Кролик в оленьей шкуре

Суббота сентября Личный кабинет Профессора Снейпа Время: 16:58 И вот я снова здесь, у этой злосчастной двери. Теперь, конечно, тот кто за ней ждёт не кажется мне такой помехой как раньше. Это соглашение должно пойти нам обоим на пользу. Он скрывает мои секреты, а я скрываю его. Без понятия зачем. Разве здесь дело в одном лишь стремлении к обоюдному доверию? Ему было бы намного спокойнее, не знай я о нем ничего. А тут сам вызвался. Взаимное доверие и прочее, прочее это хорошо… но и у доверия есть границы! Стук в дверь отвлёк Профессора от проверки последней стопки эссе на понедельник. Пригласив гостя войти он продолжил. Осталось всего ничего, семь работ. Тихий скрип двери, шаги и скрип пододвигаемого стула казались слишком громкими в такой тишине. Между ними в принципе было много тишины. Не то чтобы их это волновало. В конце концов довольно долго спутником для обоих было одиночество. С чего начать разговор? «Слышь, мужик, я демон из параллельного мира, который прибыл сюда, чтобы спасти твой?» Если он начнет первый, в любом случае себя надо как-то объяснить. А могу ли я недоговаривать? Обет не предусматривал этого, но и формулировку обета мы нормально не обсуждали. Мы вообще ничего не обсуждали. Когда спрашивал его про риск, я не имел ввиду это! Не помню чтобы из моего рта вырвалось: «Приятель, давай воспримем фразу про риск буквально и криво составим договор! Будет весело!» – Кхм, ты готовы? – Разумеется, профессор. С чего начнем? – Непреложный обет был дан по моей инициативе, поэтому начну я. Хотел бы сказать одну важную вещь. Недоговаривать нельзя. Мы обязались перед магией поделиться своими тайнами, значит она будет контролировать процесс. Начав откровение ты не сможешь остановиться. Приступим. Закатав оба рукава мантии Снейп обнажил бледные запястья. Вытянув руки он прошептал что-то. Постепенно на руках стали проявляться светящиеся нити. В общей сложности их было чуть меньше 10 штук. – Это?... – Да. Те самые другие обещания, о которых я вам говорил. Некоторые из них безобидные. Можно сказать что секреты, таящиеся за ними перестали быть настолько важными. Например сейчас мне ясно что две или три связи исчезли. Это значит что владелец тайны, свидетелем которой я стал, уже рассказал о ней постороннему. К нам это не относится, мы стали хранителями тайн друг друга. Если бы с нами был третий человек, который позже выдал бы нас, то обет бы автоматически спал без вреда для нас. Говоря по другому: «Расскажешь – умрёшь, как и я умру, если расскажу.» – А ты не можешь рассказать тайны, при которых были свидетелем? – Нет. В противном случае я погибну. Зато эти же секреты могут рассказать свидетели клятвы. На самом деле первая клятва без третьего лица у меня произошла только с тобой. В остальных случаях находился человек, которому доверял и я , и мой собеседник. Первое откровение закончилось, даже если не являлось им в полной мере. – Теперь ты. Чтоб такого выдать? Очевидно мы начали с малых и незначительных тайн. Что я могу предоставить в замен? – Перед началом можно вопрос? – Тебе до сих пор что-то не ясно? Видимо Снейп сказал эту фразу, прежде чем вспомнил кто перед ним. На короткий миг отведя взгляд, он вернул его. На лице не единого признака сожаления о сказанном. – Прошу прощения. Постоянно вылетает из головы, что ты многого не знаешь. Конец фразы имел упрекающий оттенок. Во время прошлой беседы Уильям так и не дал понять откуда он. Фраза «Вы не из этого мира» могла означать все что угодно. В конце концов Северус мог иметь ввиду что он маггл. – А что ты сам о мне думаешь? – Что ты совершил что-то неподобающее. Так хорошо колдовать может только зрелый волшебник. Если бы ты занимался не в школе, то грамоте и письму все равно бы обучился. Ты очень хороший Окклюмент. Без книг не обойтись, значит у тебя был доступ к добротной библиотеке. Не верю что в ней не было книг о магических связях, к которым непреложный обет относится. – Думаю начну с этого пункта. Прикрыв глаза мальчик упал со стула. Тело Снейпа дернулось. Как только он встал свет факелов стих. Помещение погрузилось в полумрак. Это позволило фигуре, вылетевшей из тела Гарри выглядеть чётче. Высокий кролик беззвучно приземлился на пол, слева от тела. Мрачный Профессор не успел осознать ситуацию целиком. Мимо него прошёл момент когда существо давило на его плечи, заставляя сесть. Кроме прочего, тело Поттера лежало не на полу э, а на тонком пыльном матрасе. Кролик сидел напротив закинув ногу на ногу и спектра руки. – Видишь ли, Северус. Я уже могу называть тебя по имени? Впрочем неважно. Так вот, ты был прав. Я не из этого мира. – Я подразумевал совсем не это. – Естественно. Теперь ты. Однако Снейп будто и не слышал его. Он никак не мог оторвать взгляд от тела первокурсника. Мертвая белая кожа, синюшные губы. Конечности наверняка деревянные. Может ли быть так, что он... От дальнейшего созерцания его отвлёк настойчивый кашель. – Это тоже относится к моим секретам. Не надо смотреть на него так пристально, словно тебе есть до него дело. Начинай. Гримаса раздражения скривило лицо темноволосого мужчины. Закатав левый рукав по локоть, он ещё раз вытянул руку вперёд. Уильям из любопытства, придвинулся ещё ближе. На бледно-желтой коже была нарисована татуировка змеи обвивающей череп. – У вас тут запрещены татуировки? Почему это является секретом? – К тату у нас относятся спокойной. Ко всем кроме этих. То что находится у меня на руке является темной меткой. Маг, с помощью своей магии рисует на другом маге «след», обозначающий преданность и подчинение. – И кому ты служишь? – Тёмному Лорду. Я Пожиратель Смерти. –…… Невероятно. Недоумение смотрелось на лице Профессора странно. Скорее всего потому что он не демонстрирует его. – Это все? Вся твоя реакция? – По-моему ты уже понял, что я не отсюда. Конечно же я не знаю как на это реагировать. – За наличие такого рисунка светит пожизненное в Азкабане. – Азкабан, стоит пологать, является тюрьмой? – Самой непреступной и страшной тюрьмой. – Поздравляю, ты – беглый преступник. Вздох со стороны сальноволосого мужчины довольно четко передавал его мнение. Пока Снейп поправлял мантию, Уильям думал. Снять костюм или рассказать о себе? И то, и другое заставят меня упасть в его глазах. Не то чтобы я против, просто разговор шел так хорошо. – У меня довольно много секретов. Сложно выбрать один. Давай лучше ты сам скажешь что хочешь знать. Профессор задумался. Что он хочет знать? Многое. Не все, но многое – Как ты выглядишь? На самом деле. Антропоморфный кролик задумчиво склонил голову вбок. Интересный вопрос. Чтож, договор есть договор? Тело Гличтрапа начало светиться фиолетовым. Сначала слабо, но свет нарастал и становился ярче. В итоге сиреневая вспышка на секунду ослепила Снейпа. Проморгавшись он посмотрел вперёд. Перед ним сидел не грязно-жёлтый кролик, а человек. Мужчина 30-40 лет, сероглазый брюнет с бледной из кожей. Круги вокруг глаз заставляли радужку казаться яре и «сиять». Из одежды он носил черные брюки и лакированные туфли, тёмно-фиолетовую рубашку с черным галстуком. Кроме всего прочего на поясе у него висели фонарик и нож. – Ты маггл? – С чего ты вз- Ох! Фонарик, точно. Тогда, да я маггл. Откуда про это чудо техники знаешь ты? – Я полукровка. Мой отец маггл. – Это все объясняет. – Я полагаю, что да. Мой черед…Хмм…. Я шпион Дамблдора. – Значит к Волан-де-морту ты присоединился не добровольно? – Нет. Тогда я был на последнем курсе Хогвартса. Мои знания и навыки в зельеварении были на очень высоком уровне для моего возраста. Но я был… несколько обделён в средствах, так что самореализация мне не светила. Тогда появился Темный Лорд. Он предложил мне все что нужно в обмен на вечность и служение. Других выходов я не видел, поэтому согласился. Лишь с течением времени понял как ошибался… –… – Досадно. Хорошо, продолжим. Хоть я выгляжу где-то на 30+ на самом деле мне 74, не беря во внимание возраст сосуда. –74?... Как такое возможно? Вы не волшебник. – При чем тут волшебники? – В магическом мире возраст и внешность не всегда идентичны. Маги стареют медленнее, однако даже тогда максимальное отклонение может равняться максимум 20 лет. У тебя это различие в 2 раза больше. – Это мой следующий секрет, поэтому не торопись. – Я… В некотором роде причастен к убийству Поттеров. – Могу я попросить немного конкретики? – В ту ночь я подслушивал беседу директора и нынешнего профессора прорицания Сивиллы Трелони. Лорду нужны были сторонники в школе, я можно сказать прощупывал почву. Она произнесла реальное пророчество про Темного Лорда и некого избранного. Я успел подслушать только первую часть. Меня заметил хозяин трактира, так что мне пришлось скрыться. Как прилежный последователь, донес до него все что узнал и увидел. В тот год родился Поттер-младший и Невилл Лонгботтом. На мою беду Лорд решил что именно Гарри Поттер является его будущим врагом. Тогда ему в голову пришла мысль избавится от угрозы раньше, чем она сможет реализоваться. – Он пришел к семье в гости, переубивав всех кроме младенца. – Верно. – Сейчас ведь все хорошо? Твой Чёрный властелин сдох. – Вот тут ты не прав. – А? – Если бы он умер, моя метка исчезла бы с руки. Она на месте, значит он жив. –… Он, что тоже бессмертный? – Тоже? – Кстати об этом! Мое следующие откровение: Я не могу умереть до конца. В каком-то смысле меня можно назвать бессмертным. Северусу Снейпу стало плохо. Не физически, но морально. В его мире было только два человека, в смертности которых можно было усомниться. Они оба держали его на крючке. Сейчас к ним может добавиться третий, причем зельевар сам расставил ловушки и сам же в них попал. Хотя, у него было утешение. Уильям даже связанный договором сохранял ясность разума. Ни перепадов настроения, ни насилия. Это значило что он на самом деле довольно расчётливый и хладнокровный. Если бы он скрывал свой настоящий характер, то в разговоре начали бы проскакивать заметные изменения. Ничего необычного не было – значит Афтон не прячется за созданным образом. – Ты так побледнел. С тобой точно все в порядке? Смотри, чтоб плохо не стало. Не хотелось бы потом объяснять кому-нибудь что я делал у тебя в кабинете. На уроке ты ничего не озвучивал и не просил остаться. Понимаешь что это значит? Твоей репутации главного ненавистника Гарри Поттера придет конец. – Не важно что со мной. У нас пока соглашение, а не дружба. Помни это пожалуйста. Должен сказать мои секреты исчерпали себя. – Точно? –Ммм… Хорошо, есть ещё. Но они не такие важные. Допустим я недолюбливаю Поттера, потому что его отец со своей шайкой знатно подпортили мне жизнь в свое время. Также Я до сих пор испытываю чувства к его матери, Лили Поттер. Вроде все. – Ты был прав, они не такие важные как остальные. Но честное слово, давай притворился что я не слышал последнее предложение. Снова я. Так, ну раз я здесь новенький значит все мои не секреты становятся секретами автоматически. Поэтому начну издалека: Я владел сетью ресторанов с другом, был женат и имел троих детей, убил где-то шесть дошкольников, нескольких взрослых и подчинял людей. Вроде всё. –… Ты не такой плохой как я себе представлял, но мог быть намного лучше. – Наверно. С эти твоим Лордом у меня много общего. Думаю достаточно большое количество людей назвали бы нас конченным ублюдками. – С этого момента я официально входу в их число. – Добро пожаловать! Мы тоже похожи. Ты оскорблял ребенка. Это потому что он не может дать задачи? – Говоришь так, будто твои поступки - пустой звук. – Не сказал бы. В общем и целом я признаю что поступал ужасно, но не сильно жалею об этом. – Я бы удивился, сказав ты обратное. – Не на этом свете. Уильям уже собирался встать и уйти, как зельевар прервал его. – Мне кажется ты кое-что упустил. – Что? – Забыл рассказать про Поттера. – О! Спасибо что напомнил. Короче говоря пацан мертв, а я временно занимаю его тело. – Временно? – Хоть он отошёл в мир иной, его можно вернуть. Но это слишком долго и муторно. Без помощи не обойтись. Поэтому я здесь. Пока его вытаскивают, моя душа находится здесь и разыгрывает спектакль: «Притворись ребёнком на семь лет» – Ясно. Кажется меня уже ничто не удивит. За время нашей беседы ты, кажется, растоптал мою прежнюю картину мира до состояния лепешки. Говоря о времени, уже семь. Думаю тебе надо идти. Делать домашнее, разговаривать с друзьями и так далее. – Увиливать от разговора это совершенно не твое Северус. Так бы и сказал, что я тебе надоел и надо побыть одному. Спокойной ночи, мышь летучая. – Назовёшь меня так ещё раз, до спальни будешь добираться ползком. Афтон послушно покинул кабинет в теле мальчика, а Снейп открыл бутылку довольно дорогого вина. Однозначно ценный подарок нашел свое применение спустя несколько лет после своего торжественного вручения. Северусу нужно было все хорошенько обдумать. В конце концов похмелье для опытного зельеваре – несуразная глупость.