Замедленный темп

Жизнь даёт нам друзей абсолютно внезапно, поэтому цени их. (Марк Даниас) «Почему многие так боятся папарацци?» Этот вопрос мучал меня до тех пор, пока не почувствовал на себе прожигающие глаза вспышки фотоаппаратов. Было больно смотреть, но я улыбался, ведь у меня есть фанаты. Я с детства приучен к богатству. Многие дети глядя на меня завидовали, жалуясь своим мамашам на их семейную бедность. Я– сын великого бизнесмена в стране. Владения моего отца расширялись все больше. Деньги. Особняки. Охрана. Дорогие игрушки. Все что я просил -покупали без лишних слов. У меня не было друзей. Все говорили мне в лицо: –Эй, это же тот сынок богатенького бизнесмена Карла. Только и может в пустую разбрасывать деньги своего отца. Господи. Как же бесит. Я был не виноват. Все считали меня мальчиком, который с пелёнок хвастался владениями его семьи, но никто не знал настоящего меня. Несмотря на публичную любовь со стороны папы -он был не таким. Все, что происходило на публике -враньё. Никто не знал совершено ничего. Он был бабником. Время от времени он забывал про нас с матерью, и гулял по клубам с проститутками. Родители начали ссориться. Дом превращался в очередное место разборок. Я был один. Сидел в комнате с книгой в руках. Семья считала то, что это ни к чему хорошему не приведёт, ведь надо быть как отец. Он же в моем возрасте читал книги про саморазвитие, а не как я -фантастику, но мне было все равно на их мнение. Я жил своей жизнью. Вскоре в ней появились настоящие друзья, которые остаются ими по сей день. Мы познакомились в парке аттракционов. На тот момент я ходил с охраной, мечтая завести настоящих друзей, ведь многие были рядом только из-за денег. Я ненавидел таких людей. Неподалёку стоял ларёк с мороженым. Продавщицей была бабушка в чёрной футболке с надписью «Love», и в юбке с ромашками. Клубничное мороженое я любил особенно сильно, но там оно было просто отвратительное. Настроения не было совсем. День рождения как никак, и мне исполнилось 10, но родители были опять заняты. Я сел на обшарпанный обувью бордюр, хотя неподалёку стояли скамейки. Время шло чересчур долго. Я мастерски играл в игровые автоматы с игрушками, вскоре это даже превратилось в привычку, когда на душе было слишком грустно. Именно туда я пошёл после 30 минут под палящим солнцем. Клешня не поддавалась мне несколько раз, но вскоре я выиграл лягушку с чересчур кривым швом. «Могли бы и нормально сшить» –подумал я, разглядывая приз. Вдалеке послышался смех двух друзей. Они шли, смеясь над какой то ситуации. Я им завидовал. Весёлые ребята, которым не важно что скажет общество за их громкий смех, ведь это их жизнь. Позади мальчиков плелись их мамы. Одна была чуть полненькая с чёрными, кудрявыми волосами, собранными в высокий хвост. Ее афроамериканская внешность сразу бросалась в глаза, и видимо сын спереди с такой же особенностью в наше время был ее. Вторая женщина была с очень милым лицом. Ее волосы были рыжими и очень кудрявыми, веснушки на лице очень сильно украшали ее. Она была стройной женщиной с беременным животом. Мое желание познакомиться с этими ребятами росло все больше, наблюдая за их действиями. Один мальчиков с афроамериканской внешностью перебирали струны детской гитары. Вроде это было очень смешно, но так  красиво? Я не знал точного ответа на все вопросы, которые крутились в моей голове. Я хотел подойти, но так боялся. Ещё и водитель(охранник) сказал то, что мой отец хочет увидеть меня прямо сейчас. Вскоре я смирился со всеми задумками. На одной из витрин магазина с музыкальными инструментами стояла гитара. Такая же, как и того мальчика, но намного больше. Внутри меня вспыхнул огонёк. «Хочу быть как мама. Изучать музыку, любить ее, играть ее и восхищаться каждым звуком, исходящим из музыкального инструмента.» –Я вспомнил все произведения, которые играли в коридоре особняка. Это была моя мама. Ещё тогда я восхищался ей, но в этот момент захотелось большего. Быть как она. Известной. Смотря горящими глазами на гитару, я заметил фигуры людей, приближающиеся к стеклу. –Мам смотри, когда я вырасту, то обязательно сыграю тебе что нибудь на лю-ю-юбом музыкальном инструменте, который ты захочешь, –протянул мальчик лет 9, показывая пальцем на стоящую гитару. –Я научусь играть на них всех ради тебя,договорились? –Конечно, я буду ждать, когда ты наконец вырастешь, –с нежностью проговорил женский голос. Я сам того не понимая повернул голову. Это был он. Да-да. Я поддался вперёд к кудрявому, со смуглым цветом кожи мальчику, но он опередил меня. –Ты тоже любишь музыку? –С любопытством спросил мальчик. –А, да! У меня мама так хорошо играет на фортепиано, что я теперь хочу стать таким же. –Ого, а давай дружить? Тогда мы сможем вместе достичь всего, –сказал рядом стоящий друг мальчика. –М? Давай с нами? –Я-я, у меня никогда не было друзей. Л-ладно. Я Марк, –со смущенным лицом проговорил я, смотря прямо им в лицо. Радость, которая искрила во мне была неописуемы. Я и друзья, это же просто два несовместимых понятия. –Здорово! –С улыбкой сказал афро-американец. –Я Натан. –А я Дон, –сказал мальчик с такими же веснушками, как и у своей матери. Они тем временем смотрели на нас с улыбкой, умиляясь нашим знакомством. Несмотря на наш возраст мы все имели сенсорные телефоны. Обменявшись номерами телефонов, я побежал к стоящему у ворот в парк Мерседесу. Шли годы. Наши родители со временем познакомились и оказалось то, что они из такой же богатой семьи, как и я. Нас никто не осуждал за это, ведь мы дружили только втроём. Наша дружба была особенно крепкой. Спустя время мы вместе пошли в музыкальную школу, каждый день хвастаясь своими умениями. Каждый выбрал инструмент, которым они восхищались до мурашек. Марк выбрал гитару, Натан -барабаны, а Дон -бас-гитару. Однажды нам пришла идея создать свою музыкальную группу. Нам всем было по 17. Мы оканчивали одиннадцатый класс в одной школе. Тогда о моем хобби знали все новостные паблики. Все обсуждали даже про то, что наша троица создала свою группу. Мы не хотели выступать публично, но в один день решились. Руки окаменели от волнения, все тело дрожало. Я лежал на коленях Дона, пока Натан настраивался перед выступлением. На его подкачанном и стройном теле была надета чёрная футболка, а на низ были одеты светлые, широкие джинсы. Ему сделали укладку, в которой по его словам не хватало птичек. Дона же одели в чёрные шорты и белую, оверсайз футболку с надписью «радуйся моменту». Я же был в бежевых брюках и в заправленной белой футболке. На моей шее красовалась цепочка. Дон перебирал в руках мои волосы, избавляюсь от стресса. Я лежал с закрытыми глазами, пытаясь не уснуть. Единственный Натан был очень дёрганным, и не поддавался нашим просьбам присесть на диван, и расслабиться. Спустя время объявили наш выход. Внутри все скрутилось. Страх пробирался во все частички моего тела. –Давайте! У нас все получится, ведь мы лучшая троица друзей. Так ведь? –подбодрил Дон, когда наши лица были напряжены, как во время важного теста. Мы мигом переглянулись, улыбаясь друг другу, и шагнули прямиком на сцену. Это был конец учебного года, и возможно все разъедутся по разным городам, и я останусь опять один, поэтому я наслаждался этим моментом, когда мы были единственными друг у друга. Я перебирал струны, смотря в зал сидящих людей. Их глаза сверкали от восхищения. Нам не хватало некоторых инструментов, но мы решили эту ситуацию. *Бесконечно курим, ведь так хочется курить, и так хочется забыть.. Я пел по настоящему, от души. Мы гордились друг другом. Они -это те люди, которые по настоящему заменяли мне всех. Я любил их. В тот день мы радовались как угорелые. Это была наша жизнь, наша дружба, наши счастливые моменты и наши общие старания. Мы обнимались так, что не могли дышать. В тот день наше выступление разлетелось по всем соц-сетям и новостям. Тогда то и изменилась наша жизнь. Мы три придурка, которые смогли. Сдержали своё слово.