Всепоглощающая тьма

Они были из двух абсолютно разных миров. Он любил ретро, она любила модерн. Он носил кожаные туфли, она летала в кроссовках. Их несхожие характеры казались несовместимыми ни в коем случае. Он был невозмутимо спокоен, она была пылающим огнём. Он любил чёрное, она любила красное. Их союз был утопией, но только в нём они могли найти себя. Вместе они были как скала и океан- он безмятежно стоял, она с разбегу ударялась об него со всей силы, разбивая в кровь всю себя. Она любила его больше жизни, поэтому билась снова и снова, в надежде на то, что однажды он примет её в свой мир, и больше не отпустит её от себя никогда. Он не любил никого, поэтому продолжал молчаливо принимать все её действия, не подозревая, какую боль ей причиняет его ровное стояние. Ему было страшно открыть себя, довериться кому-то снова. Она бессмысленно плакала по ночам, думая что где-то там Бог услышит её просьбу, и исцелит её незаживающие раны. Её желанием было лишь заполучить его доверие, добиться шанса на нормальную жизнь вместе с ним. Он по ночам думал о другой, как о единственном в мире спасательном маячке, который своим светом принесёт ему умиротворение и радость. Она убивала себя каждый раз лишь мыслью об этом. Они не знали, как им сосуществовать вместе. Не умели. Не хотели учиться. Когда становилось совсем жарко, он отворачивался от неё, не желая ничего объяснять, а она сгорала в собственном огне, но как феникс возрождалась каждый раз из пепла. Ради него. Её любовь была всепрощающей, а её боль от ударов была немыслимо большой. Из её спины торчали ножи, а из груди торчали копья. До него было много потерь и неудач, она проигрывала в этих боях, но очень хотела выиграть вместе с ним. Она молча переносила всё, что ей преподносила судьба, для того чтобы быть сильной. Ради него. Он этого стоил. Он носил с собой в кармане нож, которым собирался сделать контрольный удар прямо в её сердце. Он не знал, что этот раз станет для неё последним- она искусно скрывала шрамы и раны от прошлых поражений. Даже если бы и знал, ему было всё равно. Для него открыться ей значило получить ещё один удар в сердце. Она не собиралась этого делать, но он ей не верил. Сложно довериться кому-то после сильного поражения, она это знала, но ради него она сделала исключение несмотря на то, что её раны ещё вовсе не зажили. Он принял решение, не спрашивая её мнения, думая что так он сохранит себя от всех поражений этого мира. Какая ирония... Для неё не было ничего важнее любви. Она росла в месте, где не получила столько нежности, сколько ей нужно было. Она искала в нём сильную опору, мужское плечо, скалу которая защитит её от непогоды. Её единственным желанием было получить от него признание и любовь, которой ей так не хватало, и ради этого она готова была пожертвовать абсолютно всем. Она подозревала, чем всё закончится, но каждый раз отмахивала эту мысль от себя в надежде, что ей просто кажется, и он поменяет своё решение когда увидит что она к нему открыта нараспашку. Когда у него совсем не осталось для неё времени, она старалась разжечь пламя между ними одной лишь своей искрой, но не помогало ничего. Он оказался для неё ледяной скалой, которая с каждым разом становилась всё холоднее и холоднее. Её больше не интересовало ничего, она потеряла смысл жизни, и как следствие- желание жить. Как испуганный ребёнок она забилась в самый дальний уголок себя, в надежде что там её никогда и никто не найдёт. Она знала, что вот-вот наступит эта точка невозврата, конечная точка её пути, и просто ждала когда её убьёт что-то настолько болезненное, от чего она больше никогда не проснётся. Из яркого пламени она превратилась в еле тлеющий огонёк костра, который вот-вот потухнет окончательно. Она больше не светила своим ярким светом всем вокруг, у неё больше не было на это ни сил ни желания. Когда это случилось, она знала что так произойдёт, но не была к этому готова, как бы она не старалась приготовиться к этому удару. Он вонзил в её сердце нож со всей силой, проткнув её насквозь. Она упала на сырую землю, истекая кровью, которая заливала до краёв все её предыдущие раны. Ей было больно, но в то же время и спокойно от того, что скоро все её мучения закончатся. Он смотрел на неё даже без сожаления, не пытаясь никак ей помочь. Разорванная в клочья одежда оголила все шрамы прошлого и увечья настоящего. Каждый изгиб её тела был покрыт разной глубины ссадинами, ожогами и порезами. Он видел каждый осколок от стрел, застрявших в её теле, видел каждую свежую кровоточащую рану, причиной которых был он сам. Она смотрела на него, не отрывая взгляда, стараясь запомнить этот последний момент рядом с ним. Когда её тело покидали последние капли крови, она постаралась натянуть на себя улыбку, чтобы ему не было стыдно и страшно, но ему не было... Он не пытался никак помочь ей. Молча наблюдая за тем, как она уходит, он с интересом разглядывал её израненное тело. Его леденящий взгляд рассматривал каждую деталь, как будто ища что-то большее, чем он уже увидел. У него была возможность спасти её, но он этого не хотел. Ему было интересно наблюдать, это было что-то новое, никто ещё не растворялся у него на глазах. В какой-то момент ему это наскучило. Из последних сил она протянула к нему руку, в надежде что он спасёт её от неминуемой гибели, она смотрела в его глаза с немой мольбой о спасении, но у неё не было сил выдавить из себя ни звука. Он заметил её протянутую руку, дрожащую на весу, но брезгливо поморщился, и развернулся, уходя от неё вдоль по тропинке. Последнее, что она видела перед смертью- его удаляющийся силуэт, неспешно скрывающийся в гуще леса. Тот, кто казался ей таким родным и любимым, оказался единственным, кто смог её погубить. Она закрыла глаза, с грустью осознавая, из-за чего это произошло. Ей больше не было больно- её дыхание замедлилось, и сердце уже переставало исправно качать кровь. Смерть настигла её быстрее, чем последняя слезинка успела упасть с её щеки на землю. Но до последнего вздоха она теплила в себе надежду на то, что он сейчас вернётся и всё исправит.