сказ о несбывшемся

для танаки момент — целая жизнь. мгновение, вздох, одна лишь секунда — это всё возможности, которые могут быть упущены. упускать возможности не в стиле саеко танаки, известной в карасуно отсутствием на уроках и, ками-сама, ахуенными сиськами. и для танаки, девчонки смекалистой, это никаких последствий не имеет (так было до поры до времени, как любит говорить ее пожилая соседка). — твою мать, ринтаро, я влюбилась. брюнет давится своим обедом, долго кашляя и поправляя темную оправу очков. смотрит на саеко. по сторонам. кажется, незаметно ковыряется в ухе. и выдает тупое: — че? — на весь чертов кафитерий. и давится ещё раз, когда все поворачиваются в их сторону. — я случайно оказалась у спортзала. в котором эти, волейболисты, или как их там. и один парень смотрел та-ак ахуенно, ринтаро, я готова была раздеться прям там же. ринтаро давится снова, давится в приступе дикого хохота и утирает выступившие слезы. — скоро я начну верить в стереотипы о глупых блондинках, таеко… — танака ненавидела сочетание своего имени и своей фамилии в насмешливом «таеко». ринтаро, к слову, прекрасно об этом знал. а потом они разошлись по разным классам: саеко на английский (который она любила всей своей бунтарской душой, почему и посещала его), ринтаро — на математику (чертов аналитик, ругается про себя танака). отсутствие на уроках никогда не имело для саеко последствий. до поры до времени, как любит говорить ее пожилая соседка, ведь сейчас раскосые карие глаза натыкаются на темную макушку. и на взгляд. потемневший, горящий, хищный. и саеко второй раз за день готова раздеться на месте.