Трава-светяшка

      В спокойном Мондштадтском дне нынче витали нотки тревожности, быстро разлетающиеся по округе. По городу участились случаи внезапной пропажи людей. Жители города занимались своими повседневными делами, но стоило им пропасть из поля зрения своих знакомых, семьи или коллег, как тут же они исчезали средь бела дня, и больше их никто не видел. На первый взгляд могло показаться, что пропавшие просто отошли и совсем скоро вернутся, дабы продолжить то, что они делали, ведь все их вещи лежали так, будто их оставили всего на пару минут.       Джинн, будучи ответственным магистром Ордо Фавониус, сразу же взялась за расследование этого дела. Она решила заниматься этим лично, дабы ничего не упустить. Нельзя сказать, что она не доверяла своим подчинённым, просто… Она была уверена, что должна справиться с этим сама, но в помощники всё-таки взяла несколько человек, среди которых были Кэйа, Дилюк — мужчина действовал тайно — Альбедо и Итэр. Последнего после путешествия в Инадзуму убедить помочь было сложнее, однако парень всё равно согласился по старой дружбе.       Поначалу всё шло гладко, команда успешно находила необходимые улики, которые потихоньку вели их к потерянным жертвам. Кэйа и Итэр ходили по тем местам, где пропадали люди и искали улики, Дилюк патрулировал город и заодно следил за потенциальными жертвами. Альбедо работал в лаборатории, проводил необходимые экспертизы, изучал дело со слов остальных и подводил итоги, но периодически выходил на места преступлений посмотреть и сам. Джинн же участвовала во всём из перечисленного, несмотря на предостережения Альбедо, да и не только его, о том, что это может плохо закончиться.       Постепенно работа зашла в тупик. Новых зацепок не появлялось, ни один пропавший так и не был найден, но и новые пропажи случаться стали реже. Спустя неделю такого выматывающего графика стресс и переутомление очень сильно повлияли на Джинн. Расследование шло параллельно с основной работой, которую отдать было попросту некому, организм девушки не выдержал и в тот момент, когда Альбедо посвящал команду в детали своих догадок по поводу всех этих событий, она упала в обморок. Благо девушку успел поймать Дилюк и почти сразу отнёс её к пастору Барбаре, в надежде на то, что она сможет помочь своей сестре.       Так как Джинн временно не могла работать и нуждалась в отдыхе, основную её работу было принято поручить Лизе (к счастью, та любезно согласилась и не забыла поругать подругу за то, что она не обратилась к ней раньше). Все остальные старались разобраться со всем уже без магистра.       — Кэйа, Итэр, вот вы где… — Альбедо со скрученной в рулон картой в руках и сумкой, висевшей через плечо, подошёл к парням, которые стояли у «Хорошего охотника», пытаясь выбрать, чем бы им перекусить в столь долгожданный перерыв.       — Ты что-то нашёл? — поинтересовался путешественник, сразу же обернувшись на знакомый приятный голос.       Кэйа же проигнорировал алхимика, предпочитая поскорее решить, чем утолить свой голод. Работа работой, а голодать капитан кавалерии не собирался. Альбедо, понимая, что поесть им всё-таки надо, давить не стал и спокойно дождался, когда Альберих заберёт свой обед.       Как только тарелка овощного супа оказалась в руках Кэйи, Альбедо кашлянул в кулак, чтобы привлечь к себе внимание:       — Нам нужно проверить пару мест, — он развернул карту на столе рядом с ресторанчиком, — Кэйа, на тебе Вольфендом, Итэр — Ущелье Дадаупа, я иду на Драконий хребет, так как лучше там ориентируюсь, Дилюк остаётся патрулировать Мондштадт и заодно будет на связи с Барбарой на случай, если Джинн придёт в себя.       Он ненадолго замолчал, всматриваясь в этих двоих, стоящих перед ним и хлопающих глазками так, будто вообще впервые в таком участвуют. Кэйа собирался было поднести ложку супа к губам, но замер, заметив, как Альбедо прожигает их взглядом. Тяжело вздохнув, он старательно пытался откинуть мысль «За что мне всё это…», потёр пальцами переносицу и произнёс:       — Всё понятно?       Итэр и Кэйа в ответ кивнули, после чего Альбедо поспешил отправиться в путь, сказав обоим не задерживаться. Задерживаться они и не стали… Итэр пошёл своей дорогой в сторону Ущелья Дадаупа. Альберих пообещал Саре вернуть тарелку позже и помчался в сторону Вольфендома, по пути быстро доедая ещё тёплый супчик.       К счастью, дорога до территории волков была недолгой. Капитан не часто бывал в Вольфендоме, но особо не волновался, ведь заблудиться там было бы сложно, и если Альберих не наткнётся на гончих разрыва по пути, то всё должно быть спокойно. Тарелку из-под супа, когда доел его, он завернул в тряпку, которую нашёл у себя в сумке, висевшей через плечо, и убрал аккуратно на дно, дабы ничего не разбилось.       Мечник обошёл практически всю территорию, так ничего подозрительного не обнаружив. Деревья, камни, пни… Звуки гончих где-то вдалеке… Трава-светяшка, Волчий крюк… Всё, как обычно. Пара волков пробежали в сторону Андриуса… Совершенно ничего необычного. Не хватало только Рэйзора, выбежавшего из леса на звук человеческих шагов, был бы полный комплект.       Альберих уже собирался возвращаться обратно. Он проходил по протоптанной дороге в сторону Монда, как вдруг периферийным зрением уловил какое-то мерцание неподалёку. Рыцарь остановился, повернулся на свет и… ничего. Трава-светяшка. Ни один из растущих здесь цветов не мерцал так, как было секундой ранее. Парень собирался двигаться дальше, уже сделал шаг вперёд, как сзади послышался шорох, напоминающий звук травы или листьев деревьев осенью. Кэйа замер, прислушиваясь. Поворачиваться он не торопился, боясь, что одно лишнее движение может послужить тому, что ему навредят. Снова шорох… он переметнулся на другую сторону и звучал уже гораздо ближе. Он всё-таки обернулся, но не успел он понять, что это было, как за ногу что-то резко потянуло, и капитан кавалерии с глухим звуком опустился на землю.       От удара о землю парень крепко зажмурился, сдавленно промычав. Всё-таки падать так резко – штука не из приятных, да и падать в принципе. Каково было его удивление, когда перед собой он увидел Траву-светяшку, корень которой обвивал ногу Альбериха и тянул на себя.       — Что за херня… — прошептал он, и почти сразу же стал пытаться отцепить от себя растение.       Пытаться убрать это руками было огромной ошибкой капитана — растение тут же обвило и их, не давая двигаться свободно. Странная Светяшка замерцала и потащила парня подальше от дороги, несмотря на его сопротивление и попытки позвать на помощь. Растение затащило его в высохший ствол давно рухнувшего дерева. Места там хватало сполна, трое бы поместились впритык, а одному Кэйе уж точно тесно не будет.       Пока Кэйа продолжал сопротивляться, Светяшка начала изменяться, по-прежнему не отпуская человека. Растение стало увеличиваться в размерах, а затем его форма приобрела очертания самого Кэйи, а затем зелёный цвет стебля и голубой цвет цветка сменились на цвета кожи, волос и одежды парня. Сказать, что Альберих пребывал в лютом шоке — всё равно что сказать, что вода в чайнике не издаёт ни звука при закипании. Человек впал в ступор, пялясь на это нечто единственным зрячим глазом и пытаясь осознать происходящее. Оно было точь-в-точь как Кэйа… Волосы, разрез глаз, форма лица, тело, ладони, одежда, даже улыбалось оно также, как Кэйа, только настоящий Альберих находил эту улыбку скорее жуткой, нежели приятной, как ему говорили некоторые представительницы прекрасного пола.       Хотел было капитан вслух спросить, что это за чертовщина, как такое возможно, а заодно поорать матом, как довольно часто ругался местный кузнец в Монде, да вот только рот парня был зажат видоизменёнными корнями растения, которые тянулись от его тела. Они были мягче, чем корни обычных растений, и размером под стать их обладателю. Точно ли это было растение? Если да, то каким образом оно стало таким, ожило и научилось меняться? Возможно, это оно похищало всех тех беззащитных людей… Оно делало с ними то же, что и с Альберихом? Кэйе не хотелось об этом думать, но не думать об этом в данной ситуации он не мог.       Убедившись в том, что человек ведёт себя более спокойно, чем до этого, существо напротив осторожно убрало свой корень от рта парня, медленно спускаясь с подбородка на его торс, далее к ногам и поднимаясь обратно, как бы изучая то, что видело так близко впервые. Кэйа дышал через раз, только потому что боялся, что если он начнёт дышать чаще, он обязательно плюхнется в паническую атаку и пиши «пропало».       «Когда меня брали работать в Ордо Фавониус, они для такого про стрессоустойчивость спрашивали?» — нервно думал человек.       Мысли прервал корень Светяшки, неторопливо оборачивавшийся вокруг правого бедра Альбериха. Один корень всё ещё удерживал его за руки, краем глаза парень заметил ещё два. Теперь Кэйа внимательно следил за действиями каждого корня, иногда перебегая на само растение, с интересом наблюдающее за рыцарем. Один из корней обвился вокруг левого бедра. Корень на правом зашевелился и теперь осторожно, даже ласково массировал внутреннюю сторону бедра. Ещё один корень пробирался под одежду капитана, стараясь стянуть с него ткань, но так как ничего не получалось, существо пустило в ход руки. Оно расстёгивало пуговицы на пленнике, не торопилось, игриво проводило пальцами по коже, что покрывалась мурашками от таких прикосновений, теперь просто заставляя Альбериха дышать чуть чаще. Один из корней ослабил пояс и проник под ткань брюк, от чего парень резко дёрнулся.       — Куда я влип, блять, — только сейчас до него дошло, к чему ведёт Светяшка, — Поел супчика, называется… Отпусти меня!       Он дёрнулся снова, пытался вырвать руки и ноги из цепкой хватки, но в ответ на это растение только сильнее сжало вокруг рук и бёдер свои корни, надавив одним из них на пах и начав поглаживать половой орган через одежду. Кэйа прошипел, вдохнув больше воздуха сквозь зубы и зло метнув взгляд на существо. То, смотря на всё это, улыбалось довольно, не отрывая глаза от парня. Фальшивый Кэйа снял повязку со своего глаза и потянулся к лицу человека, чтобы проделать то же самое. В отличие от настоящего Альбериха, оба глаза растения были целы. Оно приподнялось, чтобы пробежаться глазами по тому, что только что натворило: раскрасневшийся полуголый рыцарь Ордо Фавониус лежал под его точной копией, не в силах пошевелиться и тяжело дыша, прожигает его сейчас единственным зрячим глазом и старательно не поддаётся на манипуляции корнями по его чувствительным зонам. Только вот получается у него это так себе. Удовлетворённо хмыкнув, Светяшка подалась вперёд, подмяв под себя человека и правой рукой подцепив чужой подбородок. Недолго оно рассматривало лицо напротив… почти сразу впилось в чужие губы, затягивая в дурманящий поцелуй. Поцелуй в буквальном смысле оказался дурманящим. Как только губы существа накрыли губы Альбериха, он почувствовал сладковатый привкус, а затем приятный запах, похожий на аромат обычной Травы-светяшки, но этот был особенно запоминающимся. Существо продолжало целовать Кэйю, не позволяя ему отстраниться. Корни ласкали со временем обмякшее человеческое тело.       Капитан безысходно простонал в поцелуй.

«Приятно, приятно, приятно…»

      Мысли роились, сменяя одна другую.

«Какого чёрта… я ведь не хочу…»

      Чужая ухмылка. Фальшивый человек отстранился и в этот же момент Кэйа простонал громче прежнего — корень уже обернулся вокруг его члена, плавно надрачивая, заставляя партнёра стонать чаще и выгибаться в спине от удовольствия.

«Блять… блять, блять, блять… Не должно так быть.»

      Светяшка с довольным выражением лица наблюдал за этой картиной, рассматривая каждую деталь отдельно, чтобы запечатлеть это в памяти на долгое время.

«Но это так… приятно…»

      Кэйа-номер-два покрывал кожу настоящего на шее мелкими поцелуями, спускаясь ниже, целуя уже грудь, языком играясь с затвердевшими сосками, изредка покусывая их. Альберих почувствовал, как с него окончательно стягивают брюки, открывая замечательный вид на стояк парня. Он опустил глаза, смаргивая проступившие слезинки. Было стыдно, неловко, страшно, Кэйа злился от осознания того, что он до сих пор здесь только потому, что тот сладковатый вкус и запах фактически не дают ему как-либо возразить, затмевая их дьявольской истомой. Физически он чувствует лишь сильное сексуальное желание, приятное тепло, растекающееся по телу, и ужасную слабость, из-за которой он способен лишь на то, чтобы дышать и выгибаться сильнее, когда растение делает ему особенно приятно.       Существо вновь начинает преобразовываться: одежда быстро исчезает, меняясь на оголённое тело — точно такое же, как у Кэйи — глаза, в которых ясно читалась похоть, стали испускать бледно-голубой свет, как будто пытаясь зачаровать человеческую натуру, смотрит внимательно, не отрывая взгляда, как голодный хищник на свою жертву. Оно вновь целует Кэйю, сначала в шею, затем спускается к ключице и ведёт языком обратно, прикусывая нежную кожу на шее. Корни, обхватывающие бёдра, спускаются до колен, раздвигая их в разные стороны. Альберих испуганно таращится на эту картину, когда чувствует, как пальцы существа, смазанные чем-то влажным, задевают анальное отверстие и начинают проталкиваться внутрь.       — Ч-ч-то-о-мхгх.. — человек пытался спросить «что ты собираешься делать», но корень на члене стал работать усерднее, не давая сосредоточиться ни на чём другом, кроме того, что уже происходит.       Сначала один палец… оно не торопится, старается, чтобы не навредить человечишке. Затем уже второй скрывается внутри, разминая мягкие стенки кишечника. Кэйа выгибается, стонет, хнычет и не знает, куда себя деть, ведь хочется перевернуться, хочется лечь поудобнее, хочется почувствовать больше и одновременно с этим хочется убежать отсюда, спрятаться и больше никогда в жизни не ходить в Вольфендом. Со временем осторожно помещается и третий палец. Кэйа, который уже не может мыслить здраво, сам насаживается на пальцы, стараясь протолкнуть их глубже, мямля сквозь обрывающиеся вдохи и стоны жалкое «пожалуйста, ещё, пожалуйста».       И оно даст ему ещё. Существо вынимает из него пальцы с характерным хлюпом, быстро меняя их на собственный член. Первый толчок оказался грубым, жёстким, слишком резким для настолько расслабившегося тела после всех прелюдий до этого. Кэйа звонко вскрикнул, корни отпустили руки парня, накрывая губы и закрепляясь получше. Человеку это позволило упереться руками в чужую грудь. Кроткий поцелуй в висок, растение помедлило. Следующий толчок был ровно такой же, но теперь Кэйа не мог издать ничего, кроме таких уже привычных стонов и мычания. Даже если бы Альберих постарался, вышло бы глухо, не так громко, как хотелось бы, но это и к лучшему.       Грубые толчки сменились на плавные, но довольно быстрые. Капитан поражённо признавал тот факт, что так ему нравилось куда больше, чем то, что было до этого. Светяшка менял угол проникновения до тех пор, пока не нашёл наиболее удобный и для себя, и для парня под ним, готового, кажется, кончить в любую минуту. Растение немного сбавило темп, а мягкие корни на губах зашевелились, проталкиваясь свозь губы и заползая в рот. Кэйа от неожиданности распахнул глаза, существо вновь набрало темп, проходясь головкой члена по простате парня, пока корни надрачивали, ласкали, охватывали его тело целиком и полностью, будто стараясь запомнить каждый сантиметр этой человеческой оболочки. Альбериху же не оставалось ничего, кроме как поддаваться, подмахивать бёдрами, дабы почувствовать больше, проводить по корню во рту языком и ласкать его губами, тем самым заставляя получать удовольствие и своего партнёра.       Существо вбивалось в парня быстрее, нагло вытрахивая из него все оставшиеся силы. Кэйа еле различал то, что он видел. Кора дерева, в котором они находятся, корни, облепившие его со всех сторон… вовсе не жёсткие, мягкие, гибкие, совсем живые. Капитан не сразу заметил, но на теле его копии проросли стебельки, местами виднелись цветы… голубые… такие же, как множество других светяшек. Всё это расплывалось, кое-как составляя единую картинку. Мокро, душно, грязно, жарко, запах приторно сладкий заполнял собой лёгкие, отчего разум возвращаться не торопился.       Обоих будто бы пробило током, заставив замереть на долю секунды. Кэйа излился себе на живот, капли спермы случайно попали на лицо и цветки существа. Запыхавшиеся, они ещё лежали так какое-то время, пытаясь прийти в себя, пока Трава-светяшка не вытащил из парня член, корень и не отпустил его, сев рядом. Понимание происходящего потихоньку возвращалось к парню, он наконец может контролировать своё тело, свои мысли и почти здраво оценивать ситуацию.       Альберих попытался подняться, смог заставить себя перейти в сидячее положение. Только сейчас он почувствовал, как из него вытекает вязкая жидкость, на вид похожая на очень жидкий мёд. Цветов на внезапном партнёре стало в разы больше, чем было несколькими минутами ранее.       — Мн-не надо идти, — пробормотал человек, собираясь начать одеваться, но руки его не слушались, как и ноги. Его до сих пор потряхивало, тело казалось ватным, одеться сам он был просто не в состоянии, возмущаться на произошедшее тоже.       Цветочек попался понимающим, заботливым даже. За всё время так и не проронив ни слова, сейчас он тихо произнёс «я помогу», подобрал одежду Альбериха и, насколько позволяли его знания, надел её на человека. После чего вернул его на то место, где украл. В том месте, где у дороги росла Трава-светяшка, всё ещё валялась сумка капитана Ордо Фавониус. Интересно, сколько времени прошло… Солнце уже начинало садиться. Наверное, Альбедо и Итэр уже закончили с поисками и вернулись в город, и уже ждут своего напарника.       — Спасибо, — пробормотал Кэйа.       За то, что довёл обратно, а не за то, что трахнул. Возмущаться сил не было, бежать сломя голову в город – тоже. Он поднял сумку с земли, оттряхнул её и повесил её на плечо. Повернулся, чтобы взглянуть ещё раз на того, кто только что отымел его в лесу и… никого… существа и след простыл. На том месте остались только несколько лепестков, которые ранее прорастали на теле Травы-светяшки.       Парень решил не думать о том, куда оно делось, ему нужно домой, ему хочется в ванную, отмыться, привести себя в порядок, просто поскорее избавиться от липкого ощущения между ног, да и на теле в принципе.       А что сказать друзьям, когда они его увидят? Кэйа притормозил.       — Не говорить же, что у меня был секс с травой?.. — он тяжело вздохнул, — Пиздец, звучит абсурдно.       Кое-как он добрался до Мондштадта, у ворот его встретили как раз возвращавшиеся с задания Принц Мела и Путешественник.       — Кэйа… — позвал его Итэр, — Что с тобой случилось?       Глядя на растрёпанного капитана Ордо Фавониус, на мятую одежду и то, с каким уставшим взглядом он посмотрел на друзей, Итэр всеми силами пытался додумать сам, что могло с ним произойти, но в голову ничего не пришло кроме того, что он с кем-то сражался в Вольфендоме.       — Ты с гончими разрыва столкнулся?       — С травой, — пробормотал Кэйа, шагая в штаб.       Путешественник и Альбедо переглянулись, решив пока не расспрашивать о произошедшем Альбериха. Расскажет позже, когда будет делать доклад, а пока оба пришли к выводу, что ему нужно отдохнуть, поэтому отправили его домой.       Этот день Кэйа ещё долго не сможет забыть…