Shadow World

      Конец августа пах горячей смородиной и тревогой. Амели вышла из камина первой, поддерживая под руку бабушку, чья бирюзовая мантия выцвела ещё со времён Первой Магической войны. Миссис Уизли бросилась к ним, обнимая старую подругу так, будто хотела защитить от всех бед разом.       Позже Амели сидела на кухонном столе, уютно устроившись в объятиях Фреда, пока тот рассказывал очередную историю про их с Джорджем проделки. Дэни, устроившаяся напротив, закатила глаза, когда Фред в третий раз за вечер чмокнул когтевранку в макушку. Джордж, заметив её реакцию, театрально схватился за сердце:       — Что, завидно? Иди сюда, я тоже могу быть очаровательным! — он притянул стул Клейтон к себе и изо всех сил старался изобразить влюблённый взгляд брата.       — Отстань, придурок! — слизеринка попыталась вырваться, но не смогла сдержать смех.       — Видишь, как они мило смотрятся? — шепнул Фред Амели. — Джордж наконец-то нашёл, кому показывать свои фокусы.       Дэни бросила на них быстрый взгляд. Раньше она с Эссоу могла часами шептаться по углам, делясь секретами и сплетнями. Теперь же её лучшая подруга, казалось, существовала в своём отдельном мире с Фредом, где для старой дружбы уже с трудом находилось место.       — Эй, мисс Одиночество! — Джордж сунул ей в руки «Самописного Спайдер-Боя» — куклу с его собственным лицом. — Вот, теперь у тебя тоже есть личный Уизли. Правда, чуть более сумасшедший, чем у некоторых.       Клейтон закатила глаза, но куклу взяла. В конце концов, компания Джорджа была не так уж плоха — по крайней мере, он всегда знал, как заставить её рассмеяться, когда она начинала скучать по прежним временам с Амели.       — Если ты сейчас попытаешься меня поцеловать, как это делает твой брат, я превращу твои волосы в змей, — предупредила она.       — О, я бы никогда! — притворно ужаснулся Джордж. — Максимум — научу тебя, как заколдовать утюг танцевать румбу. Он до сих пор в чулане трясёт бёдрами!       А утюг и правда умел танцевать. Дэни поняла это, когда посреди ночи услышала приглушённое «ча-ча-ча» из чулана. Не в силах уснуть, она выскользнула из комнаты, стараясь не разбудить Амели, которая заснула в обнимку с очередным подарком от Фреда — плюшевым драконом, напевающим колыбельные.       В коридоре она столкнулась с Джорджем, державшим в руках какую-то подозрительную коробку.       — Не спится? — прошептал он, хитро прищурившись. — Отлично! Поможешь мне испытать новую версию «Всевкусных драже». Я добавил вкус «разочарование в любви» — должно напоминать горький шоколад с перцем.       — Ты невыносим, — фыркнула девушка, но послушно последовала за ним на кухню. В конце концов это было лучше, чем лежать без сна, прислушиваясь к счастливому сопению Амели.       Они устроились за столом, где ещё недавно вся семья ужинала. Парень разложил перед ней разноцветные конфеты, подсвечивая их палочкой:       — Вот эта зелёная должна вызывать воспоминания о первой любви, — он подмигнул. — Рискнёшь?       — И превратиться в канарейку? Нет уж, спасибо, — Клейтон подперла подбородок рукой, наблюдая, как он сортирует конфеты. — Знаешь, раньше мы с Амели тоже часто сидели так по ночам. Придумывали истории про преподавателей, гадали на картах…       Джордж на секунду перестал улыбаться:       — Эй, я знаю, что не так хорош в обсуждении причёсок и мальчиков, но… — он достал из кармана маленький блокнот, — зато у меня есть целый список идей, как подшутить над Снейпом. И тебе понравится идея номер три — там есть зелье, превращающее его мантию в балетную пачку.       Дэни не выдержала и рассмеялась, тут же зажав рот рукой, чтобы не разбудить весь дом.       — Ты неисправим.       — Я знаю, — он пододвинул к ней чашку с какао, появившуюся словно из ниоткуда. — Но признай, со мной не соскучишься. И знаешь что? — Уизли наклонился ближе, заговорщически понизив голос. — Может, это и к лучшему, что Фред украл у тебя лучшую подругу. Теперь ты сможешь быть соучастницей в моих гениальных планах.       Где-то наверху скрипнула половица — видимо, Фред крался к Амели с очередным сюрпризом. Дэни улыбнулась, глядя в свою чашку. Может быть, Джордж был прав. Может быть, иногда перемены приводят к чему-то хорошему, даже если поначалу кажутся немного грустными.       Слизеринка машинально потёрла ладони — старая привычка, появившаяся после того случая на третьем курсе. Шрамы давно поблекли, но память о том, как Блейз толкнул её в камин, осталась.       — Знаешь, — Уизли внезапно стал серьёзным, вертя в пальцах одну из конфет, — в нашем магазине есть отличная мазь от шрамов. Я сам её разработал. — Он осёкся, заметив, как Дэни напряглась. — В смысле, не то, чтобы тебе нужно…       — Всё в порядке, — она натянуто улыбнулась, пряча руки под стол. — Ты меня не обидел, я просто задумалась.       Джордж знал, о чём — вернее, о ком — она думает. Он видел, как менялось её лицо, когда в «Дырявом котле» мелькала платиновая шевелюра Малфоя. Как она украдкой поправляла слизеринский галстук, хотя летом его можно было не носить.       — Забавно, — парень попытался сохранить небрежный тон, — как некоторые люди умудряются быть одновременно самыми умными и самыми глупыми в Хогвартсе. Особенно одна конкретная грязнокровка со Слизерина, которая…       — Не называй меня так, — резко оборвала его Дэни.       — Почему? Потому что только ему можно? — в голосе Джорджа промелькнула горечь, которую он тут же замаскировал усмешкой. — Прости. Просто иногда хочется хорошенько встряхнуть некоторых людей, чтобы они заметили то, что прямо перед ними.       Он достал из кармана маленький флакон с переливающейся жидкостью:       — Держи. Это не от шрамов — новая разработка для магазина. Называется «Зелье ясного взгляда». Позволяет увидеть людей такими, какие они есть на самом деле. — Уизли подмигнул. — Только не говори Фреду, что я раздаю образцы бесплатно.       Клейтон взяла флакон, но не стала его открывать. Она знала, что Джордж прав — по крайней мере, насчёт глупости. Любить того, кто годами презирал тебя за происхождение… Но сердцу не прикажешь, верно?       — Спасибо, — тихо сказала она. — За всё. Ты… ты хороший друг.       Джордж улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. Он поднялся, потягиваясь с преувеличенной бодростью:       — Ну что ж, пора проверить, не сгорел ли наш танцующий утюг. А то мама нас убьёт, если он устроит пожар во время румбы.       На следующий день дом наполнился новой суетой — приехала Гермиона. Миссис Уизли тут же начала причитать, что девочка слишком худая, и принялась готовить праздничный ужин, а близнецы умчались в магазин, пообещав вернуться к вечеру с сюрпризом.       За ужином, когда все расселись вокруг длинного стола в саду, — Фред, конечно же, рядом с Амели, то и дело украдкой целуя её в висок, — разговор неизбежно перешёл к тому, что творилось за пределами этого уютного убежища.       — В Министерстве всё хуже, — Грейнджер помешивала суп, нахмурившись. — Тонкс говорит, каждый день проверяют сотрудников на Империус. На прошлой неделе поймали двоих из Отдела магического правопорядка — оказались под заклятием.       Дэни невольно поёжилась, вспомнив последнее письмо от Драко.       — А что с новыми мерами безопасности? — спросила Эссоу, отвлекаясь от очередной записки, которую ей передал Фред под столом. — Мама говорила, они собирались усилить защиту после того случая с исчезновением Олливандера.       — Да, но этого недостаточно, — Гермиона понизила голос, хотя в их конце стола сидели только они впятером — она, Фред, Дэни, Амели и изредка вставляющий комментарии Джордж. — Кингсли считает, что у Пожирателей есть свои люди практически во всех отделах. Они действуют очень осторожно, внедряются постепенно…       — Как крысы, — пробормотала Клейтон, и Джордж бросил на неё внимательный взгляд.       — Именно, — кивнула гриффиндорка. — Но самое страшное — это то, как много людей готовы закрыть глаза на происходящее. Делают вид, что всё в порядке, что…       Её прервал громкий хлопок — на стол приземлилась сова с вечерним выпуском «Пророка». Заголовок кричал: «Новые меры безопасности в Министерстве: всем сотрудникам пройти проверку до конца месяца».       — Толку от этих проверок, — фыркнул Джордж, — если проверяющие сами могут оказаться…       Он не договорил — со стороны дома раздался встревоженный голос миссис Уизли:       — Артур! Что случилось?       В дверях стоял взъерошенный мистер Уизли. Его мантия была в саже, а очки сидели криво.       — Нападение в Косом переулке, — выдохнул он, тяжело опускаясь на стул. — Прямо возле Гринготтса. Двое авроров ранены.       Фред и Джордж переглянулись — их магазин был всего в паре кварталов от банка.       — Беллатриса Лестрейндж и группа Пожирателей, — продолжил мистер Уизли. — Исчезли прежде, чем прибыло подкрепление.       Дэни вздрогнула, машинально потирая ладони. Джордж, заметив её нервный жест, осторожно коснулся её руки под столом.       — Линда была там? — тихо спросила миссис Форд, поправляя выцветшую мантию. Она беспокоилась за дочь с тех пор, как та присоединилась к штаб-квартире Ордена.       — Нет, Люси, она с Аланом работает над другим заданием, — успокоил её мистер Уизли. — Они в безопасности.       — Говорят, в Азкабане неспокойно, — вдруг произнесла Грейнджер, и слизеринка замерла. Она знала, что Гермиона имеет в виду — ходили слухи о готовящемся массовом побеге. — Дементоры ведут себя странно.       — Министерство усилило охрану, — отрезал мистер Уизли, но в его голосе слышалась тревога.       Клейтон почувствовала, как к горлу подступает ком. Драко, должно быть, тоже волновался за отца, несмотря на все его преступления. Она попыталась отогнать эту мысль — сейчас было глупо думать о чувствах Малфоя.       — Что нам делать? — спросила Амели, крепче прижимаясь к Фреду.       — Ждать. И быть готовыми, — Артур поднялся. — Я должен вернуться. Молли, проверь защитные чары.       После его ухода в саду повисла тяжёлая тишина. Даже гномы притихли.       — Ну что ж, — неожиданно бодро произнёс Джордж, — самое время показать наш новый товар — «Всевидящие очки». Правда, пока они только красят брови в розовый, но…       Несколько человек нервно рассмеялись. Дэни поймала его взгляд и слабо улыбнулась.       — Новая глава для книги твоей мамы, — шепнул Фред Амели. — «Как авроры с розовыми бровями ловили Пожирателей».       Амели фыркнула, но тут же посерьёзнела — она знала, что мама сейчас пишет совсем другую историю. Историю, в которой речь шла о том, как удержать мир от погружения во тьму.       Полночь накрыла Нору звёздным покрывалом, но кухня всё ещё бурлила жизнью. Джордж возился с «Всевидящими очками», а Дэни, подперев подбородок рукой, лениво кидала в него крошки печенья.       — Эй, хватит портить экспериментальный образец! — ворчал он, но ухмылка выдавала удовольствие от её внимания.       Амели и Фред сидели рядом, погружённые в тихий разговор. Их глаза светились той особой нежностью, которая бывает только у по-настоящему влюблённых. Парень то и дело касался её руки, будто проверяя — не сон ли это.       Внезапно в прихожей раздался глухой стук — словно из воздуха материализовался багаж. На потёртом коврике появилась школьная сумка с вышитой буквой «П», следом — старый чемодан.       — Простите за вторжение, — раздался знакомый голос, и через мгновение в дверном проёме показался сам Гарри. Он выглядел уставшим, но решительным.       Джинни вскочила первой, но остановилась на полпути, заметив, как Поттер отступил на шаг. Клейтон уловила мимолётное напряжение между ними — словно натянутая струна готова была лопнуть.       — Дамблдор трансгрессировал меня, — пояснил он, поправляя очки.       Фред неохотно оторвался от Амели:       — Повезло тебе, дружище — мама как раз напекла пирогов на целую армию.       Гарри кивнул, украдкой доставая из кармана письмо. Дэни успела заметить почерк Макинтайр на конверте, прежде чем он спрятал его обратно.       — Я… мне нужно написать пару писем, — пробормотал он, избегая взгляда Джинни.       Слизеринка резко отвернулась к окну, заметив в темноте знакомый светловолосый силуэт. Сердце дрогнуло — она бы узнала эту походку где угодно. Драко. Дэни невольно поморщилась, старые обиды всё ещё отзывались глухим раздражением. Пусть он и извинился, казалось бы искренне, но память о тех унизительных насмешках никуда не делась. «Слизеринская грязнокровка» — как часто она слышала это от него. Теперь всё изменилось, но червячок сомнения всё ещё грыз её изнутри — вдруг он передумает Впрочем, она уже не та запуганная третьекурсница. Дэни усмехнулась своим мыслям — теперь она достаточно сильна, чтобы постоять за себя. Пока остальные суетились, помогая Гарри с вещами, силуэт за окном растворился в ночной тьме, оставив после себя лишь смутное беспокойство.       — Эй, ты в порядке? — Джордж появился рядом с новой версией очков.       — Да, — соврала она, отступая. — Просто… душно здесь.       Амели наблюдала за ними с лёгкой улыбкой, прижимаясь к Фреду. Их счастье было таким явным, что у Дэни защемило сердце.       Где-то наверху хлопнула дверь — Гарри заперся в комнате. Джинни осталась внизу, теребя краешек кофты. В её глазах читалось волнение — она чувствовала, что теряет его.       А за окном сгущалась темнота, скрывая тайны, которые каждому предстояло хранить в этом году. Клейтон знала: иногда молчание — единственный способ уберечь тех, кого любишь. Даже если любовь безответна.

***

      Хрустальные люстры, затянутые паутиной, бросали мертвенные блики на стены, украшенные портретами предков Малфоев. Их глаза словно живые следили за каждым шагом Джо, пока она шла за отцом по мраморному полу. В их собственном поместье отец был другим: улыбался, поправлял ей волосы, называл «своей маленькой звёздочкой». Но здесь, в этом ледяном замке, где даже воздух пропитан запахом железной крови и миндаля — яда, как шептали слуги, он стал генералом. Его спина выпрямилась, голос огрубел, а взгляд скользил по ней, как по солдату, а не дочери.       — Не отставай, — бросил он через плечо, и Джо вздрогнула. Его пальцы сжали её локоть — жест, который раньше был поддержкой, а теперь напоминал оковы кандалов.       В углу зала, прислонившись к гобелену с вытканным на нём фамильным гербом, стоял Нотт. Его метка — чёрная змея, обвивающая запястье, выглядывала из-под мантии. Парень поймал её взгляд и усмехнулся, медленно проводя языком по губам. Вспомнилось, как на четвёртом курсе он хватал её за волосы. Тогда она ещё верила, что это временное помутнение, что возможно настоящий он ещё где-то там. Пока не очнулась со следами тёмной магии на коже.       — Сосредоточься, — шикнул Вильям, и Джоди почувствовала лёгкий толчок в сознании — отец воздвигал ментальные барьеры. Тёмный Лорд любил рыться в мыслях, как в старых письмах, и Макинтайр, природный легилимент, пытался спрятать её страх. «Не думай о Поттере. Не думай о бегстве», — звучал его безмолвный приказ.       В гостиной, где чёрные шторы поглощали лунный свет, их уже ждали. Беллатриса словно хищница обходила Драко, щёлкая ногтями по его мантии. В дальнем углу стояла Нарцисса, смотря в пустоту.       — Посмотрите, наши птенчики созрели, — смех Беллы заставил Джо сглотнуть ком в горле.       Тёмный Лорд материализовался из теней, его алые глаза сразу же впились в младшую Макинтайр. Она ощутила холодную слизь в своём разуме — он искал слабину. Отец напрягся, его пальцы незаметно сжали палочку под мантией.       — Драко, — голос Волан-де-Морта заставил воздух замереть, — ты унаследовал не только имя своего отца, но и его долг. Люциус провалился. Разочаровал меня. Но ты можешь исправить его оплошность, вновь вознести свою семью к вершине — если убьёшь Дамблдора.       Малфой кивнул, но его рука дрожала, когда он поднял палочку. Джо знала, что он боится не гнева своего Повелителя, не того, что ему придётся пролить чужую кровь — а разочарования отца, который всё ещё гнил в Азкабане. Боится увидеть и мать за тюремной решёткой тоже. Или и вовсе её бездыханное тело.       — А ты, Джоди, — Тёмный Лорд повернулся к ней, — будешь его глазами. И недрогнувшей рукой, если потребуется.       Она кивнула, подавляя дрожь в коленях. «Не думай о Гарри. Не думай о зелёных глазах, которые видели твою душу за слоями притворства». Вильям усилил барьер, и боль пронзила виски — защита всегда требовала жертв.       Ритуал начался. Слова заклинаний заструились в воздухе подобно отравленному дыму, оседая на коже холодной росой. На запястьях Джо и Драко вспыхнула метка — извивающаяся змея, впивающаяся в плоть раскалённым железом. Боль пронзила тело, сладковато-горькая, как яд василиска. Джоди до крови прокусила губу, сдерживая рвущийся из горла крик. Медный привкус во рту смешался с горечью беспросветной мглы, заполнявшей её существо.       — Теперь вы едины с Тьмой, — прошипел Волан-де-Морт. Его голос, подобный шелесту чешуи по камню, эхом отразился от стен.       Когда кошмар растворился в полумраке зала, Джо заметила пустоту там, где прежде стоял Теодор. Его исчезновение било набатом тревоги в висках.       — Ты справилась, — Вильям впервые за этот бесконечный вечер коснулся её плеча. В его прикосновении мелькнула прежняя нежность.       — Да, отец, — она опустила глаза, пряча в них бурю противоречивых чувств.       Драко приблизился неслышно, словно тень. Его метка всё ещё дымилась, как свежая рана, источая запах палёной плоти и древней магии.       — Мы сделаем это вместе, — сказал он, но его голос дрожал, выдавая страх, спрятанный за маской безупречного наследника.       — Вместе, — эхом отозвалась Джо, чувствуя, как ложь жжёт язык сильнее любого заклятия.       «Ты будешь недрогнувшей рукой», — голос Тёмного Лорда зазвучал в памяти. Он стучал в ушах вместе с током крови, звеня как погребальный колокол.

***

      Магазин «Всевозможные волшебные вредилки» гудел, как гигантский волшебный улей. Яркие вывески мигали розовым и зелёным, а с потолка свисали «Взрывающиеся драже», периодически хлопая, как миниатюрные фейерверки. Амели с восторгом разглядывала полку с «Перуанским порошком мгновенной темноты», пока Фред с гордостью демонстрировал новый товар:       — Всего пять сиклей, и твоя мантия запоёт гимн Хогвартса при виде Снейпа!       — А если он её услышит? — спросила Дэни, пытаясь скрыть улыбку.       — Тогда мы продадим тебе «Зелье невидимости» со скидкой! — подхватил Джордж, появляясь из-за горы коробок с «Летающими Фантами».       Гарри, стоявший у входа, внезапно нахмурился. За стеклянной дверью мелькнула платиновая голова Нарциссы Малфой, а следом — её сын, закутанный в чёрную мантию.       — Смотрите, — Поттер ткнул пальцем в окно.       Рон, набивший рот «Шоколадными лягушками», закашлялся:       — Может, просто покупает маме новую сумочку?       — Или не просто, — Гермиона прищурилась. — Посмотри, как он озирается.       Драко шёл быстро, почти подталкивая мать вглубь переулка. Его лицо было бледнее обычного, а пальцы нервно перебирали складки мантии.       — Пошли за ними, — прошептал Гарри, уже толкая дверь.       Они выскользнули из магазина, пригнувшись за грудами ящиков с «Зельем роста». Воздух в этой части Лютного переулка был густым и затхлым, словно его не проветривали со времён Средневековья. Вывески здесь кричали о запрещённых зельях и тёмных артефактах, а витрины затянуты паутиной.       — Туда, — Клейтон указала на узкую арку, где мелькнул край мантии Нарциссы.       Они пробрались за ними в полуразрушенное здание, пахнущее плесенью и железом. Через щель в двери увидели, как Драко жестом зажёг факелы, осветив огромный деревянный шкаф с треснувшими дверцами. На боку красовалась резная метка — переплетённые змеи. Через минуту к шкафу подходит Джо, осматриваясь по сторонам, словно чувствуя чьё-то присутствие.       — Она-то здесь что делает? — Выдохнула Амели, но ребята её не услышали, поглощённые открывающимся зрелищем.       — Это… Исчезательный шкаф, — прошептала Гермиона, её карие глаза расширились. — Их использовали для перемещения в старые времена.       Драко достал палочку, произнёс заклинание, и шкаф затрещал, будто пробуждаясь. Нарцисса и Джо отступили, их лица исказились гримасой отвращения.       — Что он делает? — Грейнджер схватила Гарри за рукав.       Внезапно Драко резко обернулся, как будто почувствовал их взгляды. Эссоу втянула голову в плечи, прижимаясь к сырой стене.       — Уходим, — прошипел Поттер. — Сейчас не время раскрываться.       Они отступили в тень, но Дэни задержалась на мгновение, поймав взгляд Драко. В его глазах мелькнуло что-то знакомое — не злоба, а отчаянная решимость. Он что-то скрывал, но что?       Гарри молчал, сжимая палочку. Он знал — Малфой стал опаснее, чем они предполагали. И теперь всё зависело от того, успеют ли они понять его план раньше, чем тьма просочится через этот проклятый шкаф.       А в глубине переулка, за их спинами, дерево шкафа снова застонало, будто пробуждая древнее зло.

***

      Хогвартс-экспресс мчался сквозь осенние пейзажи, оставляя за собой шлейф серебристого дыма. Клейтон, устроившись в углу купе, погрузилась в свежий номер «Придиры», купленный у Полумны.       Гарри, сидевший у окна, внезапно оторвался от созерцания проносящихся мимо полей:       — Малфой и этот шкаф… — его голос был напряжённым. — Он что-то замышляет, я знаю.       — Думаешь, он уже стал одним из них? Пожирателем? — Амели подалась вперёд, понизив голос.       — Это очевидно, — Поттер стиснул зубы, разглядывая свои руки, словно пытаясь найти в них ответы.       Гермиона оторвалась от увесистого тома «Теории магических порталов»:       — Ты упускаешь важную деталь, Гарри, — произнесла Гермиона с нотой сожаления в голосе. — С ним ведь была не только Нарцисса.       Тяжёлая тишина повисла в купе. Гриффиндорец заметно напрягся, его пальцы впились в обивку сиденья.       — Возможно… возможно, она просто наблюдала, — в его голосе звучала отчаянная надежда.       — Наблюдала? — Рон фыркнул, приподняв бровь. — Ты себя слышишь? Она стояла рядом, пока он колдовал над этим чёртовым шкафом. Если это не соучастие, то что?       — Её могли заставить, — возразил Поттер, но даже он сам, казалось, не верил своим словам.       — Заставить? — Дэни отложила журнал. — Гарри, она Макинтайр. Её отец — один из самых преданных последователей Сам-Знаешь-Кого. Ты действительно веришь, что её привели туда силой?       — Ты её не знаешь, — огрызнулся парень, его зелёные глаза потемнели.       — А ты знаешь? — Амели произнесла это мягко, но её слова ударили точно в цель.       Гарри замолчал, краска залила его щёки. Уизли, который до этого момента увлечённо жевал шоколадную лягушку, застыл на полудвижении:       — Стойте-ка… Я чего-то не знаю?       Грейнджер тяжело вздохнула, закрывая книгу:       — Понимаешь, Рон, Гарри и Джо… они…       — Они встречаются, — выпалила Клейтон, словно не в силах больше держать это в секрете.       Рон поперхнулся остатками шоколада:       — Что?! Ты встречаешься с Макинтайр? Со слизеринкой?! Рехнулся, что ли?       — Не лезь не в своё дело, — процедил Гарри, отворачиваясь к окну.       — Не моё дело? — Парень вскочил так резко, что едва не врезался в багажную полку. — Ты крутишь роман с дочерью человека, который в прошлом году пытался тебя убить, и это не моё дело?       — Рон, пожалуйста, — вмешалась Гермиона, но в её голосе слышался немой упрёк, адресованный Гарри.       — Я прекрасно понимаю, что делаю, — Поттер сжал кулаки. — И Джо не такая, как её отец.       — Ты так уверен? — в голосе Дэни сквозило сомнение. — Мы все видели её в том переулке. Она была с ними, Гарри.       — Возможно, у неё нет выбора, — его голос дрожал от сдерживаемых эмоций.       — Выбора? — Рон горько усмехнулся. — Выбор есть всегда. Она просто выбрала сторону своей чистокровной семейки.       — Вы ничего не понимаете, — гриффиндорец резко поднялся, его глаза пылали изумрудным пламенем. — Она другая.       — Ты уверен, что достаточно хорошо её знаешь, чтобы так говорить? — тихо спросила Амели, и её слова повисли в воздухе.       Гарри молча схватил свою сумку и вылетел из купе, с грохотом захлопнув за собой дверь.       — Замечательно, — прошептала Гермиона, закрывая лицо руками.       — Сам виноват, — буркнул Рон, но в его голосе звучало не осуждение, а искреннее беспокойство за друга.       Поттер стремительно шёл по коридору Хогвартс-экспресса — кулаки сжаты, а мысли путались, как клубок змей. Мантия-невидимка скрывала его, но не могла скрыть гул ярости, который нарастал с каждой минутой. Он знал, что должен был остаться в купе, но не мог. Ему нужно было услышать правду — или хотя бы ту ложь, которую он мог бы принять за правду.       Голоса доносились из вагона с сидячими местами. Гарри прижался к стене, затаив дыхание.       — …и он сам сказал мне: «Ты достоин, Драко», — раздался голос Малфоя, полный самодовольства. — Теперь я один из них.       — Один из кого? — спросила Паркинсон, её голос звучал с ноткой восхищения.       — Пожирателей, конечно, — слизеринец снисходительно усмехнулся. — Тёмный Лорд лично посвятил меня.       — Драко, — резко оборвала его Джо. Её голос был тихим, но таким острым, что даже Гарри вздрогнул. — Хватит.       — Что? — Парень фыркнул. — Они всё равно узнают.       — Не сейчас, — её тон стал ледяным. — И не здесь.       Блейз Забини засмеялся:       — Что, боишься, что кто-то подслушает?       — Боюсь, что кто-то окажется умнее, чем кажется, — ответила Джоди, и в её голосе прозвучало предупреждение.       Поезд замедлил ход, и вскоре платформа заполнилась гулом голосов. В вагоне остались только Малфой и Макинтайр, не подозревая, что Гарри притаился под мантией-невидимкой в углу.       — Ты слишком распускаешь язык, — процедила девушка, как только стихли шаги в коридоре. — Думаешь, это какая-то игра?       — А разве нет? — Драко вальяжно откинулся на сиденье, его глаза опасно поблескивали. — И я, между прочим, выигрываю.       — Если это и игра, то только с огнём, — она шагнула к нему, каждое слово сочилось ядом. — Рано или поздно ты договоришься, и кто-нибудь донесёт…       — Кто, Поттер? — Малфой издал короткий смешок. — Он слишком поглощён своими фантазиями о тебе.       Гарри стиснул палочку так, что костяшки побелели, но заставил себя остаться неподвижным.       — Это не шутки, Драко, — Джо склонилась к нему, её шёпот был острее кинжала. — Если хочешь дожить до выпуска, научись держать язык за зубами.       — Иначе что? — он вскинул бровь. — Побежишь жаловаться папочке?       — Если придётся, — её глаза полыхнули угрожающим огнём.       Драко рассмеялся, но в его смехе звенела сталь.       — Ты ничем не лучше него. Такая же хладнокровная, расчётливая…       — Лучше быть хладнокровной, чем мёртвой, — оборвала она. — И если не прекратишь болтать, трупами станем мы оба.       Девушка развернулась к выходу, но вдруг Драко произнёс с ленивой усмешкой:       — Ну что, Поттер, насмотрелся?       Сердце Гарри пропустило удар. Джо резко обернулась, её лицо побледнело.       — Что? — она перевела взгляд с Малфоя на пустое пространство, где стоял Гарри.       — Он здесь с самого начала, — слизеринец поднялся, небрежно вытаскивая палочку. — Думал, я не замечу?       Гарри сбросил мантию одним движением. Ярость клокотала в его горле.       — Давно догадался? — процедил он, выставляя палочку.       — Разумеется, — Драко шагнул вперёд. — От тебя за милю несёт геройством и глупостью.       — Гарри, — Макинтайр метнулась к нему, но он отшатнулся.       — Ты с ними заодно? — его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева.       — Гарри, всё сложнее… — она потянулась к его руке, но парень отдёрнул её, как от огня.       — Отвечай! — рявкнул он, и стёкла в купе задребезжали.       — Да, — её ответ прозвучал тихо, но твёрдо. — Но это не значит, что я с ними во всём согласна.       — О, как трогательно, — вмешался Драко, делая шаг вперёд. — Дочь чистокровного рода оправдывается перед полукровкой. Чужое мнение тебя ведь никогда не волновало, но конечно же, Золотой мальчик как всегда у нас исключение.       — Заткнись! — вдруг вскрикнула Джо, резко разворачиваясь к слизеринцу, едва сдерживая яростное желание впечатать его самодовольное лицо в стену.       — Или что? — Малфой вскинул палочку, целясь в Гарри. — Бросишься защищать своего…       Договорить он не успел — Поттер молниеносно выбросил руку:       — Экспеллиармус!       Драко едва успел отклонить заклинание, ответив:              — Ступефай!       Красный луч просвистел мимо уха Гарри, оставив подпалину на стене. Слизеринец неожиданно отбросил палочку и рванулся вперёд — его кулак впечатался в лицо Избранного прежде, чем тот успел среагировать. Раздался отчётливый хруст, и рот Гарри наполнился металлическим привкусом крови. Он пошатнулся, хватаясь за сиденье, а по подбородку уже стекала алая струйка.       — Так-то лучше, Поттер, — прошипел Драко, тряся ушибленной рукой. — Без палочки тоже можно повеселиться.       Гриффиндорец попытался выпрямиться, зажимая сломанный нос, но в глазах всё плыло. Малфой замахнулся для нового удара, но тут Джо оказалась между ними:       — Протего! — купе наполнилось гудением защитного барьера. — Хватит!       — Уйди с дороги! — прорычал Драко, но Макинтайр уже толкнула его к стене, приставив палочку к горлу.       — Выметайся, — процедила она. — Немедленно.       Малфой сверкнул глазами, но отступил к двери.       — Это не конец, Поттер, — бросил он через плечо.       — Уходи и ты, — Джо повернулась к Гарри, её голос дрожал. — Пока никто не пострадал.

***

      Свечи парили под потолком, отбрасывая трепещущие тени на лица студентов. Дэни ковыряла вилкой в картофельном пюре, когда шепот пробежал по столу Слизерина. Она подняла глаза и увидела Гарри, входящего в зал с лицом, искажённым свежим синяком. Его нос был явно сломан — кривой, с подтёками запёкшейся крови.       — Посмотрите на Поттера, — хихикнул Забини, сидящий напротив. — Похоже, нашёл новых друзей в Запретном лесу.       Клейтон проигнорировала его, заметив, как Малфой резко опустил руку под стол. Его левый кулак был обёрнут окровавленным платком, но он старался скрыть это, нахмурившись в тарелку с супом. Дэни мысленно вздохнула — всё было предельно ясно. Гарри, верный своей привычке, наверняка выслеживал Драко, пытаясь раскрыть его тайны. Он всегда видел в Малфое только худшее, особенно теперь, когда дело касалось Джо. Девушка поймала себя на мысли, что Поттер, несмотря на все свои попытки отрицать очевидное, был явно влюблён в неё.       — Интересно, они подрались из-за неё? — шепталась Пэнси, кивая в сторону Макинтайр, которая сидела в другом конце стола.       Дэни перевела взгляд на старосту. Королева Слизерина, как всегда безупречная внешне, нервно теребила рукав мантии, пытаясь получше прикрыть запястье. Клейтон поджала губы — она прекрасно знала, что скрывается под этой тканью. Та же метка, что и у Драко. Та же судьба.       Впервые за долгое время Дэни позволила себе открыто изучать Малфоя. Раньше она старательно избегала его взгляда, но сейчас… Сейчас она видела его насквозь. Дрожащие пальцы, нервное потирание носа — его привычные жесты, выдающие тщательно скрываемое волнение. После того злополучного письма слизеринка знала, что грядёт что-то серьёзное. И вот оно — «непоколебимый» Драко Малфой сидел перед ней, напуганный до смерти, пытаясь сохранить маску высокомерия.       Клейтон чувствовала, как вокруг них затягивается невидимая паутина интриг и тайн. Гарри со своей слепой ненавистью к Малфою, Джо, скрывающая тёмную метку, испуганный Драко — все они были фигурами в какой-то большой, опасной игре.

***

      Дэни спускалась в подземелья с непривычным чувством предвкушения. Впервые за пять лет она шла на зельеварение без тяжести в груди — Снейпа больше не было, и его удушающее присутствие не омрачало её любимый предмет. Шестой курс начинался совсем иначе: теперь она могла свободно экспериментировать, не боясь колких замечаний и несправедливых оценок.       Устраиваясь за своим привычным котлом, она краем глаза уловила взгляд Малфоя. В последнее время он часто смотрел на неё — испытующе, с какой-то новой, незнакомой интонацией. В этих взглядах читалась странная смесь тоски, грусти и горечи, от которой у Дэни каждый раз что-то сжималось внутри. Она старалась не поддаваться этому чувству, хотя с каждым днём это становилось всё сложнее.       Клубы густого пара заполнили кабинет, когда профессор Слизнорт, плавно покачиваясь, двинулся между рядами столов. Его голос, тёплый и глубокий, отражался от древних стен подземелья, создавая почти уютную атмосферу.       — Запомните главное правило, мои дорогие! — он взмахнул пергаментом с рецептом. — Драконья кровь добавляется строго после полуночного настаивания, иначе все ваши старания пойдут прахом!       Дэни склонилась над своим котлом, где варево переливалось всеми оттенками изумруда. Её взгляд невольно скользнул к столу, за которым работал Поттер. Учебник перед ним привлёк её внимание: страницы были исписаны мелким убористым почерком, напоминающим её собственные заметки по зельеварению.       — Мисс Клейтон! — возглас Слизнорта заставил её вздрогнуть. — Ваше зелье приобретает весьма тревожный оттенок. Немедленно уменьшите огонь, если не хотите устроить здесь фейерверк!       Подкручивая регулятор пламени, девушка продолжала украдкой наблюдать, как Гарри что-то сосредоточенно записывает на полях своего учебника. Любопытство взяло верх:       — Интересные корректировки в рецептах, — прошептала она, дождавшись, когда Слизнорт отойдёт достаточно далеко. — Сам додумался?       Гарри захлопнул книгу так резко, что несколько капель зелья выплеснулись из его котла. Его зелёные глаза встретились с её взглядом, в них читалось раздражение:       — Это важно?       — Не особо, — пожала плечами Дэни, возвращаясь к своему котлу, где зелье теперь пульсировало насыщенным изумрудным светом.