Когда на сердце светло, в темном подземелье блещут небеса

        Павильон целителей внешне мало отличался от других зданий ордена. Разве что его размеры значительно превосходили большинство из ранее увиденных юношей строений. В остальном же, он выглядел таким же строгим и аккуратным, без особых изысков или вычурных украшений. Красивый, аккуратный, величественный. Очень в духе Гусу Лань.    «Похоже, тут тщательно заботятся о здоровье тела», — отметил Вэй Усянь, хотя мог бы понять это и раньше: по тому, сколько внимания супруги уделяли его физическому состоянию: ежедневные осмотры, приём лекарств и укрепляющих отваров...     У входа его и Лань Сичэня встретила Вэнь Цин. Как и всегда, со строгим выражением лица. Рядом стоял очень похожий на неё молодой человек, очевидно близкий родственник, робко улыбнувшийся при виде Вэй Усяня:    — Молодой г-господин Вэй! – радостно воскликнул он, на что тут же получил тычок локтем под рёбра от Вэнь Цин. Судя по тому, как незнакомец поморщился, тычок оказался весьма ощутимым и болезненным. – П-прошу п-простить, — он тут же склонился в низком поклоне, пытаясь исправить свою оплошность. – Г-глава Лань, Лань-фужэнь.      Вэнь Цин тоже отвесила им поклон.    — Прошу простить моего младшего брата, А-Нин забылся, — поспешно заявила она, вопросительно глянув на нахмурившегося Лань Сичэня.      Вэй Усянь тоже заметил странную реакцию супруга, и недоумённо оглядел всех троих.    — Мы знакомы? – только и смог спросить Вэй Ин. Основываясь на чужой реакции, он предположил, что это было так.     «Вряд ли бы он так радовался всего лишь мужу главы ордена, — логично рассудил Вэй Усянь. – Но… почему тогда Вэнь Цин никак не выказывала того, что мы были знакомы раньше, и ни разу не упомянула о своём брате?».    — Д-да, — кивнул молодой человек, робко опустив взгляд в землю.    — А-Ин, почему бы тебе не поговорить с Вэнь Нином после осмотра? – предложил Лань Сичэнь, вновь вернув на лицо миролюбивую улыбку. Видимо, он планировал что-то обсудить, пока его супруг и целительница будут заняты и не желал присутствия лишних свидетелей.    — Хорошо, — кивнул Вэй Усянь, покорно позволив лекарю увести себя в павильон.       Очередной осмотр мало отличался от предыдущих: Вэнь Цин подробно расспрашивала его о самочувствии, слушала его пульс, проверяла, как он двигал конечностями, следила за его дыханием, что-то записывала…    — Ты не говорила, что знала меня раньше! – обиженно проговорил Вэй Ин, недовольно глянув на девушку. За прошедшее с момента встречи время они перешли на более неформальный стиль общения, когда оставались наедине. В присутствии братьев Лань они вели себя безукоризненно вежливо и учтиво, потому что супруги не одобряли такое поведение.    — До твоего замужества мы виделись всего несколько раз и почти не общались, Лань-фужэнь. Ты был гораздо ближе с А-Нином, чем со мной, — пожала плечами целительница, даже наедине она редко называла его по имени. И причин Вэй Усянь так и не выяснил, что регулярно расстраивало его. – Я не хотела беспокоить тебя, ведь ты и так сильно переживаешь из-за того, что не можешь вспомнить прошлое, — вздохнула она, но её голос не звучал виновато. Видимо, она считала, что излишнее волнение могло повредить здоровью её подопечного. Как лекарь, она обязана была ставить превыше всего именно состояние пациента, а не собственные чувства. – А глава Лань строго-настрого запретил причинять тебе любые беспокойства, — объяснила Вэнь Цин, отойдя к столику, где уже была приготовлена новая порция укрепляющего отвара.     Сам пациент предпочитал называть эту жидкость «самая мерзкая дрянь, которую я пробовал когда-либо в жизни».    — Хуань-гэ? – удивился Вэй Усянь, поправив рукава своего ханьфу.       Супруг казался ему вполне добрым и миролюбивым человеком. Юноша скорее бы счел, что Лань Ванцзи, большой любитель испить уксуса, пытался ограничить его общение с другими людьми из-за ревности, чем в то, что на такое оказался способен Лань Сичэнь.    — Глава Лань очень дорожит тобой, — тепло улыбнулся лекарь. – Он был сам не свой все те месяцы, что ты провёл в беспамятстве. Постоянно спрашивал о тебе, навещал… — пояснила Вэнь Цин, покачав головой, будто вспоминала о том, как вёл себя Лань Сичэнь. – Вы же только-только стали супругами, когда с тобой… приключилось несчастье.    — Ох… — только и смог произнести Вэй Усянь, обдумывая услышанное и мысленно отмечая, что они не успели толком провести время вместе, что многое объясняло. – Лекарь Вэнь, а много ли в Гусу Лань людей, которых я прежде близко знал? – осторожно поинтересовался он, пытаясь прикинуть, с кем кроме Вэнь Нина его ожидало повторное знакомство.    — Насколько мне известно, не считая братьев Лань и Лань Цижэня, только я и А-Нин, — задумчиво проговорила Вэнь Цин, вручив ему чашу с отваром. Проследив, чтобы подопечный выпил всё до последней капли, она забрала чашу и поставила её на место. – Теперь будешь сам приходить ко мне, – сообщила она, и тут же продолжила, не дав и собеседнику возможность отказаться. – Ежедневно, в час лошади. Ты уже достаточно окреп, так что будем продолжать восстанавливать твоё здоровье пешими прогулками.    — А долго мне ещё всякую гадость пить? – с опаской уточнил Вэй Ин, решив не настаивать на продолжении разговора о необычном поведении супруга. Эту беседу стоило отложить до более благоприятного момента.    — Долго! – довольно усмехнулась Вэнь Цин, словно наслаждалась его страданиями. – Твой организм сейчас намного слабее из-за потери золотого ядра, — напомнила она. – К тому же, тебе нужно набрать ещё немного веса. Но я постараюсь сделать вкус отваров более приятным, Лань-фужэнь, — пообещала целительница.    — Спасибо! Ты просто великолепная мучительница! – Вэй Усянь широко улыбнулся и шутливо поклонился девушке.    — Ещё одно слово и я передумаю! – возмутилась Вэнь Цин, скрестив руки на груди.    — Запрещено нарушать обещания! – ухмыльнулся юноша, припомнив одно из правил ордена, и со смехом выбежал на улицу.     Там его по-прежнему ждали Лань Сичэнь и Вэнь Нин, расположившиеся в небольшой беседке неподалёку и о чём-то негромко переговаривающиеся. Заметив подошедшего Вэй Усяня, глава Лань ласково улыбнулся и жестом предложил ему присесть рядом.    — Что сказала лекарь Вэнь? – уточнил Лань Сичэнь, пока Вэнь Нин наливал его супругу чай.    — Что пытки отваром закончатся ещё нескоро! — буркнул Вэй Ин, торопливо отпивая горячий напиток, чтобы заглушить неприятный привкус во рту. Стало немного лучше. Не так противно. Почти терпимо. – Неужели в ордене нет правила, запрещающего подобные зверства?    — А-Ин, если лекарь Вэнь считает, что это необходимо для твоего выздоровления, значит, придётся смириться с этим, — весело откликнулся Лань Сичэнь, поддержав игривое ворчание мужа и нежно погладив его по спине. – Ты достаточно сильный, чтобы справиться с этим.    — Цин-цзе лучшая, — тихо проговорил Вэнь Нин, смущенно опустив взгляд. – Она с-сделает всё, чтобы п-позаботиться о вас, Лань-фужэнь, — его тон звучал уверено, несмотря на нервозность и заалевшие щёки.    — Ну, раз так… Придётся принять мою горькую судьбу, — рассмеялся Вэй Усянь, сдавшись. Всё равно ему бы никто не позволил уклониться от приёма лекарств, что означало отсутствие выбора в данном вопросе. И хорошо, ведь в противном случае он бы быстро позабыл про них и без тщательного присмотра забросил бы лечение ещё на второй день.    — Так-то лучше, — хмыкнул глава Лань, довольно посмотрев на супруга. – А-Ин, — уже серьёзнее произнёс он. – Я вынужден покинуть тебя, но обязательно вернусь к обеду. А до тех пор тебе составит компанию Вэнь Нин и проведёт по территории ордена, — с этими словами Лань Сичэнь поднялся и, мимолётно коснувшись плеча возлюбленного, направился прочь. У него, как и всегда, почти не было времени.    — Увидимся, Хуань-гэ! – помахал ему вслед Вэй Усянь.    «Он переживет, что я потеряюсь, пытаясь вернуться домой? – мысленно усмехнулся Вэй Ин. Он и в самом деле не был до конца уверен, что запомнил дорогу, так что был не против компании. К тому же, он мог расспросить нового- старого знакомого о прошлом без лишних свидетелей. – Или просто не желает оставлять меня в одиночестве за пределами нашего дома?».     Об этом стоило хорошенько поразмыслить, но данное занятие юноша планировал отложить на вечер. Как и беседу с Лань Сичэнем о его странных запретах. Обсуждать их при посторонних он не собирался. В конце концов, не стоило выносить семейные недопонимания и проблемы за пределы собственного дома. Даже в ордене, где запрещались сплетни.    — Вэнь Нин, не хочешь прогуляться? – легко улыбнувшись, предложил Вэй Ин.      С одной стороны ему хотелось получше осмотреться на территории ордена, а с другой он подозревал, что рядом с павильоном целителей не смог бы добиться интересующих его сведений. Он уже заметил, как Вэнь Цин ранее осадила брата и заставила его замолчать, и не хотел рисковать повторно, ведь девушка могла появиться рядом с любой момент. Он же отчаянно нуждался в новой информации и не планировал упускать свой шанс.    — К-конечно, Лань-фужэнь, — покорно кивнул Вэнь Нин, поднявшись из-за стола. – Глава Лань н-назначил меня вашим п-помощником, — смущённо произнёс он.     «Помощником? То есть постоянным сопровождающим, – мысленно хмыкнул Вэй Усянь. – Не желает спускать с меня глаз? С другой стороны… Будь я девой, меня повсюду должна была бы сопровождать хотя бы одна служанка, так что подобное решение Хуань-гэ может быть просто данью традициям… и правилам…».    — Вот как… — задумчиво проговорил он вслух. – Тогда ты просто обязан устроить мне небольшую экскурсию! – заявил Вэй Усянь, встав следом и инстинктивно поправив своё ханьфу.    — П-рошу с-следовать за мной, — позвал Вэнь Нин и повёл его в направлении, противоположном тому, откуда он пришёл с Лань Сичэнем. Видимо, помощник взял на себя смелость самостоятельно выбрать направление для их прогулки. И хорошо, потому что Вэй Ин не имел ни малейшего представления о том, куда отправиться.      Они прошли вдоль павильона целителей в сторону небольшого бамбукового леса, через который проходила узкая тропинка, ведущая в неизвестном направлении.    — Как давно мы с тобой знакомы? – поинтересовался Вэй Усянь, пока они неторопливо шли по тропинке.    — Н-несколько лет, — с небольшой запинкой ответил Вэнь Нин. – Мы п-познакомились на с-соревновании лучников в ордене Цишань Вэнь. Т-тогда вы оказались единственным, к-кто п-поверил в меня, молодой г-господин Вэй… — он резко запнулся и испуганно посмотрел на собеседника, словно тот мог его ударить или оскорбить за оплошность. — П-простите! Лань-фужэнь! – быстро поправился Вэнь Нин.    — К чему этот официоз? – покачал головой Вэй Ин, порядком утомившийся из-за столь строгих обращений. Из-за братьев Лань он привык к более интимному общению. – Зови меня просто по имени! – предложил он, не видя в этом ничего зазорного или неправильного. Да, правилами запрещалось, но кто бы узнал о нарушении?    — Н-нельзя!- запротестовал Вэнь Нин, резко помотав головой. —  В Гусу Лань в-все обязаны обращаться к вам по т-титулу, — заикаясь сильнее обычного, признался он. – Д-даже п-правило такое есть!    — Даже если мы наедине? – удивился Вэй Усянь, не понимая, зачем в ордене ввели столько бесполезных формальностей, препятствующих простому человеческому общению. Как можно было строить нормальные доверительные отношения между людьми в таких условиях?    — П-простите! – вновь залепетал Вэнь Нин.    — Да что ты всё извиняешься и извиняешься? – вздохнул Вэй Усянь, закатив глаза. — Я не собираюсь наказывать тебя за мелкие оговорки, —  пообещал он, слабо улыбнувшись. — И Хуань-гэ не позволю такими глупостями заниматься.     Мысленно Вэй Ин сделал пометку обсудить со старшим супругом ещё и этот вопрос. Эх, и накопилось же у них на этот вечер важных тем для разговора! Но откладывать их в долгий ящик не стоило, иначе юноша мог забыть о беседе или не добиться адекватной реакции.    — Но… Глава Лань… — замялся Вэнь Нин.    — Его здесь нет, — пожал плечами Вэй Усянь. – Лучше расскажи мне про те соревнования, — попросил он, желая отвлечь собеседника от щекотливой темы и узнать что-нибудь новое.     Из рассказа Вэнь Нина стало известно, что соревнования проводились как одно из развлечений на ежегодном совете кланов. И там Вэй Ин то ли случайно, то ли шутки ради сорвал лобную ленту Лань Ванцзи, поставив их обоих в крайне неловкую ситуацию. Да ещё и при десятках зрителей.    «Ууууу! Как я мог быть столь недалёким? – сокрушенно думал Вэй Усянь. – Лань Чжань же говорил, что я переписывал правила Гусу Лань в наказание… Так как же я мог пойти на такое?! Не запомнил? Или… я поступил так осознанно, чтобы привлечь его внимание и показать свои намерения? Но… Я сделал это на глазах Хуань-гэ и наверняка ранил его чувства…».     Вэй Ин не помнил собственные мотивы и эмоции в тот день, зато хорошо мог представить лицо младшего супруга и его реакцию на свою вопиющую дерзость. Удивительно, что ему… нет, им обоим… удалось пережить подобное бесстыдство.     Ещё Вэнь Нин рассказал, что те соревнования Вэй Усянь выиграл. Лань Сичэнь, в ту пору всего лишь наследник ордена, занял второе место, а Лань Ванцзи, несмотря на побег после инцидента с лобной лентой, стал четвёртым…    – А ты участвовал? – поинтересовался Вэй Ин, сделав мысленную заметку о том, что когда-то ему, видимо, нравилось стрелять из лука.    – Н-нет, я… – Вэнь Нин смущённо покраснел и отвёл взгляд. – Я р-разозлил второго м-молодого господина Вэнь… Он не-не п-позволил мне участвовать, – запинаясь сильнее обычного, поведал он. – Н-но я искренне восхищался вашей п-победой…      Они ещё некоторое время обсуждали те соревнования, и Вэнь Нин подробно рассказывал Вэй Усяню обо всём, что знал и слышал тогда, терпеливо отвечая на все вопросы. Несмотря на заикание, он оказался лучшим рассказчиком, чем оба его супруга, ведь Лань Ванцзи был слишком краток и почти всегда молчал, а в словах Лань Сичэня порой слышалась недосказанность. Вэнь Нин же казался абсолютно искренним в каждом слове, в каждом жесте, что не могло не радовать. Во время разговора с этим человеком хотелось улыбаться.      Наконец они вышли из бамбукового леса прямо к небольшому водопаду.      Вэй Ин, увлеченный их диалогом не слышал шум воды, теперь же он восторженно смотрел на верх, наблюдая на стекающие вниз водные потоки. С широкой улыбкой он сел на краю берега и протянул руку к воде… Та оказалась слишком холодной, поэтому юноша резко её отдёрнул, зашипев.     Место казалось очень тихим и уединённым. Оно идеально подходило для тайных свиданий или размышлений без посторонних глаз.    – М-мне очень нравится п-приходить с-сюда, – со смущённой улыбкой поделился Вэнь Нин.    – Тут красиво, – согласился Вэй Усянь. – Кстати, а как же вы с сестрой попали в Гусу Лань? Вы же не из этого ордена.    – Глава Лань с-спас меня с-с Цзе-цзе и д-других членов н-нашей ветви клана, з-забрав из п-плена в ордене Ланьлин Цзинь, – объяснил он, опустив взгляд и не желая углубляться в тяжёлые воспоминания. – Вся н-наша с-семья целители, м-мы не участвовали в п-прошедшей войне, – продолжил говорить Вэнь Нин. Его речь вновь стала более сбивчивой, что выдавало его внутренние переживания.      Он не вдавался в подробности самой войны, ведь наверняка тема была для него весьма болезненной. Зато с удовольствием рассказал, что люди из его клана теперь проживали на окраине города Цайи, расположенного подле Гусу Лань, содержали небольшую аптеку и выращивали овощи. А он с сестрой жил в самом ордене, и Вэнь Цин, как талантливейшая из ныне живущих в Поднебесной целительниц, возглавила местный павильон целителей и взяла несколько учениц.     Они ещё долго разговаривали, любуясь водопадом. Обсуждали повседневную жизнь ордена и огромное количество правил. Вэй Усянь с интересом расспрашивал о том, как жили рядовые адепты и чем они занимались, как проводили время вне учебы и ночных охот. Это было не просто праздное любопытство: просто юноша никак не мог понять, как же можно нормально жить в клетке из правил. Или другие, как и он, в стенах собственных покоев предпочитали забывать об их существовании?    — З-здесь всё р-равно лучше, ч-чем было в нашем ордене или в п-плену, — заметил Вэнь Нин. — Тут н-не с-смотрят на н-нашу фамилию, род з-занятий или п-происхождение, — объяснил он свою позицию. — Цзе-цзе уважают за н-навыки, а к-клан не т-трогают т-только из-за т-того, ч-что мы т-тоже Вэнь. Глава Лань п-позаботился о н-нас.    — Конечно, ведь мой муж лучший! — рассмеялся Вэй Ин, радуясь, что смог побольше разузнать о Лань Сичэне. Приятно было осознавать, что он связал свою жизнь с по-настоящему благородным человеком, способным видеть перед собой людей, а не их происхождение. Впрочем, с таким-то количеством правил, вряд ли у адептов Гусу Лань имелся хоть малейший шанс вырасти злодеями.     «Хотя… После рассказа Хуань-гэ о смещенных с должностей Старейшинах я могу и ошибаться…», – мысленно отметил Вэй Усянь. Однако если относительно различных незнакомцев его уверенность отсутствовала, то в братьях Лань он нисколько не сомневался. За прошедшие полтора месяца он успел не раз убедиться, как сильно ему повезло с супругами…     Вэй Ин условился с Вэнь Нином встретиться на следующий день в час Змеи, чтобы отправиться на стрельбище, после чего они неспешно вернулись к павильону целителей, где Вэй Усяня уже ожидал Лань Сичэнь, окруженный юными заклинательницами в белоснежных одеждах.    – Дева Вэнь прекрасный наставник, под её руководством мои навыки значительно улучшились, – рассказывала одна из девушек, не стесняясь широко улыбаться.    – Она так много всего знает! – восторженно согласилась с ней другая, совсем не задумываясь о том, что разговоры за спиной, даже такого рода, запрещались правилами.     Заметив подошедших, все пять девушек синхронно поклонились и хором проговорили, не скрывая радости в звонких голосах:    – Приветствуем, Лань-фужэнь! Приветствуем, шисюн!    – Доброго дня, красавицы! – широко улыбнулся Вэй Усянь, рассматривая заклинательниц.      Все заклинательницы, до единой, были очень изящными: в аккуратных одеяниях, с лентами на лбу. И почему-то их присутствие подле мужа ему совсем не понравилось. Они казались лишними. Неуместными. Странное, непривычное чувство.    – Прошу простить нас, милые девы, но нам с А-Ином пора, – прервал обмен любезностями Лань Сичэнь. И пусть на его лице сохранялась неизменная мягкая улыбка, он одарил супруга строгим взглядом и поспешно повёл в сторону их жилища. Вернее, поспешно по меркам трёх тысяч правил.    – Хуань-гэ, что-то случилось? – абсолютно искренне удивился Вэй Усянь, озадаченный резкой сменой настроения супруга. Прежде он замечал подобные реакции только за Лань Чжанем.    – Не заигрывай с другими, А-Ин, – тяжело вздохнул глава Лань, идя слишком быстро, практически на грани нарушения правил. На мужа он не смотрел, а его улыбка померкла.    – Но я же… – запнулся, резко остановившись посреди тропы. – Я же ничего такого не сказал! – громко возмутился он, скрестив руки на груди.     Лань Сичэнь замер и медленно развернулся к нему. На его лице застыло мрачное выражение, которого юноша прежде никогда не видел.    – Ты назвал их красавицами и улыбался им, – спокойно напомнил глава Лань, сократив разделявшее их расстояние, и опять строго глянул на супруга.    – Но… они ведь и в самом деле хорошенькие, я просто сказал правду, – попытался оправдаться Вэй Усянь, и ему потребовалось немало мысленных усилий, чтобы не отступить назад. Непривычное поведение собеседника несколько настораживало его.    – А-Ин, – вздохнул Лань Сичэнь, обняв его за талию и крепко прижав к своему телу. – Ты же видишь, как часто Ванцзи пьёт уксус. Неужели ты думаешь, что и меня оставляют равнодушным моменты, когда ты даришь свои улыбки и ласковые слова другим? – поинтересовался он.      Однако ответа дожидаться не стал, накрыв губы мужа отнюдь не невинным поцелуем. К счастью, они находились уже достаточно далеко от основных построек ордена, и случайные прохожие не могли их увидеть.    – Хуань-гэ, – только и смог произнести Вэй Усянь, вцепившись руками в плечи супруга для устойчивости, потому что из-за столь резкой вспышки страсти он ощутил слабость в ногах и приятное тепло внизу живота, грозившее перерасти в возбуждение. Лань Сичэнь быстро научился распалять его всего парой поцелуев… – Прос… – договорить юноше не дало очередное прикосновение губ.    – Ты – мой муж, – напомнил Лань Хуань, наконец отстранившись от губ спутника, но не выпустив его из объятий.   – Хорошо-хорошо! – со смехом сдался Вэй Ин. – Все мои улыбки только для тебя и Лань Чжаня! – заверил он и получил в ответ удовлетворённый взгляд. – Хотя… – он сделал вид, что задумался. – Если ты каждый раз будешь наказывать меня поцелуями, я готов осыпать всех девушек Гусу комплиментами! – рассмеялся он.   – Веди себя прилично, – хмыкнул Лань Сичэнь, улыбнувшись в ответ.    – Ладно, сдаюсь! – быстро согласился Вэй Усянь, поддерживая игривый настрой супруга и не желая его злить.    – Идём, – взяв возлюбленного за руку, глава Лань повёл его в сторону дома. Напряжения в нём больше не чувствовалось.     Ощущение чужой теплой ладони поверх своей приятно смущало и вызвало у Вэй Ина невольную улыбку. Чем больше времени он проводил с братьями Лань, тем сильнее ему нравилось их касаться. Это начинало походить на физическую потребность, причины которой юноша озвучивать пока не решался. Слишком мало времени прошло, чтобы он мог дать однозначное определение собственным чувствам.    – Хуань-гэ, ты поэтому запретил Вэнь Цин говорить о нашем знакомстве, а Вэнь Нину навещать меня? – задумчиво поинтересовался Вэй Усянь, начиная лучше понимать мотивы старшего супруга.      Если оба брата любители испить уксуса, не было ничего удивительного в том, что они желали оградить его от общения с другими людьми. Почему-то это не пугало, а вызывало какое-то странное внутреннее удовлетворение. После многочисленных кошмаров с пугающей женщиной в фиолетовом, которая называла его никчёмным и бесполезным, юноше нравилось ощущать себя нужным кому-то. Особенно таким красивым и благородным заклинателям.    – Да, – после небольшой паузы согласился Лань Сичэнь. – Мы с Ванцзи не смогли вдоволь насладиться твоим обществом после свадьбы, – спокойно объяснил он, подтвердив слова Вэнь Цин, и неосознанно сжал чужую руку крепче. – А потому не устояли перед искушением оградить тебя от всех чужаков хоть на какое-то время…    – Вот значит как… – хмыкнул Вэй Усянь, не ощущая себя униженным или оскорблённым. Если его супруги любили его настолько сильно… Что ж… Он вполне мог это принять. По крайней мере, пока они не переходили грань.    – А-Ин, прости нас… – вздохнул глава Лань, быстро глянув на него. – Мы поступили слишком эгоистично, но…    – Хуань-гэ, – прервал его Вэй Усянь и слегка дёрнул мужа на себя, чтобы оставить на его щеке смазанный поцелуй. – Я не злюсь, – честно сказал он, отвечая откровенностью на откровенность. – И принимаю вашу жадность, но… Мне бы не хотелось, чтобы между нами были секреты и недомолвки…    – Что ж… Если ты пообещаешь больше никогда не улыбаться девушкам, то… – не договорил и рассмеялся Лань Сичэнь.     Вэй Ин тоже засмеялся, осознав, что Лань Хуань легко обвёл его вокруг пальца.