даже курица для него есть. Синеволосая радостно завизжала и с разбегу прыгнула в сугроб рядом с дорогой. Видимо Маша заразила своими приступами счастья. -Вылазь давай, ангел снежный, я замёрзла уже. — Хмыкнула Александра, останавливаясь рядом. После пяти минут просьб и уговоров, из сугроба Дарью вытащить не получилось. Саша, хитро улыбнувшись, встала одной ногой в снег, обхватывая девушку за талию и отрывая от земли. Она завизжала, пытаясь встать и продолжить путь до дома самостоятельно, но светловолосая уже вытащила её на тротуар и, подхватив под ягодицы, обтянутые на удивление тонкими для холодной декабрьской погоды джинсами, прижала к себе и направилась домой. -Ну тебе же тяжело. — Протянула синеволосая, прижавшись к плечу подруги, как-то боязливо глядя вниз. -Да ладно блять? По-моему даже моя гитара тяжелее тебя. Голубоглазая смирилась с тем, что до дома ей придётся ехать на руках, и посильнее закуталась в шарф, расслабляясь. Пусть кисти рук уже начали сводить судороги, внезапно стало так жарко, как-будто куртка наконец-то начала удерживать тепло. Даже тонкие джинсы начали согревать, хотя пару минут назад ноги ужасно жгло из-за колючего мороза, обволакивающего тело. Александре самой стало дико жарко. От ощущения внезапно накатившей смелости и безрассудства. Зная, как может разозлиться или даже обидеться её возлюбленная, если к ней прикасаться без её разрешения, она просто взяла и вот так резко схватила её на руки. А вообще девушку никогда не раздражали прикосновения светловолосой, она часто сидела у неё на коленях в школе. Правда чаще всего это было ради шутки, но она же не была против. Горячее дыхание куда-то в шею начинало потихоньку сводить с ума. Саша изо всех сил старалась унять учащённое дыхание и успокоить сердце, которое стучало всё чаще и чаще. Ноги предательски начали заплетаться. Стараясь не упасть и не уронить свою возлюбленную, она смотрела себе под ноги, чтобы не запутаться в них и не растянуться на тротуаре. Наконец-то впереди показалась родная девятиэтажка. Светловолосая почти побежала к ней, из последних сил удерживая свою координацию и заставляя конечности работать нормально. -Всё мадам, приехали. Я женщина старая и слабая, так что извольте подняться по лестнице самостоятельно. — Хмыкнула Александра, аккуратно ставя Дашу на землю. Подниматься на пятый этаж по лестнице желающих не нашлось. Светловолосая наконец-то смогла успокоить колотящееся сердце, стоя в лифте. В квартире уже никого не было. Александра заметила, что дома как-то слишком жарко. К батареям прикасаться было смертельно опасно. Переодевшись из тёплого свитера в домашние штаны и футболку, она вышла обратно в коридор. Там, перед большим зеркалом, стояла синеволосая, как-то удивлённо разглядывая своё отражение в зеркале. -Ты чего? Как будто привидение увидела. — Хмыкнула Саша, проходя мимо. -Да ничего, просто… Не важно. — Отмахнулась Даша. Возможно, это правда было не важно. Но девушка была крайне удивлена, видя в зеркале яркие красные пятна на щеках. Она уже полгода или даже больше не видела их. Всегда, как бы холодно или жарко не было на улице, её кожа не теряла своего мертвенно бледного оттенка. А тут вдруг такой яркий румянец. Из-за чего бы это? На неё смотрел такой живой человек. Не похожий на труп или усталого бухгалтера, не спавшего неделю. Настоящий, живой человек, который пришел с морозной улицы, а не из морга или кладбища. Она осторожно прикоснулась к своему лицу, как-будто проверяя, её ли это кожа или это очередная галлюцинация. Потрогав всё ещё холодные щеки, она наконец-то сняла куртку, оставаясь в своем худи, висящим почти до колен, и свободных джинсах. Дойдя до кухни, она застала там Александру, которая тихо бранилась, тыкая ножом тушку курицы. -Ты чего? -Да тут вот грудка куриная для салата нужна. А у нас есть только целая курица. Пытаюсь вот вырезать как-то. — Прокряхтела светловолосая, пытаясь вытащить нож, застрявший где-то внутри. -Давай я. — Хмыкнула Даша, забирая у подруги нож. Покрутив курицу в руках, она прижала её к разделочной доске, поудобнее располагая нож в руке. Найдя нужную точку, она резко воткнула лезвие в мягкие ткани и без видимых усилий повела им вокруг грудной клетки. Не обращая внимания на громкий хруст костей и сухожилий, она, сделав усилие, отделила грудку от тушки и гордо протянула Саше. -Нихуя себе ты быстро. Прямо мастер по расчленению куриц. Расчленятор куриный. — Удивлённо протянула Александра. -Да просто ножами орудую часто. И за анатомию слегка шарю. Но прозвище расчленятор мне очень даже нравится. — Хихикнула синеволосая, моя руки. -Если ты у нас расчленятор, давай ты курицей займёшься, а я всё остальное пока порежу. Следующие два часа пролетели быстро. Салат можно было приготовить и за час, но из-за постоянных шуток и пауз, взятых для того, чтобы просмеяться, этот процесс слишком растянулся. -И пошел он нахер. Спасибо всем, с вами был самый известный комик страны — Расчленятор куриный, приходите на мои концерты, всем пока. — Нарочито низким голосом говорила синеволосая, расхаживая по кухне с ножом в руке, пародируя их учительницу по биологии. За столом сидела красная, как помидор в салате, Александра, у которой от смеха скрутило живот, всё пытаясь дорезать эти самые помидоры. Сил на смех уже не оставалось, и девушка просто сидела с открытым ртом, мелко трясясь и хрипя. -А вы живы? — Подошла к полумёртвой подруге Даша. — Саша, блять сейчас «Ирония судьбы» начнётся! Бери салат, побежали! — Вдруг завопила она, взглянув на часы, показывавшие 20:53. Светловолосая наконец-то отдышалась и пришла в себя, закидывая помидоры в салат, убегая за возлюбленной в зал. Там, на стене висел большой телевизор, напротив которого уселась довольная девушка, подгибая под себя ноги. -И ты каждый год это смотришь? — Спросила хозяйка квартиры, обыскивая комнату в поисках пульта. -Да, а вы нет? Вы что не русские? -Да я последние несколько лет одна праздную… Просто на ютубе что-нибудь смотрю. -А мне он о детстве напоминает. Да и настроения новогоднего в последнее время как-то нет, он поднимает отлично. — Как-то грустно хмыкнула голубоглазая, перемешивая салат. -Так, расчленятор, не грустить. Сейчас есть будем. — Присела рядом светловолосая, потрепав подругу по волосам. Александра дожёвывала салат, поглядывая на возлюбленную, разговаривавшую с телевизором, а точнее с Ипполитом. На улице периодически гремели салюты, звучали громкие весёлые голоса и слышался громкий лай собак, испугавшихся громких звуков и вспышек в небе. Надо будет потом попросить родителей отрегулировать отопление, а то по ощущениям, температура поднялась уже выше двадцати градусов. Началась рекламная пауза и синеволосая, опять выкидывая высокоинтеллектуальные шутки. Саша, хоть давно и не смотрела этот фильм, поддерживала беседу. Слово за слово и, спустя пару минут, Даша уже валялась на полу, заливисто смеясь. -Да иди ты. — В шутку прохрипела она в ответ на какое-то слово подруги. -Ах так! — Воскликнула Саша, придвинулась ближе и накинулась на возлюбленную, атакуя её щекоткой. Синеволосая завизжала, пытаясь вырваться, отталкивая нависшую сверху подругу. Светловолосая решила пощадить девушку, поднимая её с пола. -Бля, ты такая горячая. Может, снимешь худи? Тебе же жарко. — Взволнованно спросила Александра. -Да не, нормально. — Похрипела Даша, вытирая испарину, выступившую на лбу. -Я же вижу. Почему нет? -Просто не надо, хорошо? -Я же хочу, чтобы тебе было комфортно. Могу даже футболку дать. -Я же сказала, не надо. — Синеволосая, заметно напрягшись, сжалась в комок. -А в чём проблема? Давай, говорю, ты же сейчас сваришься. — Хватая возлюбленную за рукав, настаивала Саша. -Отпусти. — Пытаясь вырвать руку, дрожащим голосом попросила девушка. — Не надо так обо мне заботиться, я же сказала, всё нормально. -Нет, не всё. В чем проблема? Можешь нормально объяснить? — Всё не отпуская рукав, напирала светловолосая. Голубоглазая резко дернулась, освобождая руку, отодвигаясь от девушки, всхлипывая. -Да что блин случилось? Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, в чем дело? — Вскипела Александра. -Если хочешь, чтобы мне было хорошо, оставь меня в покое! — Крикнула девушка, пугая подругу. Она еще никогда не слышала, чтобы синеволосая так кричала. Она сидела поджав губы, смотря в испуганные глаза напротив, мелко трясясь. Ни одна мышца на лице не дрогнула, а по щекам потекли слёзы, капая на пол. Глаза смотрели как-то испуганно и раздраженно, быстро потеряв свой счастливый вид. -Солнце, я… — Испуганно пробормотала Саша, но её практически сразу перебили: -Хочешь знать, в чём дело? — Срывающимся голосом спросила Даша. Она дрожащими руками схватилась за края худи, снимая его с себя, злобно откидывая в сторону, глядя стеклянными глазами на ошарашенную Александру.