Дождь всему виной

Холодные массивные капли громко ударяют по старенькой гитаре, с каждым звуком усиливая желание бросить поломанный инструмент на грязном мокром асфальте, и не волочить за собой как единственного товарища на пути к дому. Мобильник как назло разрядился в самый неподходящий момент, без признаков жизни валяясь в заднем кармане черных джинсов. Мокрая до ниточек одежда неприятно облепляет тело, заставляя невольно дрожать при каждом легком дуновении прохладного ветерка. Близится к ночи, а до первой остановки прилично далеко. Угораздило же повестись на пост в сети, приглашающий молодые дарования показать себя и свои таланты, которые были достойны намного больше похвалы и призвания, чем до этого момента, в самом новом свете в сопровождении профессионалов, знающих это дело как свои пять пальцев. В данной статье в подробностях описывался весь процесс от а до я, поэтому и сомнений, что мог произойти обман, не возникло. Джисону как начинающему музыканту очень понравилась мысль попробовать что-то непривычное, чтобы появилось чем хвастаться перед друзьями и утереть нос родителям, что ни в какую не поддерживают любимое дело сына. Влажная челка противно прилипает ко лбу, закрывая густыми крашенными прядями глаза, поэтому наступить прямиком в широкую лужу впереди не составляет большого труда. Парень шумно выдыхает, позволяя себе резкое «серьезно, блять?!» и, наверное, пытаясь отомстить, шлепает по ней еще и сухой обувью. Но от сделанного лучше вовсе не стало, Джисон понял всю глупость своего положения, когда вечерний ветер снова дал о себе знать, мягко касаясь прилипшей рубашки и заставляя несколько раз лихорадочно вздрогнуть. Весь день сегодня показывает себя с исключительно плохой стороны, будто готовит к худшему, так как ещё не закончился, чего всей душой хочет Хан. Неужели возможно сделать еще хуже, чем сейчас? На мгновенье оглянувшись, он видит вокруг пустующие витрины каждого магазина неподалеку. Безлюдные места кажутся куда пугающими без привычного гула голосов, перебивающих друг друга, без криков и без давно привыкшей общей суеты. Становится не по себе, а погодка будто насмехается, усиливая напор ледяной воды из до ужаса недовольных туч через каждые десять минут, что все же вынуждает задуматься о здоровье и найти крышу над головой хотя бы на время. Завернув в первый мрачный и не вселяющий безопасность переулок, Джисон слышит чей-то голос и машинально прижимается спиной к кирпичной стене, чтобы спрятаться в тени и не напугать незнакомца, который его самого чуть не довел до инфаркта. — Ты замерз? Сейчас станет тепло, залезай скорее под куртку... Брюнет перекладывает черный зонт в другую руку, помогая кому-то вытереться об свою кофту, следом тяжело выдыхает, натягивая слабую улыбку на своем уставшем лице. Хан видел лишь его спину, но отчетливо слышал каждую фразу. Голос отозвался в ушах мягким и нежным, почти воздушным, от которого в самом деле тепло разливалось по всему телу, стоило немного послушать медовый тембр. Незнакомец сидел на сырых ступенях входа в какое-то неизвестное уже никому и давно заброшенное здание для богачей и продолжал ласково общаться и возиться с кем-то на своих коленях. В голове всплывает первый волнующий душу вопрос: «почему этот парень не спешит идти домой, если у него есть зонт?», любопытство никогда до добра не доводит, но и растет внутри вместе с интересом с космической скоростью, поэтому он тихо вышел из недавнего укрытия, чтобы все разузнать. Странно, но в другой похожей ситуации синеволосый, не раздумывая, плюнул бы на это, а сейчас все-таки хочет успокоить свою живую водичку внутри и заснуть, ни о чем не думая, когда вернется домой. — Привет, кто у тебя там? — Хан встает напротив, смотря на верхушку зонта, закрывающую лицо собеседника, и меняет свой тон на максимально дружелюбный. — Что? Подняв на него красные усталые глаза, незнакомец удивленно смотрит на насквозь промокшего парня примерно своего возраста. Широкая, отчасти неловкая, улыбка в форме сердца помогает вовремя отставить панику, считая, что у такого чудака в планах не присутствует вредить его новому другу. Значит, все должно быть в порядке. И чуток помедлив, брюнет снова раскрывает свою куртку, откуда тут же выглядывает полосатый котенок. Его шерстка была такой же влажной, как и одежда Джисона, глаза крайне грустными и испуганными, а голос до скрежета в сердце жалобным. Хочется только скорее приютить беднягу, высушить и накормить. Хан опускается на корточки, осторожно протягивая руку и касаясь маленькой спинки озябшего зверька, но незнакомец не позволяет, закрывая вид, чтобы сохранить хоть немного тепла для него, пока сам окончательно не замерзнет. — Я не сделаю ему ничего плохого, — Джисон тихо смеется, зачесывая назад прилипшую ко лбу челку. — Знаю, но мне нужно согреть его. — Тогда почему не идешь домой, а сидишь тут под дождем? — наконец задает тревожащий разум вопрос. — Не твое дело. Иди, куда шел, — фыркает брюнет и опускает голову, чтобы не пересекаться взглядами. — Да ладно тебе, ворчун. Мне правда интересно, расскажи. — Ответь, ты совсем дурак? — внезапно кидает тот, заставляя Хана невольно раскрыть рот. — Ха-ха... — он неловко чешет затылок и также улыбается, растерянно смотря на собеседника. — Почему? — Вместо того, чтобы быстрее идти домой, ты продолжаешь мокнуть в такой легкой одежде. Это глупо, не находишь? — Как тебе угодно, — Джисон отпускает ситуацию и без лишних разрешений садится рядом, где было посуше, опуская поломанную гитару на колени. — Что с тобой случилось? — несмело спрашивает незнакомец, смотря как тот ковыряет краешек наполовину отклеившейся наклейки на своем обреченном инструменте, сопровождая каждое действие тяжелыми вздохами. — М?.. А, ты об этом... Меня обманули и пытались украсть гитару... Спрашивается, зачем я забрал ее сломанную, верно? Но у меня не хватило духу выбросить, потому что она моя первая, — шмыгая носом, рассказывает парень и наблюдает за заинтересованным лицом во время довольно-таки грустной истории. — Ты и правда дурак, — усмехается брюнет, смотря уже на смущенного Хана. — Да-да, можешь повторять это, сколько влезет, — равнодушно хмыкает тот, отворачивая лицо куда-то в сторону и махая рукой на собеседника. — Зачем? Достаточно одного оскорбления в день... — Спасибо, утешил. — без эмоций кивнул Джисон, потирая холодные ладони. — А с тобой что? — Поругался с отцом из-за его новой любовницы и он просто выставил меня за дверь, — на одном дыхании выпаливает брюнет, сжимая брюки на коленях слегка дрожащими от холода руками. — Ох, прости... — Хан виновато поджимает губы и мысленно ругает себя за то, что поспешил с выводами у себя в голове. — Сочувствую. — Забей. Я давно привык к такому обращению, так что все нормально. — Это ни в коем случае не «нормально», знаешь? — делая акцент на предпоследнем слове, шумно выдыхает Джисон и сжимает влажными пальцами край потрепанной гитары, слушая тихий, едва уловимый скрип. — Много ты понимаешь, мне кажется, — бубнит куда-то в бок незнакомец и лениво машет на незваного собеседника рукой, повторяя его же недавний жест. — Джисон, — смотря перед собой, достаточно громко представляется синеволосый и боковым зрением замечает, как парень подсаживается ближе, полностью накрывая своим зонтом. Теперь на него также падают крупные холодные капли, но значения этому никто не придает. — Ли Минхо. — ответ прозвучал неизменно равнодушно и, казалось, если бы брюнету было чем заняться помимо бессмысленного диалога, его бы и не огласили. — Почему ты все еще сидишь здесь, а не идешь домой, раз все узнал? — Ну... — Хан смущенно опускает глаза на грязный асфальт под ногами, замечая на лице Ли слабую ухмылку, и нервно перебирает занемевшими пальцами по спутанным струнам. — Я не могу уйти сейчас, потому что знаю... Ты останешься тут под дождем, а я... Я буду волноваться. — Чего? После последней фразы, прозвучавшей до ужаса неловко и приводящей весь разговор к резкому тупику, Минхо пускает тихий смешок, что раздался в ушах младшего довольно выразительно в нависшей тяжелой атмосфере, заставляя закрыть лицо руками. Думает, что тот наверняка шутит. Мол, мы только познакомились, какое волнение? Затем пытается заглянуть в тонущие в стыде глаза собеседника, чтобы убедиться в своих логических, на его взгляд, выводах. Но к удивлению становится свидетелем в более постыдной картине, чем до этого. Незаметно для хозяина карие глаза наполнились соленой жидкостью, вынуждая сильнее прижать руки к лицу, чтобы не выдать себя и свою излишнюю эмоциональность. Странное чувство, еще ранее не присущее его внутреннему миру, медленно, но верно не позволяет оставить Минхо одного. А слезы как под бесконечным напором катятся градом, просачиваясь сквозь заледеневшие пальцы. Сейчас можно было бы замаскировать себя на фоне густого ливня, моментально смешивая воду разных сортов и скрывая чувства внутри. Но на данный момент вид открывается самый лучший, хоть и крайне нерадостный... — Что случилось? — брюнет испуганно касается плеча Хана и потряхивает, привлекая внимание. — Джисон? — Это несправедливо... — шепчет синеволосый, наконец открывая зареванное лицо, и обнимает себя за плечи, смотря на грязный асфальт под ногами. — Я понимаю твои чувства, но то было не последний раз, поверь мне. Обязательно будет шанс выступить где-нибудь еще, не расстраивайся так сильно из-за этого, — с бодрой заразительной улыбкой говорит Минхо, осторожно проводя указательным пальцем по спутанным струнам. — Нет, я говорю о тебе, — хмурясь, поясняет Хан, и не может поверить, что тот плюет с высокой башни на собственное положение, спокойно отпуская ситуацию. — Что? Обо мне..? — немного удивленно хлопает глазками парень, считая Джисона еще более странным, чем до этого. Какое ему вообще дело? Действительно, странно. — Смотри, дождь наконец-то заканчивается, — поднимается с прогретого места, не отказывая себе в шумном выдохе. — Удачно добраться домой, — машет рукой Минхо, затем берет лапку котенка, также как бы прощаясь и от его лица. — Ты идешь со мной. — Что? Зачем? — Давай кое-что проясним... Во-первых: тебя выставили из дома в ужасный ливень. — синеволосый загнул один палец почти перед лицом собеседника и крайне эмоционально продолжил рассуждать вслух, перечисляя. — Во-вторых: ты, наверняка, без денег, поэтому не сможешь переночевать в гостинице. И, в-третьих, ты же не планируешь спать на улице, так? Поэтому пошли ко мне, иначе можешь заболеть. К тому же, я живу один... — Не неси бред, я не могу пойти к тебе, — сначала Минхо задумчиво смотрел на парня, а потом усмехнулся, мотая головой. — мы едва знакомы. — Разве это имеет значение? — пожал плечами Джисон, устало смотря в неизменно покрасневшие глаза напротив. — Для меня имеет. — Ну, я же не маньяк какой-то, верно? — Не знаю, но все возможно, — с больше издевательской, чем со смущающей ухмылкой отвечает брюнет, потирая лапки полосатого зверька на своих коленях. — Хорошо. — парень шумно выдохнул, топая промокшей обувью по такому же мокрому асфальту. — Значит, я буду стоять на этом месте, пока у меня до конца не онемеют руки или ты не помиришься с отцом. — на этот раз Хан ощущает на себе крайне удивленный взгляд и самодовольно улыбается. — Да, можешь сказать это еще раз... «Ты дурак», смелее! Давай же! — Дурак... — лишь губами беззвучно произносит Минхо и прижимает продрогшего до косточек котенка к щеке. — Я не пойду без него. — Я тоже его не брошу. Идем втроем? — широко улыбаясь, спрашивает синеволосый и осторожно чешет котенку за ушком. — Идем, дурачок, — Ли встряхивает зонтом и складывает вещь, также поднимаясь. Что-то в Джисоне заставляло его невольно улыбаться и соглашаться с любым оглашенным предложением, даже если в собственных мыслях не до конца уверен в своем выборе. Продрогшая ладонь тянется к макушке младшего, неожиданно взъерошивая влажные пряди, и вынуждает моментально смутиться. — и спасибо тебе большое, правда. — Не за что... Пойдем быстрее, пока я не откинулся, — чуть с запинкой в самом начале произносит брюнет, никак не ожидая такого жеста от такого человека. — Постой... Вот, держи, — Минхо пару секунд осматривает Хана снизу-вверх и снимает с себя первый слой одежды, легкую черную куртку, накидывая ему на плечи. — не обогреватель, конечно, но хоть что-то. — А как же твой дружок? — кивая на пушистый комочек в руках Ли, немного с беспокойством спрашивает младший. — У меня еще есть теплая кофта, так что все хорошо. Лучше волнуйся за себя. Джисон смущенно улыбается, поспешно забираясь в куртку полностью, и невзначай вдыхает слабый, но такой запоминающийся запах парфюма, что так мягко обволакивал. Также мягко, как и чувство теплоты, когда парень замечал слабую улыбку владельца, изредка поглядывая в его сторону во время скомканного первого разговора на случайные темы на пути к дому и, совершенно забыв, что можно было доехать на ближайшем автобусе. Парни спокойно прошли мимо всех остановок, продолжая узнавать друг друга чуть лучше, но оба были абсолютно уверены, что им это ни к чему. Запах свежести после дождя заполняло тело бодростью, а в глазах почти рябило, стоило солнцу с силой выбраться из серой массы, освещая мокрые здания и растительность вокруг. Сейчас же атмосфера не стала казаться жуткой и навивающей все страхи, которые только можно было перечислить в растерянном состоянии. И Минхо, идущий совсем рядом и помаленьку открывающийся с доброй стороны, заставляет чувствовать себя в какой-никакой безопасности.

***

— Проходите в гостиную, я сейчас все приготовлю для вас, — закрывая дверь квартиры, тараторит Джисон и скорее вешает куртку на стул, также быстро скрываясь в одной из комнат. — Что «приготовишь»? — осторожно спрашивает брюнет, заглядывая в единственную комнату, где горел свет, следом за младшим. — Для начала горячий шоколад. Ты голоден? Хан ставит чайник на плиту и переводит взгляд на Минхо, который стоял немного в замешательстве, опуская не менее испуганного котенка на пол рядом с собой. Зверек моментально оживился и побежал исследовать каждый уголок кухни, топая своими маленькими лапками не громче, чем добрый скакун. Парни с улыбкой следили за его любопытством, но стоило сладкому аромату заполнить все пространство, живот Ли инстинктивно пропел несколько куплетов, а в тишине пение китов слышно как нельзя четко. Он не ел с самого обеда, поэтому отрицать очевидное было бессмысленно. — Хах, я понял. Сделаю тебе рамен, хорошо? — Спасибо, конечно, но... Джисон, — Ли подошел почти впритык, пока тот вытаскивал тарелки из верхней полки, и коснулся влажной рубашки, слегка оттягивая на себя, из-за чего ткань с маленькими брызгами шлепнула по коже. — не хочешь переодеться, для начала? — А... О, точно! Из головы вылетело, — парень незаметно вздрагивает, чувствуя чужое присутствие за спиной, и спешит отойти в сторону. — Давай скорее, а то простудишься скорее ты, а не я. — Кстати, о тебе, Минхо... Пойдем, я дам сухую одежду. — синеволосый идет в дальнюю комнату квартиры, старший послушно следует за ним, по пути снимая с себя кофту. — советую принять горячий душ. — Хорошо, но только после тебя. Ли проходит дальше, скромно садясь на край кровати, и продолжает пристально смотреть на Джисона, будто что-то требуя. Тот несколько секунд тупит взгляд в ответ, затем хлопает себе по лбу и с неловким смехом уходить в душевую, чтобы поскорее освободить очередь. Минхо тихо посмеялся, провожая взглядом, кажется, впервые улыбнулся шире обычного. Внутри становилось спокойнее с каждого, немного неуклюжего действия нового знакомого. Милый... Хоть и совсем не в моем вкусе. Спустя некоторое время Хан возвращается в свежей одежде, полотенцем на плечах и сразу поворачивает на кухню, продолжая готовить поздний ужин. Параллельно он крикнул, что душ свободен и через мгновение увидел перед собой обеспокоенное лицо брюнета. — В чем дело? — Мы совсем забыли о нем, — Минхо опускается на корточки и быстро ищет глазами пушистого друга, которого притащил с собой. К своему удивлению находит его возле блюдца с молоком, которое исчезало почти мгновенно. — Ну, кто-то и забыл... — Джисон довольно улыбнулся, заваривая лапшу на две порции. — Но я сразу налил ему попить, а сейчас дам покушать. — отложил несколько кусочков мяса в соседнее блюдце. — На тебя все-таки можно положиться. — Поспеши в душ, еда стынет. Остаток вечера, что парни провели не проронив ни слова, продолжая жадно попивать уже не такой сладкий кипяток в кружках, не казался слишком длинным. Закончив, старший снова переводит внимание на уже сытого котенка, тиская зверька на руках. Джисон, все еще допивая шоколад, не может перестать улыбаться, смотря на этих двоих, и после тихого зевка Ли поднимается, громко потягиваясь. — Расправлю тебе на диване, — тихо говорит синеволосый, будто в квартире был кто-то еще, и собирается выйти, но его неожиданно хватают за локоть, поворачивая лицом к себе. — Что-то не так? Хочешь спать на кровати? — Дело не в этом, я хотел спросить... Почему ты решил мне помочь? — сжимая руку, серьезно спрашивает Минхо. — Я же говорил, что буду волноваться, если уйду, а ты останешься там. — Не думаю, что это веская причина. И она одна... — Минхо выдохнул в сторону, затем поднялся с места, заключая младшего в неумелые объятия. Не знает, как еще отблагодарить Хана за то, что он не отнесся к его ситуации равнодушно и все еще старается сделать атмосферу более комфортной. — Честно, я пока не придумал, как отплатить тебе в ответ, поэтому дарю простые объятия. Я редко кого-то обнимаю, так что будь уверен, что это нечто особенное. — О, вот как... — Джисон несмело обхватывает руками его плечи, мягко утыкаясь носом в плечо. — Тогда я собираюсь насладиться ими по полной... — Не переживай, я посплю в гостиной. Вообще, постелил бы ты на полу, где угодно, то тоже бы сошло. — Ну уж нет, гости не спят на полу, Минхо. Хан нехотя отпускает старшего, и парни с неким облегчением покидают комнату, пропитанную слишком приятной атмосферой. Задернув шторы и включив торшер, он расправил для брюнета постель, пока тот следил за процессом, приготовившись с пушистым комочком на руках отправиться в царство снов. Джисон выдохнул с облегчением, зная, что теперь старшему не будет так одиноко спать в большой комнате, и направился в спальню. — Спокойной ночи. — И тебе. Минхо плюхается на диван, прижимая котенка к себе, и закрывает глаза. Хан же устало рухнул на нерасправленную кровать, сжимая холодное покрывало, и изо всех сил старался заснуть, что получалось, мягко говоря, не очень...