Между льдом и пламенем

      Солнечный свет мягко освещал комнату, открывая вид на царивший в ней беспорядок. Кое-как разлепив глаза, Минхо повернул голову, чтобы взглянуть на Джисона, мирно посапывающего на его руке. Хотя может она ему уже не принадлежала, потому что Ли ее совершенно не чувствовал! Сколько же он лежал в такой позе, что рука успела так сильно затечь?       Размышляя об этом, он невольно вспомнил сцены минувшей ночи. Губы мгновенно растянулись в улыбке.       После вчерашнего концерта, группа сразу вернулась в общежитие. Свободного времени оказалось достаточно, поэтому немного отдохнув, Минхо с Ханом решили прогуляться до ближайшей кафешки, чтобы поужинать. Ни других участников группы, ни сотрудников компании это уже не удивляло, ведь они часто сбегали, чтобы поесть вдвоем. Кто бы знал, как это облегчало им жизнь, избавляя от ненужных вопросов.       Всю дорогу парни как обычно болтали, обсуждая последние новости. Но стоило оказаться в кафе, как оба мгновенно уткнулись в телефоны, поглощая еду в тишине. Пожалуй, именно поэтому они любили есть вместе. У них были одинаковые предпочтения: тишина, видео на ютубе и вкусная еда.       На обратном пути Хан затащил Минхо в небольшую кофейню и, взяв два стакана холодного кофе, он с воодушевлением рассказывал ему о сложностях написания песен. Только дослушав очередную идею Джисона касательно следующего трека, Минхо вспомнил, что вообще-то они шли обратно в общежитие, а оказались в парке, кривляясь на камеру в ближайшей фотобудке. И как только Джисону удаётся каждый раз его куда-нибудь заманить?       Таймер отсчитывал секунды до создания следующего кадра, давая время встать в нужную позу. Джисон крутился перед камерой в ободке, очень похожим на уши квокки, и пытался выдать самое нелепое выражение лица, на которое был способен. Тем временем Минхо смотрел на него и загадочно улыбался своим мыслям.       Наконец, на экране высветилось число три, оповестив, что скоро будет сделано фото, и Минхо не сдержавшись потянулся к Джисону, осторожно прикасаясь губами к его губам. Он пах крепким кофе и шоколадом. Хотелось зажмуриться и вдыхать этот запах, стоя в этой дурацкой кабинке в глупых ободочках.       Раздался щелчок, и автомат пропиликал о необходимости выбрать кадры для печати. Оба парня наверняка бы это поняли, но были слишком увлечены друг другом. Руки блуждали по телу, в попытках дотянуться до каждого сантиметра кожи. Одной рукой Минхо нежно удерживал лицо Хана за подбородок, поглаживая щеку подушечкой большого пальца, а второй перебирал пряди волос, переходил на шею, плечи, ключицы, стараясь зацепить любую часть тела Джисона, попавшую в поле досягаемости. Джисон не отставал. Обхватив широкую спину Минхо, он хаотично касался каждого ее участка, вызывая волну приятных мурашек.       — Давай заберем фотографии и свалим отсюда. — смотря затуманенными глазами и тяжело дыша, произнес Джисон. Минхо не стал спорить, лишь добавив:       — Последнюю фотку обязательно распечатай. — и вышел из кабинки.       Дорога до ближайшего отеля заняла минут десять. Весь путь, Минхо не выпускал из рук маленькую ладошку Джисона, слушая его щебетание обо всем подряд. Он плохо помнил, как они переместились от ресепшена до выделенной им комнаты. Помнил лишь звук закрывающейся за ними двери и свои руки, нежно обнимающие парня. Не разрывая бесконечные поцелуи, он подтолкнул его в сторону кровати и, только когда Джисон упал на неё, Минхо наконец смог оторваться от его губ и посмотреть в тёмные глаза, окутанные желанием. Остатки одежды были отправлены в полет, а два разгоряченных тела наслаждались друг другом, слушая приглушенные стоны, гулко отражающиеся от пустых стен.       С Джисоном не могло быть по-другому: каждый раз Минхо утопал в нежности, охватывающей его при малейшем прикосновении к парню. Или думал, что не могло.       В общежитие они вернулись ближе к обеду. Поздоровавшись с ребятами, Минхо заглянул в свою комнату, взял спортивные вещи и снова сбежал. На этот раз в зал танцевальных практик. Тренировки помогали освежиться и сохранить голову холодной. Видимо не в этот раз.       Зайдя в помещение, он сразу заметил сумку, одиноко стоявшую у входа, а после и ее хозяина, закончившего тренировку и лениво собирающего вещи, сидя на полу.       — Судя по твоему виду, ночь с Джисоном была веселенькой. — хмыкнул Хенджин. — А вот я был совсем один. — выделив последнее слово, протянул парень. После чего лениво поднялся на ноги и медленно расстегнул верхние пуговицы шёлковой рубашки. Минхо тяжело сглотнул, чувствуя нарастающее желание.       — Как-то жарко тут, не находишь? — оставив в покое рубашку, Хенджин подошел к окну и встал на носочки, примеряясь как бы достать до ручки. Широкий подоконник мешал, поэтому блондин, в попытке открыть окно, наклонил корпус вперед, мягко прогнувшись в пояснице. В голове Минхо, наблюдающего за этой картиной, была лишь одна мысль. Чертов Хенджин. Открыв наконец злополучное окно, Хван незаметно оказался рядом и наклонившись к уху, прошептал:       — Пойду подумаю, с кем провести свой вечер. Может быть… Банчан?       На лице Минхо заиграли желваки.       — Или…Феликс?       Горячий язык обжег ухо Минхо, а Хенджин простонал:       — Хотя мы оба знаем, что лучший вариант - Джисон.       После чего резко отстранился, развернулся в сторону двери, намекая, что разговор окончен. Но прежде чем Хван успел сделать хоть шаг, Минхо схватил его за запястье и грубо толкнул к ближайшей стене.       — Хочешь скоротать вечер, да? — ответом стала ухмылка и хитрый блеск в карих глазах. Не сдерживаясь, Минхо сильнее вжал его в стену и впился в губы. Мир вокруг потерял границы, смазался, сузился до двух жадно целующихся парней, чьи поцелуи постепенно переходили в укусы. Ли нетерпеливо спускался к шее, оставляя свежие следы, пока его рука крепко держала запястья Хенджина над головой. Не успел он опомниться, как вторая рука Минхо грубо обхватила шею.       — Этого ты добивался?! — прорычал Ли.       Хенджин лишь ухмыльнулся, закусив губу, и через секунду почувствовал, как его руки и шею освободили, а Минхо скомандовал:       — Сядь!       Хенджин медленно опустился на колени, продолжая смотреть Минхо в глаза. Черт, смотреть снизу вверх оказалось так возбуждающе.       Ли потянулся к ремню, грозясь вырвать его вместе с петлями брюк. Беспомощный, с нескрываемым возбуждением стонущий перед ним на коленях Хенджин был слишком потрясающей картиной.       — Я больше не могу! — отрывисто выдохнул Минхо, рывком подняв Хенджина и развернув его к стене. Ему казалось, что он взорвется, если не сделает это сейчас. Пара секунд и зал разрезал мелодичный стон Хенджина, распластавшегося по стене и через слово выкрикивающего имя Минхо. Хорошо, что в тренировочном зале отличная звукоизоляция. Несколько минут спустя, измотанные парни лежали на полу, смотря в потолок и думая о своём.       — С Джисоном также? — внезапно спросил Хенджин, повернув голову в сторону Минхо.       — Он меня не бесит. — пожав плечами, ответил Минхо.       — То есть у вас скучный секс?       — Хенджин, не беси.       Немного помолчав, он все же ответил:       — Иногда, я думаю о том, что вы двое идеально дополняете друг друга. Вы оба мне нравитесь.       Хенджин притих, глубоко задумавшись.

***

      — Ты правда думаешь, что это хорошая идея?! — Джисон выжидающе посмотрел на Хенджина, обескураженный таким предложением.       — Да ладно тебе… Как минимум будет весело.       — Не будет, он убьёт нас раньше!

***

      Вернувшись с тренировки, Минхо обнаружил, что в общежитии на удивление тихо. Осторожно пройдя по коридорам, он убедился, что действительно был один. Впрочем, его это не сильно расстроило. Дойдя до комнаты, он плотно закрыл дверь, сходил в душ и залез под одеяло. Видимо, накопившаяся усталость дала о себе знать, и он мгновенно провалился в сон.       После пробуждения, первое о чем он подумал: «почему глаза открыты, а перед ними темнота?» Парень попытался подняться, но следом пришло осознание, что руками шевелить он не может. Они были крепко прицеплены к изголовью кровати, и каждое движение сопровождалось едва слышным позвякиванием. Минхо догадался, чьих это рук дело.       — Хенджин, немедленно отцепи меня!       — А с чего ты решил, что это он? — ответил знакомый голос… Джисона?! Собственный голос осип, и вместо ответа Минхо сумел выдавить лишь непонятный набор звуков. Он еще спит что ли? Джисон не решился бы провернуть такое самостоятельно, поэтому в голове Минхо закрутились варианты того, что задумали эти двое.       Он не знал, сколько пролежал в темноте до того момента, как повязка с глаз была заботливо снята чьими-то прохладными руками. Свет ударил в глаза, и Минхо резко зажмурился, пытаясь привыкнуть к яркому освещению.       — Я ведь говорил, что Джисон лучший вариант?       Минхо приподнялся повыше, насколько позволяла длина наручников, увеличивая себе обзор. Лучше бы было темно, честное слово. Джисон сидел на краю кровати спиной к Минхо, а Хенджин стоял между его бедер и с хитрой ухмылкой смотрел в глаза Минхо, медленно наклоняясь к лицу Хана.       — Он же так ничего не увидит. — обиженно сказал Джисон.       — И правда. — с сожалением выдохнул Хенджин.       После чего, оба залезли на кровать с ногами, повернувшись к Минхо боком. Руки Хенджина легли по обе стороны от хрупкого тела Хана, а расстояние до губ сокращалось до тех пор, пока не исчезло совсем. Минхо зло дернулся, но проклятые наручники крепко держали запястья. Он тихонько застонал, сам не понимая от чего: от открывшейся картины или от неприятного ощущения затекших рук.       Тем временем, голая спина Джисона уже коснулась покрывала, а внутри Минхо разгорелся настоящий пожар. Как они вообще до этого додумались? Эти двое, словно лёд и пламя. Ласковый и нежный Джисон, похожий на прохладу, мягко окутывающую тело в знойный день. И резкий, непредсказуемый, словно костёр Хенджин, самовольно решающий согреть тебя сегодня или испепелить дотла. Он подчинялся, не потому что его заставили, а потому что сам этого желал. Со стороны могло показаться, что в отношениях с обоими Минхо был ведущим, но сейчас, беспомощно наблюдая за обнаженными парнями, целующимися на его кровати, он четко осознал, что всегда был ведомым.       Их ласки напоминали перетягивания каната. Бесконечную борьбу нежности и спокойствия со всепоглощающей страстью. На мгновение поцелуи стали едва уловимыми, превратились в нежные касания губами, перешли на щеки, лоб и шею, но уже через секунду они переросли в настоящий пожар, оставляющий на теле ожоги. Внутри Минхо бушевал ураган, а эти двое, казалось, перестали замечать окружающий мир.       Одежда давно была раскидана по кровати, а Хенджин наконец плавно опустился на бёдра Джисона. Минхо до крови искусал губы, малейшее дуновение ветра к телу казалось обжигающим. Мелодичные стоны отражались от стен, но на это обращал внимание лишь Минхо, борющийся с непреодолимым желанием оторвать этих двоих друг от друга!       — Как думаешь, он увидел достаточно? — прошептал Хенджин, сверху вниз смотря на Минхо, но обращаясь к Хану. Джисон осторожно пересадил его на кровать и подошёл к Минхо.       — Думаю, да. — в самое ухо прошептал Джисон, расстегивая наручники. Минхо медленно разминал затекшие запястья и прожигал взглядом притихших парней, готовых поклясться, что это был самый страшный взгляд, который они когда-либо видели. После чего повернулся к Джисону и спокойно произнес:       — Выходит, ты не такой невинный, как я думал до этого. — Минхо потянулся к оставленным на кровати наручникам, осмотрел механизм и приподнял голову на Джисона:       — Вытяни руки. — Хан без колебаний выполнил сказанное и тут же услышал звук защелкнувшейся застежки.       — Продолжайте. — этим голосом можно замораживать целые океаны, но вместе с тем ему невозможно было не подчиниться.       — Раз твои руки теперь заняты, то Хенджину придется все делать самому. Смотрите друг другу в глаза и никаких поцелуев, пока я не разрешу. — таким же обманчиво спокойным тоном сказал Минхо, наблюдая за тем, как Джисон медленно, словно под гипнозом, вернулся к сидящему на кровати Хенджину, который только этого и ждал. Стоило Джисону опуститься на кровать, Хван мгновенно перекинул ногу через его бедра. Наручники сковывали движения, поэтому Хану пришлось поднять руки над головой, чтобы позволить Хенджину свободно сесть. После чего он мягко опустил их на плечи, поместив Хенджина в кольцо рук. Так близко. Глядя прямо в глаза Джисону, Хенджин, тихо постанывая, медленно опускался на его бёдра.       Все это время Минхо, не мигая, следил за происходящим, теперь, когда наручников не было, он чувствовал контроль над ситуацией. Желание оторвать их друг от друга исчезло без следа. Наоборот, к своему удивлению, его возбуждало смотреть за тем, как Хенджин, глядя прямо в глаза Джисона, поднимался и опускался обратно. Иногда стоны срывались на крики, а глаза закатывались от удовольствия. Ему нравилось смотреть, как покраснели уши, сидящего спиной Джисона, как он дергал руками, пытаясь прикоснуться к Хенджину, чтобы погладить его спину и помочь ему подобрать удобный для обоих темп.       Следить за этим становилось все сложнее, и как только Хенджин в очередной раз закатил глаза, протяжно застонав, Минхо не выдержал. Он переместился за спину Джисона, оттянув его тёмные волосы назад, так, чтобы иметь возможность видеть его лицо. А через мгновение жадно впился в губы. Ощущение, будто по венам вместо крови растекалась раскаленная лава. Тело горело, а Минхо продолжал покрывать поцелуями лицо Джисона, то сильнее оттягивая волосы на себя, то ослабляя хватку. Наконец, отпустив их полностью, он заглянул в затуманенные глаза Хенджина, все это время следившим за тем, что разворачивалось буквально в паре сантиметров от него. Светлые волосы прилипли к лицу, а искусанные губы, и без того пухлые, стали еще больше, притягивая взгляд. Минхо осторожно заправил растрепанные пряди за уши. После чего, обойдя с другой стороны, он рывком поднял парня с бёдер Джисона и толкнул на постель.       — Подними таз!       Хенджин быстро подчинился, позволив Минхо окончательно взять все в свои руки, а Джисон, не теряя времени, медленно подошёл к Ли со спины, и прижавшись к нему всем телом, начал покрывать его спину поцелуями, похожими на лёгкое дуновение ветерка. Два разных человека, настолько по-разному проявляющих чувства. Одновременное ощущение собственных грубых толчков и нежных поцелуев в спину окончательно снесло крышу, заставляя балансировать на краю пропасти.       — Хани, удели время и Хенджину, я думаю его рот заскучал. — сказал Ли, отвлекая Джисона от его занятия.       Он нехотя отстранился от Минхо и, подойдя ближе к Хенджину, сел прямо перед ним.       — Открой пошире свой ротик. — почти ласково попросил Джисон, а Хенджин не смог ему отказать.       Громкие стоны Хвана заполонили комнату, посылая приятные вибрации по телу Хана. Минхо встретился с глазами Джисона, стоявшего напротив. Взгляды двух возбужденных парней, между которыми зажат третий. Это стало последним шагом по направлению к бездне, в которую упали все трое. Хан закатил глаза и откинулся на подушки, утягивая за собой обессиленного Хенджина. Минхо с нежностью смотрел на этих двоих, пока Хенджин заботливо расстегивал замок наручников, наконец освобождая запястья Джисона. Ли осторожно прошептал:       — Джинни.       — Что? — выдохнув, спросил Хенджин.       — В следующий раз я хочу быть на твоём месте.       После чего абсолютно счастливый упал в объятия ошарашенных парней.