Диор Элухиль

Мальчишки… Едва увидев свет, Элуред кричит. По комнате прокатывается громкий, требовательный вопль ребёнка, только что увидевшего мир: матушка потом сказала Диору, что он вопил ничуть не тише. Элурин появляется почти сразу следом за братом, но молча. Его кладут отцу на руки, и он молча лежит, хлопая глазами, и улыбается мне, маме, миру – всем. Одно лицо на двоих. И две мелодии. Одинаково драные льняные рубахи, одинаково чумазые лица. У Элуреда синяк на скуле, у Элурина – над бровью. – И кто, – Диор очень старается быть строгим, – придумал проехаться верхом на кабане? – Элуред! – Элурин! – каждый называет своё имя и оба смотрят на отца. Это не отрепетировано. Это экспромт. Впрочем, ответ отец знает и сам: такие идеи всегда были у Элуреда. Элурин предложил бы покрасить кабана в зелёный цвет – для красоты. Элурин всегда придавал большое значение красоте. А Элуред – скорости. – Скажи мне, пожалуйста, – Диор строго смотрит на старшего, – неужели нельзя было подумать, что кабан не очень-то рвётся вас носить? И вообще сначала убедиться в надёжности плана, а потом уже кидаться очертя голову? – Папа! – они переглядываются с абсолютно одинаковым выражением. – Как ты догадался?! Ну что вам ответить, мальчишки… – Кто быстрее до Дозорного камня?! – Я! Мальчишки несутся наперегонки по лесу, который даже не пытается успеть убрать с их пути ветки и крапиву. Элуред перепрыгивает через поваленный ствол, через канаву, через муравейник – в спину ему дышит брат, не такой выносливый, зато более проворный – цепляется за ветку ивы, перелетает через овраг, касается рукой камня и, задыхаясь, кричит: – Я успел! Оборачивается. Элурина нет. Обогнать младшего – вообще удача, а обогнать намного – случай небывалый, и Элуред торопится обратно: что если Элурин где-то запнулся (так не бывает, но что, если?!) и ему надо помочь? Элурин обнаруживается у муравейника: сидит на корточках. – Ты куда делся?! – Элуред и рад, что брат не запнулся, и возмущён нарушенным состязанием. – Тиш-ше, – шипит Элурин. – Ты стоишь на муравьиной тропе! И до вечера Элурин сидит у муравейника, наблюдая за тем, как маленькие трудяги спешат туда и обратно, стаскивая домой добычу. Диор учит мальчишек сражаться, как когда-то отец учил его самого. Свои деревянные мечи они воспринимают с восторгом, ощущая себя такими взрослыми. У Элуреда получается лучше, и он бурно радуется своим успехам. Элурин молчит и – он думает, что отец не видит – тренируется по ночам, чтобы однажды три раза подряд обезоружить брата. Теперь ночами фехтует с собственной тенью Элуред, стиснув зубы и сверкая глазами. – Я должен уметь защитить вас всех, – громко заявляет он. – Я же старший. – Нет, — возражает Элурин. – Это же я должен защищать тебя. Ты же будешь королём! – Глупости! – Так всегда бывает! – Вы ещё подеритесь, решая, кто кого должен защищать, — улыбается Диор: он знает лучше всех, что их драки – это не всерьёз. Они замечают отца и наперегонки кидаются к нему, требуя, чтобы тот разрешил их спор. – Защита всегда обоюдна, – Диор садится на корточки, чтобы смотреть им в глаза, как всегда во время серьёзных разговоров. – Король должен защищать свой народ, а народ – своего короля. И рассказывает им о Лосгаре, о том, как король предал свой народ – очень просто, без лишних подробностей, им пока рано разбираться – и о Нарготронде, о том, как народ предал своего короля. Тоже очень-очень просто. Потом они узнают больше о семейной истории. Им только пять лет, и ещё рано. Им ещё нет десяти, и уже поздно рассказывать о семейной истории то, что и взрослым слышать тяжело. – Нет, – Диор присаживается на корточки, чтобы смотреть сыновьям в лица, но их глаза оказываются выше его глаз. – Сюда идут враги, но это не орки. Это эльфы. – Мы будем защищать тебя! – хором отзываются сыновья. – Вы будете защищать сестру, – обещает отец. – А сейчас вы уходите с лордом Галатилем. Будете слушаться его, как меня. Если им всё-таки удастся отбиться, вернутся. А если нет… Два отряда. Так безопаснее. Диор обнимает обоих разом, и они утыкаются ему в плечи – Элуред в левое, Элурин в правое. – Ты вернёшься, папа, – выдыхает старший прямо в ухо. Точно так же, как четыре года назад, когда Диор уходил к Сарн-Атрад. – Мы обязательно увидимся, – снова обещает отец. Элуред кивает и смотрит собранно и серьёзно. Он верит обещанию. А Элурин – не верит.