Часть 1
3 сентября 2022 г., 23:59
Павлинье перо: глава I.
И из пламени появился дым; прекрасная сцена варварского финала. Город сейчас напоминал Ад, но, возможно, так было всегда. Когда это началось? Когда началось общее нисхождение в чистилище, падение в объятия греха? Возможно, когда он признался. Когда их клинки скрестились в величии. Возможно, когда они поняли, что их руки испачканы в крови, и дали друг другу обещание. Возможно, тогда это и было.***
Вино лилось в горло медленно, обжигающе, словно знойное объятие. Упасть в чужие руки, придерживающие усталое тело, было бы лучшим окончанием хлопотного дня. Опьянение доставляло похожие ощущения. – Эй, бармен, не нальешь мне ещё? – Альберих дерзко улыбнулся, протягивая опустевший стакан человеку за стойкой. Чарльз на секунду поднял взгляд. – Прошу прощения, но я не могу. Вам с утра на службу, капитан, – с этими словами он продолжил протирать стойку, не намереваясь продолжать диалог. Кажется, кому-то тоже необходимо выпить и расслабиться. И этот кто-то – не Кэйа. Он вздохнул и оставил на стойке несколько монет, накидывая на плечи своё пальто. Оставаться в месте, которое наполнено пьянящими ароматами вин, без возможности вкусить их, просто бесполезно. Может, Чарльз задумается над тем, чтобы потратить свою выручку и вытащить наконец штык из своей задницы хирургическим путем.***
Улицы Мондштадта озарены лунным светом, и Кэйа стоит, подставляя своё лицо под негреющие лучи. Птицы, пролетающие над небосводом, тонули в ночной тьме; облака едва скрывали бесконечное множество звёзд. Ах, звёзды. Когда-то ему рассказывали, что у каждого человека есть своя звезда, что они хранят в себе людские судьбы. Столкновение двух звёзд – ничто иное, как чудо. Кэйа не знает, как долго стоял так, устремив пустой взгляд на своё созвездие, но у него заболела шея. Выудив из кармана часы, он тут же двинулся. На эту встречу нельзя опаздывать. Расслабленная прогулка привела его из города к бывшей столице. Дорога разбита – камни и кочки неприятно давили на подошвы ботинок, но скалы и горы защищали это место. Секреты сегодняшнего вечера не для чужих глаз и ушей. – Я рад, что ты согласился на это, Люк. – Ты не можешь называть меня так, – голос, исходящий от темного силуэта, был резким, но когда Кэйа приблизился, смог прочитать всё в чужих глазах. Шов на сердце начал расходиться неутешительно быстро. Ох. – Больше не можешь. – Конечно, конечно, – капитан поднял руки в притворном извинении. – Я рад, что ты согласился на это, Дилюк. – Я не мог не понять, что было в той записке, что ты мне оставил. Ты на это и надеялся, так? – На лице Рагнвиндра появилась ухмылка. – А что, если бы её прочёл кто-то другой? Ты был бы рад увидеть здесь Чарльза вместо меня, а? – Чарльз не понял бы, – капитан игриво подбросил монетку, которая была сжата между его пальцами. – Я знал, что ты поймёшь. Мы играли в эту игру достаточно долго. Обжигающая правда. Сейчас Дилюк мог бы даже не посмотреть на него. А ведь в детстве они были лучшими друзьями. Тогда у них были разные способы общения: однажды Кэйа даже притворился, что он плачет, чтобы получить от Дилюка платок. Платок, на котором была информация о встрече с ним и Джинн в Долине Ветров. – Чего ты хочешь, Кэйа? – Отрезал винодел, проигнорировав последнюю фразу. Очень в его стиле. Улыбка исчезла с лица Альбериха, и он снова принял серьёзный вид. – Орден Бездны в последнее время ведёт себя всё более развязно. Заметил? Ответом послужило молчание. – Наши рыцари не знают, как с этим справиться. Честно говоря, я и не ожидаю от них геройства. В конце концов, большинство из них – обычные люди, которые просто хотят вернуться домой к своим семьям в конце дня, – грустный смешок. – Ты прав. Рыцари неэффективны в борьбе с Орденом. Их обыкновенность тому причина. Подняв голову, Кэйа встретился со взглядом красных глаз напротив. – Но мы? Ни в одном из нас никогда не было ничего обычного. У нас нет семьи, к которая могла бы нас ждать. Неподвижность Дилюка побуждала продолжать. – У меня уже есть план. Он непродуманный, опасный и чертовски рискованный, – рука в перчатке прижата к груди. – Но... давай же. Это последний раз, когда я прошу тебя о чём-то. Давай скрестим наши клинки, чтобы защитить Мондштадт. На этот раз мы будем на одной стороне. – И как я могу тебе доверять? Я уже понял, что это ни к чему хорошему не приведёт. Вот, снова. – Послушай. Ты не обязан мне доверять, ведь я... Я всё равно никогда не возьму свои слова назад, – густая желчь в горле. – Быть может, я и солгал тебе. Как Кэйа Альберих. Но я никогда не лгал Мондштадту, как рыцарь. Пустота. Страха нет – есть недоверие. Смущающая нерешительность. Довериться предателю – тот ещё шаг, особенно когда на кону стоят жизни. И не только их собственные. Разжав руки, Дилюк вздохнул и вытащил небольшой клинок из скрытого кармана, обнажая его. – Воу-воу, приятель, не будь так категоричен, – капитан поднял руки в защитном жесте и отступил на несколько шагов. – По крайней мере подумай над моим предложением. – Идиот, – недовольно заключил Рагнвиндр, оставляя ровный разрез на ладони. Острый клинок резал быстро, такие решения не терпят промедлений, и из раны начала сочиться густая кровь. – Заключим договор. Если этот план способен... способен убить нас. Нам нужно быть уверенными друг в друге. Унести его с собой в могилу, если и выберемся живыми. Притворный испуг на лице рыцаря сменился мягким пониманием. Конечно. Дилюк никогда не будет уверен в нём достаточно, клятва на крови – молчаливая договорённость, согласие и мутная надежда на то, что бывший брат не предаст вновь. Кэйа достаёт собственный кинжал – рукоять из азурита, золота и потёртой от времени кожи. Клинок из серебра, и в темноте плохо различима гравировка заснеженных перьев. "Под стать капитану", – пронеслось в голове. Недолгая задумчивость. – "Настолько же вычурно и нелепо". Бордовая жидкость стекала по предплечью, когда рука потянулась вперед. – И только попробуй нарушить своё слово. Две ладони встретились в воздухе крепким рукопожатием и острой болью. Запутанное начало и ненайденный конец. Начало обречённого союза, заключённого в тихом Аду. Руки сплетены в обещании. Обещание Мондштадту. Невиновным. Злу. Самим себе.
